Chaosmetall

      Мэйсону показалось, что он только моргнул, а на деле же прошло уже около тридцати секунд, и каждая из них была драгоценной.       Вода теперь лилась не только из-под ног, с района педалей. Сквозь огромные, рваные пробоины в крыше и двери захлестали литры холодной, пенящейся воды, которая стала угрожающе быстро все затапливать. Грузовик стал опрокидываться влево, грозя перевернуться, чем бы моментально сделал попытки спасения бессмысленными. Декард замешкался, но тут его толкнула в плечо девушка, жестом призывая его последовать за ней. Он стал подтягиваться вверх, вытаскивая себя к двери.       Медик ударом ноги попыталась выбить дверь, но не тут то было — захлопнулся замок, который, в отличии от всего в этой машине, был сделан на совесть.       — Нет времени! — прокричал Мэйсон, находясь уже по пояс в воде, и при этом держа над собой девушку. — Лобовое!       Он был понят без проблем. Следующий удар был направлен уже в лобовое стекло, которое и до этого было потрепано выстрелами. Разбившись, оно вылетело наружу, оттуда сразу же полились новые потоки воды, которые прежде сдерживались.       — Давай!!! — прорычал Декард, выталкивая девушку наружу, на капот. Она стала выбираться, а Мэйсона затопило уже с головой, сквозь мутную толщу воды, в которую добавилось еще и машинное масло, было ничего не видно, кроме её ботинка, постоянно мельтешившего прямо перед носом.       Теперь он сам полез на уже затонувший капот, с каждой секундой ощущая подступавшую слабость, в глазах стало темнеть, что сигналило о том, что ещё немного, и он просто захлебнется.       Вылезшего из железной коробки Декарда сразу же попыталась захватить и унести бушующая река, но он крепко вцепился в раму, разрезав уже обожженную до этого ладонь. Но эти попытки вот-вот станут бесполезными, потому что вся кабина уже погрузилась в воду, и из толщи стали быстро подниматься множество пузырьков.       Одним сильным движением Мэйсон вытянул себя еще выше, с рыком вырываясь из толщи ледяной воды, и делая при этом невероятно глубокий вдох. С кислородом пришли и новые силы, он смог дотянуться до кунга, хватаясь за него и подтаскивая себя.       Девушка уже была на боковой стороне кунга, отчаянно там балансируя, стремясь не упасть вниз. Декард сказал спасибо инженерам за то, что раньше этот большой кузов был герметичным, и именно это не позволило пойти им на дно еще быстрее — хоть он и был пробит в некоторых местах, вода не могла проникать с большой скоростью, давая отсрочку двум выжившим беглецам…       Река, уносившая их, была не очень широкая, и именно это сыграло роль в том, что они с большой скоростью удалялись от разрушенной базы, над которой все еще висел цеппелин исполинских размеров, медленно разворачиваясь куда-то на запад.       Мэйсон, содрогаясь от холода, заглянул в мутное стекло под ногами, и то, что он там увидел, дало ему надежду на спасение.       — Ящики для прыгунов! — закричал он, не зная, радоваться или горевать. Непонимающий взгляд девушки он проигнорировал. — Сейчас или никогда!       Он подскочил и подпрыгнул, всей массой обрушиваясь на стекло, вламывая его внутрь. Упав на эти самые ящики и больно ударившись подбородком, Декард не удержался и свалился вниз, а сверху на него рухнул какой-то железный куб, чуть не проломивший ему грудную клетку.       — Да чтоб тебя, аргх! — прорычал Мэйсон, с большим трудом скидывая с себя эту железку, весившую как двухпудовая гиря. Непонятная поделка с грохотом рухнула на железный пол.       Декарду же стало не до него, с кряхтением он поднялся, и, держась за одной рукой за грудину, свободной стал срывать крепления, что удерживали ящики со снаряжением. Со звоном скобы отлетали одна за одной, освобождая от оков спасительные контейнеры. Но тут обнаружился неприятный сюрприз, который был сейчас очень не кстати.       Стена кунга, изрядно поврежденная до этого выстрелами, стала поддаваться давлению воды, вминаясь внутрь. Декард проклял кого-то, выругался, и стал еще быстрее срывать крюки. К шуму воды добавился еще звук, звук шипения и сильного бульканья, а тут и еще и девушка, громко взвизгнув, рухнула на голову Мэйсона. Вдвоем они повалились на теперь уже постоянно дребезжащий пол.       — Дьявол! — взорвался Декард, отчаянно стремясь дотянуться до последнего упора, который был в паре сантиметров от пальцев. Случайно скосив глаза, он обратил внимания на небольшую табличку, висевшую на груди у девушки.       — Габриэль! — громко позвал он. — Если ты сейчас же с меня не слезешь, не захлебнемся тут к чертовой матери! — с каждым новым словом его наполняли силы, которые позволили ему приподняться. Девушка с непонятным выражением лица оттолкнулась от него, надавив на уже поврежденную грудь, да так, что Мэйсон невольно выдохнул. Она отцепила последнюю деталь, правда, при этом оттоптав Декарду пальцы на левой руке. Тот вскипел, но не стал зацикливаться на этом, просто встал на ноги, готовясь покинуть тонущий грузовик. Оставался последний шаг…       — Габриэль! — он схватил девушку за плечо, разворачивая лицом к себе, и, глядя в глаза, проговорил:       — Послушай! Сейчас у тебя будет только один шанс. Ты хватаешь этот ящик за лямки, и крепко держишься за них, и ни за что не отпуская. Я открываю дверь, и мы покидаем это дырявое корыто! — он отстранился от неё, проверяя, надежен ли верхний ящик, не откроется ли там что ненароком.       Металл застонал, выдавая неприятный звук, от которого пошли мурашки, а дыра в стене стала еще быстрее увеличиваться. Медлить времени не оставалось. Габриэль вцепилась в кожаные ремни, а Мэйсон, обойдя её, откинул запор и с невероятным усилием открыл створку, преодолевая сопротивление воды, которая незамедлительно стала все затапливать.       Теперь машина просто пошла ко дну, круто накренясь носом вниз, что позволило воде вытащить легкие ящики наверх, увлекая за собой девушку. А Декарду повезло меньше. Штанина его парадной формы зацепилась за то, что раньше было поручнем, а сейчас стало острым штырем. Мэйсон дернулся, разрывая брючину, а вместе с этим вспарывая ногу в районе бедра. Все вокруг тут же окрасилось в красное, а еще, те пузыри, что постоянно шли от двигателя машины, просто заполонили все вокруг.       Декард с запозданием понял, что же там так активно бурлило. И тут же обмотал вокруг предплечья ремень, пытаясь всплыть как можно быстрее. Солнечный свет, преломленный толщей воды, был все ближе и ближе, кислорода все меньше и меньше…       А потом паротурбина, что приводила в движение грузовик, рванула из-за разницы температур и давлений. Грандиозный по мощности взрыв разметал переднюю часть машины, кунг которой принял на себя те части, которые должны были подняться вверх. Но что не смог отразить когда-то герметичный кузов, так это гидроудар и ударную волну.       Декард видел, как снизу к нему быстро приближается упругая волна, и это подстегнуло его. Просто невероятным по силе гребком он вытащил себя на поверхность, а потом его подхватила огромная масса воды, что поднялась снизу, и кинула вверх. Вместе с ящиком, в окружении водяных стен, он поднялся метров на пять вверх, а потом так же стремительно рухнул, понимая, что он каким-то непонятным образом остался жив.       Но это ему особо не помогло. Ошарашенный взрывом и нахлебавшийся воды Мэйсон только и смог взвалить себя на ящик, держащийся на плаву, проверить, не перевернется ли он, и после этого позволил себе потерять сознание.

***

      Удар. Еще удар. Да какого черта?       Декард открыл глаза и обнаружил себя в морге. Здесь было невероятно холодно, пахло машинным маслом, металлом, порохом и кровью. Этот же привкус был и на губах, вызывая панику. Низкие потолки, покрытые трещинами, с которых сочилась вода, вызывали небольшой приступ клаустрофобии, а вдоль стен располагались множество ящиков-холодильников, которые уходили в глубину бесконечного коридора, в котором где-то далеко клубился туман и что-то сверкало.       Мэйсон заозирался. Коридор не имел конца в обе стороны, и он удивился тому свихнувшемуся инженеру, который придумал все это.       — Знаешь, я все не так представлял, ой не так, — уставший голос прозвучал прямо за спиной, заставляя Декарда подпрыгнуть и резко развернуться на звук. Говорившим оказался Йохан, который был одет в окровавленную парадную форму операторов, и он что-то держал в руках.       — Дружище, ты чего? — Мэйсон стал медленно подходить к своему другу, который, казалось, своим разумом был совсем в другом месте, безжизненные глаза сверлили невидящим взглядом ящик напротив. Декард пригляделся, стараясь внимательнее рассмотреть инициалы того, кто там покоился. А потом испуганно выругался, отступая и от ящика, и от ни разу не шевельнувшегося Ройса, который стал что-то напевать.       Инициалы на крышке гласили: «Д. Мэйсон. 1890 — 1914.» А снизу было нацарапано: «Да упокоится его бесконечно бешеный дух.»       