Voluntate Dei

Стоило Каре услышать, что Влада вдруг угораздило свалиться с простудой, она сначала подумала, это плохой розыгрыш, но потом вспомнила: Ян даже под страхом смерти не станет о таком шутить. Следующую мысль (о том, что иногда люди слишком ломкие, даже если речь об упрямом Высшем боевом маге) Кара додумывала уже в тот момент, когда торопливо взбегала по лестнице к спальне и в едином потоке речи выдавала все услышанное удивленной Ишим. У них были планы на вечер, но, разобрав трагичную историю про Влада в лихорадке, Ишим без лишних вопросов отпустила ее, прожужжав уши какими-то семейными советами. Спустя несколько минут Кара взмыла в прохладное ночное небо над Столицей и, надрывая крылья, помчалась к светящимся окраинам. Ей открыл дверь Ян, который, видимо, и не ожидал столь скорого визита. Он не знал, об этом они ни разу не говорили, но Кару страшно пугала чужая болезнь: казалась ей чем-то сродни боевым ранениям. Перед таким опускались руки, она ничего не могла поделать, и это злило Кару, привыкшую все контролировать, больше всего на свете. Когда случайно заболела Ишимка, она едва не сошла с ума от беспокойства, потому что прежде думала, что демоны вовсе не могут простудиться, но оказалось, что суровые зимы Девятого способны на многое. Поздоровавшись с Яном и разувшись, она прошла на кухню, чувствуя непривычное тепло, показавшееся распаренной после стремительного полета Каре просто адской жарой. Пахло чем-то очень сладким (медом и молоком — это Кара поняла чуть позже) и пряными отварами. Немного бледный Ян носился по квартире, засовывал в наплечную сумку какие-то документы и в голос костерил начальство, которому срочно потребовалось его вызвать. Краем уха Кара слышала, что в этот раз им досталось сложное дело, но ничем помочь не могла (Гвардия могла бы запросто штурмовать дом подозреваемого, но Яну зачем-то нужен был ордер и улики). Так что она сразу же согласилась побыть с Владом, простывшим из-за суровых петербургских метелей, пока Ян сбегает в мир людей. Набравшись побольше терпения, Кара слушала, стараясь ничего не пропустить и осознавая важность задачи. Выше ее сил было не сравнивать уход за больным с военной операцией, а уж к такому Кара относилась серьезно. — Еще что-нибудь? — когда Ян замолк, устало спросила Кара, стараясь излучать готовность помогать, хотя она уже желала взмолиться, чтобы указания и бесконечные коробочки с таблетками закончились. Она никогда не была сильна в магии, а названия человеческих препаратов звучали для нее почти как архидемонский, из которого составляли самые сложные заклинания; в Аду все лечили магией и травами, так что из перечисленного Кара узнала только аспирин. К счастью, Ян кропотливо выписал свои инструкции на лист, заполнив его с обеих сторон аккуратным мелким почерком, чтобы Кара окончательно не запуталась и не сделала хуже (зная себя, она так и пригрозила). Должно быть, выглядела Кара слегка ошарашенно, потому что Ян ободряюще улыбнулся и похлопал по плечу. Он уже стоял рядом одетым, на ходу заматывая вокруг шеи легкий клетчатый шарф. — Ты справишься, только не волнуйся. Можешь еще… цветы вот полить, если хочешь. Отвлекайся иногда, да и вообще от насморка никто не умирает, просто наблюдай, чтобы Влад отдыхал. Разрешаю его бить. Немножко. По его улыбке Кара поняла, что все не так плохо, иначе Ян бы просто послал инквизиторское начальство и остался около Влада. Чтобы убедить себя в этом, ей понадобилось несколько раз повторить последнюю мысль — вроде бы полегчало. Лающее покашливание из другой комнаты Кару сильно напрягало, но она сделала вид, что все отлично. И честно попыталась переключиться. — Ага, ясно, полить. А что у тебя за рассада такая, все спросить хочу? — Кара указала на стройные ряды разнообразных кактусов на подоконнике. Парочка зацветала. — Прям джунгли. — Кактусы хорошо в пустыне растут, чтоб их… Владу кто-то сдуру сказал, что надо дарить цветы, может, пошутить хотели. Вот он исправно несет мне эти колючки на каждый праздник, — рассмеялся Ян. — А они же вечные, похоже, не убиваются никак, растут себе потихоньку, даже если год не поливать. Наверняка в цветочном магичат. Однажды эти кактусы захватят все свободное место, нам негде будет жить. — Так скажи ему, что не нужны они