Создания разума

Ты знаешь, я никогда не думала, что так всё выйдет.

Как именно?

Разве ты не видишь? Я исчезаю. Скоро наступит тот самый момент, когда свет погаснет, и я останусь совсем одна в темноте. Но мне не будет страшно. Мне ведь не будет страшно?

Не знаю. Всё зависит от того, боишься ли ты темноты.

А как это происходит? Становится ли больно? Приходит ли старуха с косой? Увижу ли я свет в конце тоннеля? Или может, вся жизнь пролетит перед глазами?

Ты закончила перебирать стереотипы? Ничего из этого не будет. Ты просто уйдёшь.

Но ведь чтобы уйти, нужно иметь точку назначения.

Именно.

И куда же я отправлюсь?

Этого я сказать не могу. Не в моих правилах.

Разве у тебя есть правила?

Ты не хуже меня знаешь, что они есть всегда.

Ты прав. Ты всегда прав.

Не бойся. Всё будет хорошо.

Нет. Всё уже хорошо.

Пойдём, остальные уже заждались.

А ты достанешь мне мороженое из своей волшебной шляпы?

У меня нет шляпы.

Не придирайся к словам.

А какое ты хочешь?

Да просто пломбир. Я не привередливая.

Будет тебе пломбир. Самый вкусный из всех, которые ты когда-либо ела.

Я люблю тебя, Семён.

Я знаю, Ульяна.