Поколебавшись и преодолев сомнения, подошедший и позеленевший Мэйсон стал дрожащими руками отпирать замок. По мере движения запора он все больше понимал, что совсем сошел с ума, и не умирал он, а просто потерял сознание.       С тихим скрипом железная дверь откинулась, предоставляя взору две посиневшие ноги. Задержав от страха дыхание, он стал вытягивать на себя тело.       Но тут с ужасающе оглушительным воем взорвалась стена позади Декарда, а коридор наполнился свистом ветра и турбин, пародвигателей и сервоприводов, лязганьем и скрипом металла. Ослепительный свет ударил по глазам обернувшемуся Мэйсону, который, будучи в оцепенении, наблюдал за тем, как стена продолжает рушиться под движениями огромной механической ладони ходуна класса «Армагеддон». Дикий вой всех механизмов и вся абсурдность ситуации парализовали волю Декарда, и он просто стоял и смотрел, как все рушится, а следом за рукой в существенно увеличившейся дыре в стене появляется уродливая металлическая морда шагателя последней модели.       — Спаси меня!!! — из огромных мегафонов прогремел испуганный голос.— Не дай им себя поймать!!!       Вот этого почти оглохший Мэйсон выдержать уже не смог, разум и так не подводил, а теперь еще и это… Он просто повернулся налево и побежал что есть сил подальше от ходуна и окровавленного и перемолотого тела Йохана, которое лежало неподалеку. Бежал он так быстро, как только мог, но спасительный выход не приблизился ни на метр. Белый туман и вспышки в конце все так же были недосягаемыми.       И этот свет заслонила собой резко возникшая фигура какого-то широкоплечего бойца, длинные волосы которого скрывали лицо. Он медленно поднял пистолет в сторону бегущего во весь опор и никак не пытавшегося остановиться Декарда, и выстрелил. Громкий хлопок Мэйсон услышал, даже будучи почти глухим, а потом он почувствовал сильный удар в грудь, который сбил его с ног. Тупая боль разлилась по ребрам, словно его били ногами целой толпой. Он попытался встать, но не смог, тело было парализовано.       Звуки шагов длинноволосого медленно приблизились. Декард только и смог скосить глаза вниз, пытаясь разглядеть лицо занесшего для удара ногу неизвестного бойца. Тяжелый каблук опустился на голову ничего не понимающего Мэйсона…       Удар. Еще удар.       —АА, что за черт!!! — распахнул глаза Мэйсон, обнаружив уставившуюся на него в упор Габриэль. Всё еще будучи в шоке, он грубо оттолкнул от себя девушку, норовясь вскочить на ноги. Но не тут то было. Распоротая правая нога почти не сгибалась, и сильно болела. Это охладило пыл Декарда, теперь он просто сел, прислушиваясь к своему колотящемуся сердцу, которое чуть-ли не выпрыгивало из груди. В общем, чувствовал себя он крайне прескверно.       На улице был поздний вечер, закатное солнце все еще дотягивалось до Декарда своими лучами сквозь кроны деревьев. Летний лес был наполнен звуками насекомых и мелких птиц, над головой пел соловей. Декард обернулся.       Позади него было разложен инвентарь, который находился в ящике, который сам лежал неподалеку. Одежда, еда, даже оружие там нашлось, хотя по регламенту его там быть не должно.       Мэйсон смутился. Получается, Габриэль все это на себе тащила, неизвестно какое расстояние, пока он валялся в отключке… Немой вопрос был написан на его лице, и девушка заговорила:       — После того, как ты отключился, течение вынесло нас на берег после какого-то моста. — она прикусила губу, что-то обдумывая. — А потом, как только я до тебя дотронулась, пытаясь привести в сознание, ты с диким воплем вскочил и побежал, куда глаза глядят, не обращая внимания на распоротую ногу и ящик, который весит килограммов двадцать. Я еле тебя догнала. — после этих слов она замолчала, смотря на Мэйсона, словно ожидая от него ответа.       — Я… э… — Декард не нашел что сказать. Ведь не рассказывать ей, что он видел? — Я был в шоке.       — Ты бредил. Ройс. — Габриэль произнесла это имя так, словно оно было разгадкой вообще всего.       Он не стал ей отвечать, стал разглядывать свою перевязанную ногу, бинты на которой были красными. Попытавшись пошевелить ногой, Декард с грустью понял, что ближайшее время бегуна из него точно не получится — нога была ватной, и если шевелить ею и худо-бедно опираться у него получалось, то о быстром движении не было и речи.       