Племянница Дамблдора

— Эй, и давно ли вы поладили с ней? — недоверчиво поинтересовался Забини, как только Малфой плюхнулся на скамью между ним и Паркинсон. За слизеринским столом вовсю кипела жизнь. Ученики громко о чём-то перешёптывались, смеялись и дурачились. Беззаботные. Кажутся беззаботными, словно внутри магического мира ничего не изменилось. — О чём ты? — он сделал вид, что искренне не понял и перегнулся через приятеля, чтобы взять горсть чипсов. — По-твоему, мы слепые? — буркнула Пэнси, развернувшись в пол оборота. — Так кто это такая? Тон ревнивой жены оказался слишком громким, поэтому несколько сокурсниц с интересом уставились на платиновое трио. Безмозглые девицы, вечно греющие свои уши около персоны Малфоя. Сплетни — единственная радость в их унылой рутине. — Остынь, Пэнс, — Забини недовольно зыркнул в её сторону, отчего та молча отмахнулась. — Мы просто уже начали волноваться, куда ты запропастился. Паркинсон все время переживает за Малфоя и вступается за него в любом конфликте. Некий телохранитель типа Крэбба и Гойла, только в юбке. Нет, в её опеке он ничуть не нуждается, просто получает толику удовольствия от такого внимания. Наконец, оказавшись в стенах ненавистного Хогвартса, Драко окончательно осознал, что былые подростковые проблемы не должны его волновать. Пэнси — мелочь. Жалкая крупица в его новом мире. Идея отомстить преследует его, усиливаясь с каждым днём. Он просыпается и засыпает с этой мыслью. Она поглотила его, окутала с ног до головы. Сделала одержимым. Полностью. — За меня не стоит беспокоиться, — протянул Малфой, ухмыльнувшись. — Совсем. Взгляд непроизвольно скользнул к преподавательскому столу, остановившись на Дамблдоре. До недавнего времени он жил уединённо и под полной защитой родителей. Привилегированный мальчик, которого мало что беспокоило — в прошлом. Теперь он другой. — Так что насчёт Мар? — спросил Забини, нервно постукивая пальцами по столу и поглядывая в сторону Персидеи, ожидающей своей очереди на распределение. Церемония подходила к концу. Одного из последних первокурсников зачислили в Слизерин, поэтому зелёно-серебристый стол взорвался приветственными криками. Блэйз и Пэнси, хоть и без особого энтузиазма, начали аплодировать новичку, в то время как Драко преспокойно сложил руки на груди. Он был старостой факультета, поэтому больше новеньких — больше забот. А у него и так их предостаточно. — Помог добраться ей до Хогвартса, — отрывисто ответил Малфой, как только голоса стихли. — Ради тебя, конечно же, но обойдусь и без благодарности. А еще без благодарности от чёртовой Мар, которую он спас. И плевать, что он сделал это не по доброте душевной. Она ему теперь обязана, пусть чувствует это. Ему нравилось, когда он — хозяин ситуации. — О, так это что, новая жертва Блейза? — оживилась Паркинсон. — Мне казалось, что ты скорее перегрыз бы ей глотку, чем оказал помощь, — фыркнул Забини. — С каких пор ты такой добрый? — Знаешь ли, после того, как подправил личико святому Поттеру, настроение на высоте. Брови Блейза подпрыгнули вверх. А в следующий момент, уже под оглушительный хохот и возгласы слизеринцев, Драко Малфой демонстрировал с помощью пантомимы, как он разбивает кому-то нос. — Мар, Персидея!  — Тихо, — рявкнул Забини. — Вам что, неинтересно куда её отправят?

