От ненависти до любви всего один шаг

       Утро. Птички поют. Солнце нагло светит в глаза своими яркими лучами. В тёмно-фиолетовой комнате раздавалось похрапывание и тихое сопение, мирно спали два клона: Восьмой и Тринадцатый. Луч солнца упал на лицо Джокера, из-за чего тот проснулся. Приоткрыв один глаз он сладко зевнул. Он посмотрел на Пика. Он крепко спал. Выражение его лица было спокойное, но серьёзное одновременно. Поехавший улыбнулся. Он перевернулся на другой бок, дотянулся до комода, наверху которой лежал телефон Пикачу. Время 08:30. Через полчаса завтрак и если они не придут, то будет много вопросов. Безумец повернулся к рогатому. Он провёл указательным пальцем по щеке. Тот нахмурился. Немного усмехнувшись, Джок начал щекотать впадину над губой. Король приоткрыл глаза и недовольно протёр губы. — Что ты делаешь? — сонно спросил Лидер. — Доброе утро, спящий красавец, — прошептал Тринадцатый, улыбаясь. — Доброе... — зевнув, сказал Восьмой. — Как спалось? Бок болел ночью? — Нет, всё хорошо, — улыбаясь, сказал салатовый. Сказав эти слова, поехавший мягко поцеловал Пика в губы. Сам фиолетовый обнял Джокера за талию. Через секунд десять они оторвались друг от друга, смотря в глаза. Пиковый мило улыбнулся. Он поцеловал безумца сначала в лоб, потом в щёку и, под конец, в родинку над губой. — Пик, ты прекрасен, — тихо сказал Джокер, заправляя выбившуюся прядь волос Короля за ухо. — Улыбка тебе очень идёт. Улыбайся почаще. Восьмой прижался к Тринадцатому и положил голову ему на предплечье. Он взглянул на парня. — Для меня существует мало причин чтобы улыбаться, — проговорил Лидер, смотря на возлюбленного. — Но ты одна из этих причин. Сам шут усмехнулся и поцеловал Пикового в макушку.       Следующие шесть минут они лежали молча. Пик прижался к боку поехавшего, а сам безумец приобнял Короля, гладя кончиками пальцев по спине любимого. Они просто лежали и наслаждались тишиной. Такой нежной, родной и полностью пропитанной любовью. — Пик... — прошептал Джо. — Что бы не случилось, я всегда буду рядом. Даже если ты полюбишь кого-то другого или другую, просто знай, что я всегда буду думать и о тебе и любить, как раньше. Для меня главное, чтобы ты был счастлив. А если ты счастлив, то и я тоже… — Не говори так, — твёрдо сказал рогатый, перебивая. — Я никогда тебя не брошу. Обещаю. С этими словами он прикоснулся своими губами к губам Джокера, чуть приподнимаясь на локтях. Поехавший обнял того за талию, сильнее прижимая к себе и отвечая на поцелуй. Пиковый уже прилёг на тело поехавшего, упираясь руками об грудь возлюбленного. Тем самым он немного углубил поцелуй. Джо приоткрыл рот и прикоснулся кончиком своего языка, языка Восьмого. Фиолетовый резко оторвался и покраснел, смущённо отводя взгляд. Красный прыснул со смеху и улыбнулся во все тридцать два. Пик серьёзно посмотрел на безумного. — Чего ты такой серьёзный? — улыбнувшись, спросил Тринадцатый, обвив ладонью шею любимого. — А чего ты такой весёлый? — ответил Король. — Не будь злю-ю-ю-юкой, — пропел поехавший, обнимая фиолетового и прижимая его к себе. Рогатый положил свою голову на руку салатового. Предводитель Красных Мастей поцеловал оголённое плечо красноглазого.       — Пикуш, — начал Джокер, гладя Короля по волосам, перебирая некоторые пряди. — Я не могу поверить в то, что сейчас происходит между нами. Ведь всего два с лишним месяца назад мы не любили друг друга, а сейчас... Лежим в одной кровати, целуемся, обнимаемся и говорим друг другу нежные слова. Знаешь, — он посмотрел на фиолетоволосого, немного нахмурив брови. — У меня были отношения, как и с девушкой, так и с парнем, но эти, с тобой, самые лучшие. Потому, что таких нежных чувств к человеку у меня никогда не было. — Я вообще ни с кем не встречался. Ну если не считать детские, и то, они были для вида, — сказал рогатый, смотря на молодого человека. — А если серьёзные, то ты у меня первый. И таких чувств тоже никогда не было. Когда я ты мне понравился и начал с тобой встречаться, то я заметил в себе изменения. Нет, по отношению к другим так же, но к тебе… — Пик, ты стал проявлять свою истинную человеческую сущность, — вскинув брови, сказал поехавший, гладя Восьмого по плечу. — Корчь из себя кого хочешь, но на самом деле ты очень добрый. Ты поддерживаешь, даже если человек может быть не прав, успокаиваешь, защищаешь. И это не только по отношению ко мне, но и к остальным. Вспомни случай с Вару. Ты его не любишь, но всё равно помог. За оболочкой угрюмой ханжи я разглядел хорошего и очень дружелюбного парня. Хоть и не сразу, о чём сильно жалею.       