Думай о хорошем

      Открывать глаза было мучительно страшно. Что-то определенно было не так. Казалось, даже воздух изменился, потеплел. Стоп. Что? Потеплел? Да. Было определенно теплее. Не было ветра. Зато было нечто другое. Голоса. Низкие, грубые голоса раздавались откуда-то сверху. А еще было непонятное, ни на что не похожее рычание.       Лиз стало жутко. Сердце забилось чаще. Казалось, еще чуть-чуть, оно пробьет грудную клетку и вырвется наружу. Где-то в животе родилось чувство паники, сделавшее конечности ватными. Теперь, даже если она захочет, бежать не получится. Бежать? Откуда? Так. Надо открыть глаза. Вдох. Выдох. Собраться. Девушка распахнула глаза.       Крик застрял в горле. Элизабет всегда считала, что ее сложно напугать, гордилась своими крепкими нервами. А сейчас ей хотелось просто кричать. Громко, самозабвенно орать.       Закрыла глаза. Досчитала до десяти. Это сон. Сон. Я сейчас проснусь и все будет хорошо. Открыла глаза. Ничего не изменилось. Элизабет стояла на краю немой истерики. Склонившись, над ней стояли высокие фигуры людей. Нет. Это были не люди. Она никогда не видела ничего подобного. Серая кожа, желтые глаза, броня с костяными шипами. Совершенно жуткая, поросшая коричневой шерстью тварь с раззявленной пастью. Именно она и издавала те рычащие звуки.       Существа переглянулись. Серокожие нелюди обменялись смешками. Видать, увидели испуг Элизабет. — Надо отвести ее к лорду Седрику. Вдруг девка-шпионка бунтовщиков? — Эта? Шпионка? Да не смеши! Но все ж отвести к Седрику надо. Пущай решает. Думается мне, она не местная.       Лиз трясло. В глазах темнело от ужаса. Лапищи монстров потянулись к ней, вздернули на ноги. Она мгновенно повалилась обратно. Все тело было ватным. Тогда один из жутких стражей просто взял и с необычайной легкостью перекинул ее через плечо, как мешок с картошкой.       Девушка попыталась осмотреться. Сделать это было весьма затруднительно. Но увиденного хватило ей, чтоб понять: где бы она не была, она совершенно точно не в Хитерфилде.       Пару минут спустя девушку весьма бесцеремонно швырнули на землю. Волосы самым неудачным образом свесились ей на лицо и закрыли глаза. — Вот, лорд Седрик, — уже знакомый низкий голос одного из стражников, — поймали лазутчицу на одном из нижних уровней. — Поймали? Да неужели! — холодный, властный и надменный голос в котором отчетливо проскакивало что-то шипящие, змеиное.       Холодные жесткие пальцы касаются ее лица, заставляя смотреть на их обладателя. Светлые, золотистые волосы, светлые глаза с фиолетовым отливом, тонкие аристократические черты лица. Змеиные. Лиз всхлипывает против воли. Слезы катятся по щекам. Она знает это лицо. Она видела его. Сегодня во сне. Ледяной ужас, еще более пронзительный чем раньше. — Хм-м-м… Интересно, -мужчина растягивает слова, говорит, будто сам с собой, — Отвечай мне! — теперь он уже обращается к ней, — Кто ты и откуда, девчонка? Кому ты служишь? — он почти кричит.       Лиз пытается провалится сквозь землю.       Проснуться. Это все не правда. Это происходит не с ней. — Ну же! Я жду! — в голосе звучит угроза. — Я… Я не…не, — Элизабет честно пытается ответить, но задыхается, срывается на плач, — Я хочу домо-о-ой! Отпустите меня! П-пожалуйста-а.       Блондин замахивается и наотмашь бьет девушку по щеке. Она болезненно всхлипывает, замолкает, пытаясь сдержать слезы. — К князю ее. Думаю, ему будет интересно.       Стража предпринимает попытку поставить ее на ноги. Элизабет шатается, но стоит. Она сильная. Она справится. Лорд в зеленых одеждах идет впереди, за ним ведут Лиз, окруженную кольцом стражников.       Мрачные каменные коридоры нагоняют тоску и ужас. Серые лестницы, высокие стрельчатые окна. На стенах повсюду картины, изображающие безрадостные пейзажи или портреты уродливых чудищ, отдаленно похожих на людей. Везде высокие потолки, горят факелы, но при этом вокруг темно.       