***

— Гм-м-м… Постойте-ка… — задумчиво произнесла Распределяющая Шляпа. — Дамблдор, ты что, решил порадовать Хогвартс своим отпрыском? По всему залу вспыхнули огоньки удивления, сопровождаемые громким шепотом. В смысле отпрыск Дамблдора? — Племянница, значит, — Шляпа приглушённо захохотала. Малфой чуть не подавился тыквенным соком, который в этот момент медленно потягивал, холодно наблюдая за происходящим. — Так… — продолжил скрипучий голос. — Острый ум, несомненно. Хотя, учёба не в приоритете, нет. Далеко не из трусливых. Ты всегда активно отстаиваешь свои интересы, но вот контроль эмоций даётся крайне трудно. Готова сделать всё для того, чтобы помочь ближнему, а также всё, чтобы наказать виновного. От последней фразы Персидее стало не по себе. Она осторожно поправила болтливую шляпу, сползающую ей на глаза. Мар часто заморгала, всматриваясь в лица незнакомых волшебников, с интересом уставившиеся прямо на неё, словно в ней что-то не так. Гарри. Он появился в дверях Большого зала и так быстро прошёл к столу своего факультета, что лишь немногие успели рассмотреть Избранного. Вот он садится напротив своих друзей, склонив голову над пустой тарелкой. Лица Рона и Гермионы моментально меняются. Глаза девушки широко распахнуты, а рот приоткрылся в удивлении. Уизли же вступает в разговор с другом, становясь мрачнее с каждой фразой. Тут же к ним подбегает Джинни, усаживаясь рядом. Гарри поворачивается и смотрит прямо в глаза Персидеи. Ощущение, будто её ударило током. Мне нужно в Гриффиндор. — Ага, так я и предполагала. Знаешь, ты также могла бы хорошо проявить себя в факультете Слизерин, но… Что ж… ГРИФФИНДОР! Перси казалось, что это на мгновение всё вокруг стало нереальным. Она дрожащими руками сняла шляпу и неуверенно сползла со стула. Что с Гарри? Что с ним произошло? В ушах раздавался гул аплодисментов. Стоп. Гриффиндор? Всё, что было до него — испарилось. Все с чистого листа. Никто не знает чем ранее жила племянница Дамблдора. Хогвартс должен был теперь стать её новым домом. Мар, опустив голову, робко ступила к назначенному столу. Мандраж постепенно стихал. Теперь она в Гриффиндоре, как Гермиона, Рон и Гарри. Гарри. Имя ударило в голову. Снова. И теперь перед глазами на повторе пронеслись взволнованные лица ребят. Перси ускорила шаг. А через пару секунд уже неслась со всех ног. — Привет! Я Элфи О`Люсо, староста школы, — протараторила кудрявая девчонка и попыталась схватить Мар за локоть, но та пробежала мимо неё. — Персидея! — радостно ахнула Гермиона, а Гарри непроизвольно вскочил с места. Какое-то время он стоял недвижим, уставившись на разгорячённое лицо Перси. Казалось, он хочет что-то сказать, но в конце концов только опустил зелёные глаза, расплываясь в чуть заметной улыбке. Мар порывисто обняла Поттера, вжавшись щекой в его грудь, но тут же отпрянула, рассматривая его лицо. — Ты весь в крови, — выдохнула Перси. Чуть прикусывая край губы, она кинула взгляд в сторону Рона, который сдавленно хихикнул, заподозрив здесь скрытый смысл, после чего Гермиона сильно ткнула его в бок. Боже, она совершенно не собиралась обнимать Гарри. Они не были настолько близки, а тут почему-то съехала с катушек, стоило лишь подумать о том, что чёртов герой снова куда-то ввязался. С каких пор она так волнуется за него? Нелепо. И жутко неловко. — Садитесь уже, на вас все смотрят, — оглядываясь по сторонам, прошептала Гермиона. Все — это слишком сильно сказано, но пара десятков глаз определённо наблюдали за ними. Как-никак Гарри Поттер стал чересчур заметной персоной. — Пустяки, — смутившись, оправдался Гарри, поправляя мантию и опускаясь на скамью. Персидея молча повторила его