Мэйсон стал осматривать обрывки своей формы, которая выглядела жалко. Вся изорванная, измятая, в пятнах крови… Кто бы мог подумать, что относительно спокойная жизнь могла вот так в одночасье рухнуть? Трижды проклятая Конфедерация! Множество молодых парней сложили свои головы за неизвестные цели, и сколько еще таких будет? Криг, как надеялся Декард, успел удалиться на почтительное расстояние от места бойни, а Ройс… Что же такого он сделал, что сам Начальник прознал об этом и бредил этим именем перед смертью? Наверняка, что-то невероятно важное.       — Декард, — Габриэль обратилась к нему, а он вздрогнул, уже успев забыть про неё. — Перед смертью тот мужчина отдал мне какой-то конверт. Он был в агонии, но… — её голос дрогнул. — Я не спасла его!       Все то напряжение, что преследовало её на протяжении этих нескольких часов, вырвалось наружу, и она тихо зарыдала, всхлипывая и дергаясь всем телом.       Мэйсон в тихой ярости отвел глаза. К своему великому стыду, даже при самом лучшем раскладе, именно он был обузой. Рана хоть и не кровоточила, но порядком побаливала. Спасибо грамотной перевязке и своевременной дезинфекции, иначе неизвестно, чем бы закончилось все это купание, и, как сказала Габриэль, беготня Декарда по лесу.       Проводя рукой по карманам, он понял, что в одном из них что-то есть. Расстегнув пуговицу, Мэйсон достал из него завернутую пулю.       — О, какое счастье… Выпустить только не из чего… — пробормотал он, переворачивая её. — Оставлю как талисман.       Девушка успокоилась и завозилась, расстегивая сумку и извлекая из нее аптечку синего цвета. Загремели какие-то ампулы.       — Всегда было интересно, что из себя представляет женская сумка, — бросил Декард, но был проигнорирован. — Ну хорошо… Что-то мне… Поплохело…       Его глаза стали закрываться, но перед тем, как он потерял сознание, он увидел, как Габриэль резким движением выхватывает сигнальную ракетницу и делает оглушительный и ослепительный выстрел в небо…

***

      Сначала его били. Долго и сильно. Через некоторое время он уже просто не ощущал обрушивающиеся на него удары, он просто думал о том, что все это закончится, и он вспорет глотки всем тем, кто выступал в качестве его мучителя. Удары хоть и были сильные, но неумелые, так больше работали мясники, но не дознаватели. Но на их вопросы Мэйсон бы все равно не ответил, даже если бы знал всё.       Судя по всему, с момента его захвата прошло около девяти часов, потому что встававшее далеко на востоке солнце било прямо в глаза, заставляя еще сильнее жмуриться и так заплывшего после побоев Декарда. Его кинули в какую-то клетку, которая была установлена… в повозке. Да, сейчас его в непонятном направлении везли лошадью. Не в машине, нет. Казалось, что его захватили какие-то ополченцы, они бы еще с вилами расхаживали. Постойте-ка! Мэйсон перевалился через какую-то бадью, подползая в прутьям.       Прямо позади этой «кареты» шли несколько человек, разодетые во что попало, и вооруженные какими-то кустарными стволами. Один из них был даже в тяжелой броне Конфедерации, но к ней он явно не принадлежал.       — Эй, ребята, — обратился к ним Декард. — Вы хоть скажите, куда меня везут, и на кой-черт я вам понадобился?       — Заткнись! — рявкнул один из них, но Мэйсона это только раззадорило.       — Ты что, тупой? Отвечай, когда я спрашиваю! — вспылив, Декард решил напасть в ответ.       — Ах ты… — тяжеловес приблизился, норовясь огреть наглеца прикладом тяжелого пулемета, но его остановил появившийся откуда-то слева бородатый мужчина, лицо которого пересекал огромный шрам.       — Молчи, оператор. Сегодня ты ответишь за то, то вы устроили месяц назад, — жестко проговорил он, скривившись при этом и закашлявшись. — Мой сын… Он был там. И ваша мразь его убила.       — Э! — возмутился Декард. — Про что ты несешь? Я еле выбрался оттуда, а теперь еще и вы!!!       — Молчать! Скоро мы выслушаем твои визги, — после этих слов бородатый удалился, а бронированный приблизился. Мэйсон всей силой оттолкнулся назад, избегая удара массивного роторного пулемета, который он видел в первый раз, и судя по его виду, одного его прикосновения хватило бы для нокаутирования и так пострадавшего Декарда. С громким звоном стволы ткнулись в стальные прутья толщиной в три пальца, оставляя на них глубокий след.       Мэйсон в душе присвистнул. Или пулемет весил несколько сотен килограмм, или стрелок обладал фантастической силой. В это верилось мало, но результат был на лицо. Декард решил пока не лезть на рожон.       Настроение стремительно ухудшалось. Побои стали давать о себе знать, рана на ноге стала ныть, с каждой секундой все сильнее и сильнее, мешая думать.       