Однажды в лесу

      Шатен не сразу понял, что уже не спит. Он обнаружил себя в крайне щекотливом положении. Оказалось, что Диппер уткнулся носом чуть ли не в подмышку Биллу, удобно спрятавшись от внешнего мира. Сайфер был с оголённым торсом, и он великодушно не укрывался одеялом, дабы не лишать свою подругу воздуха, перебинтованными от самых плеч руками обнимая её и получая тепло.       Пайнс был бы сейчас только рад потянуться и прогнать оставшуюся сонливость. Однако он решил так не делать, побоявшись разбудить блондина. Вчера много чего произошло, они оба натерпелись, но Биллу всё же досталось куда больше, и поэтому Диппер хотел вылезти из своего гнёздышка и оставить Сайфера досыпать.       Он перевернулся на спину. Занавески с вечера никто не задвигал, и свет беспрепятственно проникал в комнату. На небе клубились тучи, не давая солнцу светить в полную силу, и потому шатен быстро привык к неяркому освещению.       Вставать никуда не хотелось. Рядом с блондином ему было спокойно и уютно.       Парень искоса посмотрел на Билла. У того чёлка сильно съехала вбок, полностью закрыв глаза.       У Сайфера были густые волосы. Диппер не удержался и протянул руку, чтобы коснуться их. На ощупь они были шелковистые, и Пайнс, пропуская их сквозь пальцы, желал потрогать их ещё, но остановился.       «Ну всё. Нужно подниматься», — подумал он, собираясь с мыслями. Он начал потихоньку вылезать из объятий.       Но покинуть кровать ему не позволили. Со стороны послышалось громкое сопение, и Билл притянул сильными руками Пайнса к себе, при этом лёгким движением повернув Диппера обратно на бок.       Сухие губы мягко дотронулись до макушки Пайнса и невесомо переместились на висок. Затем, сместив руку с талии шатена, Сайфер приподнял чужое лицо за подбородок и неназойливо втянул в поцелуй.       Парень не отпрянул, но и углублять поцелуй тоже не стал, настойчиво похлопав своей ладонью по щеке Билла.       Блондин отдалился от слегка разрумянившегося подростка и, по-собственнически прижав его к себе, зарылся носом в забавно топорчившиеся после сна чужие волосы, прикрыв глаза.       Диппер зажмурился, упёршись тому в грудь лбом. Это было неправильно. Всё это неправильно. Ему очень не хотелось обманывать, однако если он признается — позорной смерти ему не избежать.       Он нехотя открыл глаза. Взгляд упал на одеяло. Ткань была покрыта коричневыми пятнами — Сайфер всё здесь вчера перепачкал. Вспомнилось, до чего всё едва не дошло поздно вечером. Парень покраснел.       Невольно нахлынули воспоминания прошедшего дня.  — Я убил её, — тихо прошептал Пайнс, особо не задумываясь, услышат его или нет.       Но Билл услышал.  — Господи, — фыркнул он, откинув голову на подушку. — Забудь ты её наконец. Ну сама подумай: женщина уже в возрасте, ей все надоели. Живёт, ну ладно, приезжает раз в год в лес и живёт там в одиночестве. Из прислуги практически никого, раз-два и обчёлся. Люди ей давно осточертели, и этой женщине всё равно, живёт она, или нет.       Шатен расслабился. Ему особо не было понятно, почему, но он доверялся этому разбойнику.  — И потом, — блондин продолжил. — Чтобы она там тебе хорошего ни наговорила, поверь мне, никакого добра, никакой справедливости она в себе не несёт. Если уж помирать, то только обвинив в своей смерти другого, тем самым оставив на этом человеке чёрное пятно, тем временем радуясь, что этот самый человек страдает и убивается. Так что я тебя прошу: не пляши под чужую дудку, пожалуйста, — последнее слово Сайфер выделил.       Диппер успокоился окончательно. Немного поёрзав на месте, отчего юбка под одеялом сбилось в комки полностью, он ответил:  — Хорошо, не буду.       Пайнсу вовсе расхотелось вылазить из тёплой постели. Он неслышно усмехнулся. Билл так легко говорит о таких вещах, как справедливость, будучи главным грабителем среди своих, ничем не отличавшихся от него разбойников. О них точно не скажешь, что они следуют некому кодексу добра. Они ведь ведь и убить могут, если понадобится.       Внезапно у парня в голове мелькнула мысль: а вдруг к тому убийству девушки причастна графиня? Но шатен отказался от этого — Харрис приехала в город в середине месяца, в то время, как само убийство произошло в начале октября.  — Почему все считают, что убийца — Хью? — Задал вопрос подросток.  — У нас, конечно, не принято спрашивать о прошлом, — протянул Сайфер. — Но мы давно живём вместе, так что знаем друг друге считай всё.       «Однако о тебе никто ничего не знает», — подумал Диппер.  — Хью раньше был наёмником, — продолжил блондин. — Но, как сам говорит, бросил это дело.       У Пайнса внутри всё похолодело. «С кем я живу?!» — мысленно воскликнул он.  — Но это ещё не всё, — хихикнул одноглазый. — Может, ты и не замечала, но Хью ходит во сне. Как-то раз он таким образом зарезал свинью, — тут Билл засмеялся в голос. — Его нашли в городе, стоящего посреди свинарника, перемазанного в крови. Ну и шуму тогда наделал хозяин свинарника.       Но шатен не разделял веселья блондина. Ему ещё не было известно происхождение каждого разбойника, и потому расслабляться было рано.       Взяв себя в руки, парень выпутался из чужих конечностей и комков платья из-под одеяла и лихо встал с кровати, с удовольствием потянувшись.  — Вот скажи мне, — Сайфер подпёр голову рукой. — Чего ты забыла в её поместье?  — Деньги забыла, — не задумываясь ответил Диппер, уверенно направляясь к шкафу. — Мне кое-что понадобилось.  — Я мог бы…  — Нет, не мог бы, — перебил того шатен. — Если ты не будешь знать, что мне нужно, то ты этого не купишь, — с хитрецой в глазах сказал он, обернувшись.       Билл хмыкнул.  — Допустим, мне известно, что тебе нужно, — деловито начал он.  — И всё равно, это ничего не меняет. Я сама куплю необходимое, — не дал блондину закончить Диппер.       Сайфер молча вытащил из-под своего локтя подушку и накрыл ею голову.  — А где ты деньги возьмёшь? — Раздался приглушенный голос.  — Я найду себе новую работу, — бодро заявил Пайнс, вытаскивая из шкафа розовое платье. — А теперь, выйди, пожалуйста, я переоденусь.

