Chaosmetall

      В темном, пропахшем сыростью и сигаретами бункере, который сейчас стал складом вооружения, находилось несколько человек в полной боевой экипировке войск специального назначения, готовящихся к вылазке. Один из них, высокий широкоплечий брюнет, поставив на ящик перед собой зеркальце, сбривал остро заточенным ножом недельную щетину, иногда морщась, бросая взгляд на кровавую борозду на лбу, которую оставила срикошетившая от стены пуля.       Его товарищ, коренастый крепыш с могучей шеей, весь измазанный густой, черной грязью, кряхтя развешивал на себе ленты с боеприпасами для тяжелого пулемета, который висел у него за спиной, перетягивая грудь ремнем.       Третий, голубоглазый черноволосый парень просто сидел на опрокинутой бочке, педантично протирая ствол своего автомата ветошью, и иногда бросал взгляд на выход, двери которого были распахнуты, а оттуда иногда лился отблеск холодного, искусственного света прожектора, который был установлен на одной из вышек.       — Зря стараешься, Криг, — лениво бросил брюнет. — Чистеньким ты не выйдешь.       — Конечно. Легко тебе говорить, зная, что не тебе лезть в грязь, — ответил ему Кольт.       — Можем поменяться местами, если ты умеешь обращаться с крупным калибром, — повернулся к нему брюнет, взмахивая ножом. — Хотя таких талантов я за тобой не замечал.       — Остынь, Дейтон, — встрял крепыш. — Вы можете хоть минуту не ругаться между собой?       — Эх, Пьер, было бы все так легко, — рявкнул Криг, встал с бочки, закинув при этом автомат на плечо, и пошел в глубину склада, надеясь найти еще немного оружейного масла.       Дрогнула земля. Перекрытия потолка зашатались, с ним посыпалась бетонная крошка, кое-где ручьем полилась вода. Помещение вот-вот рухнет, и шансов выбраться из-под завала точно не будет. Но и вылезать на поверхность раньше времени никто не собирался. И была весомая причина, та, которая сейчас бродила рядом с ними — ходун класса «воин» — до самой кабины увешанная орудиями разного калибра боевая ходячая станция.       — Проклятие… Привязался же на нашу голову! Почему именно здесь и сейчаас? — возмущённо пробасил Пьер, потряхивая двумя многозарядными дробовиками в мощных руках.       — Чего ты ему сделаешь этими свистелками? — не поворачивая головы спросил Дейтон, невозмутимо продолжая бриться. — Нам остается только сидеть и надеяться на то, что он клюнет на мою ловушку и пройдет дальше. А вообще, я думаю, какая-то крупная шишка ошивается рядом.       — Разнесем ей тогда череп, и делов-то, — обрадовался Пьер.       — Мне все не дает покоя та радиопередача… — из темного угла вышел Кольт, держа в руках две полные банки масла, заботливо завернутые в пакет. — Это точно не помехи. Там был какой-то сигнал, от которого у меня чуть не вскипела голова.       — Я видел всего два цеппелина в том районе, и один из них не был похож на военный, — проговорил Дейтон, заканчивая с бритьем. Он аккуратно положил инструменты в ящичек, который перекочевал в уже и так объемный рюкзак.       — Судя по тому, что я ловил до этого, там было какое-то оружие, кипятящее мозги.       — Не в том ли районе должен был ошиваться Мэйсон? — спросил Пьер, взглядом исподлобья сверля ступени, ведущие в подвал.       — Его могло понести куда угодно, — задумчиво ответил Кольт, но потом добавил: — Тот тип, вырезавший полный отряд наемников наверняка и есть он.       — Ну, — Дейтон встал, накидывая при этом плащ. — Я думаю, он жив.       Земля дрогнула снова, но уже слабее. Закачалась лампа под потолком, земля посыпалась со всех щелей.       — Он уходит! — крикнул Дейтон, подбегая к выходу и останавливаясь возле него. — На выход, девочки!       Пьер шустро сорвался с места, будто на нем не висело килограмм тридцать железа, Криг же пошел быстрым шагом, вешая автомат на грудь. Подойдя к выходу, они на секунду остановились, слушая завывание сервоприводов и звук работающей турбины.       От следующего шага ходуна земля сотряслась еще раз, и перекрытия, наконец, не выдержали. Кольт краем глаза заметил, как балки стали срываться с потолка, не выдержавшие внушительный груз бетона и земли.       