Хрупкость

       — Ик!.. — высказался пьяный в дрова Мори Когоро, заметив всё-таки, что Конан немного задержался на улице. Где-то так часиков до трёх ночи. Так, сущую малость же.        — Сейчас лягу, — покорно согласился усталый Конан, не собираясь с ним препираться сейчас. Ему и так повезло, что Ран на пару ночей ушла к Соноко: та опять утащила её на какую-то встречу чудиков из интернета.        — На свидании... Ик!.. был? — ехидно спросил Когоро, всё ещё не решающийся поднять голову из-за лёгкой тошноты. Пить надо меньше.        — Нет. На ограблении Кида, — мягко ответил Конан, не позволяя себе ни в какой мелочи выдать истинный пол воровки. Пусть даже большая часть японского языка нейтральна относительно пола, иногда неверно выбранный суффикс может натолкнуть на не те мысли. Вряд ли, конечно, они появятся у Мори, но перестраховаться не помешает.        — Любишь... ик!.. Ходить к нему, — подытожил пьяница, вызывая лёгкое отвращение. Хотя почему бы и не поговорить? Судя по состоянию, утром старший детектив ничего не вспомнит. А если и вспомнит, то примет за пьяные бредни.        — С ним весело, — пояснил Конан, устало потягиваясь. — И он всегда очень уважительно относится ко мне, даже если я ребёнок.       Только внешне, но вот об этом Мори уже знать не положено. Конан снял очки и протёр их футболкой, выжидая комментария детектива.        — То есть... Ик!.. тебя только это привлекает в нём? — спросил не без любопытства Мори. С чего бы ему интересоваться такими вещами?        — Не только. Загадки, кодекс чести... Придя к нему, я могу быть уверен, что он ни на кого не наставит пистолет. И он добрый иногда, — начал рассуждать Конан, не замечая перемены в Мори. Совершенно окосевшие пять минут назад глаза сейчас были совершенно нормальными, а на лице едва проступило удивление. Впрочем, всё быстро исчезло, когда Конан вернул к нему взгляд.        — Ты... Ик!... так сейчас говорил... Будто влюблён в него... — Когоро рассмеялся совершенно пьяным смехом, пока у Конана немного дёргались глаз и уголок губ: это тема начала ему поднадоедать.        — Я не влюблён в Кида. И я не устану повторять это, — монотонно сказал он, чётко ограничивая границы темы. Но когда такие мелочи волновали пьяных? Правильно, никогда.        — Тебе много кто... ик!.. говорит об этом?        — Сестрёнка Соноко, пару раз сестрёнка Ран, один раз братик Хейджи и бесчисленное число раз Хайбара-сан, — спокойно перечислил "страдалец", вызвав лёгкое зависание у Мори.        — Немало...       Конан потёр виски, едва заметно кивнув. В голову начало медленно закрадываться подозрение: Мори вёл себя несколько подозрительно и тихо. С чего бы это?        — И с чего у всех такие идеи возникли?.. — с искренним недоумением поразился Мори, почесав затылок и заразительно зевнув.        — Если быть точным, то обычно я думал о поимке, а потом кто-то из них заводил пластинку о влюблённости, — фыркнул паренёк недовольно, косясь в сторону старшего и наблюдая за ним. Что-то не давало ему покоя всё больше, что-то было не так.       Точно. С каких пор Мори, даже пьяного, интересуют его, Конана, дела?       Тот же рассмеялся, заметив подозревающий взгляд детектива. Но в этот раз смех не был пьяным, а вполне нормальный, да и окоселость пропала из вида.        — Какие интересные вещи ты рассказываешь, Мейтантей, — довольно отметила Кид, поднимая голову и позволяя увидеть немного смятую на лице маску. Должно быть, чуть не успела поправить, оттого и притворилась пьяной версией Мори.        — Я не люблю тебя! — на автомате возмутился заалевший детектив, прожигая её взглядом и веселя только больше.        — Кто бы мог подумать, чтобы заарканить детектива, нужно просто поменять пол у преступника! — раздразнилась Кид, откидываясь назад и наслаждаясь мгновением. Сейчас, когда она выглядела как Мори Когоро, всё выглядело немного...неестественным. Все эти едва уловимые изгибы тела, в том числе шеи, небольшое болтание ногами в воздухе, весёлая улыбка — всё это слишком резко выделялось сейчас, когда та была в чужой личине. И это раздражало, особенно тот факт, что сам детектив сейчас излишне заострился на этих фактах.        — Я не люблю тебя, — буркнул он устало и зевнул сам, не став расписывать тот факт, что он бы не влюбился просто из-за смены пола у человека.        — Спокойной ночи, — подмигнув ему, Кид исчезла в окне и растворилась в ночи, совершенно проигнорировав его замечание.