Дикая охота. Перекрестки миров

Тишина, окутавшая горы, скатывалась с заснеженных склонов, зарывалась в сугробы, словно в одеяло, и взмывала высоко в небо, налитое утром. Тэарга слушала эту тишину, ощущая глубокое умиротворение и покой – мир казался ей сейчас ясным, лишенным тревог и забот, словно кто-то забрал их на короткое время, дав этому самому миру несколько часов передышки. Ночлег они устроили под сенью небольшой сосновой рощицы, карабкающейся на спины утесов – в ее низине, защищенной от сильного ветра. Пахло здесь смолой и сосновыми иголками, снега среди деревьев намело не так уж и много, и накануне вечером – как и нынче утром – они жгли костер из сосновых сучьев и рассохшихся поленьев. Тэаргавар почти забыла, как это – разводить самый настоящий, не колдовской огонь. Правда, вчера способ добычи огня стал для нее полной неожиданностью, и Тэарга по-прежнему ощущала некоторое… смятение. Когда хворост для костра был уложен, она принялась стягивать к себе потоки энергий, чтобы быстро разжечь огонь, но Рада дель Каэрос ее опередила. Безо всякого выражения на лице она подошла к будущему кострищу, а в следующий миг за ее спиной разлилось золотое пламя – Тэаргавар даже не успела понять, как это произошло. Лишь после того, как пламя исчезло, эльфийка поняла, что это были крылья – а до этого момента она, потеряв дар речи, просто смотрела, как огонь выворачивается из-за ее плеча, как тянется к сухим ветвям и перекидывается на них, как трескуче сползает вниз по хворосту… А потом золотое зарево исчезло, словно его и не было, Рада продолжила возиться со своим вещмешком, как ни в чем не бывало, а Тэарга так и стояла, часто моргая и глядя на анай. Неизвестно, сколько бы времени понадобилось ей на самостоятельное осмысление произошедшего – но, к ее счастью, за всей этой ситуацией наблюдала Лиара. - Нам дарована милость Небесных Сестер, - мягко пояснила она – судя по всему, даже малая часть лица Тэарги, видимая из-под капюшона, была достаточно выразительной, - Во время инициации в Источнике Рождения анай получают крылья, а позже – способность зачинать детей. У каждого клана – свои возможности, связанные с первым обрядом инициации и всеми последующими. Мы с Радой лишены дара в крови, однако получили крылья, как и все анай, и можем контролировать их. И о Небесных Сестрах, и об Источнике Рождения Лиара уже немного рассказывала ей – однако Тэарга была настолько увлечена всеми событиями последних дней, что часть информации попросту не успевала укладываться в ее голове. Возможно, анай не акцентировали внимание на крыльях – иначе это тоже так или иначе осталось бы в ее памяти… Рада, видимо, ощутила, что взгляды спутниц устремлены на нее. Вскинув голову, женщина некоторое время разглядывала их, явно не понимая, что от нее хотят и почему повисла такая тишина, а затем, сообразив, сконфужено что-то заворчала и вернулась к своему занятию. Лиара дель Каэрос вновь обратилась к Тэарге: - Ты можешь задавать любые вопросы – я постараюсь рассказать все так подробно, как только смогу, - молодая женщина снова ободряюще улыбнулась Знающей, и та, все же справившись с собой, кивнула. Гостьи не переставали поражать ее – а потому для себя Тэарга решила, что постарается ничему больше не удивляться. Во всяком случае, действительно приложит к этому все возможные усилия. Впрочем, утром, когда Рада повторила трюк с крыльями, Тэарга все же не смогла скрыть свой интерес. Она попыталась использовать тень для того, чтобы ощутить природу крыльев дель Каэрос, понять их структуру и узор, в который заплетались потоки – даже милость Небесных Сестер, о которой с нежностью и почтением говорила Лиара, являлась проявленным в зримом мире потоком энергии. Но выяснить все таким образом не получилось – а Тэаргавар совершенно не хотела показаться бестактной: она и так методично подбирала слова, стараясь достичь максимального взаимопонимания со спутницами – и покуда не знала, какие темы будут табуированы, а какие – обсуждаемы. Все нужно было обдумать, все нужно было как-то систематизировать, и Знающая ощущала себя немного беспомощной, но вместе с тем – невероятно счастливой. Произошедшее с ней сейчас вполне могло бы называться чудом – в том смысле, какой вкладывала в это слово Тэарга. Пока в котелке, который Рада дель Каэрос выудила из своего вещмешка, закипала вода для чая, Тэарга приводила себя в порядок, оставив спутниц на несколько минут. Хрустящий снег колол ладони, покуда она, сбросив с головы капюшон, растирала лицо, рассеянно улыбаясь собственным мыслям. Происходили невероятные вещи. Ей потребовалось время, чтобы осознать все как случившееся с ней самой, и эльфийка ощущала себя сейчас изумленным ребенком, которому впервые дали доступ к чудесам. Вот они, живые и настоящие – можешь взять их в руки, потрогать, взять с собой в путешествие, оставить здесь, исследовать их или исследовать с их помощью… Возможности – не одна, а несколько – лежали перед ней, и она имела право взаимодействовать с ними так, как ей хочется. Подсознание тут же любезно швырнуло ей в лицо образ Селкет, напоминая, что и тогда она действовала по собственному желанию – и это было гораздо острее, чем ледяное крошево снега над ресницами. К