Дейтон буквально врезался в Пьера, стремясь его как можно быстрее вытолкнуть наружу, но это оказалось не так легко — он просто врезался в скалу, весившую больше центнера. Скала, тем временем, кинув на них взгляд победителя, невозмутимо пошел вверх по ступеням, а сзади мельтешили Криг и Дейтон, которых вот-вот завалит.       Едва выбравшись из душного подвала, они втроем кинулись врассыпную, хотя у всех была четкая цель — подножие башни, на которой висел одинокий прожектор, бивший своим лучом света куда-то в сторону покосившихся от взрыва ворот.       Дождь был настолько сильным, что даже тот плащ-дождевик, который был на Криге, не справлялся, вода, лившаяся под углом, попадала на лицо, стекала по нему, попадая под броню и одежду, заставляя каждый раз судорожно вздрагивать. Кольт аккуратно бежал, ударами сапог разметывая грязь в стороны, и постоянно оглядываясь, не разворачивается-ли мутная фигура стального гиганта, рыскающего рядом.       Уже у самого основания башни, Пьер, бежавший справа от Крига, споткнулся. Кулем прокатившись по луже, он, тем не менее, смог быстро подняться, и прямо с низкого старта рванул дальше.       Кольт перепрыгнул через заборчик и затаился за ним, услышав чуть более сильное завывание приводов «воина». Дейтон сделал то же самое, Пьер просто пропал из виду.       Глядя сквозь щель на ходуна, Дейтон бросил:       — Эта железная паскуда от нас не отвяжется. Черт, нам еще нужно успеть до… — договорить он не успел. Осветив все мощным светом фар, из-за зданий вынырнул грузовик, на борту которого красовался знак Конфедерации. Следом за ним двигался тяжелый танк поддержки, от одного вида которого Кольт присвистнул. Ну, а в середине этой колонны находился длиннющий автомобиль с полностью черными окнами.       — Мать твою… — выругался Дейтон. — Кольт, это же плацдарм перед базой Ардона?       — Да, до нее не больше двух километров, — ответил Криг, а потом вопросительно посмотрел на Дейтона.       — Значит, передача сто пятнадцатой была правдой. Штаб уничтожен, — опустив голову, тихо проговорил Дейтон.       Перед ними, из-за груды мусора, выполз Пьер, жестами что-то показывая. Но они были быстры и неразборчивы.       — Шерман, какого черта ты несешь? — возмутился Кольт. — Тебя спугнул какой-то конвой?!       — Это не просто конвой, парень. Это прибыл генерал Викторион.       Криг в ступоре замолчал. Высокопоставленный чин, и вот так, с таким небольшим сопровождением? Да рядом была бы минимум армада военного транспорта!       — Неделю назад я был в составе разведки. И видел отчеты и фотографии всех тех, кто сейчас наверняка находится в том лимузине, — внезапно разоткровенничался Шерман.       — Я думаю, это подождет, — перебил его Криг. — Мы сможем его прикончить?       Оба бросили взгляд на винтовку Дейтона, запакованную в чехол.       — А что он вообще тут может делать? — поинтересовался Кольт, снова выглядывая и осматривая конвой. — Не похоже, что они собрались тут задерживаться.       — Вероятнее всего, он лично поедет принимать капитуляцию Ардона, — ответил Дейтон, внимательно всматриваясь в технику.       Ходун, который за это время, успел развернуться в их сторону, угрожающе ощетинившись стволами орудий. Дверь лимузина распахнулась, откинувшись в сторону, и оттуда вылезла огромная гора металла, в которой Кольт только через несколько секунд разглядел тяжелую броню терминаторов. Гигант остановился рядом с машиной, сторожа её. Передняя дверь так же открылась, но вместо еще одного терминатора оттуда вышла какая-то хрупкая девушка с волосами цвета пепла, грациозной походкой подошедшая к стражу и что-то ему сказавшая.       А следом за ними, медленно и степенно, вышел и сам генерал Рихард Викторион, и не узнать его было невозможно. Это был уже немолодой военачальник, снискавший славу безжалостного воина, буквально сокрушавшего своих врагов, которые попадались ему на пути, а методы были беспощадны и быстры. Его огромный бурый плащ потащился прямо по воде, когда он пошел в сторону уцелевшего здания штаба, где сейчас находились трупы воинов Святых, которые дали последний бой роте Конфедерации.       Криг и товарищи просто пришли на место бойни, опоздав примерно на полчаса. Один из выживших, но тяжелораненый солдат охраны рассказал, что и как было, а потом умер на руках у Дейтона, успев дать информацию о подвале снабжения. Как только они зашли туда, в пелене дождя загремел «воин», который непонятно откуда взялся, но двигался так уверенно, будто знал, кого и где искать. Шерман успел поставить ловушку, которая имитировала срабатывание механизмов прыжкового ранца, и она отвлекла грозную машину.       