Deja vu

Я и сама удивилась, насколько созданный мною вертолет был прост в управлении. Казалось, что он читает мои мысли и делает так, как мне захочется, даже если я умудряюсь запутаться в этой нехитрой системе и повернуть рычаг управления не в ту сторону. Несмотря на свой небольшой размер, двигалась машина достаточно быстро. Я была уверена, что преодолею расстояние от Англии до Полюса максимум за пару часов. Такая скорость вовсе не чувствовалась, и внутри было очень комфортно. Мне удалось благополучно взлететь и подняться так же высоко, как на настоящем самолете. Облаков почти совсем не было, и какое-то время я могла наслаждаться видами маленьких городков и полей, мелькающих внизу. Но затем все сменилось. Небо застлалось плотными тучами, напоминающими свалявшуюся вату, и изменило свой цвет на призрачно-серый. Видимость резко ухудшилась, я почти потеряла ориентацию в пространстве и двигалась чуть ли не вслепую. И на что я только надеялась? Увидеть Джека с такой высоты? Почему меня унесло настолько далеко, на самый Северный полюс? Лишь теперь я поняла, насколько плохо продумала свой план. Но отступать было уже некогда и некуда, поэтому я осторожно вела свой вертолет, пытаясь высмотреть хоть что-то в непроглядной белой дымке. Пожалуй, в этом было и нечто хорошее — такие изменения погоды явственно свидетельствовали о том, что я уже недалеко от пункта своего назначения. Либо как минимум стала к нему ближе. Решив посмотреть, как там внизу, я преодолела плотную облачную гряду, заслонявшую землю. Удивленный возглас вырвался у меня сам собой. И подумать не могла, что окажусь здесь настолько быстро! Я начала торопливо сбавлять скорость и высоту. Подо мной скользили однообразные ледяные и заснеженные равнины. Лишь изредка то тут, то там виднелись в снегу темные, наполненные водой, лунки, очевидно, прорытые охотящимися медведями. Но разглядывать северную пустыню было некогда, хоть моя задача и казалась почти полностью выполненной. Теперь другое — обнаружить Джека. А это было нелегко, ведь я отправилась сюда лишь потому, что почти во всем мире сейчас лето, а лететь через весь земной шар на другой его конец, в Антарктиду, было бы слишком рискованно для моего маленького вертолетика. Мне оставалось лишь уповать на собственную удачу и вглядываться в небо и снег, надеясь заметить там хоть кого-нибудь живого. Но это становилось все более сложной задачей — небосклон стремительно темнел, мои глаза устали от такого напряжения, кроме того поднялся сильный буран, кидающий в лобовое стекло горсти снежной пыли. Я звала Джека по имени — вслух, мысленно. Спустя некоторое время я уже совсем отчаялась найти его и собиралась спуститься, чтобы переночевать прямо здесь, на сидении своей летающей машины. Но вдруг в окно по левую руку от меня постучали. Это было настолько неожиданно, что я, сонная, уставшая, вздрогнула и испуганно выпучилась на человеческий силуэт. Естественно, это был Ледяной Джек, парящий вровень с бортом моего вертолета. Он еще раз легонько ударил в окно изогнутым концом своего посоха, чтобы убедиться в том, что я его заметила. Парень что-то мне кричал, его губы двигались, но из-за толстого стекла до меня не долетало ни звука. — Не слышу. Не слышу я! — пришлось повторить несколько раз, при этом активно жестикулируя: руки касаются ушей, потом показывают крест. Наконец он уяснил, в чем дело, и ткнул пальцем себе под ноги. Этот знак был вполне понятен — я должна снизиться. От прикосновений Джека все стекло оказалось покрытым морозными узорами. Они мешались, но все же я смогла благополучно посадить вертолет. Стоило ему коснуться земли, как показался Джек и сразу подскочил к двери. Не успела я и глазом моргнуть, как он одним движением распахнул ее, впустив поток ледяного воздуха. У меня даже дух захватило, настолько сильным был холод. А ведь на мне не было теплой одежды, кроме свитера — внутри моей машины работало отопление. Входной проем был открытым всего пару секунд, а я уже вся закоченела. — Быстрее залезай, — умоляюще пискнула я, стуча зубами от холода. Джек запрыгнул в кабину и захлопнул за собой дверь. От его вида мне стало еще хуже. Еще бы, сам-то никогда и не чувствует мороза. Ноги, как и всегда, босые, одет легко. Не обратив внимания на то, что я едва не покрылась ледяной коркой, он окинул салон изучающим взглядом. — Ничего себе. Откуда такой агрегат? — шутливо спросил юноша. — Нарисовала, — сердито буркнула я, стараясь дыханием согреть свои ладони. Я и сама не до конца понимала, почему сержусь на него. Наверное, из-за того, что он наслал все эти промозглые ветры и вьюги, или из-за того, что не потрудился помочь мне согреться. Хотя, толку от его холодных ладоней все равно никакого. — Ты меня звала? — Нет. Не было такого. — Я помотала головой. Мне не слишком хотелось признаваться в том, что я искала его так, будто бы встреча с ним была