Дикая охота. Перекрестки миров

Пальцы на холоде слушались плохо – очередная нота сорвалась визгливым воем, когда Аллэи попыталась вывести переливчатую трель. Отняв инструмент от губ, эльфийка с неудовольствием уставилась на собственные руки: конечно, она не закрыла клапан полностью, как следует – но на таком морозе ожидать того, что сразу все получится ладно, было бы глупо. С другой стороны, Аллэивар ожидала, а потому скривилась, сердито ругая то себя и свою криворукость, то белый тонкий инструмент – она знала, что сумеет управиться с лунной флейтой. С химерой смогла же, ну неужели это было сложнее?! Как выяснилось, да. Флейту она вынула из вещмешка только на рассвете, сразу после того, как выдалась свободная минутка; шел второй день ее наказания, и сестра, судя по всему, не планировала делать ей поблажек. Нынешнее утро встретило ее тем же количеством котлов, которые нужно было отдраить – благо, некоторые полевые кухарки сжалились над Ищущей и сделали все сами еще вечером. Аллэи довольно быстро начистила котелки, ворча себе под нос, а потому обнаружила, что рассветные сумерки только начали бледнеть – это означало, что у нее было еще около получаса свободного времени. Ивушка спала в палатке, и будить ее, такую теплую и мягкую со сна, совершенно не хотелось. Потому эльфийка, прихватив флейту, ушла подальше за границу лагеря, к рядам невысоких скал, прорезавших предгорья. Там она и решилась вспомнить науку Жриц. Вспоминалось как-то не очень хорошо: с горем пополам она сумела-таки наиграть то, что ее наставница-Жрица Брона называла «восходящей гармонией». Должна была получиться тягучая трель от низкого звука к высокому. Пальцы с непривычки и холода путались, потому клапаны частенько оставались приоткрытыми, и звук срывался то на противный фальцет, то на заунывный вой. Вдобавок ко всему, у нее не получалось играть плавно – между нотами были долгие паузы. Еще и дыхания не хватало. Аллэивар сосредотачивалась на том, чтоб держать все в голове – но чаще всего получалось делать что-то одно. Почему мы просто не плетем венки там? Почему нельзя просто что-нибудь в дар поднести? Она глубоко чтила традиции клана – ровно до тех пор, покуда эти традиции не вынуждали ее выглядеть идиоткой. А Аллэивар почему-то подозревала, что выглядит довольно… глуповато. И дело даже не в том, что в ладонях Ищущей, не отличающейся хрупкостью сложения, флейта казалась совсем уж тонкой и ломкой – просто она рождена для меча, а не для этого всего. С другой стороны, даже Тэливар, огромная Тэли с ручищами кузнеца умудрилась сыграть своей Атайе беспредельно нежную мелодию – значит, и Аллэи могла. Надо было просто постараться немного – ради Ивушки она вполне могла постараться… Вместо плавного перехода снова получился отрывистый вой, и ветер далеко разнес эхо над просыпающейся долиной. Скорбно вздохнув, Аллэивар упрятала флейту за пазуху, подумав, что надо бы не забыть почистить ее позже, а затем, засунув руки в карманы, зашагала обратно к лагерю, угрюмо разглядывая снег под ногами. Несправедливость заключалась в том, что традиция была действительно красивой. И ей действительно хотелось сыграть для Ивушки самую красивую мелодию на свете – но Ищущая, наверное, не обладала особым талантом – как Майревар, например, или как Гремавар. Последняя на диво хорошо играла, чего никто бы не сказал, глядя на нее. По-своему Аллэи даже немного завидовала ей – в самом хорошем смысле, но все же завидовала. С другой стороны, она не собиралась падать в грязь лицом. Просто нужно будет тренироваться по утрам, как теперь – и все со временем придет в норму. Еще она поняла, что скучает по женщинам, с которыми вместе они держали оборонную точку фронта. Особенно – по Греме и Тэли. Их не хватало в лагере объединенного