Как только Красный сказал последнюю фразу, вдруг со шкафа спрыгнул черный кот. Он запрыгнул на Короля больно укусив Джо за руку, заставляя убрать её с фиолетового. Котейка агрессивно зашипел. Пиковый усмехнулся, и начал гладить пушистика. От этих ласк, черныш замурлыкал. — Опа, — усмехнувшись сказал Тринадцатый, заламывая себе руки за затылок. — Кажется, у меня появился соперник. — Да ладно тебе, —произнёс лидер, гладя котейку. — Ты мне являешься парнем. А он просто любимая зверушка. На эти обидные слова, кот укусил Пика за палец, спрыгнул и спрятался где-то в шторах. — Слушай, — Джокер усмехнулся. Он посмотрел в глаза Короля. — Вот я вангую, что рано или поздно я снова увижу тебя здесь, но уже.. — он широко улыбнулся. — Полностью обнаженного. И ты будешь лежать в таком откровенном виде и восстанавливать дыхание после оргазма со мной. Восьмой на эти слова лишь усмехнулся, удивлённо вскинул брови и немного покраснел. — А сейчас сколько времени? — спросил Джокер, садясь на край кровати. — 8:50, — ответил Восьмой. —Скоро завтрак. Он сел рядом с поехавшим. Фиолетовый посмотрел в глаза шута. Он коснулся рукой его щеки и аккуратно притянул к себе, целуя. Через секунды три он оторвался от любимого, нежно посмотрев на него. — Пора идти, — тихо сказал он и вышел из спальни.       — С ДОБРЫМ УТРОМ СТРАНА-А-А-А!!! — ор Джокера можно было услышать в другом доме. — Не ори, — холодно сказал Куромаку. Тринадцатый запрыгнул на своё место за столом. — Что жрём? — спросил он, перегибаясь через весь стол. — Омлет, — сказала Дама Червей, улыбаясь. — Габриэль его сам приготовил. — Тогда надо обязательно попробовать! — улыбнулся поехавши и принялся есть. — Ну как? Вкусно? Не пересолил? — засыпал вопросами Габри. — Нет, всё вкусно, — ответил Джо, проглатывая пищу. — Я сегодня хочу в больницу сходить. Кто со мной? — он осмотрел всех клонов. — А где Рикк? Никто ничего не ответил. — Я что, один попрусь?! — обиженно выкрикнул поехавший, хмурясь. — Я с тобой пойду, — сказал Пик, не отрываясь от тарелки. — За тобой глаз да глаз. — Ладушки, — закатив глаза, ответил сине-зелёный.       — Ты фрукты взял? —выкрикнул из коридора Пик. — Да, да, склерозом не болею, — крикнул в ответ Джо, телепортируясь к фиолетовому. — Вы с Чарли поаккуратнее. В последнее время он достаточно буйный, — предупредила Клео, провожая парней. Спустя какое-то время они дошли до здания больницы. — Я сейчас спрошу в какой палате он лежит, а ты стой тут, хорошо? — сказал Пик, уходя в светло-зелёный коридор, где должна висеть информация. Через некоторое время Король вернулся. — 256 палата, четвёртый этаж, второй корпус, — сказал Восьмой. — Ясно, — холодновато ответил Джо и пошёл ко входу во второй корпус. Они вошли в лифт и поехали на нужный этаж. Ехали они молча. Но Король прервал тишину, прыснув со смеху по неизвестной причине. — Пик? — немного недоуменно спросил Джокер. — С тобой всё хорошо? — М? Да, всё нормально, — ответил Пиковый. — А что? — Просто ты хихикаешь. Ну… по-странному, — тихо произнёс Джо. — Просто мне как-то за тебя тревожно.. — Не переживай, со мной всё нормально, — перебил его Король. — Сумасшедшим я не становлюсь. Джокер успокоился, но некая тревога всё равно засела в душе.       