В голову сразу полезли мысли о девушке, и о её сумасшедшем поступке. Или это был хороший план, но шитый белыми нитками, или просто жест отчаяния. В любом случае, удался он или нет, она пропала, а Мэйсон ехал в вонючей повозке к месту расправы. Просто великолепный день… Если он доживет хотя бы до обеда.       Раздались хаотичные выстрелы, эхом тронувшие уши Декарда. А за стенкой кто-то заворчал:       — Ублюдки… Что Конфедерация, Что Святые — всех на ножи, никакой пощады.       Значит, Конфедерация. Стоило признать, она нанесла весьма существенный удар по Святым, Стэнфордская база была крупным перевалочным пунктом, а так же являлось, по сути, большим блокпостом на пути к Крепости. Но не Крепость волновала Декарда.       Бородатый говорил что-то про то, произошедшее месяц назад. Мэйсон стал вспоминать, за то же его хотят вздернуть. Вообще, эти ребята не были похожи на повстанцев, те не рискнули бы нападать даже на те кирпичи, что остались от базы. Оставался худший вариант — мародеры. А именно четыре недели назад состоялся крупный рейд силовиков на север, в ходе которого была уничтожено крупное бандитское формирование. Судя по всему, это и были остатки тех мародеров, которые смогли скрыться от преследования.       Декард затарабанил нервно пальцами по доскам, которые были тут полом. Что-же на его голову свалилось за приключение... И он был уверен, что сегодня оно не закончится!       Выстрелы повторились, но уже ближе, странный стрекот резко контрастировал в глухим уханьем тяжелого болтовика. Видимо, это было какое-то новое оружие, потому что Мэйсон его еще не признал.       — Эй, босс, — донеслось приглушенное бурчание. — Близко больно садят, нас не накроют?       — Разведчики сказали, что там сейчас подошла 3-я армия Святых. Им точно не до нас, — успокоил кого-то властный голос. — Нам этого еще бы доставить, иначе босс шкуру спустит.       — Тоже верно. — согласился первый. — Что особенного в этом калеке? В кузове который?       Мэйсон навострил уши, но снова поднявшаяся канонада заглушила ответ. Что же в нем было особенного, он пропустил, но не упустил то, то с каждым выстрелом расстояние до стрелков сокращалось, и, а еще добавилось легкие сотрясения земли.       Недовольные крики стали раздаваться со стороны мародеров, никто из них не ожидал, что события станут таким образом развиваться. А между тем, обстановка стала накаляться, команды звучали одна за одной, транспорт остановился, а Декард заметался внутри. Если начнется заваруха, он попадет под раздачу первый, ведь он торчал посреди дороги, не имея возможности выбраться.       — Они там совсем охренели что-ли? Был же договор!       — Босс, они идут сюда! Конфедерация… — говорившего прервал взрыв, который перевернул повозку, внутри которой ругающийся Мэйсон оказался привален разнообразным хламом. Испуганные крики и беспорядочная стрельба — все это разом превратило лесную тишину в небольшой ад. Запах дыма и пороха забил ноздри, стало жарко, резко заболел живот…       Всё это чертовски напомнило Стэнфордскую базу, но только теперь Декард был еще в более худшем положении. Кусок железной трубы пробил ему живот в районе печени, а это снижало шансы на выживание до нуля, даже при квалифицированном враче. Он задергался, пытаясь выбраться из-под мусора, но тут рядом с ухом, разрезал тент клинок окопного ножа. Мэйсон почувствовал, что несколько седых волос он точно заработал после этого. Нож пошел вверх, взрезая тряпку и впуская солнечный свет. После этого нож исчез, а в плечо вцепилась крепкая рука, рывком вытащившая безвольного взвывшего Декарда на дорогу.       Пыль стояла просто стеной, а выстрелы теперь гремели над головой, смешиваясь с криками погибающих мародеров.       Пытающийся проморгаться Мэйсон увидел, как над ним склоняется какой-то боец в диковинной маске-респираторе, патрубки которого уходили за спину. Разглядев свою опухшую физиономию в отражении окуляров, Декард только печально вздохнул.       — Этот наш! Медик, сюда! — пробубнел солдат в никуда, оглядываясь и проверяя ствол автомата, на котором запеклась кровь. — Вот сука! Мэйсон, никогда не разноси головы в упор!       — А? — Декард настолько обалдел, что потерял дар речи. — Криг?! Какого х… — начал была тираду Мэйсон, но его оборвал подскочивший медик, который сразу стал пичкать его какими-то уколами, от которого занемело все, даже язык, поэтому он мог только грозно сверкать глазами, про себя обещая расцеловать удачу чуть-ли не в задницу.       — Да, я знаю! — весело проорал Кольт. — Давно не виделись! А я тут в прыгунах теперь!       Декард обратил внимание на огромный ранец за спиной Крига. Да, это был прыжковый ранец спецназа. Огромное устройство, вмещавшее концентратор и прочую сложную механику, благодаря огромному запасу мощности, который таился внутри, было способно поднять бойца метров на сто, если не меньше. Торможение происходило по такому же принципу, и это спасало обладателя от превращения в мясной фарш при жестком приземлении. Ученые Святых гордились этим изобретением, а атаки «прыгунов» стали невероятно большой занозой в заднице для Конфедерации. Ведь когда с неба на твои укрепления, сопровождаемый аккомпанементом оглушительного шипения, падает взвод элитных убийц, вряд-ли это закончится хорошо, а в войсках начинается смута и прочие нехорошие вещи.       — Дружище, я тебе вот что скажу, — прокряхтел Криг, став оттаскивать Декарда. — У тебя просто невероятные по масштабам проблемы. Габриэль-то мы спасли, но вот с тобой…       — М? — Мэйсон не смог отреагировать в своей привычной манере, транквилизаторы дали о себе знать, он был похож на безвольную куклу, волочившуюся по земле.       — Я знал, что настанет этот день, когда малыш Декард подрастет! — восхитился Криг, уходя в тень деревьев и прячась от возможных атак мародеров. — Эх, вот если бы немного раньше… Состав довольно далеко нас увёз, а чтобы его развернуть… — стал оправдываться Криг. — Сам понимаешь.       Он усадил Декарда, прислонив его к стволу векового дуба, с болью на лице осмотрел страшную рану Мэйсона, а сам отошел немного в сторону, снимая маску и вдыхая полной грудью. Черт бы побрал этих мародёров! С одной стороны, они даже немного помогли, не дав войскам Конфедерации захватить Мэйсона. Но отсрочка была небольшой, сейчас их главарь успокоится в какой-нибудь норе, а выжившие поймут, что на их голову свалился не целый отряд спецназа, а всего лишь три человека…       Криг вздохнул, проверяя оружие и отдирая кровь со ствола. Механизмы именного автомата работали безупречно, как говорится, люби свою технику — и она полюбит тебя. Он в это верил безукоризненно, а поэтому трепетно относился ко всему своему, что нежно называл «барахлом». Поправив свои растрепавшиеся волосы, Кольт поднял глаза вверх, сквозь кроны деревьев стараясь рассмотреть приближающийся цеппелин. Судя по всему, он пойдет дальше, к позициям Святых. Но все равно, светиться не стоило.       — Эй, Кольт, — вернулся снайпер, весь окровавленный, местами костюм был обожжен. — Большой Босс…       Криг не ответил. Он просто стоял и смотрел, как агонизирует одна из лошадей, которая пережила взрыв. Тяжелое, судорожное дыхание доносилось до его ушей даже сквозь треск горящей повозки и звуки перестрелки на севере.       — Я знаю, — ответил Кольт, сжимая кулаки так, что ногти впились в кожу. — Какой запас? — спросил он снайпера.       — Половина точно есть, — ответил он, сверяясь с датчиком на рукаве. — Мы не вытащим его!       — Тогда он сам себя вытащит, — тихо сказал Криг, но был услышан.       — Ты сейчас серьезно? — удивление было слышно даже сквозь маску. — Да он и так почти труп! Это его убьет. Ты вытащил нас для того, чтобы мы помогли собственноручно убить Мэйсона?        Кольт не ответил, он быстро достал шприц с фиолетовой жидкостью, которая забурлила в солнечном свете, сверкая в лучах. Потом достал два больших ножа, и вложил их в руки Декарда, который стал быстро бледнеть.       — Так, — проговорил Криг, надевая маску и подключая её к системам кислорода. — Уходите назад, к своим, это приказ!       Снайпер не стал перечить, просто рванул сквозь чащу на запад, через секунду раздался звук сработавшего сопла, а еще через несколько второй — медик тоже отступал.       — Так, вроде все готово… Надеюсь, ты додумаешься найти укрытие. Мой план хоть и идиотский, но такие чаще всего срабатывают…       Кольт остановился буквально на секунду, взвешивая всё за и против, а затем быстро расчехлил шприц и приблизил иглу к предплечью умирающего Мэйсона.       — Знаешь, за тебя я сейчас не беспокоюсь. А вот за себя стоит, — после этого он вонзил толстую иглу прямо в вену, и ввел ударную дозу препарата в Декарда. После этого он резко отбежал, развернулся, краем глаза успев заметить, как Мэйсон вздрогнул всем телом, и сразу же активировал прыжковый ранец, который с шумом вознес его над верхушками деревьев, отправляя в недолгий, спасительный полет.       