движения. — Серьёзно, ничего страшного, — он взял ложку и прищурился, чтобы разглядеть свое искаженное отра­жение. Мар закатила глаза, а затем протянула свой носовой платок Поттеру, потому что прежний был насквозь пропитан кровью. — Я же говорил, что ты к нам попадёшь, — буркнул Рон, изучая взглядом стоявшие на столе тарелки, доверху наполненные едой. — А ты взбесилась и убежала, словно ошпаренная. Гермиона переглянулась с Персидеей, а после метнула гневный взгляд в сторону рыжего, отчего тот смекнул и быстро схватил картофельную булочку, которую моментально запихнул в рот. Гарри неодобрительно покачал головой. — Ты же знаешь, что мы рады, что ты теперь с нами, — голос Гермионы звучал искренне. Мар улыбнулась краем губ. — Уверена, что Дамблдор тоже. У Перси совсем не было аппетита, поэтому она протянула руку к корзине яблок и выбрала самое маленькое. Тем временем остальные также принялись за трапезу, попутно обсуждая пополнение Гриффиндора в лице Персидеи. — Странно, что Слизерин оказался тебе не по душе, — как будто между прочим произнесла Джинни, сидевшая по левую руку от Гарри. — Джинни! — укоризненно воскликнула Гермиона, громко поставив стакан на место, от которого только собиралась отпить. Поттер нахмурился, предвкушая спор. Затем медленно отодвинул тарелку. — Что, прости? — На будущее — таскаться с Малфоем, а потом приходить за гриффиндорский стол — плохая идея, — она медленно подняла взгляд на Рона, ища поддержку, но тот отрешенно ковырял вилкой в салате, боясь взболтнуть лишнего. — Таскаться? Я не намерена заводить с ним дружбу, Джинни, — Перси выглянула из-за плеча Гарри, чтобы стало видно рыжую. — В чём проблема? — Может быть в этом? — она указала на Поттера. Когда на тебя с одной стороны кидается Джинни, а с другой — давит непонимание, это дико бесит. Перси нервно заправила выбившиеся платиновые пряди за уши. — Я что, должна читать твои мысли? И вообще, — она обвела взглядом друзей, а потом стала говорить немного тише, — вы постоянно что-то скрываете. Я не хочу лезть в ваши дела, — Перси яростно замотала головой. — Просто предупреждайте меня о чем-то заранее, если боитесь, что я сделаю что-то не так, ладно? Они вечно прятались по углам, чтобы перекинуться парой слов о Том-Кого-Нельзя-Называть и прочем неприятном. Считали, что Перси и так пришлось нелегко. Это «нелегко» преследовало её всю жизнь, так что чрезмерная забота была ни к чему. Мар сильнее, чем кажется. — Перси… — начал было оправдываться Поттер, но разговоры и смех в зале почти мгновенно стихли — Дамблдор поднялся на ноги из-за преподавательского стола. — Самого доброго вам вечера! — Дамблдор с ши­рокой улыбкой раскинул руки, как будто хотел об­нять всю школу. Директор школы начал рассказывать о изменениях среди преподавательского состава и новом сезоне квиддича. — Просто хорёк… Малфой, то есть, — начала Гермиона и быстро поправилась. Она посмотрела на Гарри, который пристально наблюдал за тем, что она скажет. — Просто с ним не нужно связываться, вот и все. Затем Дамблдор прокашлялся. — Далее… Как известно всем присутствующим в этом зале, лорд Волан-де-Морт и его сторонники снова действуют в открытую и собирают силы. После этого наступило напряжённое молчание. Потом Гарри наклонился к уху Персидеи и прошептал: — У меня есть подозрения насчёт Малфоя. Я кое-что выяснил, поэтому мне и прилетело, — он машинально потёр нос. По спине Перси пробежал холодок и она тут же обернулась. Прямо позади неё, за слизеринским столом, вальяжно сидел Малфой и удерживал в воздухе вилку при помощи волшебной палочки, словно речь директора школы не заслуживала его вни­мания. Когда их взгляды встретились, Драко резко вонзил вилку в стол.

