А слово было...

Сайрус заметил, что меняется. Неуловимо, незаметно, но неуклонно меняется. Он давно не философствовал, не думал о прошлом и получал удовольствие от общения с людьми. И даже монотонный бубнёж профессора Биннса вызывал в нём почти буйный восторг, из-за чего Рон крутил пальцем у виска и стал ворчать, что с Сайрусом на уроке Истории он больше не сядет. Грейнджер сосредоточенно строчила конспект, что немного удивило Сая, ведь, как он заметил, призрак в точности повторял учебник (правда, застрял на гоблинских восстаниях, но это лирика). Он рассматривал кабинет во всех спектрах зрения и не мог не поразиться тому, какими талантливыми были Основатели этой школы. И даже тот факт, что контуры чар давно не обновлялись, не портил благодушный настрой Скотта. Так же его немного веселила реакция на него окружающих. Они пугались, нервничали, улыбались, некоторые падали в обморок, но равнодушным не был никто. К счастью, те, кто успел с ним пообщаться, уже привыкли к нему и не устраивали шоу, что порадовало Сайруса, ибо быть пугалом ему не хотелось. Ещё его немного насторожило внимание Дамблдора. Он хоть и не понимал мотивов человеческих поступков (из-за их частой нелогичности), но о человеке лишь по внешнему виду мог сказать многое, что помогало в анализировании портрета заинтересовавшей его особы. Что он мог сказать о директоре? Политик. Он видел это в ярких, синих, но холодных глазах, которые скрывались за очками-половинками (зрение Сайруса было не максимальным, но достаточным, чтобы увидеть это). Когда он был нематериальным, он многое повидал на этой Земле, и такие, как Дамблдор, всегда шли к своим целям, не взирая ни на какие жертвы, буквально по головам ходили. Сай не хотел использовать своё время здесь ради разборок, интриг и прочей скучной дряни. Он хотел прожить яркую (насколько это возможно здесь) жизнь, многое увидеть, почувствовать, и вообще, он живёт первый раз, и хочет, чтобы он был особенным! Тут Сайрус еле сдержался, чтобы не засмеяться от того, как двусмысленно это прозвучало. Так что да, к Мордреду Дамблдора! Сай почувствовал, как его спину сверлят взглядом, и он обернулся. Большие, изумрудные глаза задумчиво на него уставились. Сай вспомнил разговор с Грейнджер о совместимости и прочей чертовщине, на которую ему было плевать (он же не местный селекционер, чтобы заботиться о продолжении Рода), и подумал, что и влюбиться ему тоже хочется. Он тряхнул головой, отгоняя эти мысли. Успеется ещё, он и так долго смотрит на Поттера, при этом ничего не говорит. Надо выкручиваться. Сайрус вопросительно поднял бровь (привычка этого тела) и немного склонил голову. Гарри немного помотал головой и тихо спросил: — Ты чего не спишь? — А ты? — Сай сидел как раз перед Поттером, а потому смог развернуться и, подставив руку на парту Гарри, опереться на неё щекой. — Я задумался. — Хм… Если спрошу о чём, есть шанс услышать ответ? — Сай с интересом разглядывал Гарри, замечая, что с лета он стал выглядеть здоровее, да и без очков, ему, казалось, было куда лучше, чем в них. В последнее время, от обилия людей, он стал внимательнее относиться к внешности окружающих, поражаясь тому, какими разными они бывают. И, видимо, он смотрел слишком пристально, раз Гарри покраснел, что было немного заметно на смуглой, от постоянной работы на улице, коже, и отвёл взгляд. — Я… я… кхм! — он немного прокашлялся и, кажется, совладав с голосом, снова посмотрел на Скотта. — Я удивляюсь тому, как быстро ты влился в нашу компанию. Я имею в виду Рона и Гермиону. — Нууу… тут нет ничего удивительного! — Сай, продолжая опираться на руку, посмотрел на потолок. — В смысле? — Гарри с интересом посмотрел на меланхоличного Скотта. — Дело в том, что мне ничего от вас не нужно, и я никогда не навязываюсь, в отличие от нашего Спасителя, — Сай насмешливо взглянул на Поттера и с улыбкой продолжил: — Хотя я не против, с вами даже весело. Гарри покачал головой и хотел сказать что-то ещё, но тут прозвенел колокол, оповещая об окончании занятия, и Скотт, отвернувшись, стал собираться.