***

      Диппер выходил из скромного магазинчика сапожника. Так или иначе, Билл дал ему денег, даже несмотря на то, что шатен долго отнекивался, утверждая, что заработает сам.       Пайнсу не просто не хотелось выглядеть побирушкой*, но он также не желал этим самым доставить Сайферу удовольствие.       Парень подметил, что блондину нравится, когда он у него что-нибудь просит. Пускай даже самые незначительные вещи. К примеру, когда ему нужны были средства для очередной покупки мыла, Диппер явственно видел, с каким наслаждением главарь разбойников отсчитывает ему деньги. Он давал шатену без сдачи, что не могло не радовать парня, ибо подходить повторно, чтобы отдать оставшиеся монеты, не хотелось.       Пайнс поморщился. В этот раз всё было наоборот. Ему вручили две золотые монеты, а сапоги, которые подросток приобрёл, были не очень дорогими — одного золотого хватило на пару обуви. Было много сдачи мелкими монетами. Но, так как девать их было некуда, Диппер попросту сложил их в носок одного мокасина, и понёс обувь в руках, придерживая за задники. Выглядело это хоть и странно, однако внимания никто не обращал.       Парень уверенно шёл по улице, направляясь к окраине Лиссберга.       На улице было прохладно, но ногам было наконец-то тепло. Внутри кожаных сапог был мех, и шатен искренне поражался, почему они не стоят целого состояния.       У сапожника было много разной обуви. От маленьких детских туфелек до охотничьих ботфортов. Были и миниатюрные сапожки на невысоких каблучках, предназначенных для женщин. Тут уж Диппер не смог себе отказать и приобрёл сапоги для мужчин, самые обыкновенные, но Пайнсу они приглянулись. Они были сделаны из тёмно-коричневой кожи. Носки у сапогов смотрелись забавно — они были задраны вверх. Сапожник только удивился, что такая леди сделала такой выбор, и пытался предложить что-то более элегантное, но парень лишь отмахнулся.       Пайнс шёл по узенькой улочке, когда он увидел на углу одного старого, полуразрушенного дома Эндрю, прислонившегося спиной к стене. Он смотрелся взъерошенно, карие глаза прожигали в противоположной стене другого дома дыру. На нём были лишь рубаха, штаны, да башмаки, и шатен честно удивлялся, как разбойник всё ещё не замёрз.        Парень прежде никогда не видел, чтобы Эндрю выходил в город. Он всё своё время проводил в особняке. Шатену стало любопытно, что здесь делает разбойник. Переборов неизвестно откуда взявшийся лёгкий страх где-то в животе, он поспешил подойти к Эндрю.       Как только Диппер приблизился к разбойнику, тот перевёл на него взгляд и криво усмехнулся.  — Эндрю?..  — Я хочу тебе кое-что показать, — сказал тот, облизав губы в неком предвкушении. Схватив Пайнса за свободную от обуви руку, потянул на себя.

