Adore

      Машина плавно остановилась у обочины дороги. Сколько ни смотрела, я так и не смогла понять, чем именно это место отличается от всей той местности, что мы оставили позади. Впрочем, мне и не дали времени обдумать все это – Лен схватил меня за локоть и поволок вглубь леса. Синеволосый парень подгонял нас сзади, все время боязливо оглядываясь и поминутно бормоча ругательства, которых я предпочла бы не слушать. Мы двигались вперед, как мне казалось поначалу, довольно быстро, но очень скоро я поняла, насколько ошибалась, потому что вдруг где-то совсем рядом с нами просвистела пуля.       Я не сразу поняла, что произошло, но ладонь Лена быстро скользнула по моей руке, с силой сжала мои пальцы и потянула вперед, не давая времени опомниться. И вот мы уже неслись с такой скоростью, которой я от себя никак не ждала.       Синеволосый парень бежал позади нас, и с каждым мгновением становилось все очевиднее, как сильно он хотел бы ускориться. Однако он почему-то не делал этого, продолжая просто следовать за нами, за мной. Он будто бы пытался... защитить меня.       Вскоре парни, видимо, решили, что опасность миновала, и немного притормозили, чтобы передохнуть. Мы пристроились у широкого раскидистого дерева, прислонились к нему спинами с разных сторон, будто специально заняв такие позиции, при которых не были вынуждены смотреть друг на друга. Было почти необходимо сейчас не видеть лиц спутников, слышать лишь их тихое дыхание, рванное и прерывистое – от страха или от усталости? Но я почему-то не чувствовала утомления или упадка сил, не ощущала боязни за свою жизнь. Быть может, из-за выброса адреналина?       – Ты как? – напряженно и еле слышно спросил Лен.       Я не могла знать, что выражает его лицо, однако была уверена, что оно такое же спокойное и чуть насмешливое, как и всегда, когда он говорит со мной. Я только чувствовала рукой его руку и знала, что он здесь, рядом со мной. Этого было достаточно, чтобы с легкостью ответить:       – Я в порядке.       Мы снова замолчали, наслаждаясь короткой передышкой, и напряженно вслушивались в негромкие шелестящие звуки леса. Мы боялись услышать чужие шаги, боялись, что вот-вот снова раздастся выстрел, но ничего не происходило. Мы затаились.       Не знаю, сколько прошло времени. Я думала о многих вещах и ни о чем, одновременно. Думала о машине, которую мы бросили на обочине дороги, и о своей погибшей семье, думала о совершенном мною недавно убийстве и о том, как безвозвратно испорчено мое платье после этого странного приключения. Разные были мысли, и их было так много, а вот эмоции... Их почти не было.       – Так, ты, значит, и есть легендарная Мику Хацуне? – вдруг тихо заговорил синеволосый парень.       В его голосе слышалось то же презрение, что все время горело во взгляде, словно его постоянно безумно раздражало несовершенство окружающих его людей. Не очень-то мне хотелось общаться с этим угрюмым горделивым типом, но просто молчать и игнорировать его я не решилась.       – Да, – ответила я, гадая, что он имеет в виду, называя меня «легендарной». – А ты...       – Шион Кайто, – представился парень и едва слышно усмехнулся. – Неудавшаяся модель.       Я была озадачена этими словами, но они прозвучали так, словно я и без пояснений должна была все понять, поэтому я не произнесла ни слова, и только постаралась сдержать смех, представив себе этого грубого самодовольного парня расхаживающего по подиуму или кривляющегося перед фотографом.       Я тихо хихикнула, и Лен слегка толкнул меня в плечо локтем, но и с его стороны я услышала смешок. Вряд ли его, как меня, насмешили слова Кайто, скорее он без труда представил себе мои мысли по этому поводу. Наверное, он успел действительно хорошо изучить меня, мой характер, мое сознание, мои привычки, так что и впрямь может теперь предугадать каждый мой следующий шаг. Мне вдруг стало не по себе от такого, и я поморщилась, неосознанно отодвигаясь чуть дальше от него. На мгновение – одно только мимолетное мгновение – я увидела всю ситуацию и мои отношения с моим похитителем, будто со стороны, и это выглядело действительно странно, почти страшно, неестественно. Я испытываю к нему что-то неясное, необъяснимое даже для меня самой... Интересно, а эти мои эмоции он мог бы понять лучше меня самой? Вполне возможно...       – Они здесь, – вдруг пробормотал Кайто, разом напрягшись.       Спустя миг и я услышала тихие шорохи неподалеку и тут же вцепилась в рукав Лена. Он отцепил от своей одежды мои пальцы и сжал их в своей ладони с силой и с осторожностью.       В следующую секунду, по сигналу Кайто, мы сорвались с места. Никогда еще мне не приходилось бежать так быстро и так долго. Меня гнал вперед не страх, а стремление, почти необходимость держаться ближе к нему – к Кагамине Лену.       