войска, хотя и здесь были закадычные друзья самой Аллэи, да и в принципе дел хватало, из-за чего подобные мысли донимали ее редко. К тому же, прошло совсем немного времени после того, как они с Ивушкой и Шедой явились сюда – видимо, Ищущая попросту не перестроилась еще, не привыкла. Пройдет еще несколько дней, и она совершенно освоится здесь. При мысли о Шеде и Ивушке где-то в груди всколыхнулась обида. Шеда не должна была отдавать приказ о плетях. Она ведь знала, что маленькая кикимора говорит правду, что искренне раскаивается в своем поступке, что больше никогда не посмеет так сделать и подвергнуть угрозе хоть кого-то. Впрочем, Аллэивар понимала: ее младшая сестра была королевой. Ей приходилось решать столько вопросов ежедневно, что Аллэи оставалось только придушивать ехидный внутренний голос, злорадствующий по поводу того, как часто донимали Шеду – королеве и без того хватало забот. Да и Ищущая вынуждена была признать: на самом деле она действительно любила сестру и готова была идти за ней хоть в огонь, хоть в воду. Иногда у них случались разногласия, иногда им хотелось удавить друг друга – но гораздо охотнее друг за друга они удавили бы кого угодно. В некоторой степени Аллэи осуждала Шеду, отдавшую тот приказ, но она вполне могла поставить себя на место сестры. И вряд ли сделала бы по-другому. Шедавар всегда оставалась кремнем и считала, что ответственность должна делиться поровну. И наказание за неповиновение всегда назначала справедливое. Просто на этот раз на себе это испытала любимая женщина Ищущей, и поэтому произошедшее так задело саму Аллэивар. Ивушка, впрочем, не жаловалась – кажется, она даже забыла уже об этом инциденте. Шеда не стала запрещать Знающим снимать боль, и в качестве напоминания на спине ее девочки остались лишь рубцы, которые со временем должны были совсем затянуться, оставив после себя шрамы. Аллэивар, обнимая ее по ночам, ощущала сквозь рубашку эти метки, и сердце ее болело. Но зато Ивушка была жива, она засыпала в ее руках теплым ласковым котенком, целовала вечерами, улыбалась всякий раз, когда днем они сталкивались где-нибудь в лагере – и это было самым главным. Аллэивар ощутила, как губы сами собой растягиваются в улыбке, но согнать эту улыбку не сумела: стоило только хотя бы одной мысли об Ивушке закрасться в ее голову, и она тут же буквально таяла от нежности. С этим, с одной стороны, нужно было что-нибудь сделать – в конце концов, Аллэи оставалась Первой Ищущей при королеве! – а с другой, она не шибко-то хотела что-либо менять. Рассеянно улыбаясь, Аллэивар думала о своем и даже не заметила, как добрела до лагеря. Завернув сразу же к кострищу Первых Ищущих, чьи палатки располагались возле шатра королевы, она буквально налетела на Этанэ, Инарэ, Келе и Шедавар, негромко переговаривающихся о чем-то. - Светлого утра, - буркнула им Аллэи, подходя ближе. Ищущие поприветствовали ее в ответ, а затем Инарэ, окинув ее хмурым взглядом, сощурилась: - Слышала нынче утром? - Слышала что? – не поняла Аллэи. Мелькнула догадка, но Ищущая тут же отмела ее прочь. Она наверняка услышала бы, если бы златоволосая девчонка-Птица снова умудрилась очутиться в шатре у Шеды. Да и озвучивать такое при королеве никто бы не стал, наверное. Аллэи тоже не стала высказывать подобных предположений: ей совершенно не хотелось чистить котлы до самого конца Дикой Охоты. - Вот в том-то и дело, что невесть что, - мрачно проговорила Этанэвар, чуть понизив голос. Обернувшись к Шеде, она вопросительно взглянула на королеву, - Что делать будем? Может, разведотряд вышлем в сторону гор? - А смысл? – Келе глянула в сторону, откуда пришла Аллэивар, - Что бы там ни шаталось, оно уже ушло – или залегло где-то. Молчит ведь сейчас. Может, разведчицы и не найдут ничего… - Да что