На балу

Милейший старичок Федор Иванович, с незапамятных времен руководивший городским реальным училищем, все продолжал с энтузиазмом рассказывать Анне о своих планах по устройству спиритического сеанса с ней в качестве медиума и с участием затонских энтузиастов науки. Он ей уже и показал предполагаемое место, и в подробностях объяснил, как он хочет все устроить, и выразил готовность согласовать список приглашенных. «Замечательная девушка», - подумал Федор Иванович, - «совсем не похожа на современных легкомысленных барышень, у которых только молодые люди на уме. Как внимательно слушает. Так сосредоточена, что даже не замечает, что уже в третий раз подкручивает выбившийся локон». Они с Анной, не торопясь и продолжая разговор, шли по длинному коридору, пока, свернув за угол, не столкнулись с неожиданным визитером. Федор Иванович интересовался почти исключительно делами своего заведения и мало смыслил в городских делах, но даже он не мог не узнать стоящего перед ним. - Прошу прощения, - неуверенно сказал он. – Если не ошибаюсь, господин Штольман. - Совершенно верно, - холодно ответил тот. – Чиновник по особым поручениям Штольман Яков Платонович. - Если не секрет, по каким делам вы к нам пожаловали? - Никакого секрета нет. Мне надо было взглянуть на списки ваших выпускников последних пяти лет. Ваш секретарь мне его уже показал. Так что благодарю за помощь. Я закончил здесь свои дела. Тут Федор Иванович вспомнил о формальностях: - Простите старика великодушно. Разрешите вам представить – Миронова Анна Викторовна. - Мы с Анной Викторовной знакомы, - по-прежнему сдержанно произнес полицейский. - Добрый день, Яков Платонович, - склонила голову в приветствии девушка. - Анна Викторовна, мы, в общем, с вами тоже уже все обсудили, - обратился к ней старичок. - Так что на сегодня, наверное, стоит закончить. К тому же уже скоро вечер, от нас выбираться занятие то еще. Извозчик вас может и не дождаться. - Ах! – всплеснула руками Анна Викторовна, прижала их к груди, и распахнутыми глазами посмотрела на директора. – А извозчика-то я и отпустила. Вот глупая! Полицейский внезапно закашлялся. - Голубушка, да как же вы так! – всполошился директор. - Вы же от нас и не выберетесь. Погодите, у меня есть мысль. Господин Штольман, не подвезете ли вы Анну Викторовну до города? Иначе ей никак не добраться до дому. - Разумеется, - все еще не отошедшим от кашля сиплым голосом сказал Штольман. – Если вы закончили, мы можем ехать. После короткого прощания с директором Анна со Штольманом двинулись к выходу. - Дорогая, вы просто неприлично переигрывали, - все еще борясь со смехом, негромко сказал Яков. Анна не выдержала и тоже тихо рассмеялась. Анне не особо нравилась необходимость активного светского общения в ходе этой работы, но это не шло ни в какое сравнение с тем, как ей не хватало общения с Яковом. И дело уже было не в близости. Они должны были играть достоверную для Затонска «легенду» про их отношения. А после его внезапного исчезновения зимой и возвращения как ни в чем ни бывало спустя полгода, не могло быть и речи, чтобы они вернулись к прежним отношениям. В глазах горожан он разбил ей сердце и не удосужился склеить обратно, ведь никто не должен был знать об их отношениях на протяжении этого полугода. А значит, они оказались обречены на демонстрацию на публике холодности с редкими случайными встречами. На самом деле встречи были не так уж редки, Затонск город небольшой и они постоянно пересекались то в кафе, то на улице, Анна даже пару раз заходила в полицейское управление. Но максимум, что они могли, так это, выдерживая дистанцию, обменяться несколькими сдержанными фразами. Собранную информацию Анна так и вовсе обычно передавала Якову в письменном виде. И только когда возникала необходимость обсудить тему, требующую личного общения, они специально организовывали себе такие возможности якобы случайных встреч, как сегодня. На улице их ждала пролетка с городовым на козлах. Яков помог Анне и сам сел рядом. Пролетка отъехала от училища. У них было минут двадцать на чрезвычайно важный разговор. Но Штольман с Анной молчали. Дорога была пуста, однако какой-нибудь прохожий мог появиться в любой момент. Так же как возница мог внезапно обернуться. Но это было уже неважно. Анна и Штольман несколько секунд смотрели друг другу в глаза, а потом неудержимо потянулись друг к другу. Руки Анны скользнули под его расстегнутый сюртук, а Яков взял в руки ее лицо и жадно приник к ее губам.