Пред его Величеством

He fills me up He gives me love More love than I've ever seen He's all I've got He's all I've got in this world But he's all the man that I need Whitney Houston

Леголас легко спрыгнул с лошади на каменную дорогу, усыпанную опавшими листьями. В Ривенделле было слишком пусто, и он был будто наполнен тенями. Леголаса это немного обескураживало, но он знал, что здесь не одиноко — Элладан и Элрохир ещё живут здесь. Единственные, которые остались. Леголас оставил лошадь у колонн и пошёл вперед. Он хотел подняться по лестнице, — встретить правителей Долины — но этого не случилось. Тонкая девушка, беззаботно придерживая лёгкое белое платье, открывающее босые ноги, сбежала по лестнице. Рыжие кудри были увенчаны венком из белых цветов. С губ Нарвен ещё не сошла улыбка, когда она с удивлённым взглядом затормозила перед Леголасом. Руками девушка все ещё придерживала платье и венок. Принц удивился не меньше ведьмы. Хотя удивление постепенно сменялось восхищением. Нарвен лишь смотрела на Леголаса своим колдовским взглядом. В этот момент, все полетело в бездну. Что-то внутри них с треском обрушилось с шумом и дымом. Вокруг них шумел вечно осенний Ривенделл, и они вдвоём казались потерявшимися в сухих листьях фарфоровыми куклами. — Ну? — наконец, наваждение прошло, и ведьма нелюбезно поджала губы. — Что ты здесь делаешь? — они шли к братьям, и Леголас спросил её. Нарвен немного прошла вперед. — Не знаю. Приехала и все тут. Что-то ещё? Эльф пожал плечом. Девушка фыркнула. Элладан и Элрохир оказались за столом; везде была еда и вино. Нарвен села рядом с ними, и они возобновили беседу. Эльфы рядом с ней казались… человечнее. Леголас и сам это испытал. Вся многовековая мудрость исчезала, приходило веселье и счастье. Хотелось жить здесь и сейчас, вдыхая жизнь полной грудью. Нарвен дарила это странное ощущение и мысль, что ты — живой. И она сидела за этим столом, в белом платье и венке из белых цветов, лёгкая и невинная, как сама весна. Как символ новой жизни. Нарвен немного повернула голову в сторону, рыжие кудри слегка качнулись. Леголас сидел напротив неё и не отрываясь смотрел на девушку, будто он была каким-то неземным существом. Пару долгих мгновений они смотрели друг другу в глаза. Леголас думал, каким же он был болваном, раз отпустил её, и не раз. Нельзя ведь отпускать свою любовь. Он не поверил Нарвен вначале и был страшно зол и обижен на неё, но продолжал любить. Нельзя так любить. Многие погибают от такой любви. Нарвен чему-то улыбнулась и встала из-за стола. — Нарвен, история ещё не закончилась, — немного обиженно произнёс Элладан. Ведьма положила руку ему на плечо. — Извините, но мне что-то нехорошо. Нарвен, придерживая платье, спустилась вниз. Леголас нашёл её в одной из беседок. Нарвен была непривычно молчалива. Ещё этот белый венок на голове. Эльф присел рядом, но она даже головы не повернула. Губы её шевелились, она пела. Леголас слышал каждое слово, хотя пела Нарвен слишком тихо. В песне говорилось о людях — храброй девушке и её возлюбленном. Он полюбил её весной, когда она спасла его. А осенью её убили. Любимый долго плакал, а потом засох от тоски по ней и тоже погиб. Когда Нарвен закончила петь, она посмотрела на Леголаса. — Руинриэль… Ведьма опустила глаза и покачала головой. Губы её были крепко сжаты. — Помнишь, как мы с тобой здесь были? Ничего не изменилось, я по-прежнему люблю тебя. Нарвен качала головой и молчала. Леголас дотронулся до её ладони, но она одернула руку и встала. — Нет, ты меня совсем не любишь. Нет, не любишь. Совершенно не любишь. Разве можно бросать того, кого любишь? — последнюю фразу она громко крикнула. Эльф вскочил следом за ней. — Разве можно обманывать того, кого любишь? Нарвен опустила плечи, зато в следующую секунду, она размахнулась и влепила ему пощечину. Потом поправила платье и вышла из беседки. Леголас потер щеку — было совсем не больно, скорее непонятно. Ведьма на секунду остановилась, подумав, раз он её любит, то не отпустит. Но он не подошел. Нет, видимо все-таки не любит. Леголасу потребовалось совсем немного времени. Сбежать, поймать, развернуть и поцеловать. Губы у неё были все искусанные, но сладкие. От неё всё также пахло цветами, морем и безумным ветром. Он путал пальцы в её волосах и прижимал её к себе. Никогда он больше не отпустит её. Нарвен оторвалась от его губ. Глаза у неё были зеленые и немного пьяные. Леголас прижал её к себе, и они мягко соприкоснулись лбами. — Я люблю тебя. Ведьма обняла его за плечи. — Я люблю тебя, — жарко прошептала она. Наконец, после долгого времени, они обрели друг друга. Навсегда.