***

      Они шли по лесной тропке в сторону моря. Парню было бы интересно знать, почему они не пошли по побережью, ведь так тогда вышло бы быстрее. Он тешил себя надеждами, что то, на что Эндрю хотел обратить его внимание, было где-то в лесу.       Разбойник держал его цепко, словно боялся, что Пайнс уйдёт. Эндрю не оглядывался и не останавливался, когда шатен случайно запинался.       Они прошли мимо почти что развалившегося здания, которое своим видом напоминало церковь. Всё заросло сорняками, оплетая невзрачной грязно-зелёной сетью камень.       Диппер уже думал, что их путь окончен, но Эндрю, не глядя на разрушенное строение, повёл парня дальше.

***

      Эндрю с Пайнсом вышли на берег. Теперь они побрели в сторону города. Мокрый песок громко скрипел под ногами.       Хватка мужчины стала значительно крепче. Чужие ногти с силой впивались в руках телогрейки.       «Вот же ненормальный», — подумал шатен, следуя за Эндрю. — «Зачем нужно было делать крюк, если мы всё равно идём в город?».       До города было ещё далеко, но и та тропка уже потерялась из виду. Идти по песку было тяжело.       Тучи сливались с морем. Было ощущение, что вот-вот закрапает дождь.       Дипперу надоела эта неизвестность, и он, изловчившись, выглянул из-за спины Эндрю. То, что он увидел, ввергло его в ужас.       В ярдах десяти* лежало грузное тело.       Это была Гертруда.  — Не может быть… — Неслышно прошептал парень. Мысли стремительно сменяли друг друга, не давая сосредоточиться. Тоненький голосок надежды пищал, что, возможно, это и было то, что Эндрю хотел ему показать. Но инстинкт самосохранения кричал об опасности. Разум трубил тревогу. — Ты убийца… — Также тихо закончил он. Ладони мгновенно вспотели, и, не беря в достоверность тёплую телогрейку, противный холодок пополз по его спине.       Защищаться было нечем, разбойник так и не выпустил руку Пайнса, и единственное, что у него было — это мокасины. Решившись, шатен замахнулся, и со всей дури залепил мужчине по затылку обувью.  — Отпусти меня! — Кричал парень, безостановочно колотя Эндрю мокасинами. — Убийца!.. Убийца!.. Пусти!..       Послышалось звяканье, и монеты вылетели из размахиваемой обуви.  — Заткнись!.. — Прорычал Эндрю, и, резко обернувшись, выбил из рук Диппера «оружие».       Пайнс растерялся. Воспользовавшись секундной заминкой своего противника, Эндрю схватил парня за вторую руку и рывком повалил на землю.       Боль молниеносно пронеслась по всему позвоночнику шатена. Голова от неожиданного соприкосновения с песком загудела, даже несмотря на то, что рассыпчатая поверхность смягчила падение.  — Если эта дура не смогла убить его, то я сделаю это сам, — самодовольно выпалил он, перехватывая конечности Диппера в кулак. — Только сначала покалечу его морально, — и он, похабно улыбнувшись, полез под подол. — Ну надо же, — протянул Эндрю, вскинув бровь. — А впрочем, мне всё равно, кого.       Разбойник хотел было уже и дальше хозяйничать, но парень изощрился, и попал ногой точно в пах мужчине. Убийца издал нечленораздельный звук, и на миг отнял от шатена руки. Пайнс, не теряя времени, сжал в кулаке песок, и, особо не целясь, швырнул сыпучку прямо в глаза Эндрю.       И не промахнулся.       Разбойник взвыл.  — Ах ты ж… — Орал он, пытаясь продрать глаза. Но всё было безуспешно. Он не мог раскрыть веки от невыносимой боли.       Парень, пользуясь возможностью, отполз назад, в спешке поднялся, и, обойдя мечущегося Эндрю, бросился к Гертруде.       Старушка тяжело дышала. Следов от побоев не было. Видимо, её просто на время оглушили.       