важнее всего на свете, поэтому мои слова были больше похожи на оправдание. — Когда нас зовут, мы всегда слышим. Даже если это делать без слов. Мы — это в смысле Хранители. Ты просто пока не чувствуешь этого, но потом поймешь. Чуть позже. Я кивнула, но ничего не ответила. Джек, кажется, хотел сказать что-то еще, поэтому я выжидающе взглянула на него. — Был тут недалеко. Ты правильно выбрала направление, в котором можно меня обнаружить, это тоже часть магии Хранителей. Мы подсознательно чувствуем местонахождение друг друга, даже если не подозреваем об этом. Джек снова замолчал, почесывая переносицу и словно бы обдумывая свои последующие слова. — А еще… — он осекся. Я подбодрила его полуулыбкой, показывая, что он может продолжать. — Просто то, что я хотел бы рассказать тебе, будет немного странно звучать, я думаю. — Это ты говоришь человеку, который преодолел тысячи километров на нарисованном вертолете, чтобы поведать тебе о своем дурацком сне! — воскликнула я, взмахнув рукой. — Сне? — озадаченно переспросил Джек. — Именно! — Я подтвердила свои слова решительным кивком. — Я сделала для себя ловец снов, как у индейцев, чтобы… — Серый? — Что, прости? — я прервалась, нахмурившись. Очень уж не любила, когда меня перебивают, и в тот раз я надеялась на длинный содержательный монолог, который Джеку, хотел он того или нет, пришлось бы выслушать. Но не тут то было. — Я спрашиваю, ловец был серенький? — Верно. Из серебристых нитей. Я нарисовала его этим карандашом. Но откуда ты знаешь? — удивленно спросила я, на ладони протягивая юноше простой грифельный карандаш. Он взял его и повертел в пальцах без особой цели, после чего сразу же вернул, так и не ответив на мой вопрос. — Ловец, — повторил Джек самому себе. — А затем что было? — Потом я легла спать. И во сне увидела точно такой же амулет, какой смастерила наяву. Он лежал в траве. — Но ведь это не все? — Джек посмотрел мне в глаза, и я подумала, что он будто бы знает, что я недоговариваю. Мне пришлось перейти к основной части сна. — Не все, — согласилась я. — Там еще были… голоса. Они говорили… — Он всего лишь попросил девушку сделать красные перья для ловца, а она сразу разворчалась, — возмущенно закончил Джек, и я чуть не задохнулась от изумления. Откуда же ему известно? — Это тебе все Песочник рассказал, — сердито заявила я, скрещивая руки на груди. Какое право он имеет лезть в мои сны? — Так нечестно! — Неправда! — Теперь пришел черед Джека горячо отстаивать свою правоту. Он даже вскочил с сидения и стоял, смешно пригнувшись, ведь низкий потолок не позволял встать в полный рост. — Мне… мне просто снилось то же самое! Такого быть просто не может. Что произошло? Песочник забавляется? И зачем ему только посылать нам одинаковые сновидения? Почему-то мне казалось, что эти странные видения и Песочный человек никак не связаны, ведь они преследовали меня и наяву. Ледяной Джек молча сидел рядом, запустив пальцы в волосы. Наверное, тоже обдумывал произошедшее. — А разве это не нормально? — поинтересовалась я. — Может же быть между Хранителями такая связь. Как это называется? Эмпатия или что-то в таком роде, да? — Не знаю. Наверное, это возможно. Только ни у кого из нынешних Хранителей такого нет. Через несколько минут тишины, прерываемой лишь ветром, что тихо выл снаружи, он предложил: — Давай узнаем у остальных. Может, что-нибудь да скажут про эти наши сны. Песочному человеку наверняка известно, в чем тут дело. Я пожала плечами. — По-моему, не самая лучшая идея. Все-таки я думаю, что это связано не с ним. Мне уже раньше слышались те же самые голоса. И это было наяву. Судя по выражению лица Джека, ему было интересно узнать о том, что же на самом деле тогда случилось, но молчанием я ясно дала понять, что не намерена ничего рассказывать об этом. — Да и вообще. Не очень хочется пересекаться с ними, — почти прошептала я. — Ты боишься их, да? Чувствуешь себя чужой, непринятой, другой… — принялся перечислять юноша. — Эй, — прервала я его. — Это ты с чего взял? — Со мной поначалу было так же. Ерунда, все пройдет. Просто не волнуйся по этому поводу. Я насупилась, хотя и понимала, что он прав. Когда я впервые встретилась с Хранителями, мне и вправду показалось, что не все они довольны моим присоединением к их команде, поэтому я чувствовала себя неуютно среди них. — Не говори со мной на эту тему, — буркнула я, пожалуй, немного грубее, чем мне того хотелось. — Ладно-ладно. Я молчу, — примирительно произнес Джек. — Стоп. Скажи еще раз, — сдавленно попросила я, чувствуя то самое удивительное ощущение, какое появлялось каждый раз, стоило мне оказаться близко к разгадке своих видений. — Молчу, — повторил он, видимо, не совсем понимая, зачем это нужно. — Что-то не так? — Нет, все... — я умолкла, стараясь ухватиться за ускользающие мысли. — Твой голос напоминает мне о чем-то. Только не могу понять, о чем...