происходит? – сбитая с толку, Аллэивар переводила взгляд с одной женщины на другую. Все, кроме Шеды, были хмурыми – королева же оставалась собранной и сосредоточенной, однако никаких признаков серьезного беспокойства она, в отличие от Ищущих, не выказывала. - Сегодня на рассвете в предгорьях выла какая-то тварь, - сообщила Келевар, опережая других женщин. На лице ее при этом застыло выражение суровой решимости, - Не слишком долго – от силы полчаса, да и подозреваю, что она далеко находилась на самом деле, а ветер эхо только донес. Но я никогда не слышала ничего подобного за свою жизнь. - Есть старая байка про гибель-птицу – Смотрящие ее еще лет двести назад баяли, когда я мелкой была, - задумчиво проговорила Инарэвар. Она тоже косилась в сторону гор, - Мол, песню ее можно услышать только в час беды, если тебе уготована смерть. И песни жуткие, заунывные. Я-то в смерть не шибко верю, но может, доля правды в байке есть? Ума не приложу, какое существо может издавать такие звуки… - Может, химера какая ранилась где-то сильно, или сцепилась с кем? Вот и воет, - без особой уверенности в голосе предположила Этанэ. Ищущие уставились друг на друга, а затем вновь посмотрели за макушки палаток и шатров. Шедавар ничего не говорила и в сторону долины не смотрела. Она разглядывала побагровевшую Аллэи, и уголок ее губ едва заметно приподнялся. Ищущая больше всего на свете хотела бы стереть эту почти прозрачную, заметную лишь ей нахальную ухмылку с лица ее величества, однако она могла лишь возмущенно таращиться на королеву и Ищущих. Тварь выла, как же!.. - Аллэивар? – мурлыкнула Шеда, скрещивая руки на груди и перекатившись с пятки на носок, - Ничего не хочешь нам рассказать? Есть ли у тебя какие-нибудь соображения, что бы это могло быть?.. - Да чтоб тебя!.. – взорвалась Аллэи, и Ищущие королевы недоуменно воззрились на нее, моргая, словно ошалевшие совы. Понизив голос так, чтоб ее слышали только эти четверо, Аллэивар яростно зашептала, - Я не виновата в том, что не ладится у меня!.. Ну, с флейтой не ладится… Я давно не играла! Мне надо вспомнить, как это делается! Еще и холодно!.. Ну, чего уставились?! Лица Ищущих вытягивались все больше, а Шедавар оставалась все такой же невозмутимой, и от этого Аллэи сердилась только сильнее. К счастью, возле их кострища никого не было, поэтому больше никто ее не услышал, однако Инарэ, Келе, Этанэ и Шеды вполне хватало. Инарэвар неуверенно кашлянула, запуская пятерню в короткие, совершенно седые волосы: - Ты хочешь сказать, что… - Все, что хотела сказать, я сказала! – вспылила Аллэи – она тоже была Первой Ищущей, поэтому вопрос субординации не вставал. Этанэ, опустив лицо в ладонь, мелко вздрагивала, Келевар хмурилась, пытаясь сопоставить слова Аллэивар и встревожившее их эхо из предгорий, Инарэвар так и застыла с каменным лицом и смотрела очень внимательно, почти что участливо. Шедавар явно любовалась реакцией всех Ищущих – всех без исключения. - Значит, ты музицируешь? – сладким голосом уточнила королева, и Аллэи наградила ее самым убийственным взглядом, на который только была способна. - Нужно просто потренироваться, - то ли оправдываясь, то ли пресекая все дальнейшие расспросы и издевательства, буркнула Аллэивар. Этанэ, откинув голову назад, захохотала во всю глотку, и Ищущая, обернувшись к ней, рявкнула, - Хватит ржать! У самой-то руки такие же кривые, и на флейте ты еще хуже играешь!.. - Все в порядке, Аллэи, - рассудительно проговорила Инарэ, положив ей руку на плечо, - Мы все понимаем. Ты совершенно права: никто не рождается мастером. Это – долгий процесс, он требует тренировок. И ты – большая молодец. Все это она говорила, пока Этанэвар без остановки ржала, уже согнувшись пополам, и Аллэи очень захотелось воткнуть Этанэ в снег