Единственное, что оставалось еще пока важным, это его ладонь, которая крепко и бережно сжимала мою, пока мы убегали от тех, что, не отставая, гнались за нами, следовали по пятам. Я не понимала всей серьезности ситуации, пока в синеволосого парня, который нервно подгонял нас, прикрывая наши спины, не попала чья-то пуля.       Мы бросили его лежать там. Лен не позволил мне медлить ни секунды. Наверное, сейчас Шион Кайто уже мертв.       Мы продолжали нестись вперед, пока мне не пришлось затормозить, когда мой похититель вдруг резко дернулся и рухнул как подкошенный со сдавленным хриплым стоном. Я опустилась рядом с ним, чувствуя только, как твердые комья земли, камешки и ветки впиваются в колени, и больше ничего не ощущая, словно весь мир вдруг скукожился, сжался до невообразимо микроскопических размеров моей боли.       Но это было не так.       Лен дышал тяжело и часто, зажимая рукой бок. По его одежде уже начало расползаться жуткое кровавое пятно, и я, склонившись над ним, тупо уставилась на этот огненный цвет, который, казалось, притягивал меня. Было в нем что-то странное, неестественное, и мне вдруг подумалось, что эта кровь какая-то слишком... красная.       – Мику... – прошептал он, хватая меня за руку и притягивая еще ближе к себе. Я с трудом сфокусировала взгляд на его лице, которое было теперь так близко к моему, что кожу обжигало его горячее дыхание. – Беги дальше...       – А как же ты? – с отчаянием спросила я также тихо, как и он.       Лен покачал головой, и я невольно поразилась тому, каким хладнокровным он остается даже в такой ситуации. На его бледном лбу, рассеченным тонким белесым шрамом, выступили капельки холодного пота, он начал судорожно хватать ртом воздух, и мне, наконец, стало по-настоящему страшно.       Он неимоверным усилием поднял руку, на которой яркими пятнами светилась кровь, и мягко коснулся ею моей щеки, стирая пальцами льющиеся градом слезы.       – Не бойся. С тобой все будет хорошо... – уголок его губ дернулся в полуулыбке. – Я обещаю...       – А с тобой? – еле слышно спросила я, вцепившись в его окровавленную ладонь, повисшую теперь безвольно в моих дрожащих руках, потому что у Лена не было уже больше сил.       Он только нахмурился, не сводя с меня сосредоточенного молящего взгляда, в котором горело отчаяние. Он будто просил меня уйти, и как можно скорее, а я, даже понимая, что должна, обязана повиноваться, никак не могла заставить себя сделать это.       – Но я не знаю даже, куда бежать! – воскликнула я, и тут же пожалела о том, что повысила голос.       Послышались чьи-то голоса, топот чьих-то ног. Похоже, стрелять они больше не станут, но еще немного – и они настигнут нас...       – Ты должна найти мою сестру. Она будет ждать у реки, возле пещеры... – он уже с трудом выговаривал слова, но его взгляд оставался таким же ясным и прямым. – Это совсем рядом...       – Но как же ты? Если я брошу тебя...       Лен скривился и с силой, которой я никак не могла ждать от него в таком состоянии, оттолкнул меня со словами:       – Не смей даже думать обо мне сейчас. Уходи.       Слегка пошатываясь, я поднялась на ноги, бросила на него последний полный отчаяния и страха взгляд, с остервенением отерла мокрую грязную щеку и рывком сорвалась с места.       Теперь я, кажется, летела вперед еще быстрее, чем прежде, мельком удивляясь тому, как у меня все еще хватает на это сил. Вскоре за деревьями показалась река, и у меня вырвался истерический смешок. Голоса за моей спиной стали громче, мои преследователи приближались, но они действительно больше не стреляли. Теперь они лишь кричали что-то мне вслед, будто пытались остановить меня, предупредить о чем-то. Они почти умоляли...       Но я просто неслась вперед.       Вот и пещера, наконец! И у темного входа я заметила чью-то хрупкую тонкую фигурку, она напряженно застыла под тяжелым сводом камней и смотрела, как я стремительно приближаюсь.       Снова послышались выстрелы, из чего я сделала вывод, что теперь и эти люди видят светловолосую девушку, которая нетерпеливыми взмахами руки подзывала меня к себе. Они явно боятся попасть в меня, но, очевидно, не гнушаются убийства в принципе.       Когда я подбежала и притормозила, чтобы перевести дыхание, она бесцеремонно и довольно грубо схватила меня за руку и затащила в пещеру. Мы торопливо шагали вперед, и я все время нервно оглядывалась, опасаясь, что за преследователи проникнут сюда следом за нами, и тогда нам уже некуда будет бежать.       Но вот эта девушка остановилась возле удивительно ровной для пещеры стены, нащупала какое-то углубление, скрытое под свисающим со свода пещеры растением, и перед нами, как по волшебству появился широкий проход. Мы нырнули внутрь и устремились дальше, а позади нас уже слышались беспомощные возгласы людей, выкрикивающих мое имя. Огромный камень вернулся на место так же быстро, как и исчез, захлопнувшись позади меня, как крышка гроба, и все вокруг поглотил мрак.