Как только они прибыли, Джо рванул в правый коридор. Полностью ему доверившись, Король пошёл за ним. И не зря. Через минуту они стояли около двери палаты Чарли. Пиковый открыл дверь. Вся палата была разрисована творениями Чарли. Пользовался он, видимо, зелёнкой и йодом. Около стены стояла железная кровать, а сбоку белая тумбочка. Самого художника там не было, зато там была медсестра, которая сидела в уголке на табурете и читала какую-то книгу. — Здравствуйте, — произнесла та, откладывая литературное произведение, не забыв положить закладку. — Вы к Чарли, да? Он сейчас на процедурах. Придёт где-то через час. Вы погуляйте пока где-нибудь, и он вас с радостью примет. — Ладно, спасибо, — немного грустно ответил Джо. Он вышел из палаты. — И что делать будем целый час? — спросил Джокер, скрещивая руки на груди и с Пиком по коридору к выходу. — Ну я даже не знаю. Можно погулять на улице, можно просто тупо подождать, а можно... — Лидер остолбенел. Странная полуухмылка полезла на лицо. Немного закусив указательный палец, молодой человек тихо захихикал. Потом это перешло в более раскатистый и громкий. У Джока было непонимание, что происходит с Королём. — Пи-и-ик? — спросил Джо, с тревогой смотря на Пикового. — Ты чего? — Всё хорошо! — с улыбкой произнёс Восьмой. — А разве нет? — Ну просто я думаю, что ты немного сходишь с ума, — сказал Тринадцатый. — Ну и ладно! — усмехнулся рогатый. — Ты же сам говорил, что мы все безумны! — он взял лицо поехавшего в руки. — Поэтому расслабься! Просто будь собой — будь безумным Джокером, какого я знаю! В коридоре повисло молчание. — Джо, я понимаю твоё переживание, но со мной правда всё в порядке. Просто я хочу вспомнить прошлое. Меня от запаха больницы просто разносит в этом плане. Помнишь, ты предлагал мне? Просто я хочу последний раз в своей жизни ощутить каково это. А по-поводу смеха не переживай. У меня редко бывают психозы, когда я долго не проявляю эмоций. — Пик, не надо. Я только вчера от этого отошёл, — произнёс Джо, грустно выгнув брови. — Джо, солнце, прошу, в последний раз. Я обещаю, что потом это не повторится! — Переход к человеческому облику у тебя проходит очень неспокойно. Ты становишься психически неуравновешенным. Плохо. Ладно, так и быть. Но больше я этого не допущу, — серьёзно проговорил Джокер. — Переход к человеческому? Не знаю. Но спасибо. Думаю, нам надо пойти в крыло хирургии. Всё равно там многим помирать, — злобно произнес Пик. — Как скажешь, — задумано произнес поехавший, тронув парня за плечо и телепортируясь в четвёртый корпус, где происходили разные операции.       Они очутились в бледно-голубом коридоре. Вдоль стен стояли белые лавки, на потолке тускло светились желтоватые лампы. Они подошли к кабинету под номером 362. Джокер пытался открыть дверь. Не вышло, заперто. — Дай я, — нагло оттолкнув Тринадцатого, сказал Восьмой. Он размахнулся ногой и дверь с грохотом открылась. Молодые люди вошли в помещение. Посередине стояла койка. На ней лежал какой-то парень. К его левой руке проходила трубка, по которой текла какая-то странная, бледно-жёлтая жидкость. Джокер подошёл к лежащему человеку. Трансформировав свои пальцы в ножницы, синеглазый перерезал трубку. Через минуту шатен очнулся. Его глаза были полностью наполнены испугом и непониманием. — Развлекайся, — отстранённо сказал шут, хватая парня за волосы и швыряя его в сторону Пика. Зеленоглазый сильно ударился головой. В его затылке образовалась ссадина, из которой начала идти кровь. Парень начал болезненно постанывать. Фиолетовый с размаху ударил шатена по голове. Судя по хрусту, он сломал ему нос. Далее пошла череда ударов: в голову, в грудь, под дых, в пах, в колено и так далее. Крики, стоны раздавались по всему кабинету. Но это пациенту не помогло бы, так как Джокер поставил звукоизоляцию, а также маскировку, если кто-то зайдёт в кабинет. — Это все сон, это всё сон, — еле слышно шептал молодой человек, дрожа и тихо плеча, терпя удары. Лидер схватил зеленоглазого за волосы и потянул на себя. — Да. Ты прав, — проговорил Пик, и ударил шатена об угол тумбочки. — Да убейте вы меня уже наконец... Демоны, — еле-еле прошептал парень, выхаркивая сгусток крови. — Давай я облегчу тебе задание, — сказал Джокер, выходя из темноты, где он наблюдал за избиением. — Прощай, — проговорил Тринадцатый, создавая в руке топор. Момент, и оружие протыкает шатена насквозь. Рваный выдох, и всё кончено. Хрупкое тело безжизненно упало на пол. — Отлично, — выдохнул Восьмой. — Осталось только следы немного