головой. Ее – и Шеду заодно: сестра широко ухмылялась, и искры смеха так и вспыхивали в золотой смоле ее радужек. Келе продолжала непонимающе моргать, явно не осознавая, что ей делать во всей этой ситуации. - Если захочешь, я помогу тебе чем-нибудь, - продолжала Инарэ, не обращая внимания на хохочущую Этанэ рядом, - Советом, например – в юности я неплохо справлялась. Самое главное – это систематический подход: сначала будет не очень получаться, но ты обязательно справишься. Ты у нас упорная! - Я вас предупреждаю – всех вас: если хоть кому-нибудь в лагере проболтаетесь, что я… что я учусь играть – мало вам не покажется, - обведя угрожающим взглядом Ищущих, пригрозила им Аллэивар. Угроза была адресована не только им, но и Шеде, хоть Аллэи и не озвучила того вслух, и королева, кажется, все верно истолковала. - Боюсь, хоть говори, хоть не говори, а за завтраком только и разговоров будет о том, что же там творилось в предгорьях, - картинно вздохнула Шеда, буквально прожигая ее взглядом. Странное свойство ее взгляда заключалось в том, что даже в моменты, когда Шеда была весела или умиротворена, в глазах ее полыхал пожар. Бесноватое создание. Аллэи хмуро уставилась на нее, раздумывая, что бы ей ответить, но Шеда добавила, - Но ты не тревожься: мы никому не расскажем твою тайну. Я успокою всех – скажу, что там просто бродит какая-то дикая скотина, всего-то… Этанэ, только успокоившаяся, снова согнулась пополам, и смех ее больше всего напоминал вопли драчливой горластой птицы. Аллэи чуть было не зарычала сквозь зубы, ощетинившись на Ищущую, когда Инарэвар примиряющее подняла ладонь: - Ну-ну. Мы все проходим через разные сложности в жизни. Все без исключения. Мы действительно понимаем тебя, Аллэи, и искренне поддерживаем твое упорство. Просто… не могла бы ты отходить немного дальше от лагеря, например? Чтобы это не вызывало лишних толков, или паники? Сама знаешь, какое сейчас время, а пересудов нам не надо. Тем более что мы тебя прикроем. Инарэвар в свое время сама была наставницей молодых девчонок, и у нее училась и сама Аллэи, и Шеда, и многие другие. В юности все ненавидели ее за строгость, требовательность, за то, что гоняла по тренировочной площадке до седьмого пота и стертых в мясо ладоней – но потом Инарэ становилась другом для каждой Ищущей, прошедшей через ее науку. Очень мудрым, старшим другом, способным понять, выслушать, подбодрить. Аллэивар очень ценила Инарэ, и ее слова сейчас тоже не были издевательством, за что Ищущая была крайне благодарна – однако это не мешало ей злиться на всех. Даже на Инарэвар. - Поддерживаю мысль Инарэ – так будет меньше вероятности, что ты перебудишь весь лагерь, - обаятельно улыбнувшись, пожала плечами Шеда. Аллэивар ощутила обиду: мало того, что они в открытую смеялись над ней и ее способностями, так еще и вместо того, чтоб просто понимающе кивнуть и отстать, предложили ей уходить куда подальше каждый раз, когда ей вздумается взяться за флейту. Зыркнув на Шедавар из-под насупленных бровей, Аллэи вяло огрызнулась: - Почему-то когда ты перебудила весь лагерь, никто не предлагал тебе уйти невесть куда… Этанэ поперхнулась смешком и уставилась на нее, словно на юродивую. Инарэ смолчала, но наградила Аллэи укоризненным взглядом, а Келевар хмыкнула, косясь то на королеву, то на ее сестру. Шеда же расплылась в еще более широкой ухмылке и пожала плечами: - Видишь ли, все зависит от способа: раз уж тебя так зацепило то, что я перебудила лагерь – так давай начистоту: мне кажется, что это весьма позитивно сказалось на общем настрое и боевом духе. Верно я говорю, Ищущие? – те закашлялись в ответ, Келевар еще раз хмыкнула, явно выражая согласие. Шеда удовлетворенно кивнула, - Ну вот. А твое музицирование, моя дорогая, больше похоже на вопли