Norge

      Этот день, день погребения короля Кристиана Сатре VII, выдался особенно жарким. Даже небо как будто радовалось случившемуся и не хотело проливать ни капельки дождя. Невыносимая духота заставила всех людей запереться в домах, где еще хоть как-то сохранялся свежий воздух.       Нура, дочь умершего правителя, сидела, свесив ноги, на большом окне высокой башни, которая располагалась в левом крыле замка. Отсюда было видно все необъятное царство: земли, оставшиеся без правителя, люди, потерявшие защиту…       Нура, будучи хорошей рукодельницей, вышивала крестиком. Это ее успокаивало. На страмине красовался на половину вышитый герб династии Сатре — оливковая ветвь на красном, даже кровавом фоне. Принцесса вспомнила один из уроков истории, на котором она узнала, каким жестоким путем ее предки пришли к власти. Убив короля Эрика Шистада, они заняли его место. Но девушка знала, что все возвращается бумерангом, и почему-то она предчувствовала, что именно ей придется пожинать плоды своих дедов и прадедов.       Она была уверена, что рано или поздно ее сошлют в монастырь, так как не многие захотят видеть на престоле шестнадцатилетнюю девушку, которую никогда не готовили к власти.       Нура находилась в вечном ожидании того, что посреди ночи замок захватит восставший народ или кто-то подсыпет ей яд в еду, она даже была готова к предательству со стороны самых близких людей. На политической арене девушка — лишний игрок, которого когда-то устранят. Вопрос только в том, каким способом…       Правление ее отца условно можно было разделить на три периода: в первый он кутил, пил и веселился на балах, во второй — проводил не приносящие пользы реформы, которые, в основном, были направлены на расширение прав лишь зажиточной верхушки общества, поэтому все остальные категории население оставались недовольны, и в третий период Кристиан лишь спал и ел, не заботясь о том, что в стране творятся беспорядки — народ бунтует из-за всего, чего только можно, назревает война с соседними государствами, которые в сто крат превосходят во всем Норвегию, а верно идущий к смерти король так и не оставляет за собой будущего правителя страны.       Жена короля, Мария, умерла еще шесть лет назад, и с тех пор король не смог найти ей замену. Смерть любимой жены навсегда приостановила какое-либо движение вперед в жизни мужа, а маленькая дочка Нура навсегда лишилась материнской любви.       У Марии и Кристина было пятеро детей: один погиб, едва родившись, другого скосила чума, третья дочка была слабоумна и умерла в четырнадцатилетнем возрасте. Осталась только Нура и бастард короля — Юнас, которого еще во младенчестве отправили вместе с матерью в самые неприступные леса Норвегии, чтобы те не создавали проблем при дворе.       Когда Кристиан понял, что у него не осталось никого, кроме дочери, и что его время скоро закончится, он начал наверстывать все упущенное. Отец и дочка стали больше проводить времени вместе, по-настоящему сблизились, поэтому их душевное потрясение после смерти любящий жены и матери было не столь продолжительным и губящим их души.       Король никогда не говорил с дочерью о престолонаследии, правление и вообще обо всем, что было связано с властью, поэтому Нура и не могла сейчас предугадать, что будет с ее страной, что будет с ее жизнью.       Она безгранично любила свое государство, но понимала, что ничего не может ему дать — она была далека от политики и никогда не хотела участвовать в управлении государством, ведь там, где власть, там смерть и кровь, а молодая девушка была категорически против насилия и не могла себя представить в роли правящего монарха, которые решает многочисленные судьбы и стоит за штурвалом своей страны, решая как и в каком направлении ей плыть в огромном океане под названием «царствование».       Нура понимала, что тот, кто не нужен государству, в нем лишний.       Единственное, что она могла, — это выйти замуж, что приравнивалось для нее к вечному рабству. Для нее и смерть была бы лучше.       Поэтому сейчас она, как в последний раз, наблюдала за всеми красотами той страны, в которой она выросла, которая подарила все то, что она имеет и которая в ближайшее время все это у нее отнимет.       Но она не боялась смерти, ведь там, в загробном мире, ее ждут мама, папа, братья и сестра. Единственным человеком, которым дорожила Нура, была ее фрейлина Вильде — надежная и любимая подруга, которая росла с ней плечом к плечу.       