***

Геннадий Николаевич Никифоров — очень хороший психолог, настоящий специалист. Он выслушал множество людей и помог большинству из них. До недавнего времени он считал себя лучшим в этом немаленьком городе. Однако несколько месяцев назад он столкнулся со случаем, который так и не смог понять. Такого не было никогда, даже в самом начале его карьеры. Геннадий так и не раскрыл суть проблемы некой Ульяны Советовой, тридцатисемилетней женщины, которая рассказывала очень любопытные вещи. С её помощью психолог впервые узнал о таинственном пионерлагере “Совёнок”, существующем в каком-то параллельном мире и способном забирать и создавать людей. Только вот понять, страшная правда ли это или очередная фантазия, у него так и не вышло. Пациентка впала в кому прямо во время одного из сеансов. Как это произошло и почему – вопрос, судя по всему, риторический. Геннадий вызвал скорую, сопроводил Ульяну до больницы и просидел там несколько часов в надежде на то, что она всё-таки проснётся. Но как бы не так – врачи лишь развели руками, точного диагноза они дать не могли. Вот и попробуй не усомниться в своих знаниях после такого. По крайней мере, психолог мог гордиться тем, что снова не докатился до бутылки. Точнее, он докатился, но не окончательно. Проблемы с алкоголизмом, которые Геннадий испытывал в юности, уже в прошлом. Прошло уже много времени, и психолог стал потихоньку забывать об этом случае. От пациентов не было отбоя, у каждого были свои проблемы, какие-то случаи были даже интересными, и работа поглотила его. Наступили праздники, но Геннадий всё равно работал. А всё потому, что в выходные дни больше людей находят время для того, чтобы излить душу. Больше клиентов – больше денег, всё просто. Вот и сегодняшний день обещал быть не из лёгких – судя по записям, работать придётся в поте лица. Вот только получилось всё совсем не так, как он планировал. В третьем часу в комнату постучали, и психолог посмотрел в тетрадь. Очередной бедняга должен был заявиться на полчаса позже, а обычно никто не приходит заранее, как правило, многие опаздывают. Это странно. Геннадий как обычно пригласил гостя пройти, и дверь открылась. Взору мужчины предстала необычная картина: четыре взрослых женщины разного роста и внешности с серьёзными, но немного легкомысленными взглядами. Забавными выглядели и их причёски – одна из них была рыжей, вторая блондинкой, третья брюнеткой, а цвет волос четвёртой психолог назвал бы цветом летнего неба. Женщины вошли и уверенно уставились на Геннадия. Тот поправил очки и привстал с кресла. Геннадий: Добрый день. Я что-то не припомню, чтобы у меня сегодня была групповой сеанс. В диалог вступила та, что стояла посередине – высокая блондинка со стройной талией и длинной косой, свисающей чуть ли не до пояса. Блондинка: Здравствуйте, Геннадий Николаевич. Простите, но мы не записывались. А она довольно красива. Они все по-своему красивы. Блондинку можно назвать идеалом славянской красоты, рыжая потрясала тем, как она сочетала дерзость и женственность в своём виде. Брюнетка обладала очень милыми чертами лица, а её большие зелёные глаза наверняка топили в себе не одного мужчину. Что же касается последней – в ней узнаются азиатские черты внешности. Либо у неё японские корни, либо она иностранка. Геннадий: Это нехорошо. Простите, но у меня сегодня плотный график, и я не смогу вас принять. Рыжая: Не волнуйтесь, доктор, мы не займём у вас много времени. Говорила она так же, как и выглядела. Голос жёсток и одновременно очень приятен. Можно с уверенностью сказать, что эта женщина – очень интересная личность. Геннадий немного подумал и решил всё-таки уделить внезапным гостям немного времени, так сказать, разбавить обстановку. Геннадий: Хорошо, у меня ещё есть полчаса. Присаживайтесь, надеюсь, места хватит. Если что, вон в том углу есть два стула. Когда все расселись по своим местам, психолог спросил: Геннадий: Так что привело вас ко мне, дамы? По старой привычке он старался уловить каждый жест, каждое изменение лица, каждую интонацию в голосе. Это помогало определить не только состояние собеседника, но и его психологический портрет в целом. Блондинка снова решила ответить на вопрос первой, остальные всё так же молчали, изредка поглядывая на свою коллегу. Блондинка: Меня зовут Славяна. Это Мария, Алиса и Елена соответственно. Она указала на каждую из женщин, чтобы Геннадий смог понять, кто есть кто. Когда он кивнул головой, Славяна продолжила: Славяна: Мы все – очень хорошие подруги. Мы прожили вместе почти всю жизнь. Но есть одна маленькая проблемка. Нас всегда было пятеро. О последней из нас вы, должно быть, слышали, её зовут Ульяна. Геннадий пару раз моргнул и опустил голову. И кого же это к нему занесло? Эти женщины ищут свою подругу? Разве они не в курсе, что Ульяна впала в кому? Психологу даже стало немного не по себе – он так хотел забыть о своей необычной пациентке и её рассказе, у него практически это получилось, и вот в один момент всё рухнуло. Быстро прокрутив ещё раз их диалоги с Ульяной, мужчина поднял голову и посмотрел на Славяну серьёзным взглядом. Геннадий: Да, я знаю её. Ульяна была моей клиенткой. И что вы хотите сказать? Славяна: Вы знаете, что с ней сейчас? А ведь и точно! Геннадий так сильно старался отстраниться от всего этого, что даже забыл посетить Ульяну и проверить, не проснулась ли она. Поэтому помочь своим гостьям в поисках он не мог. Геннадий: Если честно, то нет. Видите ли, мы с Ульяной пытались решить кое-какую проблему. К сожалению, я не могу сказать, какую именно, – профессиональная тайна. Женщина с рыжими волосами заметно