Chaosmetall

      Мотоцикл очень быстро приближался. Было слышно, как меняется тональность турбины — водитель объезжал препятствия. Враг, а это был он, ведь кто еще мог приближаться со стороны Конфедерации, остановился за ближайшим кустарником. Мэйсон просто не поверил в такую удачу. Но при всем этом он не был готов нападать в открытую — все-таки, при нем не было того могучего средства, которое не вернуло в строй разве что покойника.       А потом он расслышал странные звуки. Шуршание веревок, мешка, ругательства мужчины, а потом сдавленный женский вскрик.       Декард пулей выскочил из кустов, надеясь, что у неизвестного нет под рукой какого-нибудь автомата, и бегло огляделся.       В теньке, который создавали густые кроны деревьев, стоял мотоцикл с коляской, возле которого терся боец Конфедерации, а в люльке находилась связанная девушка с кляпом во рту.       С тихим рыком Декард перемахнул через мотоцикл, сбивая ошалевшего от такой наглости бойца, и пытаясь упасть на него сверху. Но тот, хоть и растерялся, но смог дать Мэйсону адекватной сдачи, перекидывая его через себя.       Скованная девушка закричала, наружу донеслось лишь испуганное мычание.       Перекатившись, Декард стал подниматься, но отхватил хороший пинок в челюсть, от которого в глазах стали прыгать звездочки, а самого его повело в сторону. Нож выпал из его руки на мягкую траву, а попытки его перехватить оказались безуспешными.       Боец отскочил от Мэйсона, расстегивая кобуру и вытаскивая пистолет, который в самом конце движения зацепился мушкой за кожаный ремешок, предохраняющий выпадение пистолета. Теперь же он сослужил дурную службу для владельца, давая Декарду лишнюю секунду, в течении которой он, все еще не пришедший в себя от пропущенного удара, кинулся на врага.       Головой врезавшись в грудь воину Конфедерации, Декард толкнул его на мотоцикл, из-за чего тот лишился равновесия и рухнул назад. Времени подбирать нож уже не было, в любую секунду Мэйсон мог отхватить свинцовый подарок, который упокоил бы его навсегда, поэтому он схватил мотоциклетный шлем, валяющийся прямо на сидении, и с силой кинул его прямо в голову бойца, который уже извлек пистолет и повел им в сторону Декарда.       С тяжелым звуком шлем ударил по руке врага, который инстинктивно попытался прикрыться рукой от тяжелого предмета, летящего в голову. Это дало Декарду немного времени на то, чтобы мешком свалиться на противника, чудовищным ударом коленом сминая внутренности врага, и от этого удара лежащего снизу человека вырвало.       Мэйсон стал тяжелыми ударами бить по лицу, по шее соперника, сбивая себе костяшки и буквально вбивая его в землю. Но тот никак не желал вырубаться от тяжелых увечий, а настырно пытался дать сдачи. До Декарда слишком поздно дошло то, что у врага есть нож или что-нибудь подобное, и правую его он руку он совсем не контролирует…       Лезвие тяжелого мачете просвистело там, где только что была шея Декарда, который только и успел пригнуться, чтобы не попасть под свирепый рубящий удар. Снова засвистело тяжелое лезвие, и Мэйсону пришлось в срочном порядке делать перекат, который позволил ему отойти на безопасное расстояние, но теперь он не мог контролировать врага.       — Да что ты такое?! — выпалил Декард, в замешательстве наблюдая за тем, как избитый до мясного состояния человек поднимается, взмахивая тяжелым клинком.       Мэйсон бросил взгляд на кобуру бойца, где только сейчас разглядел уже знакомый пистолет системы Райкера, который уже выпускал избыточное давление из форсунки. Безумный план мгновенно созрел в голове, и так же немедленно стал приводиться в исполнение.       Залитые кровью врага глаза не позволили ему разглядеть маневр Декарда, который поднырнул под руку с мачете, чтобы избежать удара, а следующим движением обмотал вокруг запястья клок ткани, сорванный с рукава. Боец Конфедерации понял замысел, но было уже слишком поздно.       