убрать, да и кровь с меня тоже. Потом теперь идём обратно, — черноглазый принялся осматривать себя. — Джокер? — он поднял голову в сторону парня. Шут стоял столбом, с широко распахнутыми глазами и, не моргая, смотрел в пол. В голове метались непонятные образы и фразы, которые было невозможно разобрать. По лицу прошёлся холодный воздух. По телу пробежались мурашки. В глазах начало темнеть. Внезапно Тринадцатый упал с грохотом на пол. — Джокер! Джокер! — смачный удар по щеке. Поехавший очнулся и посмотрел на Лидера. — Всё хорошо? — А? Да... Вроде бы... — тихо проговорил Тринадцатый. Вдруг он резко схватился за скулу и зашипел от боли. — В чём дело? — обеспокоено спросил лидер. — Всё нормально, не переживай! — выкрикнул Джо. — Я жив и всё… Ай! — шут опять зашипел. Восьмой осторожно убрал его руку. На щеке образовалась трещина. И, нет, это не просто какой-то узор, это реально трещина, которую можно было задеть ногтем. Но делать этого Пиковый не стал, чтобы не причинять боль салатовому. — Как ты думаешь, почему это произошло? — обеспокоено спросил Пик, держа Джокера на руках. — Из-за того, что мы с тобой человека убили, — прохрипел сине-зелёный. Трещина на его щеке начала расходится. Она начала переходить на глаз, из-за чего он начал чернеть. Из-за рта Тринадцатого пошла чёрная субстанция, а он сам начал биться в сильных судорогах. Видимо, он потерял сознание. От вида этой жуткой картины, Восьмой потерял дар речи, но вскоре собрался с мыслями и духом. Он быстро подошёл к трупу, аккуратно взял того на руки и отнёс на койку. Дальше он начал что-то шептать одновременно проводя рукой по всему телу парня. Через минуту он закончил колдовать. Ран и синяков как будто и не было. — Джо? — он провёл рукой по щеке возлюбленного. — Что ты сделал? — прошептал синеглазый, открывая глаза. — Джо! — Пик резко обняв и прижимая к себе шута. — Блять, с тобой всё хорошо. Ёбаный в рот… это я виноват, — фиолетовый начал расцеловывать лицо Красного. — Пикуш, что ты сделал? — спросил Джокер, обнимая короля за шею. — У меня есть особая способность, которой наделил меня Создатель, как лидера — я могу воскрешать мёртвых, — выдержав небольшую паузу, сказал он. — Но могу её использовать всего три раза. Первый был, когда Вару избили наши, второй, когда Создателя сбила машина. И последний раз сейчас. — Но зачем?! — выкрикнул неадекват. — Потому, что я не могу без тебя. Ты тут бился в конвульсиях, картина была, как будто из ужастика. Из тебя лилась чёрная жижа, а сам ты начал трескаться, — проговорил Фиолетовый, обвивая шею Тринадцатого. Салатовый обнял восьмого и прижал к себе. — То есть, ты потратил последнюю частичку дара на меня? — тихо проговорил Красный. — Ты не представляешь, как я счастлив. Я думал, что останусь одиноким и никому не нужным, но появился ты и всё изменилось. И я рад этому. Спасибо. Молчание повисло в комнате. — Я люблю тебя, — нежно прошептал Джокер на ухо Пику. — Я тоже люблю тебя. Очень сильно, — так же нежно прошептал рогатый, утыкаясь носом в плечо сине-зелёного.        Они сидели посередине кабинета и обнимались. Между ними чувствовалась та самая любовь: самая нежная и самая искренняя, которой уже практически в мире не осталось. Пик не хотел отпускать Джокера ни на секунду. Он хотел быть с ним всегда. Каждый момент проведённый вместе с ним был для него, как на вес золота. — «Кажется, я нашёл своё счастье...» — подумал Пик и прижался к поехавшему сильнее. — «Я люблю тебя, солнце. Я тебя никому не отдам» — с такими мыслями Джокер наслаждался атмосферой и обнимал Короля.       — Нам пора идти, — прошептал Лидер. — Чарли скорее всего уже пришёл. — Да? Так быстро? — нахмурившись, сказал шут. — А так не хочется... — Я знаю, Джо, мне тоже, но надо. Ты же знаешь, зачем мы сюда пришли? — отстранившись, ответил Пик. Он протянул руку поехавшему. — Пойдём. Джок взял ладонь Короля в свою руку. — Идём, — сказал он и направился к выходу из кабинета. — Всё будет хорошо, — прошептал Пикачу, чмокнув салатового в щёку. — Я в это верю, — улыбнувшись, ответил он, сжимая руку Короля крепче. Вот так, под руку, они удалились к Чарли.