Сухой дождь

POV Канда.

Неделю назад.

      — Юу, мы на задание. Вернемся где-то через неделю. Не скучай~, — выйдя в сад, Ал прощался с Кандой.       — Тч, вали уже, Мояши. Только попробуй сдохнуть — прибью, — в своей грубой манере ответил мечник.       — Я тоже буду скучать~.       Дик и Тикки тоже пробовали попрощаться с Юу, но кроме его излюбленного, Тч, ничего не услышали.

Сейчас.

      Они должны приехать сегодня. Черт. Неужели я волнуюсь за него? Бесит. Пойду потренируюсь.

На следующий день.

      На улице стало слишком шумно. Пойти посмотреть? Все равно делать нечего.       Я раньше редко выходил за ворота особняка и то вместе с Мояши. Просто не буду уходить далеко.       Кто-то стоит возле ворот. Пойду посмотрю. Странно. Почему там полиция? Она что-то спрашивает у Миранды, одной из наших служанок.       — Канда-сан, пожалуйста не выходите пока на улицу, — ко мне подбежала Линали, тоже прислуга.       — Тч, с чего бы это? — настроение ни к черту.       — Только что звонил Лави-сан, сказал, что они придут к вечеру, — че она волнуется то так?       — Ясно, что с Мояши, — ее аж передернуло. А это уже не смешно.       — А-Ален-сама… он… — замялась, — Лави-сан сказал, что все вам объяснит, когда вернется, извините. Мне нужно идти.

Два часа спустя. 16:00.

Вся прислуга от меня шарахается, черт, бесит… Пойду лучше в сад, там и то тише. END POV Канда.

Вечер.

      — Тикки, что ему сказать? — нервно соображал Кроль по пути в особняк.       — Это проблема, — не менее напряженно отвечает Микк.       — Он же нас живьем съест, кроме Ала, его никто приструнить не сможет…       — Другого выхода нет, он ведь однозначно уже понял, что что-то не так.       — …       — Мы пришли, — Лави вздрогнул.       — Д-да… POV Тикки.       Что же сказать этому мелкому? Лави — словно статуя, придется сказать как есть…       Заходим в особняк, тишина. Видимо, прислуга лишний шаг в сторону Канды сделать боится. Все плохо. Иду в комнату Ала. Стук в дверь. Тишина. О, не заперто, ладно. — Канда, ты тут? — Чего тебе, смокинг? — злой и не менее противный, как его Ал терпел? — Нам нужно поговорить, — пытаюсь выглядеть серьезно, но у Канды это получается куда лучше. — Тч, говори, — в его глазах только что промелькнуло беспокойство или мне показалось? — Ладно, — прохожу в комнату и закрываю за собой дверь, — Аллен… — … — Канда еле заметно вздрогнул. — Его… Поймали… — или сейчас меня убьют, или заставят суицид совершить. — … — его это так шокировало? Ну-ка… О-он полностью спокоен?! Как?! Нет, он себя сдерживает. Лишь бы не проколоться. — К-Канда? — Когда…? — Ч-что? — Когда он вернется, — слов нет. Это какими извергами надо быть, чтобы заставить ребенка настолько повзрослеть? — Семь лет… — Ясно…       Думаю сейчас его нужно оставить наедине с самим собой. END POV Тикки. POV Канда. Когда Тикки ушел из комнаты мне захотелось сломать все, что здесь есть. Как? Что? Почему? Много вопросов было, но задать я смог только один, интересно сколько я уже здесь сижу? Час? Пол часа? Десять?       Я бы так и продолжил сходить с ума, но взглядом зацепился за нашу с Мояши фотографию. Я тянусь к ней, но не достаю. Слезаю с кровати, ноги, как вата. Иду, падаю, встаю, пытаюсь идти, держась за мебель, дошел. Беру в руки рамку, в тот день он предложил сфоткаться, я, пребывая в хорошем настроении, согласился.       — Возвращайся… тупой Мояши… — чуть ли не плача, говорил я. Чем закончился тот день, я не помню.