Прямо сейчас они могли пристрелить своего главного врага, но что-то подсказывало, что этого делать не стоит. Криг насторожился.       Пьер возник рядом совершенно неожиданно, и шепотом прокричал:       — Уходим! они знают, где мы!       В этот момент слева от Кольта что-то шлепнулось в грязь, а потом там разорвалась шумовая граната, от противного и резкого звука которой тот оглох на одно ухо. На секунду потеряв ориентацию в пространстве, Криг развернулся и стал смотреть с потерянным видом на Шермана, который что-то кричал ему в лицо, а Пьер открыл огонь прямо с двух рук по выпрыгнувшим из грузовика бойцам Конфедерации.       — Давай, чтоб тебя! Уходим!!! — проорал Дейтон, хватая за капюшон Крига и таща за собой, под прикрытие бетонного блока. Последний стал приходить в себя, постепенно возвращая контроль над телом. Он и раньше попадал под шумовые, но они не оказывали такого обезоруживающего действия, как сейчас.       — Ахаха!!! Получайте, суки!!! — Пьер словно сошел с ума, и теперь совершенно не обращал внимания на то, что рядом с ним со свистом пролетали пули, каждая из которых легко бы снесла ему голову.       — Я в порядке! — крикнул Криг, доставая из-под полы плаща свой автомат, который тут же был снят с предохранителя и приведен в боевую готовность.       Услышав очень резкий звук, который был похож на сработавший прыжковый ранец, но на несколько тонов выше, Кольт и Шерман подняли головы, и тут же бросились в стороны.       Та девушка, что они видели у машины, обрушилась сверху на Пьера, лезвием катаны попросту перерубая раскалившиеся стволы дробовиков, ремень, удерживающий пулемет, а затем сильным ударом в пах заставляя здоровика осесть в грязь. Дейтон, выхвативший пистолет, не успел привести его в действие, поскольку кинжал, вылетевший из рукава бойкой дамы, пронзил и руку, и рукоять пистолета, и бетон. Шерман заорал, будучи прибитым к опоре, пытался освободиться.       Кольт, успев повести стволом автомата за фигурой, не успел ее прострелить. Ударом железного сапога оружие оказалось выбито из рук Крига, а сам он замер, лежа в грязи, а в сантиметре от его кадыка находился каблук, который был похож на лезвие, и угрожающе подрагивал.       — Не сегодня, мальчики, — произнесла она игривым тоном. — Наивные святоши, неужели вы думали, что можете вот так вот просто быть у всех перед носом, и не выдать себя? Пф.       Шерман вырвал нож из ладони, которая перестала его слушаться, и, пока буйная девица отвлеклась на Крига, вытащил из бокового кармана рюкзака крохотную гаубицу, одного выстрела которой с лихвой хватит, чтобы в клочья разнести человека. Хищно ухмыльнувшись, он снял её с предохранителя.       Но тут вмешался Пьер, который, издав рёв раненного тигра, поднялся на ноги и навис на девушкой, хватая её за плечо и со всей силы врезаясь лбом в её лицо. Хрустнула кость, хлынула кровь.       Кольт чуть не поседел от ужаса, когда острый, как нож, каблук вонзился в мокрую землю рядом с ним. Не мешкая ни секунды, он откатился в сторону, при этом ударяя застигнутую врасплох воительницу под колено. Она, потеряв равновесие, зашаталась, а Пьер, схватив её теперь за лодыжки, оторвал от земли и рывком поднял её, замахиваясь.       Звук удара тела о землю Криг запомнил до конца своих дней. Оставив тело в грязи, Пьер кинулся к Шерману, который успел захватить винтовку, Кольт же в это время нашел свой автомат, и, схватив его, перемахнул за опору.       — Неплохо ты эту костлявую суку приложил! — похвалил могучего Пьера Дейтон. Тот в ответ улыбнулся, и еще успел пожаловаться:       — Она мои дробовики испортила!       — Эй! — окликнул их Криг. — Железный брат идет сюда!       В их сторону медленно, но верно двигался тот самый терминатор, что первый вылез из машины. Вот только теперь в руках он нес тяжелый роторный пулемет, стволы которого уже раскручивались.       В следующую секунду на них обрушился свинцовый дождь, который медленно, но очень уверенно разносил бетонную опору, за которой прятались трое Святых.       — Ах, вот дерьмо! — выругался Дейтон, когда понял, что с винтовкой обращаться он уже не сможет в течение длительного времени.       — Криг! Расчехляй калибр! — скомандовал он. — Прямой наводкой бил когда-нибудь?!       Кольт понял его план. Без лишних вопросов он схватил чехол, стал разворачивать его, доставая под рассеянный свет прожектора тяжелую винтовку, вороненная сталь которой почти не отсвечивала. Проверив механизм, работающий безупречно, он перехватил ее поудобнее.       — Значит, наши планы никогда не были особо умными… — начал Шерман, — Тем не менее, они срабатывали. Почти всегда.       Пьер вжался в бетон, а пулемет по прежнему грохотал, и, судя по всему, совсем скоро он все-таки расковыряет опору, которая все ещё сдерживала огненный натиск. Но времени оставалось совсем немного, огромная скорострельность давала о себе знать.       — Я тут пробегусь немного, — сказал Дейтон. — А ты стреляй.       После этого он, не проронив ни слова, резко сорвался с места, становясь огромной мишенью, которую тут же заметил терминатор, и без промедления попытался её поразить, разворачиваясь вслед за убегающим воином Святых.       Криг, едва высунув голову, увидел, что теперь у него есть шанс сделать свое дело. С усилием подняв винтовку и водрузив её на сошки, он поймал в прицел железное ведро, которое служило шлемом в этой броне. Не медля ни секунды, он нажал на спуск.       Винтовка ахнула, выпуская с бешеной скоростью тяжелый заряд, который, сопровождаясь ярким пламенем из ствола, достиг головы терминатора, и со звоном оторвал её. Пулемет, лишившийся контроля, но все равно продолжающий вести огонь, стволами упал в грязь, которая тут же забила их, но механизм продолжал работать.       Спрятавшись, Криг услышал натужное завывание мотора, которое затем сопроводилось сильным хлопком, после которого наступило затишье.       Выглянув, он тут же об этом пожалел. Прямо перед ним возникло окровавленное и измазанное грязью, скорченное в праведном гневе лицо фурии, которую хорошенько припечатал к земле Пьер. В правой руке она сжимала катану, нацеленную Кригу в лицо.       Выругавшись, Кольт стремительно отскочил назад, пытаясь и сохранить винтовку, и схватить автомат, с помощью которого он, наконец, угомонил бы бойкую бабу.       Выплюнув очередь, автомат вспорол ей бок, но её, похоже, это совсем не смутило, легко шатнувшись, она пропала из поля зрения. Криг снова повел автоматом в ту сторону, и услышал могучий крик, услышанный всеми даже без мегафона:       — Хватит!       Сильный свист, который Кольт уже где-то слышал, раздался со всех сторон, а потом он увидел и источники этого звука.       Три высоченных, черных фигуры, которые было плохо видно в сумраке, очень быстро приближались, вращаясь вокруг своей оси. Криг собрался выстрелить по ним, но услышал, как где-то недалеко матерится Дейтон, и посмотрел в его сторону.       Трое таких же теней тащили ругающегося и брыкающегося Шермана в сторону штаба, сковав того какими-то веревками, еще трое напали на Пьера, который ударом кулака просто повалил одну из теней, но она быстро поднялась и начала быстро обвязывать путами никак не желающего сдаваться богатыря.       — Красавчик, а ты мой! — пропели над ухом, а потом Кольта сбили с ног. Про себя он подумал, какого черта все прыгают, и вообще, воюют как обезьяны, а потом рухнул лицом в лужу, в которой пришлось задержаться, поскольку его голову сверху придавил тяжелый сапог, не дававший сдвинуться ни на сантиметр. Криг забарахтался, но его все глубже вдавливали в размокшую землю.       Но в следующую секунду его, как котенка, выдернули за шиворот.       Набрав полные легкие воздуха, он открыл глаза, прямо в упор глядя в черное забрало терминаторского шлема, поблескивающее в слабом свете. На месте носа были две гофрированные трубки, расходившиеся в сторону и исчезавшие где-то за плечами, в силовом ранце. Пару секунд они смотрели друг на друга испепеляющим взглядом.       Кольт выхватил пистолет, и, не ожидая от себя такой прыти, выпустил весь магазин прямо в забрало, которое, впрочем, могло выдержать и не такое. Подлетевшие тени с легкостью подхватили Крига, стали его опутывать.       — Пустите, суки, я вас голыми руками порву!!! — заорал рядом Пьер, который был вне себя от ярости.       