No rules

      — Ты, самый настоящий предатель, хён! Как ты мог не сказать, что ты работаешь в полиции?       — Так ты и не спрашивал.       — А про девушку я у тебя тоже не спрашивал? — я вопросительно изогнул бровь. Мда, теперь ты не отвертишься! И как же зовут твою невесту? Сколько ей лет? Как она выглядит? Сколько вы уже встречаетесь? Когда свадьба?       Это была лучшая тактика в разговоре с хеном. Завалить его вопросами. И тогда, возможно он ответит хотя бы на пару из них.       — Прости, Гуки, — он потянул свою руку ко мне и взъерошил мои и без того непослушные волосы. Айщ, бесит!       — Хён, не называй меня так! — я поспешил выразить свое недовольство его поступком. — Как только я тебя спрашивал, тебя сразу куда-то вызывали.       — Прости, Чонгук. Но я и, правда, в последнее время очень занят. Ты, наверное, помнишь о «Хвангдже».       — Это же те, типа Якудзы?       — Ага. Местная мафия. Их дело поручили мне три месяца назад, собственно, когда я стал капитаном. Поэтому, меня очень часто срывали с перерывов и выходных.       — Ладно, можешь не оправдываться, я и так все понимаю. Но ты слишком резко перевел тему, хён. Я хотел бы, как твой лучший (не побоюсь этого слова!) друг, познакомиться с твоей избранницей.       — Джин? — послышалось откуда-то из-за спины. Я обернулся и увидел очень красивую девушку. Да куда там! Это был просто ангел, сошедший с небес. Ее кожа была бледного оттенка, волосы водопадом струились по спине. Они были насыщенного черного цвета и приятно поблескивали на солнце. Но самым удивительным в ее внешности были большие как для кореянки глаза, практически того же цвета, что и волосы. Хён заметно оживился, встал и подошел к этой девушке. Меня терзают смутные сомнения…       — Ну, вот как у тебя это получается мелкий? Вот только ты сказал, что хочешь познакомиться с моей невестой, так она уже здесь. Скажи честно, ты волшебник?       Я так и думал. Я сразу приметил аккуратное колечко с маленьким рубином на ее безымянном пальчике. Девушка видимо смутилась — ее щечки так мило заалели, глазки по полу забегали. А хён светился всеми цветами радуги. Признаюсь, у него очень заразительная улыбка. Джин-хен мило взял девушку за руку, переплетая их пальцы. Мда… если бы на его месте стоял кто-то другой, то я, наверное, наорал бы на него и попросил свои нежности оставить. Но Джин-хёна посылать не хотелось. Да и это все смотрелось настолько умилительно, что я невольно засмотрелся. Я его таким только с сестрой видел. Только с Нэко он был таким заботливым, милым и улыбчивым. Обычно хен прятал эту свою сторону под маской спокойствия, но рядом с сестрой он сходил с ума.       — Мелкий, а ты не перестаешь зависать! Что-то никогда не изменится!       — Действительно! Сколько тебя не прошу, не называть меня «мелким», ты не реагируешь на мои просьбы.       — Вы так мило обмениваетесь любезностями, как будто женатая парочка, — издала смешок ангел, стоящий рядом с Джином. А она не такая уж и застенчивая, как оказалось. Верно, подметила. Мы с Джином и вправду, знаем друг друга достаточно давно. Некоторые женатые парочки так долго не живут. — Оппа, у тебя есть какие-то секреты от меня? Неужели мой жених на самом деле гей, женатый на таком молодом парне.       — Оппа? — вопросительно взглянул на нее хен. — Ты меня впервые так назвала.       — Так мне пора волноваться, на счет того, что мои подозрения правдивы.       Я не выдержал и просто заржал. Смех пробирал меня до слез.       — Ну, на счет хёна не уверен, — наконец успокоившись и показательно утерев слезы, начал я, — но я уж точно не стал бы жить с таким упертым, занудным и порой сумасшедшим человеком. Тем более парнем. Так что вам, прекрасная леди, не о чем волноваться.       