тебе… — Ты когда-нибудь счастливого Влада видела? — беспомощно развел руками Ян. — Как замечаю, что у него глаза так гордо блестят и улыбка эта глупая на половину лица, ничего сказать не могу. Забываю начисто. Вслед за Яном она потянулась в центр кухни, подала ему зонт, который валялся возле плиты, повторила пару правил, на которых он настаивал, а потом терпеливо наблюдала, как Ян неловко пытается активировать амулет телепортации. А в следующий момент Кара моргнула, и Ян бесследно пропал; в квартире стало пусто и тихо, но она по-прежнему могла расслышать сиплый кашель Влада. Кара понятия не имела, спит ли он, но все равно прокралась в комнату на цыпочках. Свет горел ярко; Влад сидел на диване, обложившись несколькими пледами и покрывалами, и выглядел довольно несчастно: в домашнем, лохматый, слегка небритый, с опухшими красными глазами и расчесанным платком носом. Увидев ее, Влад слабо улыбнулся ей и помахал рукой. Что-то в этом выражении лица подсказывало Каре, что он никак не может понять, привиделось ему или нет. Но Влад ко всему прочему упрямо пытался читать: крепко вцепился в какую-то разваливающуюся на глазах книжицу, держа ее на коленях. Однако сосредоточиться он не мог, часто моргал и мотал головой — наверное, строчки расплывались; Влад слабо зарычал, зажмурился и снова уставился на открытый разворот. — Ян сказал, тебе нужно отдыхать, — напомнила Кара, тихонько подкрадываясь и щелкая его по уху. Влад вздрогнул и с трудом повернул тяжелую голову к ней; улыбнулся заискивающе, точно надеялся разжалобить. Он был очень близок, но Кара после долгих лет воинской жизни умела подчиняться не сердцу, а здравому смыслу, поэтому решительно отняла у него книжку, а Влад даже не смог дать ей достойный отпор. С несчастным стоном он рухнул на подушки. — Я отдыхаю, — проворчал он. — Самый лучший отдых — чтение… Инквизиторство сказал мне никуда не ходить, так что я смирно сижу на диване и не двигаюсь. Честно! А он приставил тебя сторожевым псом… О, я говорил? — Влад сонно и почти бессвязно бормотал, но отчаянно бодрился. — Мы хотели завести собаку. Инквизиторство очень хорошо ладит с Джеком, ты представляешь… — Еще одно слово, и мне придется тебя вырубить, чтобы ты не напрягался, — честно предупредила Кара, не в силах сдержать улыбку. Влад не страдал, как она себе напридумывала, но вообще думала ли она, что когда-нибудь увидит его такого? Каре захотелось рассмеяться с облегчением, но она сдержалась. Тем временем Влад что-то сбивчиво ворчал: — Ян угрожал меня наручниками пристегнуть, чтобы я никуда не делся. — Ну, кто-то счел бы это чертовски сексуальным, — фыркнула Кара. — Ага, может быть, если б я чувствовал свое тело… Хотя я слишком хорошо его чувствую, и у меня ощущение, что я горю, — жалобно поделился Влад. — Обычный насморк… ну кашель… А все равно все кости ломит, еще жарко так! А потом вдруг холодно. Вот и оживай ради этого. — Это температура, — спохватилась Кара; она прижала ладонь ко лбу Влада прямо под рожками, потом потянулась, перепроверяя легким касанием губ (Влад заворчал и перекривился). Обжигало. Мгновенно вскочив, Кара бросилась на кухню. — И ты туда же! — донесся до нее хриплый вой. — Хватит пичкать меня таблетками, ну честное слово, ничего не случится!.. Но Кара его не слушала, выволокла аптечку и пошла сражаться со списком, оставленным Яном; слава всему несвятому, он написал все названия разборчиво, и они перестали Кару пугать. Пока она возилась, закипал чайник, грозно урча. Суета на кухне ее увлекла; цветочки Кара все-таки полила и устало задумалась, что ужасно давно не дарила Ишим букетов — или, может, лучше перейти на комнатные растения?.. Таблетки Влад пил с кислой страдальческой миной, но Кара, которая на всякий случай попробовала одну, гладкую, округлую и совершенно безвкусную, не мучилась угрызениями совести, что заставляла его лечиться. Ян любил правила, тщательно их исполнял, и теперь Кара начинала понимать, что подобное приносит хорошие результаты: после ударной дозы человеческих лекарств Влад стал дышать не так часто и хрипло, нездоровый румянец спал и глаза стали чуть меньше блестеть. Тут-то Кара подсунула ему заваренный отвар, в который она от души бухнула малинового варенья, а сама притащила к дивану стул. — Вот ведь ерунда