ухмыльнулась и сложила руки на груди. Происходящее казалось ей забавным, хотя Геннадий с уверенностью мог сказать, что она сама не понимает, что здесь делает. Алиса: Уважаемый, мы знаем всё о "Совёнке", так что нет никакого смысла от нас это скрывать. Она явно пыталась ошарашить психолога, и у неё определённо получилось. Мужчина поправил очки и направил свой удивлённый взор на улыбающуюся собеседницу. Геннадий: Можно поинтересоваться, откуда вам это известно? Ульяна рассказывала вам о своих снах? Алиса: Снах? Так вы считаете лагерь обычным сном, доктор? О, вы очень ошибаетесь, "Совёнок" реален, и мы все там были. Разве Ульяна вам не рассказывала? Вот вроде бы она произнесла довольно обычную фразу, но по телу психолога всё равно пробежали мурашки. Что-то такое было в её интонации, отчего находиться в прямом зрительном контакте с этой на первый взгляд приятной женщиной становится очень неудобно. А самое обидное, что даже понять не можешь, что именно. Геннадий незаметно поёжился и скрестил пальцы рук. Так значит, это и есть те самые пионерки, о которых говорила Ульяна? И что, они тоже, якобы, родились в сознании одного человека? Так, а вот это уже выглядит странно. Что это ещё за массовое помешательство такое? Не может быть, чтобы у пятерых людей были одинаковые психические нарушения. Геннадий: Простите, вы хотите сказать, что вы вместе с Ульяной были в том лагере? Получается, вас тоже создали искусственно? Алиса: Ну почему же искусственно? Мы такие же люди, как и вы, доктор. Просто прошли несколько другой путь, чтобы ими стать. Геннадий: Тогда вы знаете, что с Ульяной? Она хоть в порядке? В бой вступила доселе молчавшая персона – та самая брюнетка с зелёными глазами и шикарной фигурой, которую нечасто увидишь у женщины в её возрасте. Ульяна говорила, что она – младшая из всех “пионерок”, а значит, им практически по сорок лет. Как они все умудрились сохранить такую форму в таком возрасте? Удивительное зрелище. Кажется, её зовут Еленой. Елена: Смотря, как на это посмотреть. С медицинской точки зрения Ульяна стабильна, но кома сказывается на ней не самым лучшим образом. Внутренние органы работают, мозговая активность в норме, однако, сколько это будет продолжаться, сказать сложно. Но с другой стороны, Ульяна сейчас там, где хочет быть. Она счастлива, и поэтому мы спокойны за неё. Психолог отметил для себя ещё одну интересную деталь. Перед ним сидели четыре разных человека, однако возникало ощущение, что они части чего-то целого, шестерёнки, заставляющие двигаться один большой механизм. Настолько сильно женщины дополняли друг друга, можно даже сказать, синхронизированы друг с другом. А самое забавное, что прекрасно видно, чего им не хватает. А точнее, кого. Ульяна вливалась в их компанию идеально, её острый ум и яркое необычное поведение дополняло бы их. С каждой минутой Геннадий всё больше начинал верить в то, что женщины, сидящие перед ним – не обычные люди, что они созданы друг для друга и порознь жить не могут. Может быть, это и есть ответ, который он так долго искал? Геннадий: Значит, она всё ещё не очнулась… Это печально слышать. Но могу ли я узнать у вас, что произошло? Судя по всему, вы в курсе всего и знаете, почему она уснула посреди нашего сеанса и так и не проснулась. Славяна: Да, доктор, мы знаем. Мы уснули в тот же день. А вот это уже что-то новенькое. Геннадий: Что значит "уснули в тот же день"? То есть… чёрт, даже идей толковых нет. Нужно понять, почему они засыпают. Славяна о чём-то тихо переговорила с Алисой, после чего кивнула Елене. Елена: Ульяна сказала, что вы знаете её историю. Это так? Ульяна сказала?! А когда она успела это сказать, если всё ещё лежит в коме? Так, для начала нужно кое-что сделать. Геннадий: Прошу прощения, мне нужно позвонить клиенту. Геннадий достал из кармана телефон и под непонимающие взгляды женщин набрал телефонный номер, после чего дождался ответа и попросил кого-то не приходить сегодня. Видимо, человек, который считает, что за ним постоянно следит правительство, не так интересен для психолога, нежели четыре женщины, готовые рассказать ему нечто очень важное и захватывающее. Геннадий: Теперь всё в порядке. Так, о чём мы говорили? Елена: Я спросила вас, знаете ли вы о пионерлагере “Совёнок”. Геннадий: Ах да, странное воображаемое место, в которое якобы попал молодой человек, а обратно вернулось пять девушек, созданных из его черт личности. Я до сих пор считаю это невозможным. Алиса: Очень зря, доктор. Ведь так оно и есть. Ну, если она так считает, то это не значит, что подобные лагеря существуют. Вся эта история не имеет никакой связи с реальностью и больше похожа на расстройство рассудка. Другой вопрос: как от подобного недуга могут страдать сразу пять человек? И при этом верить в одни и те же вещи. А тем временем с места поднялась женщина азиатской внешности, которую по каким-то причинам зовут Марией. Мария: Геннадий, поверьте нам, то, что произошло с нами – чистая правда. Мы пришли сюда ради Ульяны. Она хотела, чтобы вы узнали всю историю до конца. Не уверена, зачем ей это надо было… Возможно, для неё было важно, чтобы именно вы поверили в её историю. Поэтому, пожалуйста, выслушайте нас, и тогда вы всё поймёте. Геннадий: Хорошо, я готов вас выслушать. Психолог устроился в своём кресле поудобнее и достал свой блокнот. Славяна: Нет-нет, доктор, уберите это. Это только между вами и нами, никаких записей. Спорить с женщиной не было никакого желания, так что Геннадий послушно отложил блокнот в сторону и поместил руки на колени. Славяна поднялась с дивана – видимо, ей так проще говорить, не впервой.