***

Персидее потребовалась неделя, чтобы более или менее освоиться в Хогвартсе. Эти дни прошли, в общем и целом, неплохо. Во-первых, уроки оказались не настолько сложными, как она представляла, не считая Зельеварения, с которым у неё были особые счёты. Во-вторых, теперь не приходилось так долго блуждать по коридорам, чтобы отыскать нужный кабинет, как было раньше. Все-таки в Ильверморни все было устроено проще. А еще, Джинни стала к ней более благосклонна. Гермиона сказала, что это заслуга Дина Томаса, с которым Уизли теперь проводила всё свободное время. Ещё там, в экспрессе, она просила совета у Грейнджер насчёт этого гриффиндорца. — Знаете, насчёт Слизнорта, — Перси убрала книгу по Зельеварению в сумку, а затем села на подоконник, свесив ноги. — Я думаю, зря согласилась на его предложение. «Надеюсь, юная леди, варить зелья у Вас выходит лучше, чем трансгрессировать», — как же он ошибался. В Ильверморни этот предмет доставил ей кучу проблем, особенно, его преподаватель. — Почему это? К кабинету Защиты от Тёмных Искусств подошла компания незнакомых ребят. Парный урок Гриффиндора со Слизерином. — Ну-у, — протянула Персидея, засмотревшись в их сторону. К слизеринцам подошёл Блейз Забини и дружественно хлопнул одного из парней по плечу. Затем бросил быстрый взгляд в сторону Мар и кивнул. Персидея чуть заметно сделала тоже самое и отвернулась, потупившись в стену. Забини не так прост, как могло показаться первоначально. Он не лез в перепалки среди факультетов, а если и решался вступить, то затмевал большинство единственной едкой фразой. Он был совершенно закрытым человеком, скрывающим своё нутро умелой актёрской игрой. Если о Малфое она услышала достаточно нелестных рецензий, то о Блейзе мнения у всех были разными. — Ау, Перси, — Уизли помахал рукой перед её лицом, отчего та встрепенулась. — Ах, да, Рон. Потому что это — чёртов бред, вот что я хотела сказать. —  Перси, это не бред, а шанс. Многие хотели бы продолжить курс Зельеварения, но не могут, — вмешалась Гермиона, оторвавшись от книги. — Так и я не могу, у меня «Удовлетворительно», а требуется хотя бы «Выше ожидаемого». Он уговаривал меня посещать Зельеварение, хотя, по идее, это должна была делать я. — Ага, слышал, что старик Слизнорт любит собирать вокруг себя выдающихся учеников или тех, у кого влиятельные родственники, — Рон прижался спиной к прохладной стене. Персидея фыркнула. — Интересно, что ему больше приглянулось? То, что я имею отношение к Дамблдорам или Марам? — Чёрт его знает. Может, и то, и другое, — Уизли пожал плечами. Из-за угла показался Гарри. — Чего так долго? — не удержалась Гермиона. — До ЗОТИ всего пара минут, а там… — Снейп, — подхватил Уизли и поёжился. — Да знаю я, знаю. Это всё профессор Слизнорт, — он шагнул к окну и уселся рядом с Перси. — Заболтал меня, а потом попросил подтянуть… — посмотрел на блондинку и поправил очки, — тебя. — Он попросил об этом ТЕБЯ?! — вскрикнула Гермиона, словно ослышалась. Он только неуверенно кивнул, а потом уставился на свои ботинки, стараясь сделать вид, что действительно увлечен. — Ты забыла, что теперь Гарри лучший ученик. Даже лучше тебя, Гермиона. Грейнджер недовольно поджала губы. Замечательно, теперь они разругаются за место репетитора Персидеи. — Я же говорю, не хочу так. Обойдусь без Зельеварения, — она спрыгнула с подоконника, но Поттер схватил её за локоть. — Забыл, — он сунул руку в карман мантии и достал палочку. — Ты оставила её на парте. В первый день, после того, как все разошлись по своим спальням, она обнаружила на своей кровати небольшую коричневую коробку, перевязанную тонкой синей лентой. Персидея взяла волшебную палочку, внимательно рассматривая её. — До сих пор не верю, что Дамблдор отдал мне её. — То, что он передал тебе палочку своего отца — это многое значит, — кивнул Гарри. — Мне же дали имя в его честь, — объяснила Перси. — Персиваль, Персидея… Всё такое, — она улыбнулась, но вышло как-то печально. Затем вспомнила записку, прилагающуюся