Я чувствовал испепеляющий взгляд хёна на себя. Ну да. Я ведь практически всю его подноготную вывалил. Хах.        — Нудным? — он хотел было начать возмущаться, но его невеста оценила мой сарказм и мягко заткнула Джин-хёна, приложив указательный пальчик к его пухлым губам.       — А вы я вижу, знаете больше чем я.       — Вы правы, нуна, я этого дурака уже пятнадцать лет знаю и, по-моему, владею таким компроматом на него, что он вообще должен спасибо сказать, что жив еще.       Теперь смеялась она.       — Так ты не хочешь представить мне своего друга?       — О, ну спасибо, Ваше Величество, что разрешили своему верному рабу Джину говорить. Искренне признателен вам.       Я прыснул в кулак. Хён обиделся. Мда, не завидую я его невесте.       — Этого мелкого засранца, — хен взглядом указал на меня, — зовут Чонгук. И мы вправду дружим на протяжении пятнадцать лет, десять из которых, к сожалению, на расстоянии. Этот дурачок знает обо мне чуть ли не больше чем Нэко. А ещё понимает меня без слов. Да, ещё он и отличный собутыльник. Перед тем как он слился в Америку, мы это проверяли.       — Хён!!!       — Ахаха. Да, я на тебя тот еще компромат имею. Так что предлагаю выгодную сделку. Меняем всё на всё.       — Так не честно. У меня на тебя больше. Меня не надуришь, Джин-хён.       — Кхм, — послышался тактичный кашель.       — А, так вот. Это — моя невеста Ю Джихи. Сразу отвечу на все твои вопросы. Ей 27, то есть Джихи младше меня на 3 года. Мы встречаемся 5 лет. Свадьба через 3 месяца. Надеюсь, все вопросы исчерпаны. Может, вернемся к еде?       — Угу, — я аж оторопел от такой резкости со стороны хена. Вот так вот все запросто изложил. Да уж. Он, похоже, все-таки чуточку изменился.

***

      — Так, а как продвигается дело с «Хвангдже»?       — Особо никак, зацепиться не за что.       — В смысле?       — В коромысле, — хён выглядел уставшим. И я понимал почему. Рядом сидела Джихи и тихо поглаживала его руку. — Мы пытаемся выйти на одного парнишку, похоже он из Пламенной десятки.       — Ну, так что мешает? Люди не обращаются в полицию?       — Да нет. Как раз таки наоборот. Люди всегда звонят. Но как только мы приезжаем на место преступления, то, или не застаем этого парня вообще, или он быстро сбегает. Да мы толком ничего и не знаем о нем. Конспирация в «Хвангдже» не такая как раньше. Видишь ли, этот человек носит не просто спортивный костюм, — на стол возле ароматных слоек и кофе легли несколько маленьких листков. Значит фотороботы? — а еще и маску на лице, перчатки и плотные кроссовки. Короче говоря, все, что мы знаем, это то, что у этого человека худые руки, щиколотки и шея. Это или подросток, или девушка. Но, второй вариант маловероятен, ведь по свидетельствам очевидцев он уложил на лопатки целую банду, даже не воспользовавшись оружием.       — Оружием? — я посмотрел на фоторобот, но ничего похожего на пистолет или что-то подобное не заметил. Да и вообще, информации было катастрофически мало. Ведь как оказалось, паренек то и капюшон носил, так что даже о прическе мы ничего не знаем. Появлялся в темных местах, и, следовательно, тень от капюшона скрывала и глаза. На ключицах, щиколотках и руках ничего особенного не было. Ни родинок, ни тату. Ничегошеньки.       — Да. Вот тут то и начинается самое интересное. Парень — лучник. При этом высшей категории. Ты, наверное, заметил на фотороботе ремень через плечо. Так вот, это — крепление для стрел. За свое оружие он и был прозван «Стрела».       — Погоди. Я так понимаю, самих стрел на местах не было обнаружено, так?       — Нет. Мы пару раз приносили стрелы в участок. Не более одной, да и было это всего пару раз, но было.       — Так в чем проблема? Потожировые следы проверили и все — попался ваш стрелок.       Я и вправду так думал. Судя по фотороботам, парень носил обе перчатки с открытыми фалангами пальцев. Не профессиональные короче. Поэтому, натягивая стрелу, он естественно оставлял если не отпечатки, то потожировые.       — Не все так просто, — на этот раз начала говорить Джихи. — Стрелы сделаны из алюминия с примесями титана*.       — И что?       — Я как химик могу сказать, что на таком сплаве не остается даже частички потожировых*. Так что это бесполезно.       — Вот черт!       Обидно. Вы спросите, почему я так пекусь об этом деле. Ответ прост: я не понаслышке знаю, что такое «Хвангдже». А уж мой хён тем более. Он ведь обещал, что покончит с этим синдикатом раз и навсегда. А Джин-хён — человек слова. Поэтому, я обязан ему помочь. Как друг. Как брат.       — Но, почему вы тогда ищете именно этого парня, раз он настолько осторожен?       Это был вполне логичный вопрос. Ведь, разве не проще найти того, кто лажает с уликами, и выбить правду из него? Джин-хён вздохнул.       — Потому, что этот парень не по своей воле в «Хвангдже». Он либо по дури пошел и сейчас об этом жалеет, либо он попал туда по одной причине — ради защиты своих близких. А я знаю, какого это — пытаться уйти из «Хвангдже». И я прекрасно помню, что меня спас лишь случай. Вернее смерть лидера. Я просто обязан спасти его.       Я вздохнул. Тогда все ясно. Ясно, почему хён так хочет найти именно этого человека. Почему именно от него хочет узнать всю нужную информацию. Моё внимание вдруг привлекло громкое сглатывание. Это была Джихи. С чего бы это? Но развить свой мозговой штурм я не успел — мне звонили. Черт! Совсем забыл о встрече с представителем другой компании. Что за чертовщина! С какого перепуга я должен встречаться с ним, если в должность вступаю только с завтрашнего дня? Бесят, честное слово.       — Я все понял, хён. Ты знаешь, что всегда в этом можешь на меня положиться. Прости. Мне пора бежать.       — Что, работа?       — Да, — я потер рукой затылок и скорчил милое лицо. — Надоели они мне, — мне снова начали трезвонить. Вот настырные! — Хён, я побежал! Он поднял руку в прощальном жесте.       — Увидимся, нуна!

***

      — Директор Чон, — мне поклонилась молодая девушка. Красивая, даже очень. Нежная кремовая кожа, карие глаза, каштановые волосы которые вовсе не прикрывали шеи. Очки овальной формы с тонкой металлической оправой придавали ей сексуальности. Ее губы были чуть пухлыми, но определенно притягивали внимание мужчин. А формы этой девушки окончательно закрепляли за мной убеждение, что моя помощница, а это была именно она, пользовалась спросом у парней. Хоть блузка и была свободной, но ее пышные формы выделялись даже в ней. Но самым убийственным для меня была слишком обтягивающая юбка-карандаш. — Меня зовут О Тэрин, и я буду вашим помощником и вице директором компании, пока что на протяжении месяца. А там уже мою судьбу будете решать вы.       — Разрешите тогда попросить вас, Тэрин, об одолжении?       — Конечно.       — Я старше вас от силы на 4 месяца, а если загляну в ваше дело, то точно узнаю нашу разницу. Поэтому прошу, называйте меня просто Чонгук. При посетителях все же будем соблюдать субординацию. Но в личном общении прошу обращаться ко мне по имени. Я не сильно о многом прошу?       — Что вы, ди… Чонгук.       — Вот и хорошо. Так, — я открыл дверь в свой кабинет, и чуть не потерял дар речи. Панорамное окно во всю стену. Умопомрачительный вид на Сеул. Стильная мебель и удобная планировка. Я конечно и до этого не жаловался на свой кабинет, но этот офис был слишком крут, по сравнению с моим прошлым.       — Так, кто там так жаждал общения со мной, что даже втянул меня в офис за день до официального вступления в должность?       — Директор LeeGlobalGroup Ли Джонки. Они хотят заключить контракт с Elk Entertaiment Korea для сотрудничества, а также стать нашими акционерами.       — А не слишком ли много хотят?       — Да, многовато. Тем более, сейчас, когда их компания практически обанкротилась. Их акции упали до рекордного минимума. Но, они все еще надеются на контракт. До вашего прилета я числилась как И.О. Директора. Но как вы понимаете, должность не особо официальная, да и я — молодая девушка, так что, когда я им высказалась, директор Ли просто посмеялся и сказал, что я — глупая наивная простушка, не смыслящая в бизнесе.       — Ну, я бы за это ему язык вырвал и куда подальше засунул, если бы услышал такие слова в свой адрес. Не знаю, как ты сдержалась.       — Без понятия. Чонгук, вам звонят.       Я посмотрел на экран и поспешил ответить на звонок. Это был председатель Джеймс Эльк, который собственно и назначил меня директором корейского филиала дела его жизни. Вообще, это был очень приятный пожилой человек в совершенно трезвом уме. А еще он был моим наставником. Всему, что я знаю, я научился у него. Господин Эльк был для меня сродни дедушки. Он заметил меня на первом курсе университета, тогда же позвал жить к себе. Его единственный сын, собственно ген.директор всей компании, руководящий сейчас всем, жил отдельно, да и сам Джим был хорошим человеком. Вообщем я оказался в надежных руках. Тогда же я начал изучать структуру компании и все ее устои. Получалось это у меня недурно, как об этом говорил я, и «Просто превосходно, Гук!», как об этом отзывался учитель.       — Доброй ночи, учитель. Насколько я знаю в Нью-Йорке сейчас 12 ночи. Так почему же вы не отдыхаете в столь поздний час? — я очень быстро перешел на английский. Все же 10 лет в Америке прожил.       — А у вас еще день, так ведь Гуки?       — Да. Именно так.       — Мне сказал Джим, что на наш корейский филиал и на тебя в частности давит одна компания.       — Да это так. Они хотят заключить с нами контракт и купить около 1% акций. Но вот только, сама компания при этом банкроты.       — Не связывайся с ними Гук.       — Даже не собирался. Учитель, вы мне, что со всем не доверяете? — я слегка усмехнулся. — Я ведь не настолько глуп, чтобы связываться с практически банкротами.       — Я не об этом. Не связывайся с ними как с людьми. Я наслышан про семейку Ли от некоторых корейских знакомых. Поэтому, просто откажи им и выдвори из своего кабинета.       — Директор Чон, — ко мне на корейском обратилась Тэрин, и я понял, что тот, о ком мы мило беседовали, явился. Легок на помине.       — Господин Эльк, я вам перезвоню, когда появится время. Отдыхайте. Вам ведь нельзя нервничать.       Услышав слова прощания, я положил трубку и устремил взор на вошедших в мой кабинет людей. Меня как током ударило, когда я увидел лицо директора Ли. Черт возьми! Да я же видел это лицо! На очень старой фотографии. В мамином альбоме. На этой фотографии мой отец стоял рядом со своим братом. Мама говорила, что отца звали Ли Кибом. Так вот оно как. Значит этот человек — мой дядя. Хах. Желание вцепиться ему в глотку появилось очень резко. Ведь именно из-за этого человека мой отец стал изгоем в собственной семье. А мой дядюшка мирно живет себе с этим.       Я стал нервно кусать губу. Надо успокоиться. Нельзя показывать ни единой эмоции. Я справлюсь. Всегда справлялся. Пришло время для моей маски «заносчивого и высокомерного подростка», как ее называл мой учитель.       — Ли Джонки, директор LeeGlobalGroup, — он протянул мне руку.       