А слово было...

« — У меня к тебе какие — то чувства.  — Какие?  — Ну, не знаю. Какие — то. Нравишься сильно. Может, это любовь, а может, нет. Что скажешь?  — Скажу: иди нах*й. Будешь мне еще тут мозги еб*ть.» Стоя посреди магазина, Драко Малфой и Гарри Поттер выясняют отношения. Конечно, на первый взгляд можно было бы решить, что они враги до гроба, но Сайрусу, как человеку, который изучил психологию людей и в какой-то степени ощущал их эмоции, было понятно, что если бы эти двое друг друга ненавидели, то уже через несколько минут после диалога давно бы начался мордобой. Но поскольку этого не случилось, то можно с уверенностью сказать, что Малфой и Поттер неравнодушны друг к другу (хотя сами пока этого не понимают). Вот прошло уже пять минут, а они всё чешутся языками. В основном Драко указывает Гарри на его необразованность и пытается взять на слабо, а Гарри огрызается и единственный аргумент, который он приводит, это то, что Драко плохой слизеринец и папенькин сынок. Сайрус не понимает, почему же Малфой пытается направить Гарри на путь истинный, ведь результатов это не приносит. И не понимает, почему же Поттер терпит завуалированные оскорбления своих умственных способностей. «Поистине, я никогда не понимал людей. Но я уверен, что эти двое помогут мне это понять. Но для начала надо бы намекнуть им на то, что их пикировка выглядит больно похожей на ссору двух голубков… это будет забавно». Приняв только для Сайруса понятное решение, Скотт тихонько подошёл к продавцу, который, как и Сайрус, с затаённым весельем наблюдает якобы ссору двух принцев (Гриффиндора и Слизерина), и попросил показать ему компактный сундук с расширенным пространством. Походив с продавцом по лавке и вместе выбрав приятный на вид и ощупь кожаный сундук с бархатной обивкой, Скотт ещё немного понаблюдал за Поттером и Малфоем. Тихонечко вздохнув, Сайрус подошёл к Гарри со спины (Драко, к удивлению Сайруса, этот манёвр заметил) и якобы тихо сказал на ухо так, чтобы было слышно и Драко тоже: — Гарри, я уже всё купил! Если ты закончил ссориться со своим парнем, давай пойдём. Или мне оставить вас? — говоря это, Скотт заметил, как Гарри постепенно заливается краской до кончиков ушей. "Забавный он," — подумал Скотт и приготовился к возражениям. — Он не мой парень! — Гарри старался не кричать, но если бы в лавке кроме них кто-нибудь был, то все бы услышали. — Что ты несёшь?! — Как не парень? А мне показалось, что очень даже и парень, — пока Сайрус говорил это, он наблюдал, как Малфой так же, как и Гарри, покраснел. Вот только в отличие от Гарри покраснели только щёки и шея. "Почему они такие милые?! Ужас, что я несу?!" — Сайрус немного завис от такого выверта своего сознания и прежде чем он успел погрузиться в свои ощущения, к нему обратился тот самый Малфой: — Что ты несёшь, грязнокровка?! Да ты… "Что?.." — Я не грязнокровка, — Сайрус говорил спокойным, тихим голосом, и прежде чем Малфой успел открыть рот, Сайрус начал говорить: — К вашему сведению, мистер Малфой, грязнокровки — это те, кто не чтит законы магии. Я не отношусь к этому числу, а потому считаю ваши оскорбления беспочвенными. Поскольку вы этого не знали, я так и быть, прощу вас. Но не считайте, что все маги такие добрые, как я, — говоря всё это голосом, которым можно замораживать ледники, Сайрус взял Гарри за руку и вышел из лавки, неся в другой руке сундук (точнее, везя на колёсиках). Стоя на улице, Сайрус посмотрел по сторонам и, не отпуская руки Гарри, направился в сторону «Дырявого котла». Кому-то могло показаться, что Сайрус зол, но, по сути, он и сам не мог понять, что чувствовал в этот момент, а потому хмурился и пытался разобраться. "Может, это стыд? Нет, это другое… А может, это гнев? Нет, тоже не то… А может… разочарование? Но почему? Малфой мне никто, и почему я держу Гарри за руку? И самое главное, почему он молчит?!" Остановившись, Сайрус посмотрел на руку, которую держит, и поднял лицо на Гарри, чтобы увидеть причину молчания. Когда он это сделал, то увидел, как Гарри так же смотрит на свою руку. Сайрус не мог понять по непроницаемому лицу, о чём думает Гарри. Сайрус хотел уже отпустить руку, но, ощутив нежелание отпускать, несколько мгновений боролся с собой, прежде чем осторожно её отпустить, при этом проведя пальцами по запястью. Возможно, Гарри и вздрогнул, но Сайрус не заметил (думал не о том). "Неужели человеческие чувства такие сложные? Почему я ничего не понимаю? Эх... кто бы мне ответил. Хотя!.." — Гарри, — Поттер немного дёрнулся. Сайрус хотел задать один вопрос, но вместо этого сказал бодро: — Так ты проведёшь мне экскурсию?