Оставить знахарку Диппер не мог: он не хотел, чтобы разбойник убил невинного человека. Взяв Гертруду под подмышки, Пайнс попробовал потянуть тело на себя и оттащить в сторону леса. Краем глаза он заметил, как Эндрю возится у воды.       Старушка была тяжёлой, переместить тело хотя бы на невеликое расстояние оказалось проблематично.  — Скотина… — Прошипел убийца, направляясь к шатену. Воспалённые, налитые кровью глаза слепо уставились на парня. Мужчина был в бешенстве.  — А НУ СТОЙ, СВОЛОЧЬ!.. — Донеслось с противоположной от города стороны. Эндрю дико обернулся на звук, забыв про своих жертв. Диппер посмотрел туда же.       К ним неслись два человека. Один целенаправленно, быстро надвигаясь, как ураган, мужчина с кучерявыми волосами и недлинной бородой. То был Аврам.       За ним, прыгая, словно по кочкам, мчался Корнелиус, сумка через плечо которого норовила отлететь. Лекарь, судя по всему, не был привычен к продолжительным пробежкам, и поэтому сильно отставал от Аврама. Волосы тридцатилетнего мужчины расплелись и теперь путались в очках.       Аврам, в момент преодолев разделявшее его от Эндрю расстояние, едва не сбил бывшего товарища с ног. Разбойники вцепились друг в друга, и, словно разъярённые медведи, стали пытаться побороть друг дружку. Аврам был багровым от натуги, у Эндрю по подбородку текла слюна.       Дальше всё случилось так быстро, что Пайнс не сразу понял, что произошло.       Аврам подсёк Эндрю ногу и в тот же миг перевернул противника через себя. Убийца приглушённо застонал. Старший разбойник выхватил из-за пазухи нож и приставил к горлу Эндрю. Тот засмеялся.  — Чёрная Роза всё равно до него доберётся… Отец доберётся до каждого из вас…  — Посмотрим, — холодно прервал его Аврам. Мужчина дёрнул рукой, перерезая разбойнику глотку. Шатен зажмурился. А когда открыл глаза, то, стараясь не глядеть на стекающую на песок кровь, увидел, как Аврам изучает чёрный рисунок, выколотый на плече у свежего трупа. Чёрный цветок**.       Подбежал Корнелиус. Он упёрся ладонями в колени и пытался отдышаться. Но, заметив Диппера и Гертруду, бросил это дело, и, громко дыша, подошёл к ним.  — Где Билл?.. — Севшим голосом спросил парень.  — С другой стороны пошёл, — как ни в чём не бывало ответил Аврам.  — Аврам, помоги мне, — окликнул старшего Корнелиус, приподнимая старушку за ноги.  — А с Эндрю что?  — Оставим здесь, — уверенно сказал мужчине лекарь. — Ему уже ничем не помочь.       Аврам присоединился к Корнелиусу, взяв Гертруду за плечи. Неся знахарку на весу, они направились в Лиссберг.       Диппер шёл рядом, не произнося ни слова и не веря, что всё закончилось. Ему и подумать было страшно, что могло бы тогда произойти, не поспей разбойники вовремя.  — Как вы нас нашли? — Наконец спросил он.       Аврам хмыкнул.  — Это всё Сайфер, — мужчина оглянулся назад, чтобы видеть, куда идёт. — После твоего ухода Эндрю тоже куда-то засобирался, а ведь обыкновенно он сидит дома. Ну и Билл ко мне пристал, мол, пойдёмте, проверим кое-что. Ну и рассказал нам с Корнелиусом заодно про брата Эндрю. Кто бы мог знать, откуда ему про брата энтого известно. Я живу тут дольше его, но ни про какого брата не слыхивал.  — Его брата сожгли, — продолжил лекарь. — В городе безобразничал убийствами, вот жители и обозлились. Только никто не знал, что у этого убийцы родственник был. Даже я был в неведении, хоть и переехал сюда десять лет назад и присутствовал во время этих кровавых заварушек.       Пайнс хотел ещё узнать что-нибудь про Чёрную Розу, о которой говорил Эндрю, но Аврам был слишком хмур, а по сосредоточенному взгляду Корнелиуса было видно, что ему сейчас не до него. Диппер решил спросить всё у Билла лично.

***

      Утром газеты кричали о новом убийстве. На похороны Эндрю на местном кладбище не пришёл ни один разбойник.