Вильде была человеком, которая помогла Нуре пережить как смерть матери, так и смерть отца, которого убили так подло и нечестно — в замке оказались предатели, нашедшие способ отравить короля, несмотря на то, что его еду пробовали многие слуги. Яд, видимо, был подсыпан в вино, которое пил король во время исповедания.       Убить короля в то время, как он обращался к Богу, молил его о прощение за все грехи, — подло, жутко, низко.       В глубине души Нура хотела отомстить тому, кто сделал это, но понимала, что для этого у нее недостаточно сил. Она презирала насилие, но ее второе я хоть на секунды, но вырывалось наружу, заставляя Нуру представлять, как убийцы ее отца стонут и медленно и мучительно умирают.       Люди, которые устраивают дворцовые перевороты и свергают царей, не потерпят, чтобы в живых осталось потомство того, кого они долгими годами пытались устранить и, наконец, сделали это.       — Скоро начнется, — обратилась фрейлина к Нуре, перебирая в руках ее волосы и заплетая маленькую косу вокруг белой головы, пока та, любуясь просторами родной страны, заканчивала свою вышивку. Под «скоро начнется» Вильде имела в виду похоронную процессию, к которой так долго готовился весь двор.       — Я не хочу туда идти, — возразила принцесса. Вильде, взяв вышивку и отложив ее, взяла девушку за руки, чтобы та смогла почувствовать всю любовь и поддержку, которая фрейлина испытывала к своему другу и принцессе.       — Ты же с ним не прощаешься. Вы еще встретитесь там, моя принцесса. Ты знаешь это. Умерла лишь его плоть, а душа отправилась в наилучшее место.       Вильде тоже скорбела по королю, ведь он был ей почти как отец. Девушка потеряла своих родителей еще в младенчестве — они были убиты во время одного из восстаний, главной целью которого было безжалостное уничтожение приближенных царя, которые считались одной из самых главных проблем в стране, ведь простой народ всегда с завистью и ненавистью смотрел на богатых и высокопоставленных. Кристиан Сатре, считавший себя виноватым за случившееся, взял на себя ответственность за воспитание всех детей, которые были лишены родителей. Многие из них были отправлены в хорошие семьи, а Вильде Хэлеруд, дочь лучшего друга короля, осталась при дворе и воспитывалась женой правителя, так что Нура и Вильде стали друг другу настоящими сестрами.       Уже через несколько часов Нура осторожно шла по главной площади Норвегии, провожая своего отца, чей труп лежал в огромном красном гробе, украшенном многочисленными цветами и золотом. Огромная, не имеющая конца толпа, из которой доносился то крик, то смех, образовала на улицах огромную давку. Все хотели либо почтить, либо позлорадствовать, так что на похороны явились все, даже самые недовольные властью.       Ни одной слезинки не проронила Нура, ни одного крика, слова или звука. На удивление всех окружающих, она стойко перенесла потерю второго родителя. Нура знала, что если она поддастся отчаянию и горю, люди, которые хотят от нее избавиться, увидят ее слабость и сразу же начнут действовать. Она крепко сжимала руку своей подруги, которая, напротив, вся покраснела от слез.       В тот момент Нура, смотря на простых людей, думала о том, как было бы хорошо не быть принцессой. Она бы родилась в простой семье, где все работают не покладая рук, помогала бы своей матери, беззаботно играла с младшими братишками и сестренками, трудилась по дому, потом вышла бы замуж за какого-нибудь кузница и родила ему много детей.       Нура никогда не хотела быть частью власти, она никогда не желала этого. Но она знала, что, если ты дочь короля, то ты уже часть всего этого, ты уже правишь, ты уже действуешь.       Когда вся эта тяжелая церемония закончилась, Нура легко выдохнула — огромный камень свалился с ее души. В этот момент, когда гроб ее отца закопали, она почувствовала, что начался новый этап не только в ее жизни, но и в жизни ее страны, который, как ей казалось, не принесет ничего хорошего. Ведь если нет наследника, то быть смуте.       После того, как все люди более менее разошлись и каждый мог заняться своим делом, к Нуре, которая в то время отдыхала в своих покоях, пришел лорд Найшейм. Несмотря на то, что он годился в отцы Нуре, все дамы в округе сходили от него с ума, его обаяние, статность и мужественность могли очаровать всех. Он был самым близким и самым лучшим советником умершего короля, который взял на себя долг до конца защищать дочь правителя и учить ее, как аккуратно и правильно вести двойную игру под названием «власть».       — Принцесса, — сообщил он, подойдя к ее кровати, где она до сей поры дремала, надеясь забыться, — к нам пожаловали очень важные гости. Шведский принц Вильям Магнуссом вместе со своей свитой прибыл к нам, чтобы выразить вам свои соболезнования. Он просил Вас удостоить его Вашим присутствием, так что я посоветовал бы Вам спуститься к столу, где собрались все близкие друзья покойногокороля.        — Все близкие друзья моего отца мертвы, а те, что сидят внизу, воры и предатели, которые подсыпали ему яд, — Нура всегда не любила приближенных слуг, так как она, имея уникальную возможность читать людей по глазам, видела в них только желание разбогатеть и подлость вместе с трусостью.        — Прошу всех слуг выйти, — заявил лорд, а те, не осознавая происходящего, лишь медлили, поэтому в следующее мгновение раздался крик, — вон из покой принцессы, нам нужно остаться наедине.       Лорд Найшейм, считавший, что именно на него король пережил обязанность отца, мог позволить себе поднять голос на королевскую особу. Более того, он подошел к ней, крепко схватит ее за руки и подняв на ноги, грубо, но без злости, а со своеобразной заботой, которые только в такой форме могут проявлять люди жестоких нравов, сказал:       — Милая моя, я понимаю, что ты очень расстроена из-за смерти своего отца. Но хватит строить из себя жертву и включи, наконец, хищницу. Да, ты права. Там внизу сидят одни ублюдки, которые так и мечтают воткнуть тебе нож в спину и занять твое место правителя. И не смей мне говорить, что ты не хочешь править, не хочешь властвовать, эти сказки ты могла вешать на уши своему бесхребетному отцу. Сейчас же ты не принцесса, ты — будущая королева Нура Амалие Сатре, монарх Норвегии, так, будь добра, веди себя подобающе — сейчас же надела на себя самое шикарное платье и холодную маску безразличия. Не позволь этим убийцам внизу показать, что род Сатре слаб, на грани вымирания, борись за себя, свой народ и свою страну, иначе не пройдет и дня, как твой маленький труп окажется в какой-нибудь канаве рядом с моим. Ох да, там же будут и все твои друзья, и твоя фрейлина, и мой сын Эвен и все те, кто хоть когда-то любил и почитал твоего отца, твой род. У тебя есть, за что бороться, понятно? Бог наложил на тебя этот крест правления, и ты должна с достоинством нести его всю свою жизнь. Ты меня поняла? Поняла? — он тряс хрупкую девушку своими огромными морщинистыми руками, у той полились слезы, и он своими длинными пальцами тут же их вытирал, не позволяя ей быть слабой. Закончив свою речь, он оттолкнул ее на кровать, позвал слуг и приказал им насильно собирать ее для званного ужина в честь прибытия шведских гостей.       Нуру одевали в самый красивый наряд, делали ей прическу и красили, но девушка все это время плакала и плакала, не переставая, ведь, как бы она не хотела, ей никогда не избавиться от этого самого креста, от власти, ведь она стала частью всего этого тогда, когда родилась, когда сделала первый свой вдох.       Ей никогда не будет доступная спокойная и обыкновенная жизнь. Она — принцесса, причем единственная.       — Вы готовы, Нура? — спросил вошедший в комнату сын лорда Найшема Эвен, — отец меня отправил к Вам, чтобы я Вас сопровождал весь вечер и не дал натворить глупостей.       Эвен был признан самым галантным, добрым и воспитанным молодым человеком, одним из самых желаемых женихов Норвегии. Вокруг него всегда кружились девушки, но он на них никогда не обращал внимание, уделяя внимание только своему любимому военному делу. Ему было уже семнадцать лет, но парень ни разу не взглянул ни на одну девушку. Наверное, это было потому, что он, как и свой отец, в первую очередь вкладывал все свои силы в политику, карьеру и любимое дело. Он, как и Вильде, вырос в одной песочнице с Нурой, поэтому он издавна был ее хорошим другом.        — Моя дорогая Нура, можно дать Вам совет? Как бы Вам не было тяжело, не показывайте это — политике чужды эмоции, там все строится на личной выгоде и коварстве. Раз с Вами поступают нечестно, Вы вправе играть по их правилам. А теперь давайте покажем этим шведам, кто здесь главный… Ну точнее главная, — подбодрил девушку младший Найшем, взяв ее под локоть.