Chaosmetall

Швеция, Фалун, 30-е апреля 1929-го года, спустя 15 лет после окончания «железной войны».

      Полуденное солнце светило ярко, но не грело, иногда появляясь из-за туч, на улице стояла на редкость отвратительная погода, и это при том, что сейчас был уже конец апреля, из-за чего на городской площади сегодня вечером соберется масса людей, для празднования Вальпургиевой ночи, и всю ночь будут греметь колокола и гореть костры.       Двое мелких, продрогших и злых воришек, которым на вид было не больше пятнадцати, стояли возле въезда в автомастерскую и жалобно клянчили у прохожих и клиентов хоть немного крон на пропитание, но пока что успехом это не увенчалось, люди с холодным взглядом проходили мимо, двигаясь по своим делам. Уже совсем отчаявшись, они решили самостоятельно добыть себе денег.       В этот момент к главному входу с бархатным урчанием мотора подъехала роскошная черная машина, чей силуэт казался одновременно грозным и плавным, напоминая своим видом пантеру, рисунок которой видел в книге один из мальчишек. Дверь распахнулась, и, вместо ожидаемого толстопузого мужика, которые обычно на таких машинах и разъезжали, оттуда вылезла высокая светловолосая девушка, закутанная в пальто. Закрыв машину, она мягким шагом пошла к двери мастерской, неся в руках черную сумочку.       Решив не терять момент, двое маленьких воров побежали к ней, с умоляющими причитаниями стали выпрашивать денег. Ну, один из них делал вид, а второй уже достал маленький нож с намерением подрезать сумочку и скрыться. Все это действо происходило прямо у ворот, которые бесшумно распахнулись.       Увидев, кто стоит в полумраке коридора, мелюзга сразу дала дёру так, как будто увидела монстра, позабыв сразу обо всем, что ими двигало.       Девушка, увидев стоящего мужчину, шагнула к нему, и широко улыбаясь, проговорила:       — А ты умеешь располагать к себе людей, Декард.       Мэйсон без слов заключил Дороти в объятия, после чего слился с ней в страстном поцелуе, не желая её от себя отпускать, но пришлось, ведь место и время не то.       Раскрасневшаяся Дороти, глядя на него широко распахнутыми голубыми глазами, умоляющим тоном попросила:       — Да ну сбрей ты эту ужасную щетину, ты меня пугаешь!       Теперь настал черед Мэйсона улыбаться:       — А вот прямо сейчас взял и разбежался. Щетина — это святое! — выдал он, подняв вверх палец и погладив свою растительность на лице.       — Козел! — последовал незамедлительный ответ уходящей на улицу девушки.       — Овечка ты моя, я тоже тебя люблю! — не остался Декард в стороне, а потом повернулся в сторону коллег по работе, и крикнул им:       — Мужики, я сегодня пораньше домой, что-то прихватило сердце!       Те, в свою очередь, заулыбались, отмахиваясь, один, самый ушлый, даже успел прокомментировать:       — Знаем мы, что у тебя там прихватило, потом выпивки притащишь, поставишь за твое здоровье!       — Договорились! — засмеялся Мэйсон, снимая с себя рабочую куртку, измазанную в машинном масле и бензине, помыл руки у раковины, после чего вышел на свежий воздух, вздрагивая от той прохлады, что была на улице. Почувствовав на себе чей-то взгляд, он сразу посмотрел в сторону актерской школы, которая была через дорогу, где увидел вышедших на перемену студентов, и какие-то девушки пристально оглядывали Декарда, перешептываясь. Помимо этого, он ощутил какое-то неприятное чувство пронзающего взгляда, словно смотрящего сквозь него.       Мэйсон, опустив взгляд, увидел на своей белой кофте обширное пятно в виде шестерни от сцепления, которое выпало на него сегодня утром из прогнившего и разваливающегося тарантаса.       — Вот сука. — беззлобно ругнулся он.       Подойдя к машине, он открыл багажник, в котором лежала старая, потертая, но всё-еще сносно выглядящая куртка, в которой он ходит в бары на грандиозные попойки.       Он снял толстовку и бросил её в багажник, а до его слуха дошли восхищенные вопли тех студенток, которые всё так таращились на него и увидевшие, наконец, его рельефное тело, ну, а в довесок и металлическую руку, отсвечивающую холодным светом. Достав куртку и расправив её, Декард надел её прямо на голое тело, после чего захлопнул багажник, обошел машину и юркнул в просторный теплый салон, сев на пассажирское место.       Дороти, убедившись, что на дороге никого нет, мягко тронула машину с места, постепенно став набирать скорость. Мэйсон переключал каналы радио, ловя один бред и что-то про новые цеппелины, прибывшие из Франции взамен устаревшим. Услышав, как наградили какого-то полицейского, который нашел преступника, вырезавший месяц назад Притон, Декард криво улыбнулся.       — Как дети? — поинтересовался он, глядя то в лобовое стекло, то на Дороти, имевшую серьезный вид, отчего казалась еще прекраснее.       — Катарина получила сегодня двойку в школе, ревет целый день. Дэвид как-то умудрился разбить зеркало в ванной, за что получил. А я ноготь вот сломала! — отчиталась Дороти, нахмурившись.       — Самая большая потеря, кто бы мог подумать. — улыбаясь, проворчал Мэйсон, усаживаясь поудобнее.       — Да! Я вообще их растила две недели, представляешь, а тут такое! А как же мои подруги? Обсмеют ведь, а мне потом… — жаловалась она, но Декард уже слушал вполуха, смотря на свое хмурое отражение в боковом зеркале, и снова загоняя себя в мрачные думы.       Пятнадцать лет прошло с того момента, когда он стал вот таким. Конечно, может это и было к лучшему… Огромная физическая сила, превышающую человеческую во много раз, бесконечная выносливость, нечеловеческая регенерация, которая позволяет ему заживлять раны любой тяжести, а так же нарушенный процесс старения, из-за чего он в свои тридцать девять лет так и выглядел на двадцать четыре, как и в тот день, когда с ним все это приключилось. Было забавно видеть, как люди удивляются, узнавая его возраст… У Дороти в этом плане была точно такая же ситуация, ведь она частично и была источником этой молодости.       