Седрик останавливается у больших черных дверей, по обе стороны которых стоят уродливые серокожие желтоглазые нелюди. При виде лорда оба существа кланяются. Стук в дверь.       Лиз закрывает глаза. Вдох. Думать о хорошем.       Нужно думать о хорошем.       Двери распахиваются. Лорд Седрик входит в огромный темный зал. Напротив дверей, на троне, увитом жуткими черными розами сидит мужчина. Или скорее молодой человек. На вид ему сложно дать больше двадцати двух-двадцати трех лет. Необычайно длинные, платиново-белые волосы, холодные серо-зеленые глаза, черные одежды. При других обстоятельствах, Лиз определенно сочла бы его очень красивым. Но сейчас это отходило на второй план. — Мой княз-с-сь, стража в подземельях задержала девчонку. Взгляните.       Стражник резко толкает Элизабет в спину. Не удержавшись на ногах, девушка падает перед тоном на колени. «Будут ссадины», -отстраненно думает Тайлер. По щекам текут слезы отчаяния, боли, унижения, страха.       Нужно быть сильной. Нужно думать о хорошем.       Усилием воли девушка поднимает голову и в упор смотрит в холодные глаза мужчины на троне. — Как ты попала в замок? — голос совсем не такой, как у Седрика. Глубже, сильнее. Слова звучат властно. Сразу видно, что этот человек привык к послушанию. Привык, что подданные ловят каждое его слово.       Вдох. Думать о хорошем. — Я шла домой и…и провалилась куда-то. Кажется, в канализационный люк. Когда очнулась, вокруг стояли эти, — слабо махнула рукой в сторону стражи, -Где я? Что будет дальше? — она снова плачет.       Князь морщится. — Она с Земли. Возможно. Попала в портал. Случайно. Она может быть нам полезна. Седрик! Я хочу лично допросить девчонку. Позже. Пока, поручи ее слугам, пусть приведут в порядок. — Слушаюс-сь, мой княз-с-сь.       Уже знакомые жесткие холодные пальцы сжимаются на запястье девушки, будто стальные оковы.       Лиз с трудом встает на ноги, бросает последний взгляд на грозного князя. На секунду ей кажется, что в его глазах загорелся живой интерес. Сильные пальцы-оковы по-прежнему крепко держат ее руку, тянут за собой.       Лорд Седрик быстро идет по замку. Не оборачиваясь, не глядя по сторонам, не разжимая железную хватку. Внезапно, мужчина останавливается около неприметной деревянной двери. Одним резким движением открывает ее и грубо толкает девушку внутрь. Дверь за её спиной захлопывается.       Обычно, попав в такую ситуацию, героини фильмов и книг всенепременно пытаются дверь сломать. Бьют в нее кулачками, скребут наманекюренными ноготками и отчаянно визжат. У Элизабет на подобное просто не было сил. Она прижалась спиной к двери, дабы перевести дух.       На спине был ее школьный рюкзак. А она-то про него совсем забыла. Собственно, наличие рюкзака сейчас для нее ничего не меняло. Девушка внимательно оглядела комнату. Кровать, письменный стол, стул, шкаф, окно, больше похожее на бойницу. Возле шкафа еще одна дверь. Лиз тяжело вздохнула, упала на кровать и предалась всеобъемлющей истерике.       Она не понимала ровным счетом ничего. Вопросов было море. А ответов… Ответов не было совсем.       Единственное, что она понимала, она уже видела во сне тот тронный зал, лорда Седрика и беловолосого князя. Правда, на счет последнего она сомневалась. Она не то что бы видела князя, она как будто была тогда им. Она отчетливо помнит его раздражение, холодную ярость. Девушке было страшно. Слёзы текли по лицу, глаза и нос, наверняка жутко опухли.       Так. Нужно успокоиться. Нужно думать о хорошем.       Думать о хорошем. Легко сказать. Попробуйте думать о хорошем, находясь черт знает где, не имея никакого представления о будущем. Лиз в очередной раз тихо всхлипнула, притянула коленки к груди и провалилась в глубокий сон без сновидений.