Всех троих быстро потащили к зданию штаба, тени оказались невероятно проворными, а постоянно маячащие у горла лезвия одной из них не добавляли уверенности, но Криг все-же смог отвесить хорошего пинка по голове одной из них. Эффект оказался нулевым, это нечто даже не покачнулось.       — Забыть или простить?! Нет причины и нечего более сказать!!! — прокричал Дейтон. Кольт подумал, что Шерман совсем тронулся умом, и теперь несет ахинею.       — Довольно! — резко прозвучал властный голос. — Сюда их.       Не церемонясь, тени бросили, словно мешки с песком, связанных товарищей прямо в грязь, громко чавкнувшую и расплескавшуюся в стороны.       — Ваш последний опорный пункт был уничтожен двадцать минут назад, — источник властного голоса был рядом с Кригом, который видел строгие армейские сапоги, которые даже сейчас были чистыми, в такую-то погоду. Он поднял голову и попытался рассмотреть Викториона, который вышел из штаба по их души, но ему мешал яркий свет налобного фонаря терминатора, стоявшего рядом и ждавшего возможности ударом железного сапога разможить Кольту голову.       — Да иди ты к черту! — взорвался Шерман, и за это получил хорошую тычку по ребрам от одной из теней, из-за чего взвыл.       — А ведь вы и сами не понимаете, за что бьетесь, — даже не спросил, а убежденно проговорил генерал Викторион. — Вы же наёмники, вам платят, а вы и рады вопросов не задавать.       Криг призадумался. А ведь верно, последние полгода он что и делал, что выполнял контракты, за которые получил достаточно приличную сумму.       — У вас нет идеалов, за которые вы могли бы сражаться и сложить голову. Вместо этого есть жадность. Движущая сила мощная, но к хорошему концу не приводящая никогда. Ваши командиры, которые трусливо спрятались в крепости Ардона, через несколько часов с потрохами сдадут вас, после чего начнут умолять о пощаде. Я знаю, видел таких, и не один раз.       Он оглядел лежащих в грязи товарищей, в его холодном взгляде, в каменном лице невозможно было что-либо разглядеть, с самого начала он производил впечатление страшного человека.       — А вы отчаянные ребята. Еще никто не додумывался через кустарные приспособления отвлекать ходуна, — его мощный бас лился во все стороны. — Здоровяк покалечил Марту, ты обезглавил моего телохранителя… По законам военного времени я имею полное право вас пристрелить прямо здесь. Но вам больше не за что воевать.       — Что, к тебе под крыло перейти? — снова подал голос Дейтон, который уже стоял в полный рост. — Кстати, что это за призрачные ублюдки позади меня? Они что, отбитые?       После этих слов он толкнул одну из теней. Криг подумал, что всё, Шерману сейчас придет конец. Но нет, сдачи ему никто не дал.       — Вы переходите в регулярную армию Конфедерации. Нам нужны специалисты-операторы, тем более те, что спаслись со Стэнфорда, — посмотрел на него генерал.       — Великолепные у тебя предложения, — отозвался Пьер. — А ты не боишься, что потом тебя ударят в спину?       — Исключено, у… — Викторион собрался сказать, почему это исключено, но его бесцеремонно перебил Шерман:       — Что, тоже нас зомбируешь? — усмехнувшись, произнес он.       Генерал ничего не ответил, но как-то по другому посмотрел на них троих. Криг, который тоже встал, огляделся. Они были окружены десятками двумя бойцов, включая терминаторов и ту самую Марту, которая хоть и измазана в грязи и крови, была по прежнему красива. И она сверлила взглядом именно Кольта, который быстро отвернулся от нее.       — Вы отказываетесь… Что-же, это не проблема. Упаковать их! — распорядился Викторион, и, резко развернувшись и взмахнув плащом, пошел обратно в штаб.       Кольт получил сильный удар в солнечное сплетение, от которого из него вылетел дух, и он присел на колено. Если бы не связанные руки, он бы смог еще что-нибудь сделать.       Спустя секунду неопределенной возни раздался звук выстрела из гаубицы, и что-то с чавканьем разлетелось на куски.       — Сука!       Крига схватили за руки и, уронив на задницу, потащили прямо по грязи в сторону грузовика. Пьера тоже волокли, как мешок, а вот Дейтона избивали ногами несколько человек, Шерман катался по грязи, как раненный зверь, не обращая внимания на удары, пытался дать сдачи.       — Дейтон!!! — прохрипел Криг, а потом на его голову нацепили мешок, и весь его обзор снизился до нуля. Он мог лишь слышать, как стучит дождь по металлу, шлепки грязи и удары, сыпавшиеся на Шермана.       Хлопнул одиночный выстрел, и все закончилось.       — Твою мать… — совсем рядом прозвучал Пьер.       Крига подняли и бросили в кузов, как он понял. Рядом грохнул ругающийся Пьер. Послышались звуки закрывающихся задвижек, а потом все звуки стали приглушенными.       — Вот мы и встряли. Какой-же он ублюдок, — пожаловался Пьер.       — Про каких зомби говорил Шерман? — спросил у него Криг, внезапно вспомнив его слова.       — Они с помощью каких-то антенн пускают волны, которые делают из человека послушного раба. Я сам до конца не понял, как это может произойти.       — Похоже, скоро мы станем одними из них. Еще хуже, чем мутанты, — хмуро проговорил Кольт.       — Кто? — переспросил Пьер.       — Мутанты. Люди, которые родились с непонятными изменениями, дающие им силы, недоступные простым людям. Помнишь ту зеленую гадость, которая позволяет любые раны залечивать? Так вот, говорили ребята из исследователей, что вся эта хрень началась с какой-то девушки, чья кровь вырабатывает неведомую чертовщину, которую легко преобразовать в лекарство.       — Воу, — прокомментировал Пьер. — Получается, ты дал в тот раз Мэйсону невероятно сильную аптечку?       — Да, — подтвердил Криг. — Которую, в свою очередь, мне дали те самые бойцы с передовой.       — Так что получается? Если все начнут колоться этой гадостью, каждый станет непобедимым… Как же воевать тогда? Взрывать все сразу, что бы даже мокрого места не осталось?       Криг подполз к стенке, сел поудобнее, готовясь к освобождению.       — Они нас даже не обыскали, — сказал он.       Скрытый клинок, который он всегда носил на предплечье, повинуясь давлению пружины, выскочил вперед, разрезая путы. Освободившись от них, он стянул с головы мешок, при этом вдыхая полной грудью и осматриваясь.       Их кинули в бронированный кузов, который запирался изнутри. Внутри горело две не слишком ярких лампочки, которые были неспособны разогнать тьму, скопившуюся в углу. Не было здесь совсем ничего, только помещение. Даже лавок.       Имелось только оконце сверху, в которое не пролезть, даже обмазавшись вазелином. Кольт оценил шансы на побег как близкие к нулю.       Он подошел к Пьеру и разрезал веревки, освобождая его. Тот стянул мешок с головы и тоже сел, оглядываясь.       — Во дела… — протянул он. — Мой пулемет забрали! — только сейчас он опомнился.       По кузову громко стукнули два раза, после чего он завибрировал, послышался звук заработавшей турбины. Сейчас их повезут куда-то в нехорошее место, и от это не сулило ничего хорошего…       — Ты слышишь?! — заволновался Пьер. — Что за дерьмо?       Криг поднял голову и увидел, как из небольшой заслонки повалил желтый газ, быстро заполнявший помещение. Он начал выедать глаза и сильно затруднил дыхание, голова стала кружиться, перед взором запрыгали звездочки.       — Только не вот так… — прохрипел Пьер, а заметавшийся Кольт потерял сознание, медленно сползая вниз по стенке…

***

      В чувство его стал приводить шум и гам толпы. Он слышал, как все шумит, как все отдается сильнейшим эхом, любой крик, любой стук. Став продирать глаза, которые никак не желали открываться, он понял, что почти не может этого сделать. Голова болела, готовая взорваться изнутри, горло было расцарапано, дышать было невероятно сложно.       Он снова услышал многоголосый вскрик толпы. Судя по всему, он сейчас был в каком-то обширном помещении. А рядом было не менее тысячи людей…       — Ну что, Святой, — произнес один из тащивших Кольта конвоиров. — Добро пожаловать в твой новый дом. Лет так на десять! — а после этого противно засмеялся, при этом перхая и задыхаясь.       Криг снова стал терять сознание, слишком сильно на него подействовал тот чертов газ…       Он не знал, через сколько времени он пришел в себя. Здесь не было ни дня, ни ночи, часы так же отсутствовали. Он просто подошел к зеркалу и ужаснулся своему виду. Его лицо опухло так, словно он месяц пил без остановки, глаза были заплывшими, губы посинели, как у мертвеца, а щетина, которая уже постепенно превращалась в бороду, была похожа на мочалку.       — Дерьмо… — прокомментировал он свой вид, который действительно был таким.       