к подарку: «Дорогая Персидея! Эта палочка моего отца. Надеюсь, она подойдёт тебе. Направь своё волшебство в верное русло. С любовью, Альбус Дамблдор». — А почему? — спросила Гермиона. — Ваша семья же… Ну, не общалась с Дамблдорами. Не общалась — слабо сказано. Как же угораздило породниться Марам и Дамблдорам? Это далеко не та история, о которых пишут в любовных романах со счастливым концом. В юности Аберфорта Дамблдора, старшего брата Альбуса, было две страсти: путешествия и Генриетта Мар, прабабушка Персидеи. В одной из его поездок они и познакомились, но конфетно-букетный период длился недолго — когда родители Генриетты узнали подробности о жизни её возлюбленного, то стали яро противостоять их отношениям. Какой уважающей себя семье понравится то, что избранник их дочери не только полукровка, но ещё и из неблагополучной семьи? Его отец умер в Азкабане, а сестра свихнулась. Поначалу Генриетта готова была оставить всё и сбежать с возлюбленным в Британию, но напор семьи оказался сильнее, чем казался ранее. Её сосватали за более влиятельного чистокровного волшебника, а Аберфорт вернулся на родину, так никогда больше ее и не покидая. При очень странных обстоятельствах, несостоявшийся муж Генриетты погиб, так и не сыграв долгожданной свадьбы. Спустя месяц выяснилось, что Генриетта ждёт ребёнка. У неё родился сын, Клавдий, который лишь спустя многие годы узнал о том, кто его биологический отец, а вот Аберфорт о своём наследнике и не подозревал. Клавдий вырос, женился на Нателле Прискус, также происходящей из знатного рода, и у них родилась Иветта, мать Персидеи. Эту историю семейного древа Мар друзья уже знали, но вот делиться неприятными моментами её совсем не хотелось. По крайней мере, не сейчас. — Это… Не успела Перси договорить, как дверь отворилась и из классной комнаты вышел Снейп, его изжелта-бледное лицо было обрамлено прямыми черными во­лосами. Толпа перед дверью моментально затихла. — В класс! — приказал он. Перешагнув порог, Персидея осмотрелась: комната была темнее, чем большинство кабинетов. Шторы были плотно задёрнуты и класс освещался свечами. — Не знаю этого вашего Снейпа, но могу с уверенностью сказать, что этот кабинет полностью отражает его зловещий внешний вид, — прошептала Перси, следуя за Гермионой. Волшебники молча рассаживались по своим местам, нервно поглядывая по сторонам. — Малфоя не было полторы недели, — Гарри повернулся к Персидее и Гермионе, которые расположились за партой позади. — Как думаете, куда он мог пропасть в самом начале учебного года? Мар посмотрела на ряд слизеринцев. На первой парте сидели Забини и Малфой и о чём-то перешёптывались. — Хочешь снова намекнуть на его причастность к Пожирателям? — укоризненно посмотрела Гермиона. Странно, но ребята и правда перестали что-либо скрывать от Персидеи. Теперь же у неё раскалывалась голова от обилия информации. Да и как-то не верилось в догадки Поттера о том, что Драко стал Пожирателем смерти. Слишком нелогично. Абсурдно. — Я не велел вам достать учебники, — сказал Снейп, закрыв дверь и остановившись возле учитель­ского стола. Ученики выпрямились. Грейнджер поспешно затолкала книгу обратно в сумку, а сумку бросила под стол, прямо на ногу Мар, отчего та издала приглушённый писк. — Пока что просто послушайте меня. И попро­шу не отвлекаться, — его черные глаза прошлись по лицам учеников, задержавшись на лице Гарри на какую-то долю се­кунды дольше других. — Почему он так на него смотрит? — тихо поинтересовалась Персидея, но недостаточно тихо, чтобы это ускользнуло от острого слуха профессора. — Мисс Дамблдор, полагаю? — Снейп двинулся вдоль стены. Он действительно ошибся или нарочно сделал акцент на их родстве? — Нет, я Мар, сэр, — с расстановкой произнесла она, вставая с места. — Надеюсь, оценка «Превосходно» поставлена Вам не по доброте душевной. Посмотрим, чего вы стоите, — он осмотрел её с ног до головы. — Садитесь. Затем снова двинулся в обход класса, рассказывая о Тёмных искусствах, и