Но Декард считал, что это все не стоит тех проблем, которые пришли вслед за мощью. Сбежав из Англии в Шотландию, они не нашли там пристанища, оказавшись в центре междоусобной войны, которая началась опять благодаря Лондону, и отправились дальше, дальше, дальше… И вот они, наконец, смогли осесть в Фалуне, конечно же, по поддельным документам, которые им помог сделать разбогатевший к тому времени Криг Кольт. В этом тихом городе было спокойно, сюда если и докатился грохот войны, то только эхом, которое почти сразу же и спало. Конечно, стоило бы поселиться подальше от города, но что-то в то время пошло не так. Им было сказано не приближаться друг к другу, но никто не запрещал им общаться через почту. По поддельным именам, но хоть как-то. Конечно, Викторион, который уже ушел из армии и занялся предпринимательством и строительством цеппелинов, не оставлял попыток их найти, но они были тщетны, уж очень хорошо им помогал скрываться тот, что сидел в теле Мэйсона, но он не подавал вообще никаких признаков активности, что было очень хорошо.       Примерно через месяц после того, как закончилась «железная война», Олос, как он представился, вышел на некую связь, снова унеся Декарда в то черное пространство, где объяснил ему, что и как, что случилось в том поезде, и на кой-черт вообще во всем этом нужен Мэйсон. И еще он предупредил, что следующее его появление будет означать, что время настало, и генерал снова взялся за свое. А что будет потом, ему никто не удосужился объяснить…       Непонятное чувство тревоги накатило столь резко, что Декард вскинулся на сидении, смотря пустым взглядом на проносящиеся за окном серые, безликие дома. Легкий свист в ушах, расфокусировка внимания, потеря способности различать цвета — всё это Мэйсон ощутил на себе на долю секунды, что было для него достаточно, чтобы понять, что за ним пришли.       — Останови машину. Они вот-вот нагрянут. — потребовал он, поворачиваясь назад и хватая с заднего сиденья лежащий там черный кофр, который постоянно держал рядом с собой.       — Что? Нет… Только не это… — Дороти все сразу поняла, и на её глаза навернулись слёзы. — Декард!!!       — Забирай детей и уходи как можно дальше! — проорал Декард, и, открыв дверь, вывалился из машины прямо на ходу. Он искренне надеялся, что его жена сделает всё так, как он ей объяснял. Забрать детей, добраться до адреса, где ждёт специальный человек, и следовать в укрытие. Он не мог ей помочь, поскольку её шансы пострадать увеличивались во много раз, будь она рядом с ним.       Черный автомобиль взревел и помчался дальше. Удивленные прохожие уставились на вылетевшее из машины тело в обнимку с черным чемоданом, которое пролетело над асфальтом и с грохотом врезалось в мусорные бачки возле обочины. Резво поднявшись среди кучи мусора, Мэйсон стал осматриваться, высматривая нападавших. До боли знакомые лёгкие хлопки донеслись до его ушей.       Со свистом тяжелые пули попали в правую руку Мэйсона, разрывая ткань куртки застревая в сочленениях металла, пара штук с противным звоном срикошетила в сторону, и Декард увидел, как согнулся, держась за живот, какой-то седой мужичок, в которого попала отскочившая пуля.       — Суки… — злобно прошептал Декард, прямо с низкого старта побежавший к ближайшему переулку, а вслед ему свистели пули, одна из которых вошла ему под лопатку и вышла снаружи, разрывая грудь и пачкая куртку темно-красными пятнами…       Такой удар сбил его с ног, заставляя сбиться с пути и со всего маха влететь в витрину магазина, но убить явно не мог. С оханьем разнеся на куски стеллаж, он взглянул в глаза усатому продавцу, который явно впал в ярость, и начал извергать из себя ужасные шведские ругательства, похожие на скороговорки, при этом стремительно отступая куда-то вглубь магазина.       Высокий порог защищал Мэйсона, и он, лёжа в окружении битого стекла, ждал, пока рана на груди заживет, а нападавшие уже приближались, держа оружие на изготовку. Он, пользуясь случаем, извлёк из кофра позолоченный обрез, полностью заряженный и готовый к действию. Сняв это могучую пушку с предохранителя, он отложил её, став доставать из глубин чемодана гранаты, боеприпасы, а так же громадный кукри, который совсем немного не дотягивал до полноценного мачете.       «Сдавайся, Мэйсон! Всё кончено!» — прошипел в голове неприятный голос, заглушая все звуки. Именно прошипел, словно какая-то змея научилась говорить. А потом всё перед глазами задрожало, стало окрашиваться в красный оттенок, стало слышно тяжелое дыхание, а потом раздался ужасный крик — словно тысячи голосов завопили разом, и они оглушили, заставив потерять ориентацию и не давая снова сосредоточиться.       — Да что это за херня?! — проревел Мэйсон, крепко зажмуриваясь, но наваждение не пропало. Оказавшись крепким в физическом плане, в ментальном Декард не мог ничего противопоставить тому, что напало на него сейчас. Открыв слезящиеся глаза, он увидел, как все вокруг быстро заполняет серый дым, который валил из крутящейся на полу дымовой гранаты.       Лежа в окружении битой посуды, Декард увидел черный силуэт, закутанный в плащ, который медленно вышел из тумана. Его тяжелые шаги гулом отдавались в голове.       Пришелец скинул плащ, обнажая широкие плечи. Лицо было скрыто за маской, а так же длинными волосами, спадавшими на глаза. В правой руке он держал огромный пистолет совершенно не детского калибра, который даже на вид казался чуть-ли не ручной гаубицей. Силуэт стал приближаться, а Декард понял, что уже видел его…       Но всё пошло совершенно иначе. Ментальная атака в этот момент закончилась, а боец вскинул руку с пистолетом и произвел три оглушительных выстрела по невидимой для Мэйсона цели, а потом склонился над ним, и подал руку, призывая к тому, что пора бы уже встать.       — Викторион снова взялся за своё. Я чуть было не опоздал. — пробубнил сквозь маску спаситель.       Размякший Декард схватил протянутую руку в перчатке, и рывком поднялся, при этом хватая с пола кукри и дробовик.       — Кто ты такой? — прямо в лоб спросил быстро приходящий в себя Мэйсон пришедшего ему на помощь человека.       — Осторожно! — прокричал тот вместо ответа и снова вскинул пистолет.       В этот раз и Мэйсон не остался в стороне, прямо с разворота выпалил по мелькнувшему силуэту, похожий на тень. Силуэт, получив невероятно большую дозу дроби, дернулся в конвульсии и упал на холодный асфальт, заливая его фонтанирующей кровью.       — Хорош. — услышал Декард похвалу.       Свист полицейской сирены, внезапно заоравшей где-то на соседней улице, стал быстро приближаться, в тот же момент на втором этаже здания что-то грохнуло, заставив стены дрогнуть, а потолок покрыться трещинами.       — Мэйсон, уходим отсюда нахрен! Спецназ уже в пути!       Декард большим прыжком перенес себя за стойку, где раньше стоял продавец. Неизвестный помощник снова выстрелил с пистолета, а потом еще раз, заглушая чей-то отчаянный крик боли.       — Что?! Какого хера он растворился? — снова прозвучало приглушенное бурчание сквозь фильтры маски.       Мэйсон взял в руки дробовик, но тут, проломив потолок, на него с шумом сверзился терминатор, покрашенный в чёрный цвет, с огромным электромолотом в руках, на котором то и дело вспыхивали искры. Декард сквозь поднявшуюся пыль успел по нему выстрелить только раз, оставив рваные дыры на броне нападавшего, но это ничуть того не смутило. Терминатор, резко взмахнув молотом, просто смел Декарда, из-за чего тот пробил стену и упал в подсобном помещении.       Всё это сопроводилось вспышкой электрической дуги, молнии от которой заиграли на теле Мэйсона, заставляя того биться в сильнейшей судороге. Его искусственная рука вообще зажила своей жизнью, и стала долбить пол с такой силой, что бетон крошился, словно это была засохшая глина. Декард видел перед собой лишь вспышки света, и не мог придти в себя, а в это время его новый напарник зашел с тыла кучи брони и просто разнес металлический затылок в клочья выстрелом из своего необычного пистолета.       Груда доспехов упала на пол и больше не шевелилась, из отверстий на броне валил едкий дым, сервоприводы замолкли, хотя мотор продолжал шуметь.       Мэйсон с кряхтением и проклятиями стал вставать, но получалось это не слишком хорошо. Его глаза стали наливаться яростью, а лицо искривилось в ужасной гримасе, после чего он изверг дикий, звериный рык, на который обернулся даже боец с пистолетом. В следующую секунду он отпрыгнул в сторону, поскольку обезумевший Декард, с кукри наперевес, промчался мимо него, направляясь прямо в дымовую завесу, в которой уже маячили силуэты спецназа Викториона, «Умштурц», довольно известное подразделение, отделившееся от «Инферно» в двадцать пятом году, после того, как генерал покинул пост военачальника и создал свою армию. Знакомая история, которая когда-то давно закончилась известными всему миру событиями…       Декард рывком подскочил к ближайшему из них, размашистым ударом правой руки просто сломал ему лицо, вбивая маску в череп. Голова несчастного яростно мотнулась, отвратительный хруст шейных позвонков свидетельствовал о том, что всё кончено.       Сразу трое спецназовцев открыли огонь, кромсая тело Мэйсона и пробивая его насквозь. Несколько неприятных пуль попали в ногу, лишив его скорости, поэтому он метнул нож в одного из них, попав в плечо. Подбежав к ним, он прямо из живого тела выдернул свой нож, а затем пинком отшвырнул жертву назад, наружу. И тут его отвлекло кое-что неприятное.       Только что начавшуюся резню остановил вой сирены полицейского ходуна, пришедшего с соседней улицы, и теперь взирающего на людей в уже рассеивающемся тумане с высоты своего десятиметрового роста, ощетинившись тяжелым подвесным пулеметом, стволы которого стали вращаться.       — Stand!!! Vad fan händer här?! — прокричал мегафон на всю округу.       И бойцы, и Декард поняли, что прямо сейчас они совсем не в выигрышном положении, и сразу кинулись врассыпную. Мэйсон, прихрамывая на левую ногу, в которую попали, возвращался назад, сожалея о потерянном ноже, но сейчас спастись было важнее, ибо автопушка плевать хотела на его регенерацию. За спиной загрохотало тяжелым басовитым звуком, что вынудило его последние пять метров буквально пролететь, снова вламываясь в разрушенную комнату.       Там его уже ждал неизвестный, но в этот раз он уже снял маску, и Мэйсон увидел его высокие скулы и пухловатые губы, а так же правую бровь, пересеченную шрамом.       — Да кто ты, блядь, такой?! — сорвался Декард, но ответная реакция его ошеломила:       — Криг предупредил меня на счёт тебя, и того, что скрывается внутри. Объясню позже.       — Такое я уже слышал. — Мэйсон посмотрел на него, как на сумасшедшего, и просто прошел мимо, хватая дробовик и гранаты, чтобы затем выйти на улицу через черный вход, найти какой-нибудь транспорт, чтобы на нём добраться до дома и проверить, всё ли там в порядке.       — Декард! Постой! Ладно, мать твою, меня зовут Джон Райкер, и здесь я из-за просьбы Крига, я должен помочь тебе продержаться! — увидев, что Мэйсон и ухом не повел, он продолжил: — Не заставляй меня этого делать! Мне всего лишь нужно время!       Декард резко остановился, медленно оборачиваясь. Всё его нутро сейчас пошло против него, но тот, кто сидел внутри него, прямо сейчас резко перехватил контроль и заставил остановиться, замерев ровно на середине движения.       Джон вытащил из сумки на поясе металлическую часть чего-то, похожее на сочленение старого доспеха, вернее, предплечье. И эта золотистая часть искрилась слабым светом, который, отразившись в глазах Мэйсона, заставил их расшириться и смотреть невидящим взглядом в себя.       Райкер, увидев, как переклинило Декарда, немного растерялся, ведь в этот момент от него прошла незримая волна, ощутимо толкнувшая Джона и устремившая во все стороны. Силуэт бывшего бойца Святых на миг померк, словно став туманом, но всё это длилось несколько секунд, а потом Мэйсона словно подменили.       — Что ещё есть у него? — спросил он с железными интонациями, которых раньше не было, хищно приближаясь.       Райкер был проинструктирован на этот счёт, поэтому повёл себя спокойно, но пистолет из рук не выпустил, держа его на уровне пояса.             — При крушении… — стал лихорадочно вспоминать он. — При крушении поезда несколько вагонов упали в реку, поэтому не хватает несколько частей твоей брони, но комплект почти полный!       