***

      Из блаженного забытья девушку вывел звук закрывшейся двери и женские голоса. Элизабет потянулась, неохотно приоткрыла глаза и замерла. Она вдруг ясно осознала, что весь тот ужас, который она посчитала сном, в действительности, таковым не являлся. Перед постелью, на которой она так и уснула одетой, стояли две женщины. Одна-лет 30 на вид, полная, рыжеволосая, с необыкновенно добрым взглядом. Другая-едва ли старше самой Лиз, с большими синими глазами и соломенными волосами. Первая смотрела на девушку с сочувствием и материнской нежностью, вторая стояла потупив глаза, избегая смотреть на Тайлер. — Госпожа, — начала рыжая служанка, — Вы проспали почти сутки, -так вот оно что. То-то Лиз чувствовала себя удивительно отдохнувшей. — Мы поможем вам умыться и одеться, согласно нашим обычаям, потом вы сможете позавтракать. Хотя, — женщина взглянула на часы, -скорее уж пообедать. Вечером с вами желает говорить князь Фобос.       Последнюю фразу женщина произнесла как-то особенно странно. Можно было подумать, будто разговор с их князем мог закончится чем-то неожиданно неприятным.       Лиз молча кивнула и нехотя поднялась с кровати. Молодая служанка помогла девушке снять ее земную одежду и отвела во вторую комнату, дверь в которую Элизабет заметила вчера вечером. За дверью обнаружилось что-то вроде средневековой ванной комнаты. Купальня была лишена окон и освещалась лишь светом факелов. Служанка помогла Элизабет привести себя в порядок: принять ванну и вымыть волосы. Девушка отчаянно краснеела, ибо не привыкла, к такого рода помощи. Служанка окинула одобрительным взглядом тело Элизабет, велела ей надеть простую белую сорочку и вернуться в спальню. Там старшая служанка помогла девушке надеть старомодное, но довольно красивое платье и зашнуровать на спине корсет. Корсет девушке удивительно шел, он подчеркивал и без того достаточно узкую талию и визуально увеличивал небольшую девичью грудь. Лиз взглянула на себя в зеркало, висевшее справа от кровати, невольно удивленно вздохнула. В этом средневековом платье и корсете она впервые в жизни выглядела на свой возраст, даже, возможно, чуть старше.       Размышления девушки прервал голос рыжей служанки: — Покушайте пока. Вечером я приду к вам, чтоб уложить ваши волосы.       Лиз медленно кивнула. Происходящее было ей решительно непонятно. Платье, прическа… К чему весь этот маскарад? Их князь что, не сможет говорить с ней, если она будет в обычной земной одежде? Размышляя обо всем этом, девушка не заметила, как две служанки, тихо переговариваясь между собой, вышли из комнаты. Впервые за последние сутки Элизабет ощутила голод. Бросив взгляд на стол, девушка обнаружила там поднос с едой. В голове мелькнула мысль, что есть непонятно что, все-таки не стоит. Но чувство голода было сильнее. Пища оказалась, хоть и несколько необычной, но довольно вкусной.       Поев, Лиз оставила поднос на столе и подошла к узкому окну. Вид ее не сильно обрадовал. Казалось, спальня находилась этаже этак на двадцатом. Сбежать вряд ли получилось бы. Да и куда ей бежать? Она даже не представляет, куда волею судьбы ее занесло.       Лил дождь. За окном периодически сверкали фиолетовые вспышки молний. Время тянулось мучительно медленно.       Элизабет взяла школьный рюкзак, порывшись в нем, извлекла наружу блокнот и ручку, после чего принялась детально описывать все, что с ней произошло за последнее время. Успев рассказать дневнику обо всех событиях и поделившись своими мыслями о случившемся, девушка услышала тихий стук в дверь.       Не успела она сказать «Войдите!», дверь отворилась и в комнату зашла давешняя рыжая служанка. В руках женщина держала гребень и какие-то странные склянки.       Велев девушке сесть на стул, женщина встала позади нее и принялась расчесывать волосы Лиз, периодически смачивая гребень в жидкости, из той или иной баночки. Тайлер старалась лишний раз не шевелиться и сидеть максимально прямо. Она любила свои волосы, достававшие ей до середины спины. Скольких усилий стоило ей отрастить их, после того, как в восемь лет мама подстригла ее совсем коротко! Именно поэтому девушка не любила, когда кто-то посторонний трогал ее волосы. — Вот и все! — в голосе женщины слышалась улыбка. — Взгляните.       Элизабет покорно встала и подошла к зеркалу. Ее русые волосы красивыми волнами спадали по плечам, закрывая грудь. Пожалуй, это было действительно красиво. — Спасибо. Спасибо вам, -тихо сказала она, обращаясь к доброй женщине. — Не за что. Удачи тебе, — с легкой тревогой в голосе ответила та и вышла, вновь оставив Лиз в одиночестве.       Но не успела та что-либо сделать, дверь резко, без стука, открылась. В проеме появился лорд со змеиными чертами и пальцами-оковами. — Сейчас ты пойдешь со мной, — холодно бросил он.-Княз-с-сь Фобос желает лично говорить с тобой.       Тайлер вздрогнула и испуганно кивнула. Холодные жесткие пальцы вновь сжались на тонком запястье девушки.       Ее вновь вели куда-то по пустым мрачным коридорам, мимо портретов человекоподобных тварей и жутких стражей замка, охранявших некоторые двери.       Спустя несколько долгих минут Седрик остановился возле черной двери, по обе стороны которой стояли стражники. Постучав, лорд открыл дверь и, толкнув девушку в проем, захлопнул двери прямо за ней, отрезая всякие пути отступления. Сердце забилось чаще. В горле пересохло.