Человеческий, но невероятно дикий рёв на пределе возможностей голосовых связок он уже не услышал. Но это прекрасно слышали приблизившиеся воины Конфедерации, которые стали нервно переглядываться между собой, поводя стволами винтовок из стороны в сторону, всматриваясь в придорожные кусты, которые даже не покачивались. Наступившее затишье нарушалось только канонадой, потихоньку сдвигающейся на северо-восток.       — Вы слышите это? — взволновался один из бойцов, самый молодой и неопытный. Он отличался орлиным зрением и отменным слухом, еще не испорченным оглушительными выстрелами множества орудий. И он слышал, как недалеко в кустах кто-то яростно пыхтит, постепенно приближаясь. Он всё ещё был немного напуган страшным криком, но наличие рядом товарищей по команде вселяло в него уверенность, что с ним ничего плохого не случится…       Прямо из ближайшего куста с тихим свистом вылетела окровавленная металлическая труба, которая с хрустом вонзилась в череп, разметав затылок новичка в клочья.       Уже немолодой командир успел среагировать на это быстрее всех, открывая огонь навскидку, размолачивая кусты на мелкие ошметки. Его подчиненные среагировали на долю секунды позже, присоединяясь к шквальному огню со всех орудий. Кто-то даже закричал, вдавливая гашетку на пределе возможностей.       Кусты снова качнулись, но уже не то пронзающих их попаданий, а от вылетевшего оттуда тела, которое с рёвом обрушилось на ближайшего к ним солдату, разрывая его броню и вонзая ножи в горло по самые рукояти. Кровь фонтаном брызнула вокруг, заливая нападавшего, который уже и сам был испещрен ранами, но казалось, что он их не замечает, хотя любой нормальный человек уже давным-давно умер бы.       Командир с ужасом продолжал стрелять, наблюдая, как тяжелые пули его винтовки отрывают куски плоти от страшного человека, но тот не желал умирать, а напротив, становился всё злее и беспощаднее.       Расправившись с одной жертвой, он молниеносно переключился на другую, и только в воздухе сверкнули лезвия двух траншейных ножей, тут же они находили пристанище в брюхе нового бойца, коих становилось всё меньше и меньше.       Командир в ярости отбросил винтовку. Разум его затмила ярость, он выхватил нож и сам закричал, как раненный медведь.       Убийца его людей медленно встал, вытаскивая нож из горла радиста, который ещё и не успел понять, что с ним произошло, да и уже не поймет никогда…       Командир, будучи уверенным в том, что это его последний бой, перекинул нож из одной руки в другую, и… упал замертво, получив клинком ровно промеж глаз.

***

      — Слыхал, Криг? Наши поймали сигнал, якобы какой-то неуязвимый безумец бегает по лесу с ножами и режет Конфедерацию, — медик достал медпакет, но его кто-то отвлек. — Тебе не кажется, что это слишком?       — Всё просто великолепно! — ухмыльнулся Кольт. — Главное, чтобы наши не высовывались. А то ему плевать, кого резать. Сколько, говоришь, сыворотка действует?       — Около получаса, — медик склонил голову. — А потом будет бо-бо.

***

      Мэйсон потихоньку стал соображать, где он находится, но вот почему он весь в крови, но при этом ни одной раны на теле, мало того, даже те, которые он помнил пропали. От страшной раны на животе не осталось ни следа, как и от трубы, нога же была в прекрасном состоянии. Декард попрыгал, проверяя, не снова ли его накрыло, но, как оказалось, всё нормально, даже лучше, чем было. Разум был чист, в теле ни следа усталости. Покоя не давало лишь одно — руки, по локоть в крови, и ножи, которые он сжимал.       — Во дела… Криг, сука, это ты, я уверен на сто процентов! — сказал Мэйсон, но при этом он стал понимать, что если бы не тот укол, про который он вспомнил прямо сейчас, скорее всего, Декард бы просто умер от полученной раны и остался лежать под деревом, где его скоро бы сожрали волки.       От его парадной формы осталось разве что напоминание в виде кармана с эмблемой операторов — своеобразная дыхательная маска, от которой в сторону расходились гофрированные трубки. Мэйсон рывком сорвал его, а оттуда вывалилась карта, тихо приземлившаяся на траву.       Декард остался стоять на месте. Что-то подсказывало, что сейчас он прикоснется к чему то очень важному, настолько, что…       Ему показалось, что из кроны дерева над головой кто-то пристально на него смотрит. Он рывком развернулся, вскидывая ножи и осматривая листья.       Там ничего не было. Просто порыв ветра, который качнул ветки.       