ученикам приходилось выворачивать шеи, чтобы видеть его. Наконец, он объявил практическую часть, темой которой стали невербальные заклинания. Суть их заключается в том, что противник не знает то, какое заклинание вы собираетесь применить — это даёт некоторое преимущество во времени. — Итак, — начал профессор, — я разделю вас на пары. Слизерин против Гриффиндора. Один партнер попытается без слов навести порчу на другого. Другой будет пытаться, также молча, отвести от себя порчу. Приступайте. — Угадайте, с кем меня поставит Снейп, — сложив руки на груди, Гарри с ненавистью уставился в сторону слизеринцев. — Малфой, без шансов, — изрёк Рон, повторив позу друга. Между двумя сторонами повисло напряжение, подкрепленное злобными взглядами. Каждый из учеников думал, что именно их факультет утрёт нос соперникам. Профессор начал объявлять пары. Не смотря на противоречивые чувства по поводу Забини, Персидея надеялась, что именно он станет её напарником, но эта участь ждала Гермиону. Уизли же поставили с Пэнси. — Драко Малфой и… — Снейп остановил взгляд на Поттере, на секунду задумавшись, — Хм… — затем быстро зыркнул на того, кто стоял рядом с Гарри, — Персидея Мар. Гарри и Перси с недоумением переглянулись, словно убеждаясь, не ослышались ли они. — Почему она? — прорычал брюнет, резко поворачивая голову в сторону профессора. — У вас что, Поттер, какие-то личные предпочтения насчёт Малфоя? Послышался злорадный смешок со стороны Крэбба и Гойла. Гарри сжал кулаки, но Перси показала взглядом не нужно. Она подумала, что стоит ей поднять глаза, как в неё врежется ледяной взгляд Малфоя. Так и вышло, он стоял напротив, гордо выгнув спину и засуну руки в карманы чёрных брюк. Он с вызовом шагнул навстречу. Не растерявшись, Мар последовала его примеру. Затем сделала еще пару уверенных шагов, оказавшись перед слизеринцем. Он сощурил серые глаза и уголки его губ дрогнули в усмешке. — Готов? — Одарить племянницу маразматичного Дамблдора порчей? — он расслабленно потёр шею, а затем посмотрел на неё сверху вниз.— Всегда готов. — Без разницы, будь нападающим. Как хочешь. Защита от Тёмных Искусств — её любимый предмет, но что-то подсказывало, что с этого года всё в корне изменится. Перси начала поспешно собирать распущенные волосы в пучок. В ожидании, он не отрывал от неё холодных глаз, лишь мельком проследив за движением тонкой руки. Шея, приоткрывшаяся из-за густых белых волн, привлекла его внимание. Нахмурился, на секунду зачем-то вспомнив о том, как близко были его губы к этой бархатистой коже. Скривился. Кретин. Чёртов. Кретин. Лучше бы она оказалась грязнокровкой. Тогда, в лесу, он хотел припугнуть её, подчинить. Ему понравились её волосы, их терпкий миндальный запах. Трясущаяся девчонка, пытающаяся спрятаться за маской сильной и независимой. Она ему приглянулась. Но всё изменилось. Сейчас перед ним стоит поттерская подстилка. Гриффиндорка. Мерзкая. Как всё их жалкое сборище. Стоит лишь вспомнить их умилительные объятия в Большом зале и тошнота комом подступает к горлу. Хочется уничтожить её. Их всех. Растоптать. Снова скривился, отводя глаза. Большинство учеников уже упражнялись, а Снейп расхаживал по классу. Шрамоголовый стоял неподалёку в паре с рыжей девчонкой, изредка поглядывая на профессора. — Может, пора начать? Хрипловатый и нравоучительный голос. — Не прошло и года, Мар. Он моментально вскинул волшебную палочку, наведя прямо на Персидею, отчего платиновые пряди его чёлки упали на лоб. Та не шелохнулась. — Пока не страшно. Давай поубедительнее, — она усмехнулась и направила свою новую палочку на Малфоя, готовясь обороняться. — Я далеко не новичок в этом деле. — В магии? — с иронией произнесла она. — В невербальных заклинаниях. Зубы сжались. Минута тишины, и, сосредоточившись, у Малфоя получается направить на Персидею заклятие-подножку. От неожиданной силы слизеринца она с размаху шлёпнулась на пол, ударившись коленом. — Отлично, Малфой, — скривилась Перси и медленно поднялась