агонизирующего животного, поэтому вызывает не самые приятные ассоциации и сказывается на этом самом настрое не особенно позитивно. Если не хочешь всем и каждому объяснять, что это – всего лишь твой свадебный дар своей нареченной, будешь уходить. И мне кажется, что одного наряда по кухням все-таки маловато, что скажешь? - Достаточно, - заворчала Аллэи, сдаваясь. Настроение было безвозвратно испорчено – она знала, что эльфийки не выдадут ее, однако между собой наверняка теперь будут еще долгое время посмеиваться. И Шеда, конечно же. Ее величество эта ситуация забавляла больше некуда, в этом Аллэивар не сомневалась. - Ну, коль ты так говоришь – прекрасно, - хлопнув ее по плечу, осклабилась Шеда, - Но ты учти, я всегда готова выделить пару лишних деньков на то, чтоб помочь тебе облагородить дух трудом! Возможно, это поможет тебе засыпать крепче и не беспокоиться о том, что кто-то каким-либо образом может разбудить тебя. - Я все поняла, - почти по слогам пробормотала Ищущая, недовольно зыркая на королеву. Та, посмеиваясь, неторопливо зашагала к своему шатру, напоследок перебросившись парой слов с Инарэвар и дав ей какие-то поручения, и вскоре бывшая наставница тоже скрылась за ровными рядами палаток. Проводив обеих женщин взглядом, Аллэивар, пробурчав, что скоро вернется к кострищу, направилась к своей палатке – стоило оставить флейту. Проклятый инструмент… Обидно ей было еще и от того, что Шеде каким-то немыслимым образом все сходило с рук – и дело было даже не в том, что в ее руках лежала власть над всем кланом. Ее обаяние распространялось на всех без исключения, а потому она охотно перебрасывалась со Старшими Ищущами шутками, от которых Ивушка вспыхивала, словно маков цвет, и торопилась убраться куда-нибудь подальше от королевы. Ищущие только понимающе ухмылялись на следующий день после появления златоволосой Птицы в лагере. И все!.. И так было всегда: за проделки в детстве Шедавар, конечно, секли так же, как и других девчонок, вот только делали это как-то… добродушно? Все нотации доставались Аллэи – причем за двоих, все укоризненные взгляды – тоже ей, и иногда ей казалось, что чувство стыда и такта перед другими тоже досталось ей в двойном объеме. Шедавар же абсолютно не волновало то, что о ней думали – и при этом она умудрилась заслужить всеобщую любовь эльфиек Вар и заботилась о клане так, как никто другой бы не смог. Аллэивар не могла найти разумного объяснения этому, вот не могла – и все тут. Оставалось лишь ворчать на несправедливость мира, что она и делала на протяжении довольно долгих лет, и принимать все эти парадоксы. У палатки уже возилась Ивушка, закутанная в бледно-серую форму клана Вар, которая так шла ей. Когда Аллэивар подошла, девушка как раз закончила затягивать шнуровку на сапожках и разогнулась – и тут же, увидев Аллэи, кинулась к ней с объятиями. - Светлого утра! – от нежности ее взгляда Аллэи, как и всегда, ощутила, как слабеют ноги, а на лице расцветает широкая, глуповатая улыбка. Впрочем, на этот раз эльфийка быстро вспомнила, что стало причиной ее дурного настроения, а потому, коснувшись губами макушки залески, отстранилась и непринужденно поинтересовалась: - Давно не спишь, маленькая кикимора? - Около получаса, - кивнула Ивушка, мягко улыбаясь ей самыми уголками губ, - Сейчас позавтракаем – и пойду к Знающим, сегодня мне их учить… - Ага, - глубокомысленно выразила все, что думала, Аллэи. Стараясь, чтоб голос звучал без тени каких-либо эмоций, Ищущая протянула, - Ты ничего не слышала утром? Странных звуков там… Судя по всему, Ивушке на ум пришло не совсем то, что имела в виду Аллэи – щеки ее снова расцвели ярким румянцем, и девушка поспешно замотала головой, пискнув: - Нет-нет, я ничего не слышала!.. Кажется, утром где-то горная кошка