На улице взорвалась неприлично большая бомба, которая перебила диалог, заставив Мэйсона и Джона отступить ещё глубже. Декард снова обрёл человечный вид, чему Райкер не мог не нарадоваться. Пока на улице грохотала автопушка, заставляя прятаться по всем щелям бойцов спецназа, Мэйсон придумывал планы отступления, которых становилось всё меньше и меньше.       — Слушай, фамилия твоя знакомая. Вспомнить не могу. — обратился Декард к Джону, который сразу же закатил глаза.       — Пистолет. — отрезал тот.       — А, точно! Дьявол, вот же встреча! — очень даже искренне обрадовался Декард, перехватывая дробовик в правую руку, после того, как сквозь рокот и рёв мотора полицейского ходуна услышал звуки шагов на битом стекле.       В комнату ворвался тяжеловооруженный боец, с ног до головы закутанный в новомодную броню из сплава вермирума, которая стоила даже по себестоимости неприлично больших денег. Вооружен он был маленьким минометом, снятым со станционарной установки.       Мэйсон пальнул два раза по серебрянной фигуре, но это не возымело результата — это как по слону из дробовика. Только вместо слона был очень злой мужик с большой бабахой.       Декард схватил Джона за бицепс, и просто выкинул его в окно, словно тот весил несколько килограмм, но никак не почти девять десятков. Не ожидавший такого Райкер охнул, а мина, пущенная из миномета, прилетела прямо в выставленную Мэйсоном в последний момент металлическую руку.       Ахнул взрыв такой силы, что стены дрогнули. Контуженный Райкер увидел перед собой обгоревшее, частично разорванное, а главное, нещадно матерящееся тело Декарда, который вставал, стряхивая с себя остатки куртки.       — Эээ… — протянул Джон, видя, как в окне стал маячить серебряный силуэт. Слезящимися глазами он видел медленно двигающегося Мэйсона, бойца спецназа, и тут к ним присоединился еще один участник.       К ним, сверху, прямо через забор, наклонился полицейский ходун, который угрожающе завращал покрасневшими стволами орудия, от которых исходил пар. Но сделал он это зря. Из-за забора, который был установлен между стенкой магазина и какого-то здания, операторы ходуна не могли видеть Декарда, который, хоть и был ранен, довольно ловко забрался на мусорный бак, после чего подпрыгнул, хватаясь прямо за ведущую ось машины, и ловко стал взбираться к кабине.       Джон вскинул руки, как будто сдавался, стараясь отвлечь внимание полицейских, которые не знали, что с ним делать. Боец спецназа, вооруженный минометом, видимо, решил, что ходун сам разнесёт Райкера, а потому не стал стрелять, а лишь выжидал.       Обгоревший, но уже пришедший в лучшую форму Мэйсон добрался, наконец, к кабине, и взглянул через стекло в глаза сидящим там офицерам, которые стали что-то кричать. Мэйсон сильным движением подтянулся, закидывая свое тело на крышу ходуна, где был главный люк. Схватившись за ручку, Декард стал тянуть его на себя, выламывая засов, удерживающий эту пластину. Заскрипел металл, с судорожным звоном лопнула и вылетела заклепка, и, наконец, крышка открылась, а оттуда сразу вылетели несколько пуль, одна из которых попала Мэйсону в колено, из-за чего он упал в люк, вместо того, чтобы просто туда спрыгнуть.       Райкер, видя всё это, отскочил в сторону, когда из люка вылетел офицер полиции и приземлился в бак. Второй не заставил себя долго ждать, и рухнул прямо на первого.       Воин Викториона понял, что всё пошло не так, как он думал, но опоздал. Райкер побежал назад, вглубь переулка, что избежать попадания в свою бесценную тушу мины, которая разметала бы его в клочья.       Декард сел за рычаги, пытаясь разобраться в наворченных системах управления, которые в общем виде были знакомы, но вот что изменилось за четырнадцать лет, за которые он ни разу не садился за рычаги, Мэйсон мог представить только в общих чертах.       Поставив ноги на педали, он вдавил правую, ощутив при этом усилившуюся вибрацию под задницей и увидев, как стрелки оборотов подскочили. Под рукой было несколько рычагов, один, видимо, ответственный за переключение передач, другой за раздатчик, третий за отбор мощности. Это он проходил, знает…       Второй человек в кабине осуществлял функции стрелка и радиста, и в данный момент рация была включена, и из неё лился поток ругательств, поэтому её пришлось сломать ударом кулака.       Потянув на себя рычаги управления и вдавив педаль газа, Мэйсон заставил кабину ходуна подняться вверх, выпрямив боевую машину во весь свой немалый рост. Следующим движением стала попытка заставить шагоход пройти вперед.       Огромная нога как-будто пинком снесла забор, обратив при этом двух полицейских в бегство. В окне мелькнул серебряный отблеск, но Декард не обратил на него внимание, направляясь вперёд и давя всё на своём пути. В кабине оказалось очень даже комфортно находиться, не то, что было раньше, где половина операторов к концу службы теряли слух, из-за постоянного ревущего мотора за спиной.       Фигура улепетывающего Райкера казалась маленькой, но тем не менее, он был стремителен. Мэйсон только сейчас вспомнил, что внизу остался тот тип с минометом, и в этот момент грохнуло прямо под ногами, ненадолго оглушая Декарда. На приборной панели сразу замерцали огоньки, предупреждая о неисправности, а внутри кабины сразу запахло паленой проводкой и машинным маслом.       Декард вдавил педаль газа, и боевая машина огромными шагами двинулась вперёд, легко настигая Джона, который уже успел скрыться за поворотом. Через пять шагов Мэйсон вырулил на широченную улицу, и теперь он мог осмотреться. На секунду оставив управление, он встал, снова откинул люк и высунул голову наружу.       В небе, возле облаков, появилось что-то большое, похожее на тучу. Грозы вроде бы не намечалось, но мало-ли что может произойти, Декард бы не удивился, если бы ему на голову сейчас град стал падать, после этого нападения средь бела дня.       А вообще, в самом деле, неужели генерал настолько сошел с ума, что проворачивает военные операции в чужой стране, при этом его армия совершает убийства мирных жителей? Чёрт, да он совсем двинулся…       Через дорогу, возле обочины, стояло несколько машин, из которых выпрыгивали солдаты, одетые во всё черное, а возле них мельтешили несколько Теней.       — Да ладно? — искренне удивился Декард. — Вы ещё не вымерли, мля?       Ответа он, естественно, не получил, но вот пули часто забарабанили по броне, несколько попали в стекло, заставляя его покрыться трещинами, которые становились всё толще и ветвистее.       «Сдавайся, Мэйсон…» — снова объявился шепелявый голос, скребущийся внутри черепа и мешающий нормально соображать. «Скоро ты станешь частью меня…»       — Ага, прямо мечтаю об этом! — прокричал Декард, запрыгивая в кабину и хватаясь уже за гашетку, приятно холодившую его ладонь. Нащупав рычажок, он его нажал, и… ничего не произошло. Видимо, взрыв мины повредил привод, подающий патроны из питания в казенник, а значит, устроить тут филиал Ада не выйдет, хотя, судя по тому, что из крайней машины, на которую обратил внимание Мэйсон, вытащили тяжелый гранатомёт, Ад сейчас будет у него в кабине.       Как это не грустно, но сейчас ему придется покинуть ходуна, поскольку его запас прочности оказался невелик, хоть это и была около военная модель. Ударом руки вышибив люк, Декард стал выбираться, щурясь от яркого солнца, бившего своими лучами в глаза. Вытащив своё тело наверх, он едва не сверзился вниз, после того, как шагоход получил бронебойный снаряд прямо в корпус. Сноп искр и пламя вырвались из чрева машины, обжигая Декарда и откидывая назад, из-за чего он чуть не сорвался, в последний момент успев схватится искусственной рукой за горячую выхлопную трубу, столь удачно подвернувшуюся.       Он понял, что сопротивляться смысла нет, увидев, как к нему, огромными скачками, перемещаясь по крышам, движутся Тени, и их свист постепенно нарастал, превращаясь в вой. Мэйсон разжал руку и камнем рухнул вниз, проломив собой крышу пристройки, которую он умудрился не сломать, когда управлял ходуном.       Его тут же схватили за воротник и рванули на себя, втаскивая в какое-то служебное помещение, в котором пахло гарью и порохом.       — Я догадывался, что ты ценная фигура, но не настолько-же! — послышался напряженный голос Райкера, который, бросив Декарда, стал шустро заряжать пистолет, с нечеловеческой скоростью и ловкостью вставлять патроны в барабан.       — Да будь проклят тот день, когда я вышел из того подвала! — воскликнул Мэйсон, поднимаясь на ноги среди стеллажей, на котором находились разного рода детские игрушки, которых на квадратный метр было просто невероятное количество.       — Что делать будем? Сейчас придет тот серебряный вояка, и нам будет плохо. — проговорил Райкер, не отвлекаясь от процесса зарядки уже второго пистолета, ствол которого был окровавлен.       Декард встал и прикрыл дверь, запер на засов. Это, конечно, мера декоративная, но ничего другого не оставалось, их зажали со всех сторон бойцы генерала, и найти выход из сложившийся ситуации будет ой как непросто.       — Им нужен только я. Тебя, скорее всего, они пристрелят. — выдал неутешительный прогноз Мэйсон.       — Да, бывали уже такие случаи, ничего страшного. — криво улыбнулся Джон, показывая карман на предплечье, в котором была целая пачка Х-43.       — Серьёзно? — удивился Декард, ведь эту, как оказалось, совсем не живительную сыворотку сняли с производства еще в восемнадцатом году, после того, как Германская империя разнесла половину Европы и её границы сильно расширились на юг. В конце войны австрийские разведчики унесли огромную партию вещества у Конфедерации, от которой к тому времени осталось одно название. После всё это дело поставили на поток, прознав о чудесных свойствах, которые делали людей практически неубиваемыми. Как оказалось, Х-43 вызывает, помимо быстрой регенерации, привыкание и стремительную деградацию умственных способностей, превращая человека в дикое животное, которое без разбору начинает кидаться на всех подряд. И после того, как целый гарнизон, расположенный в крепости Фаерфрай сошел с ума, напав после этого на несколько деревень и целый город, было решено остановить их любой ценой. Дивизия, отправленная на их уничтожение, отделалась небольшими потерями, и смогла остановить аннигиляцию. Остальные страны, узнав об этом инциденте, стремительно свернули все проекты по разработке своего аналога сыворотки, и единогласно отказались от использования её в будущем, став выделять деньги на другие монструозные проекты, вроде серийного производства Доминаторов, или летающие дредноуты.       — Это новая версия препарата. И, к тому же, не могу я без него. — тяжело вздохнул Райкер. — Тогда, в Лондоне, я едва не сдох, как собака, в канаве, потому что мою сорванную крышу некому было поставить на место. Да я несколько лет сидел на этой дряни! А потом меня нашел Криг, который мне и помог. Я, как-бы, его должник.       — Ты тоже был в Лондоне? — спросил Декард, осматривая свою руку и выковыривая из неё застрявшие и искорёженные пули.       — Был, но… Я плохо помню то, что было после «Расплаты Святых». Всё как в тумане.       Мэйсон хмыкнул. События, который произошли пятнадцать лет назад, до сих пор дают о себе знать. А с чего всё началось? С металла. С железа, которое оказалось в тысячи раз ценнее человеческих жизней, и было кому за него платить. Это оказался просто бизнес, крыша которого была из цветных бумажек, стены из золота, а фундамент из человеческих костей, залитый вермирумом. Декард, после того, как стал богатым с помощью Крига, на собственной шкуре ощутил то, как деньги меняют людей. Стоит один раз оказаться в их власти, и уже будет сложно остановиться. И поэтому он был уверен, что весь тот хаос, бушующий уже почти двадцать лет, был из-за чьей-то жадности, которой никак не получалось наступить на горло, продолжая погоню за несметными богатствами, которые и стали мерилом всего происходящего.       — Они уже близко. — быстро проговорил Джон, поднимая пистолеты и наводя их на дверь.       — Подожди! Ты ничего им не сделаешь своими пулялками, хоть пусть они у тебя и похожи на танковые орудия! — помешал ему Мэйсон. — У него есть уязвимое место, но только одно, между сочленениями шлема и шеи. Один выстрел, и он готов.       — Осталось только дождаться, пока он повернется задом, и я ему всажу по самые… — саркастически заявил Райкер, но тут же ему стало не до смеха.       