Прости меня, Мэри

Я не помнил, как добрался до дома. Чувствовал себя побитым, уничтоженным, словно после дикого похмелья. Я подошел к входной двери, не решаясь войти. Воспоминания стайкой картинок оккупировали мой мозг. Вот я, отыскав в доме все заначки на «черный день», отдал их за аренду новой квартиры — находиться в старой просто не было сил и желания. Это была наша с Мэри квартира. Узнав о моей трагедии, Гарри предложила перебраться к ней, чтобы облегчить мне отцовство и просто помогать по хозяйству. В любом случае она жила одна, и компания ей никогда не вредила. К ее сожалению (возможно, даже счастью), я отказался, посчитав, что справлюсь сам. Я даже не мог предположить, как я тогда ошибался. Просыпаясь каждую ночь в холодном поту и с застывшим ужасом на лице, я понял, что явно не справлюсь в одиночку. Каждую ночь я снова и снова возвращался в тот злополучный день и в очередной раз терял ее. Боже, прошла всего неделя. Я закрывал лицо руками, пытаясь понять, где сон, а где реальность. Рози плохо спала, чем подливала масла в огонь. Я засыпал практически на ходу, когда привозил Розамунд в дом Гарри. Гарриет, оценив мое состояние, послала меня к черту и записала на прием к психотерапевту. Я понимал, что она хочет помочь, но хотел ли я этой помощи? Она перебралась в нашу квартиру, ворча о том, что это пустая трата денег — снимать квартиру. Я молча кивал и каждый день обещал, что мы переберемся к ней. Когда-нибудь, но не сегодня. Это продолжалось изо дня в день. Гарри практически жила с нами, сидела с Розамунд, успокаивала меня по ночам и заставляла спать. Я был ей благодарен. Я не мог признаться себе в этом, но я это знал. И она знала. Итак, второй раз за свою жизнь я посещал психолога. Честно говоря, с самого начала подозревал, что это не закончится ничем хорошим. Становилось легче, но временно. В остальном эти походы лишь усугубляли ситуацию. Я вернулся в реальность. В доме горел свет. Я положил ладонь на дверную ручку и выдохнул. Мне открылась милейшая картина, которую я только мог наблюдать: Гарриет пыталась научить Рози ходить. — Розамунд, я повторяю тебе в тысячный раз — эту ножку… затем эту… Я невольно улыбнулся. Гарри не сразу меня заметила. — Рози, посмотри, кто пришел! — радостно провозгласила она, поднимаясь с пола и подхватывая малышку на руки. Розамунд что-то радостно пропищала (я искренне надеялся, что она просто рада меня видеть) и потянула ко мне ручки. — Милая, я очень скучал, — я улыбнулся, забирая у сестры дочь. — Ты хорошо себя вела? Гарри сморщилась и махнула рукой. — Как иначе может вести себя ребенок в полгода, Джон? Я заметил, что она сама была уже вымотана. — Иди сегодня домой, — сказал я Гарри, — тебе нужно отдохнуть. Она подозрительно на меня посмотрела. — Я в порядке. — пауза. — Правда. Завтра у меня выходной. Она коротко кивнула, вздохнув. Конечно, Гарри устала, и я прекрасно это понимал. — Клара больше не звонила? — зачем-то спросил я. Гарриет закусила губу, не зная, что ответить. Я осознавал, что ей не хотелось об этом говорить, но сейчас она прощала мне любую глупость. — Нет, — она вздохнула и натянуто улыбнулась, — думаю как раз завтра попробовать с ней связаться. Я понимающе закивал. — Не упускай возможность, — бросил ей я. — Другой может не быть. Она молча опустила взгляд. — Ну, я побегу, — сказала она, помахав нам с малышкой рукой. — Тетя Гарри уходит, — сказал я Рози, пытаясь помахать ее маленькой ручкой. — Ради всего святого, Джон, — Гарриет закатила глаза. — Никакой