плакала, но далеко, а так – ничего… Горная кошка все же лучше, чем дикая скотина… Аллэивар полезла в палатку, быстро упрятав флейту обратно в вещмешок, чтоб Ивушка не успела ничего заметить. Впрочем, той было не до того, видимо – девушка увлеченно расправляла складки на теплом пальто, словно в жизни не было занятия интереснее. Мысленно Аллэи пожурила Шеду еще раз: из-за нее и ее давешней гости залеска теперь явно испытывала неловкость по всякому поводу – да и без поводов тоже. Бессовестное создание. С другой стороны, саму Аллэивар это не слишком-то волновало – более того, у нее появился повод ерничать и отпускать самые разные шуточки в компании Ищущих. Правда, теперь – с учетом всех обстоятельств – Этанэ, Келе и Инарэ наверняка будут напоминать ей о ее неудаче с флейтой. И Шеда будет, ну конечно, куда же без ее величества… За завтраком от разных кострищ приходили самые различные варианты того, что выло в горах. Большая часть эльфиек клана Вар в тот момент спала – женщины, изнуренные тяжелым бытом, урывали каждую свободную минутку на сон. Но некоторые все же слышали обрывки нот и, к возмущению Аллэи, совершенно не ассоциировали их с флейтой. Гибель-птица, химера, горная кошка, какая-нибудь неведомая тварь, дикий дух, светлый дух, существо-хранитель, стерегущее границы их лагеря от беды, существо-разведчик, посланное Королевой Зимы, чтоб шпионить на подступах к лагерю, рожающая коза… Версии разнились, и чем больше их было, тем сильнее закипала Аллэивар. Этанэ, Инарэ и Келе, сидящие у одного костра с ней и еще несколькими Ищущими, помалкивали, но взгляды, которые они бросали на Аллэи, были красноречивее некуда. Ивушка явно чувствовала, что что-то происходит, и смотрела обеспокоенно, вопросительно – в такие моменты эльфийка вымученно улыбалась ей, молясь лишь о том, чтоб это напоминало улыбку, а не перекошенную судорогой гримасу. В результате всего этого Аллэивар даже не заметила, как со злости отчистила все котлы после завтрака раза в два быстрее, чем обычно. Когда ее отыскала посланная Шедой молодая Ищущая, Аллэи как раз отпихнула от себя последний котел и принялась отчищать снегом перемазанные сажей руки, думая о том, что всяческие подлянки от мира тоже доставались прежде всего ей. Она была настолько увлечена тем, что мысленно костерила на все лады этот самый мир в целом и главную причину всех своих проблем – Шеду – в частности, что не сразу сообразила, что к ней обращаются. - Ищущая Аллэивар! Королева приказала явиться к ней, - молодая эльфийка вытянулась по струнке, ожидая реакции старшей по званию. Аллэи мысленно поморщилась: Шеда все-таки вознамерилась увеличить срок ее наказания? Отпустив эльфийку, она зашагала через лагерь в сторону шатра королевы, все такая же хмурая и сердитая – пару раз она еще слышала, как кто-то обсуждал, что могло завестись в горах и издавать «те жуткие звуки», и это тоже не добавляло особой радости. В конце концов, дошло до того, что когда Аллэивар вошла в шатер королевы, Шедавар, увидев ее лицо, некоторое время молча разглядывала ее, а затем предложила ей мед. - Нет, - отказалась Аллэи, мрачная, словно туча. Только боги знали, как ей хотелось наорать на каждую эльфийку, которая вздумала бы вслух рассуждать о том, какой зверь бродил в прегорьях. На Шеду тоже хотелось наорать, но это желание ее редко покидало. В Лореотте дело обстояло несколько иначе – во всяком случае, там было спокойнее, и они с Шедой частенько вели разумные беседы, рассудительные и мудрые, и Шедавар порой даже прислушивалась к ней. Сейчас Аллэи понимала, что королева взяла на себя всю ответственность за клан, а потому решения принимала самостоятельно, без помощи со стороны, и убедить ее в чем-либо было невозможно. За это упрямство ее и хотелось утопить. Она не