на ноги. Затем гордо стряхнула пыль с мантии. Тут же, не дав опомниться, слизеринец нанёс следующий удар, но она с силой отразила его. Драко пошатнулся. — Я тоже. Он дёрнул головой, убирая мешающуюся чёлку. — Чего тоже? — Обожаю невербальные заклинания. Одна попытка. Другая. К удивлению, не выходило снова припечатать её к полу, как хотелось. Поскальзывалась, но стояла на ногах. Уставшая, растрёпанная и вспотевшая. Не сдавалась. — Соберитесь, Малфой, — рядом с ними остановился Снейп. — Дайте-ка я пока­жу. Он так быстро взмахнул волшебной палочкой, целясь в Персидею, что рядом стоявший Гарри среагировал чисто машинально: напрочь позабыв о своей слизеринской партнёрше и невербальных заклина­ниях, он завопил: — Протего! Щитовые чары получились у него такими мощ­ными, что Снейп отлетел назад и врезался в сосед­нюю парту. Весь класс оглянулся и теперь смотрел, как Снейп, злобно нахмурившись, поднимается на ноги. — Вы помните, что мы сегодня занимаемся не­вербальными заклинаниями, Поттер? Он кивнул. — А то, что Ваш партнёр — Ирма Вильес, а не кто-то другой? — Да, — сдавленно ответил Гарри. — Да, сэр. — Совсем необязательно называть меня «сэр», профессор. Слова вырвались прежде, чем Гарри понял, что он говорит. Несколько учеников разом ахнули, в том числе и Гермиона. Зато остальные гриффиндорцы одобрительно заулыбались за спиной Снейпа. — Явитесь в субботу вечером ко мне в кабинет, — приказал Снейп. — Наглости, Поттер, я не потерплю ни от кого… даже от Избранного. — Но, сэр, — подбежала Перси. — Это произошло из-за меня. Я виновата. Никак не Гарри. Гарри не виноват, он святой. Избранный. Спаситель Мар и вообще всего херова мира. Малфоя передёрнуло. — Не нужно геройствовать, — Снейп кругом обошёл учеников. — Занятия окончены. Мар и Малфой приберут в кабинете, — Драко зашипел, словно змея. — Не обсуждается, — добавил профессор. И вышел за дверь. — Это было классно, Гарри! — давился от смеха Рон. — Нет, совсем не классно, Рональд, — проворчала Гермиона. — Снейп и так вечно цепляется к Гарри. — Не нужно было вступаться за меня, — Персидея окинула взглядом почти опустевший класс, Малфой стоял с Паркинсон, придерживая её за талию.— Я бы… — Нет, этот псих хотел наслать на тебя порчу, Перси. Снейп… — брюнет нервно провёл рукой по волосам. — Хренов Снейп слетел с катушек. — Это ты слетел с катушек, Поттер, — послышалось со стороны. — Следовало бы нацепить намордник такому свирепому дамблдоровскому псу, как ты. Паркинсон чмокнула блондина в щёку и, испепеляя взглядом гриффиндорцев, пошла в сторону выхода. В зелёных глазах Гарри плясали огоньки ненависти. Он метнулся в сторону слизеринца, но Гермиона схватила его под руку. — Просто идите на обед, ладно? — Перси встала перед Гарри, чтобы он не мог пройти. — Я скоро к вам присоединюсь. — Ты уверена, что… — Гермиона посмотрела на Малфоя и стала говорить тише. — Уверена, что хочешь остаться с этим наедине? — Я всё, слышу, грязнокровка. — Закрой рот! — слишком громко выкрикнул Рон, отчего сам немного стушевался. Спустя некоторое время уговоров и словесных перепалок со слизеринцем, ребята нехотя удалились из кабинета. Перси молча начала пододвигать стулья к своим законным местам. Из-за практической части в кабинете царил беспорядок. Малфой не мог понять, зачем Снейп весь день сводил его с племянницей Дамблдора. Это раздражало. Малфой поднял опрокинувшуюся под весом профессора парту и, решивший на этом остановиться, медленно прошагал мимо девушки. — Ты серьёзно? — она уставилась ему в спину, держась одной рукой за край стула. — А ты серьёзно считаешь, что эти ублюдки таскаются с тобой из дружеских побуждений? — он развернулся на полпути и ухмыльнулся. Коронная гадкая ухмылка Малфоя — именно так о ней говорил Гарри. Перси моментально выпрямилась. Он нажал на больное. И знал это. А она знала то, что без Дамблдора не смогла бы обрести такое окружение. Затем насмешливо добавил: — В чём проблема, Мар, не нравится слышать правду? — Просто. Убирайся, — отчеканила