Голосом по сердцу, взглядом по мечтам

Гагарина проснулась от того, что где-то звонил ее телефон. Кому приспичило звонить в такую рань? Или уже не рань? За окном было темно, но зимой всегда светает поздно, темнеет рано, и не поймешь, какое сейчас время суток. Едва затихнув, телефон опять разразился мелодией. «Да что ж такое», - раздраженно подумала Гагарина. Ей не хотелось вставать из теплой постели, не хотелось выпускать Дашу из своих объятий, но еще больше не хотелось, чтобы противная трель разбудила еще и ее. Нехотя поднявшись, Полина вышла в коридор, где нашла свою сумку, а в ней – несмолкающий телефон. - Да, Дим, что случилось, почему в такую рань? – хрипло заговорила она. - Приезжай, у Андрюшки температура поднялась. - Не сбивай пока и лучше не мне звони, а нашему врачу. - Все равно постарайся, пожалуйста, приехать побыстрее. А то ты там торты ешь, а тут ребенок заболел. - Ладно, - Полина нажала на красную кнопку и на всякий случай выключила звук. Неужели придется вот так уехать, не попрощавшись? Что подумает Даша? Горько вздохнув, Полина принялась надевать «свой наставнический прикид». Слезы обиды застыли в ее глазах: ну почему всё так? Лучше б она выключила этот проклятый телефон и оставалась с ней… Дима – взрослый человек – не может справиться? А сколько раз она сидела с больным ребенком и даже не думала о том, чтобы вырвать его с работы или оторвать от каких-то дел. Хотя Дмитрий-то не был отцом мальчика, поэтому какие могут быть к нему претензии, он и так растит его, как родного… Внезапно ног Полины коснулось что-то мягкое и пушистое: кошка остановилась рядом с гостьей, внимательно посмотрела на нее и, мяукая, прошмыгнула на кухню. - Хочешь есть? – шепотом спросила Полина и снова услышала мяуканье. - Ладно, где тут твоя еда… А, вот, - Гагарина обнаружила упаковку кошачьего корма и наполнила миску. – Рыся, кушай. Рыся даже не посмотрела на блондинку и принялась за ранний завтрак. А он был действительно ранним: взглянув на часы, Гагарина заметила, что всего-то семь утра, и чертыхнулась. Неужели так обязательно было ее поднимать ни свет ни заря? Теперь-то придется ехать, что уж поделаешь. На прощание она огляделась, пытаясь запомнить каждую деталь, каждую мелочь – просто как сувенир о самой необыкновенной ночи в ее жизни. Вряд ли когда-нибудь произойдет что-то подобное. Потянувшись к сапогам, Полина вдруг замерла. А как она собирается уходить? Дверь снаружи не закрывалась, не оставлять же квартиру нараспашку. Придется будить Дашу, даже если не хочется нарушать ее сон. Гагарина прокралась в комнату, хотя какой в этом был смысл, если она собиралась разбудить мирно спящую девушку. Полина залюбовалась ее спокойным и безмятежным лицом, захотелось вернуться, лечь рядом, прижать к себе и никогда больше с ней не расставаться. Только могла ли сама Даша разделить ее желания? Полина вздохнула и тихо позвала: - Дашенька. Та не реагировала. Тогда Гагарина погладила девушку по щеке и позвала чуть громче: - Дашуль. - М? - отозвалась рокерша, но даже не пошевелилась. - Дашенька, муж требует, чтобы я немедленно приехала. Там у ребенка температура поднялась. - Угу. - Пожалуйста, закрой за мной дверь. - Угу, - но девушка по-прежнему лежала неподвижно. - Даш. - Да спи уже, - сделав над собой усилие, Даша пробурчала целую фразу, вцепилась в руку Полины и заерзала, пытаясь придвинуться. - Я бы с удовольствием спала дальше, я бы вообще не вылезала из кровати, но понимаешь, раз уж мой муж своим звонком успел поднять меня и… - Да долго ты будешь болтать? Чего не спится? – наконец, Даша проснулась окончательно, по крайней мере, чуть приоткрыла глаза и попыталась сфокусировать взгляд на Гагариной. Та почему-то была одета и сидела рядом с ее кроватью. Пришлось Полине повторить все свои предыдущие реплики. - Черт бы тебя побрал, - пробормотала Даша, медленно поднимаясь. - Ты прости, что я тебя разбудила, - виновато сказала Полина, но рокерша лишь махнула рукой. «Черт бы побрал этого Диму, всё испортил», - подумала Гагарина, выходя в коридор. Когда она уже обулась и надела куртку, из комнаты вышла Даша в ночной рубашке, сонная и такая трогательная. - Дашуль, ты прости меня, - начала Гагарина, но Нуки тут же перебила ее: - Да всё нормально. Все мы люди. Лечи пацана, мужики все бестолковые, ничего без нас не могут. Поддавшись очередному порыву нежности, Полина притянула Дашу к себе, легко коснулась губами ее губ и тут же почувствовала, что девушка улыбнулась. Сказать ей или не говорить? А если сказать, то как она воспримет? Она ведь совсем не хочет воспринимать Гагарину серьезно… - Давай без слезных прощаний, - все так же улыбаясь, сказала Даша и коротко поцеловала свою гостью в губы. Та кивнула, и через пару мгновений за ней закрылась дверь. В этот момент Полина с щемящей тоской в душе подумала, что, возможно, даже навсегда.