Взрыв мины выбил запертую дверь, обрушивая её на Декарда и приваливая его тяжелым листом металла. Райкеру повезло больше, он отделался только контузией и легким головокружением. Он отпрыгнул в стороны, за стеллажи, чтобы не маячить на виду у серебряного, который эпично вошел в помещение с минометом наперевес, в котором стал быстро распространяться огонь, охватывая тысячи игрушек, которые воспламенялись так, словно были обмотаны бикфордовым шнуром.       Декард, придя в себя, резким движением метнул дверь в минометчика, целя в голову, но немного промахнулся, из-за чего массивная плита лишь скользнула по голове, но и этого было достаточно, чтобы тот замешкался, а Мэйсон подскочил и нанес мощнейший апперкот в бронированную челюсть.       С громким звоном столкнулись два крепчайших металла на Земле, словно молот и наковальня, высекая друг из друга искры. Не ожидавший такого подлого нападения воин генерала покачнулся, но на ногах устоял, наотмашь ударяя минометом по Декарду, который почувствовал на себе всю мощь форсированного костюмом человека. Его отнесло в сторону, ударяя о стеллажи, из-за чего они качнулись, и горящие игрушки посыпались сверху, прямо на голову, опаляя волосы и лицо.       С громким «хээ» Мэйсон плечом толкнул солдата, убирая себя подальше от огня, дым от которого быстро всё заполонял, мешал дышать и снижал видимость до нуля. Не отпуская плеча минометчика, Декард правой рукой снова нанёс удар в висок, немного вминая его и вышибая снопы искр, оставляя царапины на блестящем в огне железном черепе.       Видя эти бесполезные попытки Декарда то ли пробить шлем, то ли сломать череп, Райкер, пользуясь тем, что еще не был замечен, решил подбежать и помочь.       Мэйсон, перехватив один могучий удар, стал удерживать сильно сопротивляющегося солдата, который пытался дотянуться до спуска миномета, и окончательно тут все разнести.       Подбежавший Райкер схватил ноги их врага, и стал приподнимать над землей. Тот оказался невероятно тяжелым, несколько сотен килограмм, это как минимум.       И Мэйсон, и воин одновременно поняли, что Райкер задумал. Серебряный стал отчаянно сопротивляться, а из-под забрала стали доноситься яростные крики.       Вдвоем, издав при этом яростный выдох, они подняли минометчика над землей, и тогда Декард просто бросил его на пол, хорошенько размахнувшись. Бронированный упал на живот, громко бряцнув сочленениями, а в следующий момент подоспел Райкер, который вставил ствол своего пистолета под выступ затылка и нажал на спуск.       Громыхнул выстрел, и после этого воин обмяк, больше не делая попыток сопротивляться.       — Хэй, да он тебе подойдет! — воскликнул Мэйсон, после чего закашлялся, уж больно едкий оказался дым, из-за которого уже начали слезиться глаза, снижая и так нулевую видимость.       — Нууу, о, чёрт! — громыхнул Райкер, когда, подумав, нашел и оторвал панель на спине, оказавшейся блоком управления, он заставил костюм раскрыться, обнажая голое тело, с подключенными к нему проводами.       — А, а вот и нет. — снова громыхнул Джон, когда понял, каким образом осуществляется управление костюмом. — У нас нет времени на то, чтобы меня подключать вот к этому.       — Тогда уходим отсюда, живо, иначе я скоро вырублюсь! — быстро сказал Мэйсон и шагнул на улицу, где обнаружил, что в переулок почему-то никто не пришел, как ожидалось, и стало довольно темно, как будто тучи заволокли небо. Декард поднял голову и проговорил:       — Ну нихрена себе…       Райкер решил, что оставлять такую роскошь непозволительно, а поэтому снял с трупа заряды к миномету, и само орудие тоже присвоил себе. Немного подумав, и, после того, как стали падать стеллажи, ставшие просто разваливаться, снял с тела ещё и шлем, который развалился в руке, оставив лицевую часть. Пуля, как выяснилось, вошла в основание черепа, разворотила половину черепа, пачкая все изнутри кровью, и вышла ровнехонько из глаза, выбив линзу. Но Джона это не смутило, и поэтому он кинул получившуюся маску в карман сумки, и поспешил за Мэйсоном, который стоял и удивленно смотрел в небо, что-то там разглядывая. Джон поднял голову, прищурился слезящимися глазами, которые в ту же секунду расширились от такого же удивления, что сразило и Декарда.       — Мы же не надышались дыма, да? — негромко проговорил Мэйсон, который всё ещё не мог поверить своим глазам.       — Не может быть… — протянул Джон. — Так вот куда он пропал! Я думал, что это легенда!!!       — Легенды не зависают в воздухе, заслоняя собой половину неба. — каким-то непонятным тоном сказал Мэйсон. — Это же, мать его, чёртов…       —…Горизонт. — закончили они оба.       Над Фалуном завис Горизонт, огромный летающий город, разделенный на множество островов, построенный каким-то безумцем, использующий невероятные технологии, полученные им, по рассказам, из какого-то существа, пойманного в Америке, и эта сущность питала или двигатели, или что-то ещё, позволяющее всему этому гигантскому сооружению циклопических масштаба, на фоне которого терялся даже «Нерушимый» Викториона. И теперь до Декарда дошло, что питает Горизонт, и кто его создатель. Сам город пропал в начале века, и все считали, что он упал где-то в океане и затонул, не выдержав нагрузок, попав в шторм. Но байки оказались вымыслом, и теперь этот монстр инженерной мысли навис над Фалуном, и цель у него была только одна — поймать Декарда.       Весь Горизонт будто дрогнул и размылся в пространстве, а потом от него пошла волна, похожая на ту, что неосознанно выпустил Декард, увидев часть доспеха. Только эта волна была намного крупнее, похожая на девятый вал, и она ударила по Фалуну, сокрушая его.       Их обоих вбило в землю, а Райкера заставило мучиться от дикой головной боли, которая разрывала череп изнутри.       С Декардом ничего подобного не случилось, но в его голове заговорили голоса. Тысячи голосов, бубнящие, нормальные, кричащие, ревущие, смеющиеся, плачущие. Кто-то поселился в его голове, вызывая непонятные галлюцинации. Всё это было похоже на направленную психическую атаку, вот только после того, как Мэйсон оказался один на призрачном корабле, окруженным туманом и плывущем в каком-то призрачном море, а всё это сопровождалось непривычной тишиной.       