Мэйсон выхватил пистолет из кобуры, которая с треском порвалась, навел оружие на шатающегося противника и нажал на спусковой крючок.       Выстрела не последовало, боек сухо щелкнул, давление выпустило пар во все стороны.       Широкий и размашистый удар мачете, от которого Декард почти отскочил, распорол ему всю грудь, из длинной резаной раны полилась кровь. Мэйсон пришел в ярость, и в следующую секунду сделал шаг навстречу, и, взмахнув рукой, вонзил раскаленный пистолет в глаз врага. И только после этого враг упал замертво.       Зашипела плоть, запахло паленым. Декард, скривившись, подошел к поверженному и вытащил пистолет из черепа. Кровь и остатки глаза уже запеклись на стволе, превратившись в корочку, и он выключил систему питания. Взвыл небольшой механизм, температура ствола сразу пошла на убыль, и после этого Мэйсон засунул его себе в карман.       Декард стал обыскивать тело. Полезного было немного — патроны, какие-то таблетки без этикетки, бинты, и та самая сыворотка в нескольких экземплярах. Все это отправилось по карманам, субстанция в сумку на поясе, одна в карман. После этого он поднялся и встал над трупом, о чем-то думая. А потом вспомнил, что в коляске мотоцикла была связанная девушка.       Быстро обойдя мотоцикл, он первым делом поднял из травы свой нож, а потом подошел к пленнице, которая смотрела на него огромными, зареванными голубыми глазами.       — Так. Сейчас я разрежу эти веревки, — успокаивающим тоном произнес Декард. — Только давай без драк, хорошо?       Не дождавшись какого-либо согласия, он резким движением разрезал путы на руках и распутал веревки. Последующий удар в глаз заставил его откинуться назад, изливая из себя множество ругательств.       — Я тебя спасаю, овца, не видишь что-ли? — потирая пострадавший правый глаз, Мэйсон злобно глядел уцелевшим левым на хрупкую девушку, удар который оказался совсем не как у женщины.       Тем не менее, её нужно было освободить. Снова подойдя к девушке и кинув косой взгляд, он вытащил её из люльки, а после этого перерезал путы и на ногах, а потом отошел.       Немного успокоившись, она развязала импровизированный кляп и оглядела через плечо тело её похитителя.       — Вот гад, — выдала она заключение. — Прости за глаз.       Мэйсон как-то обиженно отвернулся от нее, осматривая приборную панель мотоцикла, которая была скромна, но удобна. Ключи были в замке, все складывалось как нельзя удачно…       — Дороти, — представилась девушка, а потом спросила: — Ты не местный, да?       — База Стэнфорд, — сухо проговорил Мэйсон, всё ещё не смотря на Дороти. Немного подумал, он всё же представился: — Декард.       Он задумался над словами девушки. Да, он не местный, выходец с базы. Но, получается, рядом есть обитаемая территория? Задать вопрос он не успел, шок отпустил девушку, и её понесло:       — Недалеко, в двух километрах отсюда, если двигаться по старой дороге, есть небольшая деревня. Мы там были как беженцы, Святые давали нам жилище и еду, и всё было хорошо, пока вчера не пришли вот эти, — Дороти со злостью плюнула в сторону неподвижно лежащего тела. — Они убили всех охранников, но не тронули тех, кто находился под защитой. Их командир, ну, мужчина такой большой, всё утро кричал нам о том, что мы теперь уходим под крыло Конфедерации, Святые злодеи, бла-бла-бла… И что-то про эксперименты. Дали большие коробки, которые следовало носить на голове, и снимать их было нельзя. Ну и это хорошо, знаешь, вот когда эта железка на голове, она и болит меньше…       Декард развернулся к девушке, которая сразу робко опустила взгляд. Она вот так спокойно говорила о смертях, словно это была какая-то обыденность. Однако, его цепляло то, что она не впадает в истерику при трупах и убийствах. Мэйсон вспомнил, что у него у самого руки сейчас в крови, и быстро отвернулся, став только что найденной тряпкой вытирать вражескую кровь.       — Так вот, — продолжила девушка. — Дядя этот все кричал и кричал, а потом над нами пролетела эта огромная летающая штука. Все вроде бы успокоились, но потом они начали бегать туда-сюда, а я смогла подслушать, что какой-то необычайно важный человек сейчас в нашем лесу, и его нужно захватить. А после вообще стали говорить про какое-то чудовище, нападавшее на солдат.       Девушка замолчала, а Декард криво усмехнулся. Интересно, как бы она отреагировала, узнав, что он и есть это «чудовище»? Ну, обильное количество крови на форме и могло подсказать, но…       — Они оставили несколько человек на охрану поселения, а сами ушли. А потом вот этот, — Дороти указала на мертвеца, который все так же лежал на траве. — Зачем-то похитил меня и уехал, украв мотоцикл. Я поняла это, потому что его приятели стали стрелять нам вслед. Я точно видела, как он получил несколько пуль! А потом он вогнал себе в руку какую-то гадость, и все зажило, как на собаке! — она деланно вздохнула, заставляя нахмурившегося Декарда повернуться в её сторону. Значит, Мэйсону повезло, что действие загадочной сыворотки подошло к концу. Он понял причину этой непобедимости его врага, и от этого еще сильнее сжались зубы.       Снова обойдя мотоцикл и проигнорировав Дороти, которая с удивлением на него уставилась, он в который раз встал над трупом, пристально вглядываясь в глазницу.       Она наполовину восстановилась.       Мэйсон ринулся к валяющемуся на траве мачете, схватил тяжелое лезвие и с силой обрушил его на шею мертвеца, отрубая голову. Дороти взвизгнула, закрывая лицо руками и прячась за мотоцикл. Кровь, вместо того, чтобы начать вытекать, ударила фонтаном, словно лежащий на траве не был трупом. После этого Мэйсон отправил отрубленную голову в полет, наподдав хорошего пинка.       — Вот черт! — выругался он, вцепившись в мачете, словно в сокровище.       После этого он решил покинуть это чертово место.       Подойдя к люльке, он влез в сцепку, вынимая рычаг и звенья, которые удерживали мотоцикл и люльку вместе. Когда он закончил, проверил механизмы, то позволил себе расслабленно вздохнуть.       С легким завыванием турбина завелась, заставляя весь корпус мотоцикла легко дрожать. Включив скорость и добавив газа, Мэйсон развернул транспорт на месте и подкатился к девушке.       — Запрыгивай, — бросил он. — Сейчас мы поедем к тебе в гости.       — Знаешь, — проговорила она. — Хоть я и знаю тебя меньше получаса, но ты мне кажешься хорошим.       После сказанного, она лихо запрыгнула на пассажирское сидение, руками обхватив Мэйсона за талию. Тот легко улыбнулся, и резко тронулся с места, заставляя заднее колесо раскидывать траву и зарываться в землю.       Ветер приятно обдувал лицо, а мощность под сидением придавала уверенности в завтрашнем дне. На данный момент Мэйсон чувствовал себя абсолютно свободным. Если бы не бушевавшая вокруг война, рванул он бы куда-нибудь на юг, посмотрел на Праотцов, испил прекрасного пива, познакомился с красивой девушкой. Устроился в какую-нибудь мастерскую наладчиком оборудования, и жил себе припеваючи. Кто знает, может быть, когда этот ад закончится, все так и будет. Но точно не сейчас.       Лес стал редеть, видимость улучшилась. Стало видно — дорога уходила далеко вниз, на огромную равнину, в середине которого виднелось озеро и постройки вокруг него. А в чистом, голубом небе черной махиной висел цеппелин Конфедерации.       Декард свернул с дороги и остановил мотоцикл под большим деревом с обширной кроной, и слез с него с видимой неохотой. Но это была необходимость, иначе бы его заметили и разнесли с орудий огромного калибра.       — И что ты намерен делать дальше? — робко поинтересовалась из-за спины Мэйсона Дороти.       — В любом случае, — начал он. — Нужно идти на равнину. Мне нужна мощная рация, а в таком крупном пункте она просто обязана быть.       — Через пару сотен метров нет ни единой травинки выше колена. Тебя просто разметают! — забеспокоилась девушка.       — А я прямо сейчас и не пойду, — ответил Декард. — С севера заходят дожди…       Действительно, очень далеко небо имело грозный черный оттенок, который постепенно приближался. А учитывая то, что уже прошла середина лета — сезон дождей приближался, и как минимум месяц без остановки будет лить дождь. Вода, вода, вода, всюду вода. Но сегодня это будет на руку Декарду.       —…а это значит, что я пойду ночью, под прикрытием прекрасной водяной завесы.       — О, дьявол, и забыла про это…       Мэйсон стал осматривать то место, куда ему предстояло попасть. Однотипные домики, похожие на коробки, большая застава, тоже коробка, но больше по размеру, а на крыше установлено зенитное орудие. Ничего сложного. Если будет хороший ливень, можно идти в полный рост, не опасаясь, что его заметят. Оставалось только дождаться наступления грозового фронта и вечера…       Отойдя в сторону, он сел у подножья дерева, положив рядом нож, а из кармана достав баночку с синими таблетками, став вертеть её в руках и пристально рассматривать. После отложил это в сторону, отстегнул с пояса сумку, посмотрел на неё и оставил рядом с собой. Услышав какое-то шуршание, он поднял взгляд на девушку.       Дороти, обнаружив его взгляд на себе, резким движением сорвала подол платья, обнажая белые, стройные ноги. Мэйсон приподнял бровь, не найдя в себе сил отвести взгляд. Она подошла к нему, склонилась над ним и куском оторванного платья стала вытирать кровь с его лица.       — Проклятая война, — прошептала она. — Столько жизней, а все из-за каких-то железок.       — Железок? — не понял Декард. — На эти железки можно купить…       — Я не про золото, — остановила его девушка. — Не за золото они бьются, нет.       — И что же ты знаешь? — Мэйсон заинтересованно взглянув в её глаза. Она не ответила, провела рукой по его колючей трехдневной щетине, но тут же отвлеклась, став смотреть на ту дорогу, с которой они съехали.       — Грузовики едут! — шепотом прокричала девушка. Декард развернулся, припадая на колено и сжимая в руке рукоять ножа, от которой сейчас не было никакого толка.       — Прячься! — скомандовал Мэйсон, а сам стал проклинать тех, кому приспичило возвращаться на базу так скоро. Высмотрев огромный куст, он, в охапку с Дороти, нырнул в него.       Теперь и Декард услышал вой турбин, а также чьи-то яростные крики. И вот в поле зрения попали машины. И это оказались мародеры на трофейном транспорте.       Мэйсон в этот момент желал оказаться подальше от этих идиотов, которых наверняка уже взял на прицел главный калибр цеппелина, один залп которого разнесет весь этот сброд и пару десятков метров вокруг, включая Декарда и Дороти. Такой великолепный поворот был совсем не нужен. С грохотом колымаги проносились по дороге в сторону поселения.       Цеппелин огонь не открывал.       Мэйсон вспомнил слова одного из мародеров по поводу того, что у них некий союз с Конфедерацией, и этим можно было объяснить молчание летающего гиганта. Или же это были совершенно слабоумные бандиты.       Последний грузовик громко взвыл турбиной и заглох. Ругающийся страшными ругательствами бандит выскочил наружу и полез под капот, из-под которого повалил пар.       Шикнув на Дороти, и пообещав скоро вернуться, Мэйсон тихо выбрался из куста и быстро подошел к кузову, заглядывая в него. Он был почти пуст, раскрытые оружейные ящики беспорядочно валялись. Это был прекрасный шанс попасть в деревню с минимумом усилий.       Махнув рукой в сторону куста, Мэйсон залез в кузов, спрятавшись за одним из ящиков. Через небольшое оконце в стенке можно было добраться и до водителя, но это позже.       Дрогнув, машина завелась. Стукнула, открывшись и закрывшись дверь, до Декарда донеслись ругательства и проклятия, и машина рванула с места, догоняя основную группу.       