***

Всё четверо они сидели за столом. Одна девушка играла на арфе. Она одна осталась здесь, помимо братьев. Нарвен не знала её имени, хотя знала её историю. Кажется, её возлюбленный был из людей, и он погиб пару десятков лет назад. — Нарвен! Нарвен оторвалась от разговора с Леголасом и посмотрела на Элрохира. Он смотрел то на неё, то на Леголаса, и пытался что-то решить про себя. Элладан, кажется, все понял, но виду не подавал. — Где ты оставила Бранда? Братья с улыбкой переглянулись. Леголас насторожился. Ведьма пнула под столом Элрохира. — Бранд остался в Форохеле, — прошипела она. — А он женился? — весело спросил Элладан. Нарвен сквозь зубы произнесла: — Нет. Он. Никогда. Не женится. Эльфов позабавила её воинственность. Даже Леголас попытался скрыть смех. Нарвен фыркнула и встала из-за стола, бросив салфетку. Девушка за арфой перестала играть и одарила эльфов недовольным взглядом. И только потом продолжила свою мелодию. — Руинриэль! — крикнул ей вдогонку Леголас. Нарвен остановилась на ступенях. — Подари мне танец. Ведьма улыбнулась (она стояла к ним спиной), подумала пару секунд, и повернулась уже без улыбки. Леголас встал и подал руку Нарвен. Но она легко обогнула его и встала около стола, где было свободное место. Специально для танцев. Нарвен стояла, гордо подняв голову и придерживая платье. Леголас тоже обошёл её, встав перед девушкой. Она присела в реверансе. Принц поклонился и поцеловал руку Нарвен. Они синхронно подняли руки и сомкнулись ладонями. Руки Нарвен были такими же горячими. Они описали круг в одну сторону, а затем поменяли руки, и закружились в обратную сторону. Нарвен вдруг отошла, не разнимая ладоней. Леголас поднял руку, и девушка повернулась на месте. Платье немного поднялось, обнажив босые ноги и лодыжки. Они повернулись к друг другу лицом. Нарвен положила хрупкие ладони на плечи Леголаса. Принц подхватил её за талию и высоко поднял над головой. У ведьмы помутилось в глазах, она лишь крепче вцепилась в плечи Леголаса. Его глаза были тёмные и синие, словно бушующее море. Очень медленно эльф опустил её обратно на землю. Нарвен потерялась в этом море. Её — хрупкий цветок — унесли пенистые волны. Леголас наклонил её. Ведьма обняла его за шею и шумно выдохнула. Так хотелось поцеловать его. Ведь он так близко. Слишком близко. Принц поднял её, и девушка обернулась вокруг себя. Их руки снова плели кружево, как крылья двух лебедей на озере. Леголас кружил её, Нарвен мягко ступала по полу. В конце танца, они разошлись, не разнимая рук, затем подошли друг к другу. Леголас встал на одно колено перед Нарвен. Девушка слегка присела, проведя ладонью по щеке принца. Он прижал к губам её руку, а потом встал. Они поклонились и сели за стол. Элладан и Элрохир захлопали в ладони. Девушка за арфой принялась за другую мелодию.