тети! Я рассмеялся. — Прости, — ответил я ей, закрывая за ней дверь. — Ну что, моя хорошая, ты голодна? — я приподнял Рози впереди себя, смотря в ее глаза. — Г-г-г, — услышал я в ответ. — Чудно, — я улыбнулся и направился с ней на кухню. Быстро подогрев молоко, я налил его в бутылочку и, усадив мылышку на ее стул, принялся ее кормить. Я не купил новый стул для Рози. Просто не смог оставить этот в старой квартире. Мэри сама его выбрала и рьяно отстаивала свой выбор. Я смотрел на Розамунд, слегка поглаживая подлокотник стула. Мэри… — Я — инспектор Лестрейд, — произнес подошедший мужчина, раскрыв передо мной свое удостоверение. — Будьте добры, ваше имя. Я остекленело смотрел вперед, сидя в дверях скорой. На плечи мне накинули одеяло. Будто оно чем-то поможет. — Сэр? — мужчина пощелкал пальцами перед моим лицом. — Что? Да, — оживился я. — Джон Хэмиш Ватсон. — Погибшая… Ваша супруга? — осторожно спросил он. — Мэри Ватсон, — я опустил голову. — Расскажите, мистер Ватсон, что произошло? Что могло послужить причиной? Наши люди считают, что это было само… — Это не самоубийство! — я перестал контролировать себя. — Она не могла этого сделать! Кто угодно, но не Мэри Ватсон! Инспектор явно и сам волновался. Да, огнестрел — не самое приятное зрелище. — И все же… Мистер Ватсон, какие события предшествовали тому, как вы нашли труп?.. — Лестрейд прощупывал почву, ожидая, как я отреагирую. — Мы… немного повздорили, — я закусил губу, — и я ушел. Когда я вернулся, то… Я закрыл глаза. Слезы нахлынули сами собой. Я шумно выдохнул и промочил глаза рукавом. — Серьезная была ссора? — снова спросил инспектор. — Достаточно, — коротко ответил я, посмотрев на него. — Я вас понял, — спокойно ответил Лестрейд. Повисло неловкое молчание. Видимо, он понял, что разговаривать об этом со мной сейчас было бесполезно. — Соболезную вашей утрате, Джон, — он похлопал меня по плечу. — Извините, это моя работа. Я ухмыльнулся. — От которой вы просто стараетесь избавиться, — я просто выплюнул это ему в лицо. — Джон, поймите… — Что понять? — я не хотел его слушать. — Сделать мою жену самоубийцей только для того, чтобы не заниматься этим делом! А знаете почему? Я видел в его взгляде сожаление. Он молчал, позволяя мне выговориться. — Потому что вам не под силу расследовать это дело, — с этими словами я ткнул пальцем ему в грудь. — Нам не дадут этим заниматься, как бы мне не хотелось вам помочь, — спокойно ответил инспектор. — Никаких улик, Джон. Абсолютно! — Это будет на вашей совести, — снова сказал я. — Пока вы будете спокойно смотреть дома телевизор или же ужинать, или же спать. Убийца. Будет. На свободе. Я скинул одеяло, слезая с машины, и собрался уже звонить Гарри. Здесь я точно не мог ночевать. — Джон! — услышал я за спиной. Лестрейд догнал меня. — Он вам поможет, — инспектор протянул мне листок, — хотя мне кажется, что он уже давно спятил. Я, не глядя, взял его и сунул в карман. Наконец опомнившись, я достал телефон. — Алло, Гарри? Рози у тебя? — я волновался. Боже, я совсем о ней забыл! — Да, Мэри привезла мне ее два часа назад. Сказала, что ей надо куда-то отлучиться, а тебя нет дома. Что случилось, Джон? Она была какая-то… сама не своя… — Гарриет чувствовала, что что-то не так. Ее голос дрожал. — Мэри… ее больше нет, — ответил я, сбрасывая вызов. Я сунул руку в карман пиджака, который так и забыл снять, занявшись с Рози. На листке было всего лишь несколько слов, выведенных кривоватым почерком, видимо, наспех:

Шерлок Холмс Бейкер-стрит, 221Б