Было видно, как заканчивается лес, и то огромное дерево, за которым стоял мотоцикл. Мародеры, видимо, настолько увлеклись, что даже не заметили ценный транспорт, который Мэйсон поленился нормально спрятать.       Легкая головная боль сдавила череп, и тут кузов тряхнуло особенно сильно, из-за этого Декарда привалило. Он даже не выругался, настолько все это его достало. Едва Мэйсон стал выбираться, грузовик с воем тормозов остановился, и ему пришлось затаиться, чтобы не выдать себя шумом.       За бортом началась какая-то суматоха, кто-то начал бегать туда-сюда, шумное дыхание то отдалялось, то приближалось.       — Эй! — прокричал хриплый голос. — Тащи местную шваль сюда, и снимите эти чертовы коробки с их голов!       — Босс, тут нет следов конфедератов. Только какие-то записки с жалобами про снятые штаны! — встрял мерзкий, дребезжащий голос.       — Да мне плевать! — вспылил хриплый. — Устройства должны быть целыми!       Шум пошел на убыль, толпа, бряцая оружием, быстро удалилась.       Декард стал приподниматься, медленно сталкивая с себя ящик, но, услышав беспорядочные выстрелы, замер.       — Он совсем не знает, что творит, — проговорил кто-то совсем рядом. — Джек, бери этот блокиратор и надевай на голову.       — Это что вообще? — спросил Джек, испуганно засопев.       — Это, — начал говорить первый, — защитное устройство против излучения высокой мощности, которое скоро ударит по нашим мозгам с цеппелина. Ты же не хочешь этого, да? Тогда надевай проклятый шлем!       — Да хорошо, хорошо! — отступил Джек. — Хм. А ведь теперь голова не болит совсем! А я то думаю, зубная боль…       — Они обрабатывают местность в пассивном режиме. Вечером будет полноценное испытание.       — Откуда ты все это знаешь?! — задал вопрос Джек, но ответа уже не получил.       Декард заволновался. Что тут вообще происходит? Конфедерация испытывает какое-то супероружие? Святые должны знать об этом, иначе плохи их дела. Как и Мэйсона, который сам себя загнал в ловушку. Только сейчас он обратил внимание на то, что в его голове словно сидит назойливая муха и постоянно жужжит, ударяясь об стенки черепа. И удары эти становились все сильнее и сильнее.       Наплевав на маскировку, Декард опрокинул ящик и приблизился к выходу, осторожно выглядывая из него.       Почти вся банда отправилась на разбой в бывшую штабную базу, оттуда раздавались звуки разрушения и восторженные вопли. Мэйсону это было выгодно, появлялось больше простора для действий.       Резкий порыв ветра развеял его волосы — грозовой шторм был уже близко, вот вот он затмит солнце и начнется чудовищный ливень. Первые капли уже упали на лицо Декарду, который нахмурился, разглядывая цеппелин, из гондол которого свешивались антенные, похожие на ель.       Тихо спустившись, Мэйсон взял в руки нож и тихо двинулся к ближайшему окну, за которым, по его расчетам, как раз должны были находиться Джек и его спутник.       Расчеты не подвели. Самые хитрые мародеры рыскали по комнате, собирая драгоценности в мешок. На их головах красовались серые коробки странного вида, провода от которых уходили к поясам, на которых были батареи среднего размера.       Пока Джек отвлекся на другую комнату и скрылся в ней, Мэйсон перевалился через подоконник, падая прямо на битое стекло, которое предательски хрустнуло под подошвами.       Усталого вида мужик резко обернулся, глядя на Мэйсона, и совершенно не устало он выхватил пистолет и повел им в сторону Декарда, который метнулся в сторону.       Первая пуля просвистела над головой, вторая еще ниже, взъерошив волосы.       Джек, услышав выстрелы, кинулся на помощь своему товарищу, но оказал ему медвежью услугу. Споткнувшись о небольшой порожек, он всем телом навалился на стрелка, мешая ему нормально прицелиться, коробка слетела с его головы.       