Подняв руку, он посмотрел на нее. Она дрожала так сильно, что это было похоже на конвульсии умирающего. На нем была старая серая роба, свисавшая мешком, на ногах грязные ботинки. Хотелось пить и есть, да так, словно он не ел месяц.       — Нехило тебя Аидом накачали, — произнес кто-то из-за стены.       — Что? — Кольт медленно развернулся, щурясь от света, падавший сквозь решетки.       — Аид, говорю. Газ такой, какой-то там паралитический.       Криг подошел в стене, где была большая дыра, в которой виднелось чье-то веселое лицо с весело бегающими глазами.       — Джон Райкер, 7-я танковая Святых, — протянул новый знакомый руку, которую Кольт с запозданием пожал.       — Криг Кольт, 1-я операторская, — ответил он.       — О, так ты Стэнфордский? — заинтересованно спросил Джон, — Ваша база и выходцы обросла таким количеством легенд, похожими на сказку, что не знаешь, верить или нет.       — Меня отправили оттуда за несколько часов до нападения, — стал вспоминать Криг, — я не видел самой атаки.       — Но ты наверняка был в Кровавом лесу, так ведь? — снова стал расспрашивать Райкер, и, увидев непонимающее лицо Кольта, сказал: — Как мне рассказали, там какой-то тип, накачанный гадостью, просто вырезал несколько отрядов Конфедерации. Ножами, мать твою!       Криг, конечно, понял, про кого он, но предпочел не отвечать, зная, что он, отчасти, стал зачинщиком этой резни. Вместо этого, у него возник вопрос:       — Фамилия у тебя знакомая, но вспомнить не могу, где я её слышал…       — О-о… — устало протянул Джон. — Да, мой отец конструктор тех чертовых стволов, которые в любом удобном случае могут прожарить своего владельца до корочки.       Кольт диву дался, каких же людей сюда занесло?       — Викторион совсем тронулся, гребет всех подряд, — сообщил Джон. — Я тебе больше скажу, в соседнем помещении, тоже огромном, сидят провинившиеся конфедераты.       — А если… — стал говорить Криг, но тут его горло сковал сильный кашель, который раздирал еще сильнее и так больное горло. Джон подождал, пока Кольт отмучается, а потом ответил на незаданный вопрос:       — Не если. Здесь устраивают гладиаторские бои, — без эмоций произнес он.       Криг посмотрел на Джона, который сидел с отсутствующим взглядом, и потихоньку раскачивался. Это показалось несколько подозрительным. Тогда Кольт осторожно просунул руку и тронул Джона за плечо.       Тот отреагировал с огромным запозданием, а когда развернулся и что-то промычал, Криг увидел его огромные зрачки, в которых не было ни капли разумной мысли.       — Да ты под наркотой! — ошеломленно отстранился от него Кольт.       Снаружи загремело железо, гулким звоном отражаясь от стен. С усилием Криг встал и, шатаясь, пошел к решетке, слегка подволакивая левую ногу. Подойдя ближе, он не понял куда его занесло. Огромное помещение, наверху заканчивающееся сводом с перекрещивающимися балками, которые терялись в густом дыму, идущему откуда-то снизу. Он находился на каком-то из этажей, и не самом высоком, но и точно не внизу, сквозь решетчатый пол было видно то, что скорее всего являлось той самой гладиаторской ареной, на которой и проводились пресловутые бои — широкий овал, края которого невозможно было разглядеть из-за углов, закрывавших обзор.        В воздухе парили, используя винтовую тягу, охранники, облаченные в броню и вооруженные автоматами. Было видно, что тут никто не собирается церемониться с пленниками, коих тут было великое множество. Интересно, сколько тут находился Криг, где сейчас Пьер… При воспоминании он Дейтоне в груди появился неприятный осадок. Может, лучше и такой исход, чем гнить неизвестно сколько времени в какой-то тюрьме. Которая была очень странная, и это мягко говоря. Потому что в следующую секунду все вокруг задрожало, заскрипело, готовое вот-вот развалиться. Криг отступил вглубь камеры, слушая, как снаружи снова стали доноситься тысячи криков.       — Спокойно, суки плешивые! Что, турбулентности испугались? — проорал один из охранников в мегафон.       — Какая, к черту, турбулентность?! — не понял Криг, но он точно не ослышался.       — О, я вижу, ты тоже удивлен, — снова подал голос Джон. — Я тоже в первый раз аж охренел! Но у меня есть хорошая новость, кормят тут просто отпадно!       И при этом хищно зашевелил усами.       — Какая, я спрашиваю, турбулентность?! — прорычал Кольт.       — С пробуждением силы и разума, приятель, — так отреагировал Райкер. — Да будет тебе известно то, что это не простая тюрьма. Добро пожаловать в «Расплату святых», огромную летающую тюрьму.       — Летающую?! — не поверил Кольт.       — Именно так, приятель. Именно так. Летающую.       Криг снова подошел к решетке, вглядываясь в самую высокую точку. Действительно, те балки, которые он сейчас наблюдал, являлись несущими опорами, а не узнал он их раньше потому, что просто не мог представить себе огромное летающее помещение, предназначенное для заточения, под которое приспособили цеппелин невероятных размеров.       Дьявол! Теперь, даже если бы он и смог сбежать каким-то чудом, это бы ему не помогло. Такая махина парила точно не в одном километре от земли, так что Крига, нашедшего путь к свободе, ждало бы свободное падение, в конце которого будет жесткое приземление, которое он не переживет.       — О! — послышался голос Джона. — Еду несут. Криг, ты бы присел, а то термос тут буйный, мигом без порции оставит.       Кольт, не став перечить, отошел. Через некоторое время он услышал тяжелые шаги, которые на некоторое время прерывались — кто-то тяжелый шел в его сторону, постоянно останавливаясь. Спустя несколько минут к камере Кольта подошел этот самый «термос» — терминатор, приспособленный под повара. Это было настолько комично, что Криг улыбнулся, но потом скорчился, когда от уже непривычного движения лопнула верхняя губа.       На обед (ужин, завтрак?) оказалась довольно сытная гречневая каша, с хорошей порцией мяса. Кольт, невероятно голодный, жадно набросился на еду, как только разносчик перешел к следующей камере. Вместе с едой стали приходить и силы, а так же полезные мысли, каким же образом отсюда валить.       Криг подполз к дыре в стене, наблюдая за Райкером, усиленно поглощавшим свою порцию. Ему нужно было узнать, как тут вообще все устроено, о чем он и сообщил Джону. Тот немного подумал, и начал рассказывать.       — Ну, порядки тут, как в обычной тюрьме. Почти. Есть, конечно, некоторые особенности. Мне особенно доставляет то, как на любой косяк тут собственной персоной прибывает Триумфатор. Да, такое погоняло ему дали прямо здесь. Здоровенный кусок брони, который без суда и следствия разнесет тебя на части. Любая драка, потасовка — все карается смертью. Но, это только за бесчинства в жилых блоках. Если чешутся кулаки, то тебе дорога на арену. Там ты можешь и ярость свою выплеснуть, и деньжат подзаработать, которые у нас кличутся «металлом» или, как называют некоторые «металл хаоса» — невероятно ценные монеты, за которые ты сможешь купить себе билет в свободный мир. Они, кстати, насколько я слышал, уже и снаружи в ход пошли, но пока их очень мало. Да, порядки тут жесткие, но справедливые. Своими усилиями ты можешь заработать себе свободу. Ну или купить поесть, а так же снять проституток с командного этажа. Вот такая у нас тут, черт ее подери, политика.       Кольт задумался. Какой из него боец на данный момент? Мало того, что он похудел, так еще и чувствовал себя как инвалид, половина тела которого не слушалась.       — Джон, а ты не в курсе, от того, как ты назвал, Аида, есть противоядие? Сомневаюсь, что от такой гадости нет защиты.       Джон посмотрел на него как-то искоса, что-то прикинул в голове.       — В медицинском блоке всем подряд загоняют Х-43, фиолетовая бурда, которая даже мертвого на ноги может поставить, — сказал он. — Только потом все, кто там побывал, крышей трогаются, а через неделю их тут уже нет, переводят куда-то вниз, на уровни черт знает чего. Это всё, что я знаю.       — Спасибо, — поблагодарил его Кольт и ушел к себе на кровать, где разлегся, переваривая всё то, что услышал сегодня. Дали о себе знать последствия газа, да и все повреждения, которые он получил. Организм уже работал на пределе, и поэтому ему требовался отдых.       Он стал проваливаться в сон, который вскоре забрал его в свое безмятежное царство. Если он и мечтал подняться в небо, то точно не в такое. Будучи запертым в огромной клетке, у него была лишь малейшая вероятность выбраться отсюда, для того, чтобы вернуться на землю, которая уже и не казалась такой плохой, даже со всеми её дождями и войнами…