Декард огляделся, и понял, что не один. Возле второй мачты находилось три человека, двое нормальных, и один большой, который был одет в доспехи, при рассмотрении которых показалось, что Мэйсон их уже видел. Вот только комплект был далеко не полный, и притом дыры были в самых разных местах. Декард посмотрел на левую руку, а потом на правую, и до него дошло, что это за доспехи, и что одна недостающая часть находится рядом с ним.       Один из людей явно умирал, а Мэйсон даже не мог пошевелиться, и ему оставалось просто стоять, и наблюдать. Пространство вокруг знакомо поплыло, и Мэйсон в этот раз стоял на мосту, проходящем над огромным котлом, в котором то ли горел огонь, то ли кипело железо.       Но всё это было без звука, и сильно пугало. Снова вспышка, и Декард смотрит на дверь, из которой вышли какие-то люди, гражданский и военный, и последний был вооружен какой-то невиданной винтовкой. Он вышел, осматриваясь вокруг, а потом вдруг пристально уставился прямо на Мэйсона, как-будто заметил его, и стал поднимать винтовку. Декард, растерявшись, поднял руку в защитном жесте, и тут же его толкнула невидимая сила, сталкивая с помоста и бросая прямо кипящее железо. Декард заорал от страха и зажмурился, совершенно не чувствуя, как рухнул прямо в океан металла.       Боясь открыть глаза, он старался не шевелиться, слушая лишь тяжелые, ухающие удары своего сердца, которое грозилось вырваться наружу.       — Именно так я закончил в тот раз. — раздался безликий, но знакомый голос, и Декард, наконец, нашел в себе силы открыть глаза, обнаружив себя в темном пространстве, в которое его отправлял Олос для диалога с ним.       Мэйсон, наконец, смог в полной мере рассмотреть явившегося к нему во всей красе Олоса. Он выглядел, как человек, хоть и намного выше и больше, и тело его было покрыто необычными, лёгкими доспехами золотого цвета, часть из которых отсутствовала, а на шее не хватало несколько камней, выемки под которые пустели черным пространством.       — Генерал зашел слишком далеко в своих исследованиях, и понял, что не сможет бесконечно качать силы из моей части. — проговорил Олос. — Теперь ему нужна вся моя мощь… чтобы переродиться.       — Что? — Декард немного опешил. — В каком смысле? Твоя часть решила зажить отдельной жизнью?       — Вы, люди, слишком заносчивы в своих желаниях. Ни один из вас не может обуздать моей мощи. Твоя жизнь и Крига сейчас всецело в моих руках, как и жизнь генерала в руках моей части, и именно она свела его с ума, навязав непреодолимое желание стать бессмертным. — продолжал Олос, постепенно теряя четкость своих контуров, растворяясь во тьме.       — А ну стой! — вдруг разозлился Мэйсон. — Ты когда-нибудь договоришь до конца, или нет?!       — Отправляйся в Горизонт, и убей генерала. Я помогу тебе защититься от своей части, но со всем остальным ты будешь сражаться сам. — отрезал Олос и пропал, оставив Декарда одного. Но, как оказалось, ненадолго.       Мэйсон только и успел моргнуть, как снова его выбросило в переулок, в котором уже бушевала яростная битва — Райкер с яростными стонами отбивался от наседающих на него двух Теней, чей свист оглушал, а звуки клинков, похожие на скрежет железа по стеклу, заставили сморщиться. Используя миномет как дубину, Джон широкими движениями молотил по одной из Теней, одновременно с этим не подпуская вторую       — А, очнулся! — краем глаза Райкер увидел, что Декард вышел из ступора. — Помочь не хочешь?!       Мэйсон без слов кинулся на ближайшую Тень, и, не обращая внимания на проскользнувшие рядом с лицом лезвия, которые могли оставить его без головы, и нанёс свой коронный удар рукой по корпусу, проламывая всё, вплоть до механизмов, которые сразу закоротили, обездвиживая весь корпус. Один из источников свиста затих, на секунду замешкавшись, но Джону хватило и этого времени на то, чтобы зарядить пистолет и произвести смертельный выстрел.       — Эй, вы, суки! Сдавайтесь, мы вас всё равно отсюда не выпустим! — проорал кто-то в рупор, чтобы наверняка быть услышанным.       — Нам надо бы отсюда скрыться, чувак, да побыстрее. — Райкер проигнорировал крикуна, осматриваясь. — Я не думаю, что…       — Мне нужно попасть в Горизонт. — перебил его Мэйсон, осматривая свой кулак, который оказался сбит после встречи с серебряным воином.       — Да ты шутишь?! Я что, просто так проворачивал все эти схемы, чтобы просто так оказаться слитым? Послушай, он просил передать… — Джон разозлился, на его лбу надулась вена, глаза стали похожи на прицел от дробовика, который целился в Декарда.       — Им нужен только я. Вернись к Кригу и скажи, чтобы он позаботился о Дороти. — сказал Мэйсон и резко приблизился к Райкеру, хватая его вторую руку, потянувшуюся за пистолетом, а сам залез в его сумку, касаясь там доспеха Олоса. — А это я заберу. Спасибо за помощь.       — Хм, ну удачи тебе.       Это были последние слова Джона перед тем, как он ушел за угол магазина, держа в руках миномет и пистолет, которые был готов применить против любого встречного.       Первым порывом Декарда стало то, что он хотел надеть на себя часть брони, но он его переборол, ведь было неизвестно чем это обернется, ведь только при виде этого куска его переклинило, что может быть при полном контакте, не может сказать никто. Поэтому он просто засунул броню за пояс, прикрыв курткой.       Медленным шагом Мэйсон пошел по направлению к улице, глядя себе под ноги, и напряженно раздумывая над дальнейшими действиями. Естественно, сдаваться он не собирался от слова совсем, если его доставят прямиком к генералу — он покойник, здесь без вариантов. Но попасть в город нужно, но вот каким способом, было непонятно, было видно, что и сами солдаты, присланные для захвата Декарда, находятся в смятении, для Горизонт тоже стал большим сюрпризом, и теперь они часто поглядывали вверх, на парящие острова.       — Я сдаюсь! — громко отчеканил Декард, давай понять, что пока что он не собирается нападать. Сразу несколько человек зашевелились, намереваясь захватить Мэйсона, который уже вышел на середину улицы и терпеливо ждал, пока за ним кто-нибудь выйдет.       