Собрав всю волю в кулак, я попытался как можно холоднее представиться, пожимая протянутую руку:       — Чон Чонгук, директор корейского филиала Elk Entertaiment. Присаживайтесь, — я показал рукой на стул, стоявший возле моего стола, а сам уселся обратно в кресло. — Мне действительно интересно, что же у вас за предложение, если вы хотели встретиться со мной еще до официального вступления в должность.       — Я, кажется, уже рассказывал об этом ваше секретарше, — он перевел взгляд на мрачную Тэрин, — но она сочла мои предложения не выгодными.       — Прошу заметить, госпожа О, вовсе не секретарша, как вы выразились, а вице директор филиала, и впредь, попрошу быть поуважительнее.       — Простите, господин Чон.       — А теперь, давайте поговорим о ваших предложениях. Я так понимаю, они не претерпели изменений.       — Да. Мои предложения неизменны.       — Тогда мы вынуждены отказать вам по всем пунктам предоставленного вами договора.       — Разрешите узнать причину?! — он вскочил и повысил голос. Ну да, не каждый день тебя посылает 25-летний заносчивый мальчуган. Я пытался держать себя в руках.       — Ваши предложения не отвечают интересам Elk Entertaiment Korea. Если вы закончили, попрошу покинуть мой кабинет.       Он ушел, хлопнул дверью, а я думал, что разгромлю к чертям весь кабинет. Это чертово хладнокровие давалось слишком тяжело. Единственное, что успокоило, это ободряющая рука Тэрин, легшая на плечо.       — Чонгук, не бесись сильно.       — Знаешь, я тут подумал. У меня еще одна просьба. Обращайся ко мне на ты.       — Л-ладно, — щеки девушки зарумянились. Ну, у нас и правда небольшая разница. А если она на меня выкать будет, я себя буду стариком чувствовать.       — Так, хорошо. Раз уж я тут, то займемся документами. Полагаю их уйма.       — В точку!

***

      Когда я вышел из офиса, на часах было десять вечера. Мда. Ненавижу все эти бумажки. Но, ничего не поделаешь, работа есть работа. Надо скорее идти домой. Мама сказала пожить три дня у неё. Вернее как сказала. Приказала. С отмазкой «Пока я не найду квартиру». Никто же не спросил у меня, нашел ли я её. А я её не просто нашел, я завтра поеду ее покупать.       Что ж, надо поспешить. Итак засиделся. Пойду через дворы. Так быстрее. В голову тут же полезли воспоминания сегодняшнего, невероятно насыщенного дня.       — Эй, парнишка, зажигалки не найдется? — кто-то очень грубо меня вырвал из мыслей. Я обернулся. Сзади меня стояло пятеро с битами. Прекрасный первый день в Сеуле! Ничего не скажешь.       Все происходило слишком быстро. Меня резко придавили к кирпичной стене и стали бить. Я почувствовал три удара, и все три в живот. Когда один из них уже вновь занёс кулак для удара, я услышал чьё-то поразительно громкое «Эй!».       — Кто ты, и что тебе нужно? — человек, державший меня за плечи и избивавший, развернулся на 180 градусов и попросту забыл обо мне. А я был рад этому, и тихо сполз по стеночке. Вот только не пойму кто их окликнул. Кто-то из своих, или же нет?       — Ты вообще в курсе, на чью территорию забрел, сопляк? — не унимался по видимому лидер данной мини-банды.       — На свою.       — Да что ты? Эта территория уже давно наша. Так что вали, воробушек, пока по личику не получил.       Из тени стал выходить силуэт. С каждым шагом он становился все четче, пока не замер в пяти шагах от шпаны. Я решил посмотреть на своего спасителя. Зря! Лучше бы я ослеп! Напротив меня стоял парень в сером спортивном костюме, с черной кожаной маской на лице, такими же перчатками и кедами. Через правое плечо парня был перекинут ремень, а за спиной виднелось металлическое оперение стрел и лук. Вот, чёрт возьми! За что ж я такой везучий?!       «Стрела», а это был именно он, вдруг резко поднял до этого опущенную голову. Свет одинокого фонаря упал на его лицо. Его глаза… Карие. Такие тёплые…