какая, — делился Влад, закутавшийся в одеяло и уткнувшийся носом в кружку, — лечебные амулеты от ран мы придумали, а от банальнейшей простуды — нет. Ужасное упущение. Понимаешь, ускорить регенерацию — ну вот типа как у тебя — магия может, а убить бактерии, но не трогать само тело — слишком тонкая работа. Я б занялся, — Влад ненадолго прикрыл кружку рукой и громогласно чихнул в сторону, содрогнувшись всем телом, — но я боевой, а не лекарь. А ведь когда-то хотел на медика поступать… Только вступительные завалил… Наблюдая за тем, как Влад сладко зевает, Кара стала размышлять, как много нового узнает, если поговорит с ним таким чуточку подольше. Тут же отбросила эту мысль: подло наживаться на беспомощности товарища. Когда Влад допил, потянулся поставить кружку прямо у дивана, но Кара перехватила ее и прытко кинулась на кухню. Когда она вернулась, Влад, свесившись с дивана, сосредоточенно тянулся к стулу, на котором Кара легкомысленно оставила отобранную книжку. Встать и дойти у него или сил не было, или Влад пригрелся в тепле одеял и не хотел покидать уютное гнездо. Увидев Кару, постаравшуюся изобразить на лице зловещую ухмылку, Влад неловко застыл, держа руку на весу, напряженно дрожа, грязно выругался и заполз обратно на диван. — Я думал, ты кружку мыть будешь, — пояснил Влад. — Что ж, неудачная попытка. — «Всадник без головы»? — прочитала Кара, наконец взглянув на обложку с немыслимым изумлением. — Майн Рид? Тебе сколько лет-то? Да ты серьезно болен, мой друг… — Завались, — огрызнулся Влад. — Всегда читаю, когда болею, это традиция. Он улегся, а Кара, скинув тапки, тоже скользнула на диван, и они неловко завозились, пока она не оказалась сидящей у спинки, а голова Влада — лежащей у Кары на коленях. Книжку Кара принесла с собой, а теперь перелистывала неспешно, зажав пальцами нужную страницу. Снова прокручивая в голове список, поняла, что может ненадолго оставить в покое таблетки. Сама она знала, что хороший отдых тоже лечит хорошо. Влад расслабленно улыбался, лежа головой у нее на коленях, и Кара ласково зарылась пальцами в его волосы, немного мокрые на висках. Тихонько заурчав, Влад зажмурился, позволяя ей развлекаться с его взъерошенными вихрами в свое удовольствие. И так удивительно было видеть его беспомощным, уязвимым и не напряженным, как всегда, что Кара не могла понять, чем разрывает сердце. Прислушавшись к себе, она поняла, что это нечто вроде нежности, но пугаться у Кары не было сил. — Я боялась за тебя, — сказала она. — Я как-то привыкла, что люди умирают от лихорадки. Что если у кого-то жар, то это верный знак, что человек одной ногой… у нас. — Это в каком веке было-то? — насмехался Влад. — С тех пор вон сколько таблеток напридумывали, а ты никак не адаптируешься. Древняя ты, Кара, небось и помнишь, что холеру всякую и чуму. У нас в Питере, как зима начинается, сразу все валятся, у половины офиса сопли рекой. Кстати… Он зашарил рукой, ища что-то, и Кара любезно подсунула ему мятый носовой платок. — Гадость, да? — криво ухмыльнулся Влад, высмаркиваясь, отвернувшись. — Я видела и более жуткие вещи, не думай, что сможешь меня поразить. Ты хотя бы не истекаешь желчью, тогда мое самообладание пошатнулось бы, — подбодрила Кара. — Пусть так. Но я рада, что с тобой все в порядке, серьезно. — Угу, — смущенно проворчал Влад. Они не привыкли к слишком явному проявлению связывавших их семейных чувств, и потому оба ощущали себя гуляющими по хрупкому льду. Кару вот уже начало подтапливать чуждыми (как она раньше думала — недостойными) эмоциями. Снова проверив температуру, Кара так и оставила ладонь лежащей на лбу Влада. Он улыбался по-детски счастливо. — Почитай мне, а? — попросил Влад. — Я не нянька, а сторож, — вздохнула Кара, сомневаясь в своих способностях чтеца. — Тебя же сразу вырубит, я вижу, глаза закрываются. — Да хоть умру счастливым, — трагично добавил он, и Кара гневно шикнула. — Дочитай главу, не хочу оставлять дела незавершенными. Что тебе стоит? — Ничего, — согласилась Кара. Да, счастливого Влада (с описанным Яном щенячьим взглядом воспаленных глаз и широченной улыбкой) она видела. И тоже совершенно не могла ему отказать, да и не хотела, потому что сегодня Каре непривычно хотелось заботиться. Она открыла книгу и начала читать.