Мэйсон развернулся, поднял карту и развернул её. На листе бумаги были отмечены квадраты, дыры в обороне, слабые места. Но не Святых, а Конфедерации.       — Вот черт! — ругнулся Декард. Да это самый, что ни на есть, ключ к победе!       Действительно, это была очень и очень подробная карта огромной территории, на которой были проставлены какие-то квадраты, линии от которых сходились в какой-то точке, которую Мэйсон не мог видеть. Там часть карты была обагрена кровью, словом, испорчена. Линии обрывались на берегу Ла-Манша, и шли дальше, в неизвестную точку.       Но самое интересное было внизу, написанное почерком очень торопящегося человека: «Карта штаб-генерала Викториона. На ней отмечено местоположение «Ме»… — дальше запись обрывалась.       Тяжелый вой, похожий на трубный, но при этом с примесями металла, коснулся ушей Декарда, которые сразу же присел, стараясь найти укрытие. Этот звук не предвещал ничего хорошего — заработали маршевые двигатели цеппелина. Но не было характерного визга, а это значило, что гигант движется прямо на Мэйсона.       Действительно, тень от цеппелина появилась раньше него, затмив солнце и погрузив все вокруг в небольшой лесной сумрак. Гигантский силуэт монструозной конструкции степенно проносился над головой, удаляясь туда, откуда он прилетел.       Декард слился с огромным пнём, надеясь, что его не увидят зоркие стрелки бортовой артиллерии, один снаряд которой мог разметать Мэйсона и добрые десять метров вокруг в клочья. Нервно перекидывая один нож их руки в руку, он стал прикидывать, как ему стоит действовать в ближайший час.       Чувство голода, которое он не замечал, стало очень уж сильно его донимать, и подступила жажда. Смелая догадка посетила его, и тогда Мэйсон, взяв нож в правую руку, немного разрезал ладонь у пальцев. Закапала кровь, а рана не затянулась. Значит, чудодейственное средство перестало действовать.       Декард, хоть и был в предсмертном бреду, но чувствовал, что Криг вколол ему нечто, огнём разлившееся по его венам, и стало наполнять его силами. Ну, а после всё превратилось в одну большую, концентрированную ярость. Сейчас бы ему не помешала еще одна порция этого снадобья, чтобы вытащить себя из этого леса, но Мэйсон понимал, что это было опасное увлечение, и впредь не стоило таким баловаться. Тем более, он не знал, какие последствия будут в будущем. Мало ли, к женщинам интерес потеряет. А вот это будет вообще худшим исходом.       К звуку маршевых двигателей добавился визг, а значит, цеппелин прошел над Мэйсоном, и теперь удалялся к своим. Опасность миновала, и теперь можно расслабиться. Выйдя из тени пня, Декард двинулся назад, по своим следам, имея намерение вернуться к телам и обыскать их, чтобы найти что-нибудь съедобное.       Выйдя на небольшую полянку, которая стала местом бойни, он подошел к уже окоченевшему трупу, чьи внутренности уже поклевали вороны, которые скакали рядом и недовольно каркали. Пинком перевернув труп, Декард срезал рюкзак, расстегнул его, ища съестное. Сухой паек, к счастью, обнаружился быстро.       Мэйсон сидел, за обе щеки поглощая концентраты, сидя на трупе безымянного солдата, который пал от того ножа, который сейчас использовался для разрезания хлеба. Тишина, что стояла здесь, была просто великолепной, словно это место выпало из реальности, потому что не было слышно даже отчаянной пальбы, которая наверняка была, ведь линия фронта сдвинулась сегодня на много километров.       Декард, сидя на этой тихой полянке, внезапно осознал, что со вчерашнего дня его мир полностью перевернут. Нет больше базы, на которой он жил, нет больше отряда, нет почти вообще ничего. Кроме вот его жизни, которая была самой великой ценностью для него. Он, конечно, не трус, но подыхать за черт знает какие ценности он не собирался. А то золото, что, словно верные собаки, сторожили наёмники… Да на кой-черт оно упало Декарду, если ему даже не заплатят за то, если он, пройдя и воду, и огонь, и трубы, доставит эту карту к Святым? От неё нужно избавиться, это факт, и как можно быстрее.       — А, чёрт, размяк ты, старина… — проворчал Декард.       Так, а теперь без всех этих предательских мыслей. Карту он доставит, сбросив таким образом с себя всю ответственность за дальнейшие действия армий. А потом будет писать рапорт о переводе под крыло к Кольту, не иначе.       Оставалось только воевать. И никак иначе, ведь Мэйсон по-другому не умел.       Услышав завывания турбины мотоцикла, он взял нож в руку. Пора было начинать действовать прямо сейчас, и ни минутой позже.