***

Нарвен в том же платье и с венком держала на ладони кольцо. Оно перестало сиять и потемнело. Ведьма подбросила его, поймала и надела на мизинец левой руки. — Руинриэль. Девушка посмотрела на Леголаса. Они стояли на поле для тренировок. Эльф держал в руках лук Нарвен. Девушка подошла к нему и взяла оружие. — Спасибо. Мне его не хватало. — Нарвен положила лук на стойку, любовно касаясь плеч. — Странное оружие. Он… словно не слушался меня. — Леголас провел ладонью по её щеке. Нарвен по-кошачьи ответила на прикосновение, прижавшись к его руке. — Нарвен, ты станешь моей женой? Девушка удивлённо уставилась на Леголаса. Тот улыбался. Нарвен испуганно отошла, а потом и вовсе побежала. Эльф нахмурился, смотря ей вслед. Что он такого сказал? Нарвен вбежала в свой дом и упала на кровать. О, Эру! Ведьма глухо застонала в подушку. Она так глупо сбежала, потому что испугалась. Нарвен не хотела выходить замуж, это ведь не обязательно, если любишь. Но ведь Леголас — эльф, а у них все по другому, для них женитьба — обязательна для любви. Нарвен не хотела быть чьей-то женой, связанной узами брака. Как и все ведьмы, девушка хотела быть свободной. Её было опасно приручать и пытаться связать. Ведьма что-то промычала в подушку и схватила руками голову, уверенная, что надо что-то делать. Только не сбегать. Леголас вошёл тихо и неслышно, как это умеет только он. Прикрыл дверь и сел рядом. Он вдруг почувствовал, что это все он уже где-то видел. Леголас обхватил её правую щиколотку. Нарвен засучила ногами и вырвалась, отодвинувшись от эльфа. — Нарвен, кажется, мы это уже проходили, — насмешливо, но мягко протянул он. Девушка села на постели, скрестив ноги и одернув платье. Венка давно не было на голове, волосы растрепались. Ведьма сложила руки на груди и немного подняла подбородок. Леголас улыбнулся. — Тогда ты накинулась на меня с поцелуями. — Я не накидывалась, — ощерилась Нарвен. Они немного помолчали. — Почему ты испугалась? — спросил Леголас. Нарвен шмыгнула носом. — Для любви — брак не обязателен. Он не нужен. И к тому же, на Севере никто не женился, не было причины. Все жили огромным племенем — семьёй. Свадьбы там — огромная редкость. А для ведьмы — это клетка. Для меня. Я не собираюсь выходить замуж, чтобы потом рожать детей и вышивать в своей отдельной спальне. Ведьма немного подумала и снова повторила: — Для любви брак совсем не обязателен. Но вы ведь эльфы. Конечно. Леголас взял её ладонь в свою руку и посмотрел прямо в глаза. Нарвен немного покапризничала, но все-таки взглянула на него. — У нас — это способ сказать о своей любви. Девушка немного улыбнулась. — Так легче различать, где твоя семья. Ты, — Леголас ткнул в неё пальцем. — моя семья. Никто другой мне и не нужен. И остальные тоже это будут знать. Нарвен поерзала и кивнула. Леголас улыбнулся и поцеловал её ладонь. — Но у меня есть условие. Я не хочу ждать целый год после помолвки. Неделю, и точка. Леголас кивнул. Нарвен просияла и обняла его. Мягко, поцеловав в шею. — Я люблю тебя, знаешь? — Я тебя люблю. Все время. Знаешь? Девушка отодвинулась немного и посмотрела на него. Леголас убрал её волосы назад, обнял ладонями её лицо и поцеловал. Нарвен села к нему на колени, запуская пальцы в его волосы. Леголас обхватил её за талию и уложил на прохладные нежные простыни. Девушка притянула эльфа к себе. Ещё ближе, чтобы он был с ней… в ней. Леголас целовал её шею, плечи, руки, спуская платье. Сердце Нарвен билось так бешено и отчаянно, словно желая выбраться из клетки. Ведьма обхватила Леголаса ногами и перевернула. Теперь она была сверху. Вся раскрасневшаяся и растрепанная, огромные глаза горят зелёным лихорадочным огнем. Леголас садится и снова целует её в губы. Её платье задралось, его пальцы сжимают её бедра. Когда Леголас легко укусил её за шею, с губ Нарвен сорвался стон. Они посмотрели друг на друга, и снова сцепились. Ведьма срывала с него одежду, эльф обнимал её, целуя шею и ключицы, лаская грудь и сжимая талию. Нарвен извивалась и мучалась. Когда Леголас опустил её на подушки и простыни, время вдруг замедлилось. Остановилось в этой комнате. Нарвен лежала, маленькая и хрупкая, в лунном свете её кожа была белее снега. Рыжие волосы разметались по постели. Её грудь с розовыми тугими сосками тяжело вздымалась, на щеках выступил румянец, ноги, согнутые в коленях, беззастенчиво разведены немного в стороны. Нарвен смотрела на Леголаса, ждала, медленно сгорая в нетерпении. Он поцеловал её ногу, около колена, поднимаясь выше, целуя каждый участок кожи. Пальцами лаская её, размазывая огонь и сладость по телу. Нарвен сжимала простыни, стонала и по-кошачьи изгибалась ему навстречу. Леголас чертил узоры языком на её животе. Девушка скользнула ноготками по его шее и притянула к себе. Пару мгновений они смотрели друг на друга. В тёмных глазах разливался хмель. Нарвен охнула и выгнулась назад, когда он вошёл в неё. Рыжие кудри расплескались по постели, обнажив шею. Леголас припал к ней, целуя, кусая, облизывая. Ведьма приложила ладонь к его груди. Тух-тух… тух-тух… тух-тух… От этого становилось ещё лучше. Это было волшебно. За окном уже светало, а они до сих пор нежились в объятиях друг друга, купаясь в сладкой горячей любви. Как только солнечный огненный луч выхватил плечо Нарвен, они легли, укрывшись тонким одеялом, утренним светом и щебетом птиц. Рыжие волосы перепутались со светлыми. Леголас одной рукой обнимал Нарвен, переплетя с ней пальцы другой. Ведьма смотрела на него, ножкой обнимая его ногу. Никакая сила не могла их разлучить в тот момент. Будто бы ради этого мига, они прошли всю жизнь. Чтобы лежать рядом, в почти пустом мире вокруг них, измазанными друг в друге, растрепанными и бесконечно счастливыми. — Ты станешь моей женой? — Леголас целовал её волосы. Он теперь точно знал, что они пахнут свободой. Птичка вырвалась из клетки. Нарвен посмотрела на него и обняла за шею. Там протянулись красные ленты от её ногтей. — Стану. — Нарвен одела на мизинец Леголаса свое кольцо. Он поцеловал её в лоб и вручил свое. Зеленые глаза встретились с голубыми. «Я люблю тебя.»