Видя, что он один, трое Конфедератов быстро вышли из-за машин, держа в руках маленькие электрические пушки, катушки которых уже наливались током.       Залихвастский свист донесся до ушей Декарда, а последующий за ним взрыв просто разметал несостоявшихся конвоиров. Мэйсон присел от неожиданности, развернулся и увидел Райкера, заряжающего миномет. На его лице красовалась помятая маска того самого минометчика, который доставил им немало проблем. Мэйсон сразу же кинулся под прикрытие ближайшего автомобиля, по пути ухватив уцелевшую мини-пушку Теслы, пытаясь её завести.       — А, ну что, где же вы, твари?! — с веселым задором кричал Джон, обстреливая мелькавших повсюду солдат Конфедерации. — А мы еще за Лондон с вами поговорим! — еще выстрел, который разорвал один из фургонов на части. — Нет, ну вы только посмотрите! Меня хотели захватить? Да я вас разорву, иди сюда, pezzo di merda, baciami il culo!       Декард посмотрел в сторону несостоявшегося итальянца, продолжавшего бомбардировку всей округи, со смесью удивления и замешательства. Какого дьявола он задумал? В любом случае, это не сравнится с тем, что началось дальше.       Яркая фиолетовая вспышка ненадолго затмила даже солнце. Все подняли головы, не ожидая такого, даже Джон приостановил обстрел. Из центрального острова Горизонта, который был еще и самым большим, начал быстро спускаться столб непонятного излучения, оглашая всё зубодробительным гулом, вызывающего сильнейшие вибрации всего пространства, при том, что при визуальной оценке было видно, что до места удара как минимум несколько километров до того места, где сидел Декард. И в тот момент, когда луч достиг земли… грохнуло.       Город в месте удара просто взлетел на воздух, вода, горы земли и камней, что остались от разрушенных домов, всё это взлетело в воздух на добрую сотню метров, и продолжало подниматься, распространяясь во все стороны, но при этом со скоростью не слишком быстро движущегося автомобиля.       Мэйсон не мог поверить своим глазам. Старик совсем выжил из ума, раз пошел на такой отчаянный шаг, ведь было видно, что этот взрыв только начало местного конца света.       Все, даже солдаты Викториона, просто бросились бежать от взрыва, который надвигался так медленно, что завораживал своей неспешностью.       Кто-то завел грузовик, и стал медленно выворачивать, и за эту неспешность Декард его поблагодарил. Не выпуская из рук пушку, он быстро побежал к разворачивающейся машине и прыгнул, цепляясь за дверь и повисая на ней.       — Стой!!! — заорал он на водителя, который от страха остановился, глядя перед собой невидящим взглядом. В следующий момент Мэйсон обернулся, ревя во всю глотку:       — Райкер, черт тебя побери!!!       Тот не был дураком, и прямо с крыши прыгнул на асфальт, перекатился и подбежал сзади к машине, забираясь в кузов.       — Поехали!!! — снова заорал Декард на водителя. Тот, видимо, совсем поехав крышей, просто на автомате выполнял свои действия, постепенно разгоняя многотонную машину.       Мэйсон вылез на капот, а затем и на кабину, с ужасом глядя, как потихоньку их нагоняет многометровый вал из смеси всего подряд, огромный церковный колокол был на вершине всего этого, и он словно скользил по волне, его язык ударялся о стенки, но его звука не было слышно из-за рокота переваливающихся камней, каждый из которых был размером с дом, если не меньше.       Тент грузовика порвался, и из дыры высунулась маска, в которой озорно сверкал один глаз.       — О, самое время посмеяться! — занервничал Мэйсон, видя, как волна увеличивается в размерах, закрывая собой видимость.       — Ты вот не хотел меня слушать, игнорировал! — с какими-то непонятными нотками в голосе прокричал Райкер.       — Да ты издеваешься, что-ли?! — тоже проорал Декард, не понимая, над чем можно смеяться на данный момент. — Стоп, ты что, обиделся, что-ли?       — Да нет, конечно! Сдался ты мне! — после этих слов он пробил в тенте дыру еще большую, и вылез полностью. — Мне просто нужно было время! Ладно, он сам тебе всё расскажет, смотри! — и после этого показал пальцем куда-то за спину Декарду.       Тот обернулся, и увидел самолёт, летящий в их сторону на критически малой высоте. С воем двигателя он пронесся над ними, сразу закладывая дикий вираж.       — Какого… — протянул Декард.       Самолет развернулся, снова приближаясь к грузовику, и когда, настигнув их, завис на ними, его дверь открылась, а оттуда вывалилась стремянка.       — Добро пожаловать на борт! — прокричал Райкер, пропуская Декарда вперёд себя. Тот не заставил себя ждать, быстро схватил веревочную лестницу, и стал по ней забираться, постоянно борясь с неудобной конструкцией, которая постоянно раскачивалась и норовила его скинуть. Зацепившись за корпус, он подтянулся, затягивая себя на борт. Внутри, осмотревшись, он сразу кинулся к пилоту…       Это был немного поправившийся, чуть-чуть поседевший, отрастивший свои любимые бакенбарды, которыми давно грезил, Криг Кольт. Увидев Декарда, он довольно заорал, и сразу повел самолёт вверх, чтобы избежать гибели под тысячами тонн земли.       — Я отвез Дороти и детей далеко отсюда, не беспокойся! — прокричал еле слышимый из-за шума двигателя Криг. — Я всё тебе расскажу, а сейчас мы летим в Горизонт, восстанавливать справедливость.       Подошедший сзади Райкер хлопнул Декарда по плечу:       — Ну вот, а ты думал, я зря устроил эту клоунаду со взрывами? А это была часть плана, между прочим! — после этого он обошел Мэйсона, снял маску и сел в кресло второго пилота, о чём-то разговаривая с Кригом, который стал разворачивать самолёт.       Мэйсон вернулся назад, затянул на борт лестницу, наполовину высунулся из шлюза, и стал смотреть на проносящуюся под ним разрушительную волну энергии, сметавшую всё на своём пути, не оставляя в целости вообще ничего.       Остался последний этап этого длинного путешествия, после которого всё закончится — прибытие в Горизонт и убийство генерала, а так же сидящего в нём злого ублюдка, возжелавшего могущества. Что-же, Декард ему покажет, каково это, хотеть слишком много, и идти ради этого по головам. Мэйсон покажет ему, что такое настоящая боль…