***

Геннадий: Значит, она уже не вернётся? Славяна: Нет. Но это был её выбор. Можете не переживать – сейчас Ульяна счастлива там, где она захотела быть. Мы очень по ней скучаем, но всё же рады, что она обрела покой, которого у неё никогда не было. Когда их разговор подошёл к концу, женщины оделись и попрощались с психологом. Напоследок Алиса попросила психолога удалить все имеющиеся записи об Ульяне и никогда не распространяться о ней и её истории. Ради неё. Ради них всех. Мужчина согласился не думая. Алиса права – это должно остаться между ними, подобные истории не для чужих ушей. И только благодаря Ульяне Геннадий стал не чужим.

***

Геннадий сделал глоток из бокала. За окном уже давно стемнело, ночь планомерно вступала в свои права, но он так и не пошёл домой. Жена звонила уже дважды и требовала объяснений, но мужчина лишь сказал, что ему нужно работать. Из головы не выходила услышанная днём история. О пяти девушках, родившихся в недрах сознания одного человека, проживших целую жизнь в нашем мире и вернувшихся обратно, дабы исправить собственные ошибки. Историю о любви и ненависти, горе и радости. Короче говоря, об обычных людях в необычных обстоятельствах. Поверил ли психолог, человек, который по призванию должен оперировать лишь фактами, в эту историю? На этот вопрос ответить не смог бы и он сам. Одно можно точно сказать: он больше никогда не сможет смотреть на мир под старым углом. На следующий день психолог отправился в частную клинику, в которой лежала Ульяна. Там его встретила Елена и проводила до нужной палаты. Геннадий просто сидел там несколько часов, наблюдал за мерным дыханием женщины с длинными красными волосами. Где же она сейчас? Как она себя чувствует, о чём думает? Если он всё правильно понял, Ульяна намеренно осталась в собственной клетке, понимая, что на воле ей нет места. И теперь она уже никогда не проснётся. Это печально, но довольно захватывающе. Рядом с кроватью на деревянной тумбочке стояла ваза с цветами и небольшая рамка, в которой находилась среднего качества фотография: пять девушек в пионерской форме, которую они специально заказали у портного во время обучения на первом курсе института. Вот Славяна, у которой тогда было аж две косы, вот Алиса, волосы которой закреплены смешными заколками, живот оголён, а галстук повязан на руке, словно подарочная лента, Маша, мило улыбающаяся в камеру, и Лена, задумчиво смотрящая куда-то в сторону. А перед ними стоит ещё маленькая Ульяна. На её лице улыбка до ушей, а в руках футбольный мяч. В отличие от остальных, она ещё не успела познать всё разнообразие взрослой жизни и даже не представляет, что её ждёт в будущем. Геннадий взял в фотографию в руки и аккуратно протёр её от пыли. Всё, чего бы он сейчас хотел – это снова поговорить с Ульяной, узнать у неё всё, о чём она думает. Ведь когда она впервые пришла к нему в кабинет, психолог не воспринял её всерьёз, как обязывает его профессия. Он не поверил ни единому её слову, о чём сейчас очень сожалеет. И вот теперь она лежит перед ним без возможности проснуться, умирая от собственных желаний. Геннадий: Прости меня, Ульяна. Я не знал, не мог заставить себя поверить в тебя. Теперь я понимаю, что ты испытывала. Теперь я понимаю, что с тобой произошло. Из-за таких, как я, ты и ушла. Ты решила отказаться от всего мира, чтобы перестать страдать. И я понимаю тебя. Но всё же я верю… Нет, я хочу верить в то, что сейчас ты счастлива. Если ты слышишь меня, то знай: твои друзья открыли мне глаза. Возможно, уже слишком поздно, но за это я должен поблагодарить именно тебя. Ты можешь гордиться тем, что изменила мой взгляд на жизнь. Вы с остальными показали мне, что неважно, кто ты и зачем здесь – главное, ты должен добиться всего сам, пройти свой собственный путь, и чем больше на нём препятствий, тем сильнее ты станешь в конце. Надеюсь, ты проживёшь достаточно, чтобы ощутить все радости собственной жизни. Удачи тебе, и прощай. Когда психолог вышел из кабинета, из-за ширмы, плотно закрывающей одну из кроватей, вышла Лена и, улыбаясь, подошла к Ульяне. Лена: Видишь? Ты изменила ещё одного человека. И она отправилась работать. А Ульяна так и осталась лежать, подключённая к аппарату жизнеобеспечения в этом мире и наслаждающаяся жарким летом на пляже со стаканом холодного яблочного сока в руках в другом.