Декард, увидев все это, кинулся к ним, за секунду преодолевая опасные три метра и занося нож для удара. Лезвие со звоном ударилось об железку, сбивая ее с головы. Пока Джек в панике пытался встать, его подельник все никак не мог перехватить так, чтобы пристрелить Мэйсона, который уже занес нож для нового удара.       А потом по мозгам ударил раскаленный хлыст, который заставил потерять ориентацию, перед глазами засверкали звезды, все поплыло.       Декард мешком свалился назад, находясь на грани, но не выпустил нож. Двое его соперников корчились на полу, извиваясь, как змеи. А боль не отступала, продолжая сжигать мозги, казалось, что они сейчас вытекут из ушей и застынут серой лужей на полу.       Мэйсон попытался собраться с силами, и с удивлением обнаружил, что у него это получилось. Невероятных усилий стоило ему подтянуть ноги к себе и перевернуться на левый бок. Охнув, он стал опираться на локоть, стремясь подняться на ноги. Медленно и мучительно он встал сначала на колено, а потом и полностью поднявшись. Декарда мотануло вперед, бросая прямо на мародеров, которые все так же бились в конвульсиях.       Взглянув в дикие глаза Джека, который таращился на него, Мэйсон занес руку с ножом, лезвие которого блеснуло в свете фонаря, и следующим движением вонзил его в глотку незадачливого врага. Кровь упругой струей ударила Декарду в глаза, заливая их, но быстро отвести очи в сторону не было никакой возможности.       Щурясь и ругаясь про себя, Мэйсон потянулся в лежащему прямо перед ним пистолету. Сквозь кровавую пелену почти невозможно было что-нибудь разглядеть, поэтому приходилось ползти наощупь. Ко всему этому добавился высокий вой, который будто стал расшатывать мозги, и это было уже совсем невыносимо. Декарда вырвало прямо на пол перед собой, и без сил он ткнулся носом в лужу бывшего содержания своего желудка.       Отвращение взяло свое, придав сил. С рыком оттолкнувшись рукой от пола, он бросил себя чуть вперед. Но после этого он понял, что переоценил себя. Весь запал покинул его, и он со всего маху ударился лицом о флягу с водой, висевшей на поясе у мародера.       Пальцы почувствовали рукоять пистолета, и, хватая её, до боли сжались.       А вокруг начался хаос. Сквозь вой, который кипятил мозги, послышались завывания сирены цеппелина. Все вокруг дрогнуло, стены дома тряхнуло, с потолка посыпалась крошка.       Но самое важное было то, что дрянное воздействие прекратилось. Разум стал кристально чистым, Мэйсона уже не выворачивало наружу, не уничтожало, но цеппелин продолжал оповещать всех об опасности.       Соперник под ним пришел в себя так же быстро, о чем свидетельствовало его судорожное мельтешение под привалившим его Декардом.       Он не стал дожидаться, пока его потенциальный убийца полностью придет в себя, поэтому ткнул стволом пистолета ему в затылок и нажал на спуск.       Щелкнул выстрел, содержимое черепной коробки того «усталого» вывалилось на пол. Мэйсон вздохнул, поднимаясь на ноги и осматривая то, что он натворил. Легкий мрак все затмил.       — Вот дьявол… — прокомментировал Декард, выглядывая в окно. Мародеры суетились, в панике выбегая из штаба, смотря в небеса, в котором по прежнему находился цеппелин, на одной из гондол которого горел мощный прожектор, луч света который метался по деревне, что-то или кого-то ища.       — Найдите девушку, чтоб вас!!! — проорал хриплый, после чего закашлялся так, словно сейчас он выплюнет легкие. — Найдите её!!!       Мэйсон присел, глядя поверх мародеров на здание штаба, которое выглядело наполовину разрушенным. Видимо, пока он катался по полу, по нему ударили из второго калибра, ибо только этим можно было определить непонятное землетрясение.       — Кто потеряет коробки, останется лежать здесь, у нас мало времени!       Декард развернулся, глядя на непонятные устройства, лежащие в лужах крови. Подняв одну, он оглядел её. Несмотря на весомый внешний вид, они почти ничего не весили. Надев её на голову, Мэйсон понял, что ничего не изменилось. Кабель был цел, блоки питания на месте, но ничего не происходило. Или…       На улице раздался крик мужчины, а следом выстрел.       — Он всё равно уже не жилец! Вы видите, что с вами произойдет, если…— начал хриплый, но его оборвали:       — Эй, за каким чертом мы здесь? Почему мы должны умирать из-за какой-то неведомой хрени? — громкоголосый решил устроить бунт. — Мне плевать и на девушку, и на того святого, что бегает по лесу! Я здесь, чтобы заработать, но у нас уже голяк неделю!       Декард нахмурился. Речь определенно шла про него и Дороти, с которой еще неизвестно что происходит сейчас…       — Значит так! — примирительным тоном начал хриплый. — Доведу до вашего сведения. Конфедерация со всех сторон обложила Святых, и вот-вот они их раздавят.       — Что? Так быстро? — не поверил один из подчиненных.       — В их штабе работал шпион, который докладывал все до высших чинов конфедератов. Вот такие дела. Благодаря одному человеку, вся армия оказалась уничтожена.       — Хороший у них товарищ, — засмеялся один из мародеров. — Хотя я бы такую суку лично зарезал.        — Кто-то из операторов гнилой оказался. Большие деньги оказались привлекательнее жизни товарищей. Собираемся! Мы уходим отсюда, девушки тут быть уже не может. — закончил хриплый, и довольно галдящая толпа стала расходиться по машинам.       — Кстати, на кой-хер она нам нужна?       — Для ученых что-то. Она какой-то… туант, что-ли, я не помню. Так вот. Помнишь ту зеленую гадость, из-за которой мы полчаса пытались убить того конфедерата? А гадость то пошла от неё, ну, она как бы… Черт, очень сложно! Короче, всё это место один огромный полигон… — что он сказал дальше, Декард не услышал. Но даже то, что он услышал, его подкосило. Даже если это была тупая пропаганда и ложь, всё равно было неприятно.       — Эй! Где новичок?       Мэйсон выскочил с другой стороны дома, попав под уже начавшийся дождь. Упругие холодные струи хлестали по лицу, стекали за шиворот, заставляя вздрагивать от каждой капли.       Еле успев отскочить от окна и замереть у проема, он услышал быстрые шаги, а потом яростное рычание:       — Сука!!! Тревога, у нас тут враг!       И тут же в окно высунулась кривоносая морда, которая стала выискивать врага.       Декард ударил снизу вверх, вгоняя нож в горло мародеру, а следом вытаскивая его тело на улицу, которое со шлепком рухнуло в лужу, разлетевшуюся прозрачно-красными каплями в сторону.       Заухал тяжелый пулемет, пули которого насквозь прошибали трухлявые стены ветхого домика, задрожавшего от обрушившейся напасти.       Декард, стремясь совладать с паникой и удержать шлем на голове, быстро пополз по грязи подальше отсюда.       — Давай побольше! — проорал некто, а затем раздался пшик, который не сулил ничего хорошего. Пшик перерос в угрожающий рёв, который за секунду разметал и дом, и тела погибших, в клочья.       С запозданием Мэйсон понял, что оставил сыворотку в сумке у дерева, а она бы ему очень пригодилась сейчас. Ему пришлось прыгнуть в какую-то канаву с водой, ведь огромный цеппелин пришел в движение, став разворачиваться, а вместе с ним и прожектор стал более активным. Ослепляющий свет упал на Мэйсона, который уже приготовился умирать, но все все обошлось — свет искусственной луны миновал его, пройдя дальше по улице.       — Ну что, потанцуем… — тихо произнес Декард, вставая в полный рост и бегом отправляясь в штаб. Его заметили, но не сразу, из-за чего у него появилась фора.       Рядом свистели пули, трассирующие выстрелы пулемета невероятно красиво разрезали водную стену, оставляя после себя красный оттенок и клубы пара.       Не заметив одну из луж, которая в темноте казалась ямой, Мэйсон споткнулся и полетел в грязь, раскидывая её в стороны. Грохнув своим скудным снаряжением, он стал вставать, а сзади по улице вырулил грузовик, который, осветив все светом мощных фар, помчался прямо к Декарду. Заслонившись рукой от света, он начал вставать, стремясь отскочить в сторону, но мощный удар бампера все же зацепил его.       