она и пошагала в другой конец класса, чтобы не видеть самодовольную морду слизеринца. А ведь сначала ей померещилось, что он не так плох, как кажется. Глупая привычка оправдывать всех и каждого. — Уточни-ка. В кабинете или из кабинета, — такой мерзкий самовлюблённый голос, что хотелось закрыть уши, лишь бы избавиться от него. — Мне всё равно. Просто уйди, пожалуйста. Послышался характерный скрип деревянной двери. Замечательно. Пусть катится отсюда и не портит и так поганое настроение. Персидея повернула голову в сторону и закатила глаза — он не ушёл. Просто плотнее прикрыл дверь. Улыбка Малфоя стала жёстче. — Побоялась идти в Слизерин? Ах, да, гораздо выгоднее прибиться к шестёркам Дамблдора. Ты ведь сама такая же. Малфой двигался вдоль книжных полок, проводя пальцем по книгам. — Не очень-то хотелось делить с такой надменной рожей одну гостиную, знаешь ли, — на эти слова он лишь раздражённо фыркнул. — Уходи, я сама тут закончу. — Считаешь, что ты лучше, чем я? — он пропустил её реплику мимо ушей. — Иди к чёрту со своим допросом, Малфой. Я тебе ничего не делала. — Ты же маленькая аристократка, как некультурно. Небольшая пауза. Мгновение она смотрит на него серыми глазами. Обжигающе-ледяными. Малфой, заметив это, останавливается. А она быстро отводит взгляд и начинает создавать видимость занятости — пододвигает край одной из парт. — Не настолько, как Ваше Чистокровное Высочество, — привычно хрипловато, но спокойной произносит Мар, даже не оглянувшись. Он только и добивается того, чтобы вывести её из себя. Почти выходит. Они разговаривают третий раз в жизни, но, кажется, это ничуть не смущает Малфоя. Не стесняет его наглости и злобы. Оказывается, эти полторы недели в Хогвартсе прошли спокойно еще и из-за отсутствия Драко. — Ах, да, полукровка Аберфорт же слегка подпортил вашей семейке титул абсолютной чистокровности. Нотка безумия от проклятых Дамблдоров. Завидуешь? Откуда он это узнал? Мар присела на край парты, скрестив руки. — Я не завидую таким помешанным кретинам, вроде тебя, — услышав это, Малфой прищурился. — Вроде вас. Последняя фраза вылетела совсем случайно, отчего Перси нервно прикусила губу. — Вас? Только попробуй сказать, что-то о… — он запнулся. На его бледных щеках проявились розовые пятна. Глаза Драко сверлили Персидею. Это уже не был привычный все ненавидящий взгляд. Это был взгляд, ненавидящий её. Молчание, накаляющее обстановку. Мурашки предательски забегали по коже, но позволить снова отвести себе взгляд она не могла. Призвав всю смелость, которую могла в данный момент, Перси выдала: — Твоём отце? Пару широких шагов и он оказывается рядом с ней. — Ты ни черта о нём не знаешь, — его зубы сжались. — Или приятели-дегенераты уже промыли тебе мозги? — Он — убийца, Малфой, — слизеринец сделал еще один шаг к ней, отчего у неё мигом спёрло в груди. — Пожиратель смерти… Драко лихорадочно рассмеялся, а потом моментально… замолчал. Он ненормален. Она опустила глаза и тут же раздался грохот. Малфой ударил кулаками в стол. Прямо рядом с ней, по бокам. Загнав её в ловушку, нависнув над ней. Персидея инстинктивно отпрянула назад, полностью усевшись на парту. Старалась выдержать дистанцию, но его ноги с силой вжались в её колени. — Забыла о своём папаше, сгнившем в Азкабане? — прошипел он, наклоняясь всё ближе. Снова ухмыльнулся. Прямо ей в лицо. — Креон Мар — убийца сквибов. Пространство вокруг словно сжалось, и в горле ощущение было такое, словно Перси пыталась дышать битым стеклом. Она молча смотрела прямо на Драко, а вокруг всё кружилось. Не мог он этого знать. Не мог. — Он… он убил его. Одного. Он… защищал мою мать, — она резко замолчала. Вдруг стало не хватать воздуха. — Если вы все такие благородные, то почему ты не защитила его, Персидея? Она молчала, широко распахнув глаза. Стеклянно-серые. Замершие. Мар уже не понимала то, где находится. Не понимала, реальность ли это? — Твои шавки знают о том, что ты убила родного брата? Сердце пропустило удар.