знала, отразилось ли что-либо на ее лице – так или иначе, Шедавар легко прочла все эмоции Аллэивар и негромко заметила: - Думаю, Ивушка очень оценит твои старания. Если хочешь, я скажу кому-нибудь из Знающих, чтоб ходили с тобой и заглушали область вокруг тебя… - Не вздумай, - буркнула Аллэивар, - Где одна ведьма – там и все остальные. Они же меня со свету изживут, если узнают. - В таком случае, я бы советовала тебе подождать, покуда мы не вернемся домой, - спокойно предложила ей Шеда. Сейчас в ее глазах не было лукавства, и это тоже почему-то рассердило Аллэивар, - Тогда у тебя будет много времени. Сейчас же в приоритете другое. - Я умею расставлять приоритеты! – Аллэи вовремя прикусила язык, но тон все равно получился недовольным. Шедавар все так же спокойно кивнула: - Я знаю. В любом случае, дело твое; сейчас я прошу тебя сосредоточиться на другом, отвлечься от всех посторонних мыслей и внимательно меня выслушать. Как ни странно, это всегда действовало: злость мгновенно ушла, словно ее и не было – Аллэивар буквально ощутила, как внутри нее все концентрируется на Шеде, на ее словах. Она действительно знала, что было важнее всего, умела в нужный момент отбрасывать все ненужное и собираться; без этого качества она не стала бы Первой Ищущей – и без этого качества не была бы собой. Шедавар тоже заметила эту перемену, удовлетворенно кивнула, а затем, заложив руки за спину, начала: - Наш диверсионный отряд, направленный на север, занимается местностью близ Хамерота; они отвечают за вот этот кусок, - с этими словами она, поманив Аллэи поближе к столу с расстеленной картой, обвела пальцем квадрат у твердыни чуть ниже по тракту. Аллэивар кивнула, фиксируя в памяти примерную область, и Шедавар продолжила, - Они будут организовывать там обвал, скорее всего, чтоб дорога оказалась непроходимой. Там горы подходят совсем близко к тракту, место хорошее. Но я не знаю, насколько это будет действенно. Поэтому мне нужно, чтоб на следующем квадрате тоже была организована засада. Мы обсуждали с тобой линию огня, ты помнишь. - Помню, - Аллэивар еще раз оглядела карту: судя по всему, к югу лес подкрадывался совсем близко к дороге, и там действительно можно было устроить огневой рубеж. Субстанция, которую давным-давно вырабатывали в Огневом Доле, все еще отлично горела. - Мне нужно, чтоб небольшой отряд внимательно осмотрел все на этом участке и разработал детальный план, с точными разметками, с максимальной эффективностью. На этом этапе мы постараемся исключить вообще любые потери в кланах, а для этого мне нужен твой опыт, - хлопнул входной клапан, и Аллэи обернулась: теперь в шатре кроме них с Шедой были Келе, Этанэ, Сиана – еще одна охранница при королеве, Йери и еще трое Знающих, чьих имен она не знала. Вместе с ней получалось восемь эльфиек. Шедавар оглядела их, - Вы можете предлагать любые варианты организации засады – но каждое такое предложение должно быть подкреплено соответствующими возможностями. Четко оцените всю ситуацию, осмотрите там все – и возвращайтесь как можно скорее. Желательно сделать это все быстро, чтоб мы успели все обсудить и подготовить. Хамероту сейчас не сладко, и с каждым днем становится только хуже. Я рассчитываю на вас. Это общая задача, теперь давайте по пунктам, подробно. Они разместились вокруг стола, нависая над картой. Аллэивар осознала, что больше не злится ни на королеву, ни на всех прочих вокруг, и это было в какой-то степени приятно. С другой стороны, так бывало всякий раз, когда Шедавар произносила что-нибудь вроде «мне нужно, чтобы ты…» - потому удивляться не приходилось, да и Аллэи, к счастью, вполне себе умела отсекать разум от эмоций и направлять все силы в нужное русло. В конце концов, она действительно умела расставлять приоритеты.