Охнув, Мэйсон отлетел в сторону, осознавая то, что правая рука его совсем не слушается и стала очень сильно болеть. Застонав, он стал выбираться из забора, который проломил, и при этом понимая, что удача его закончилась, и сейчас наступит время отдавать концы.       Было большой удачей-то, что шлем не слетел с его головы, он принял на себя часть удара, и от этого рассудок был в относительном порядке. Послышался звук открываемой двери, а потом звуки шлепающих по луже шагов.       Декард выхватил пистолет, а потом выстрелил три раза на звук. После сильного всплеска шаги прекратились.       Кривая ухмылка исказило его лицо, когда он услышал нарастающий звук маршевого двигателя цеппелина. С его губ сорвалось облачко невесомого пара, а рука скользнула в карман, доставая оттуда сыворотку, про которую он совсем забыл.       Сорвав колпачок, он резким движением вогнал всё содержимое себе в ногу. Уже знакомый огонь разлился по венам, наполняя тело невиданной прежде мощью.       Не болела уже сломанная рука, легкость движений просто впечатляла, как пушинка Мэйсон вскочил, выходя на середину улицы, прямо навстречу мародерам, которые сразу же открыли огонь.       Пули с противным звуком вырывали куски плоти от его тела, но он не обращал на это внимание. Так же он не обращал внимания на крики мародеров и на то, что звук двигателей стал еще громче.       Всё его внимание залил ослепляющий белый свет, который заполонил все вокруг.       Оглушительный грохот взрыва донесся до него сквозь все остальное, обжигающий жар облизнул его тело, а потом не стало вообще ничего, кроме яркого, чистого и ослепляющего света.

***

      Дороти слышала отдаленные звуки перестрелки, и первый соблазн убежать она подавила, спрятавшись под кроной дерева. На ужасный ливень она уже не обращала внимания, спасибо найденной куртке-бомберу в ящике возле сидения.       Девушка видела, как цеппелин пришел в движение, потом вспышки взрывов в деревне, а кульминацией всего этого действа стал мощнейший взрыв, полностью стеревший с лица земли безымянный населенный пункт.       Но у Дороти была еще надежда, ведь она видела, что Декард переложил неназванную сыворотку в карман, и она давала ему шансы спастись из самых безнадежных ситуаций, ведь он вероятнее всего захватил один экземпляр с собой.       Она взяла нож, который так же лежал в ящике, и резким движением разрезала себе предплечье. Огромная рана за секунду затянулась, а Дороти вздохнула. Ведь это стало ее проклятием.       Проливной дождь быстро потушил пламя, а цеппелин, повисев над местом бойни, словно наслаждаясь зрелищем, отправился восвояси. Осталось лишь огромное пепелище.       Девушка немного постояла у дерева, а потом присела, чтобы перевести дух. Но весь шок, который она перенесла сегодня, так просто не прошел, и она стала засыпать, свернувшись у корней. Но не суждено ей было уснуть.       С диким хрипом из-за дерева вышел почти сожженный человек, хромающий на правую ногу, и лишившийся правой руки. Девушка с ужасом смотрела, как ходячий мертвец медленно подходит к ней, сверкая выпученным глазом, в левой кисти он сжимал припекшийся к телу нож, половина лезвия которого была отломана.       Дороти закричала от ужаса, а обожженный рухнул у её ног, продолжая хрипло дышать.       — Всё, этот наш, вяжем его. — прозвучал суровый голос, а потом словно из ниоткуда возникли бойцы спецназа, которые повязали брыкающуюся и кусающуюся девушку, а полутруп аккуратно положили на носилки и понесли в неизвестном направлении.       — Все, дорогая, спи. Для тебя война уже закончилась. — прямо над ухом заговорил бархатный голос, а потом она почувствовала укол в шею, и наступила слабость, плавно перешедшая в глубокий сон…