счастью, за короткое время ей удалось взрастить в самой себе надзирателя – пускай он и жил лишь в ее голове. Всякий раз, когда эльфийка начинала сомневаться и испытывать болезненное, злое чувство вины, надзиратель этот с хладнокровным спокойствием блокировал все мысли на этот счет. Он был мастером своего дела, оперировал только простыми и убедительными фактами – и, пожалуй, лишь благодаря ему она еще не извелась окончательно. Когда она возвратилась к огню, вновь накрыв голову плотной тканью капюшона, снег в котелке полностью растаял, и теперь от поверхности талой воды витками поднимался пар. Тэарга, выудив из кармана мешочек со своими травами, отмерила щепотку, которой хватило бы на них троих, и бросила ее в котелок, отстраненно думая о том, что с ее былыми запасами нынешние не сравнятся. Но все былые благополучно испортились, когда храмовники напали на них, загнав их отряд на лед. Часть запасов все же была спасена, другую часть она с горем пополам восстановила по пути в Расфаль, обращаясь за помощью к деревенским знахаркам, однако многого все равно не хватало, а потому время действия трав заметно сократилось. Впрочем, основную свою функцию сборы выполняли: отвар придавал сил, неплохо тонизировал и снимал усталость. Когда она впервые предложила спутницам попробовать напиток, они, к удивлению ее, охотно согласились – хоть и Рада дель Каэрос поначалу настороженно принюхивалась, словно пыталась понять, не горькое ли питье на вкус. После этого анай угостили ее своей едой, и ответ на вопрос, почему в свою экспедицию женщины не взяли ни крупы, ни сушеного мяса, ни чего-либо хоть в какой-то степени основательного, обнаружился сам собой – Тэарге даже не пришлось спрашивать. Лиара рассказала ей, что литхай – еда эльфов, а не их родного племени. Это были странные, почти невесомые лепешки из светлой-светлой муки, которые выглядели совершенно непритязательно. Они были меньше ее ладони и казались такими высушенными, что Тэарга некоторое время убеждала себя откусить кусочек хотя бы из вежливости. Вопреки ее ожиданиям – и к ее величайшему удивлению – литхай оказался мягким, свежим и, что самое невероятное, очень вкусным. В сытности такой пищи эльфийка убедилась после единственного съеденного ломтика: его оказалось вполне достаточно для того, чтоб она ощутила себя так, словно хорошо поужинала у теплого очага. - После войны эльфы и анай начали налаживать торговлю. Процесс идет не очень быстро – наш народ не слишком любит внимание со стороны, - говорила Лиара в тот вечер, беседуя с Тэаргой, - Литхай завозят в Данарские горы редко – к счастью, он очень долго хранится, занимает немного места и весит мало. Поэтому для долгих походов нет пищи лучше. Мы не знали, сколько продлится наше путешествие, поэтому на всякий случай взяли с большим запасом. С того вечера так и повелось: Тэаргавар заваривала на привалах свои травы вместо обычного чая анай, а женщины кормили ее литхай. Они двигались на юго-восток – эльфийка надеялась вывести анай к цепи городов Железного Тракта; времени, потраченного на этот путь, должно было хватить для того, чтобы понять, что делать дальше. Пока что у Тэарги было не слишком много вариантов: первый был данью ее племени, второй – ее прихотью, основанной, как надеялась Знающая, на уверенности в том, что такое решение будет правильным. Первый заключался в том, чтоб отвести анай в Лойнар, к королеве, однако возникал простой вопрос – что дальше? Да и зачем это нужно им? Королева вела войну, она не могла тратить свое время на иноземок, пускай даже явившихся откуда-то из неизвестности. Да и Раде с Лиарой эта встреча едва ли могла быть полезной в практическом смысле. Объективно – королева Шедавар не могла им помочь понять этот мир; она была всего лишь одной его частью, крохотной, пускай и довольно значительной, и ее бытие сейчас сосредоточилось на настоящем моменте. Она не могла провести иноземок в прошлое, не сумела бы дать им всеобъемлющей картины истории Бар-эс-Тиллада. Ведьмы, быть может, сумели бы – однако их знаниями владела и сама Тэарга, да и к тому же… К тому же, Знающие мгновенно бы взяли в оборот Раду дель Каэрос и Лиару дель Каэрос и в покое их не оставили бы. По прошествии многих лет Тэарга поняла, что не слишком любит общность ведьм и предпочитает работать в одиночестве: Знающие гордились своим даром, а потому были убеждены в том, что все вокруг обязаны превозносить их и всячески им потакать. Тэаргавар не совсем понимала такую позицию, да и понимать не хотела. Она была убеждена в равнозначности и равноправии любых жизненных установок и знала наверняка, что для нее снисходительный и покровительственный взгляд на мир неприемлем. А именно так будут смотреть Знающие и на иноземок, когда те явятся в лагерь объединенных войск. Второй вариант в последнее время приходил на ум все назойливее. Тэарга пока еще колебалась – но почему-то все чаще ей казалось, что так и следует поступить. Аларис, край безразличных ко всему внешнему лесных эльфов, оставался оплотом мудрости и знаний былого. Известия оттуда не просачивались в Лореотт никогда, однако Слепая Мэг рассказывала немного об этой земле – Тэаргавар понятия не имела, откуда у старухи сохранились в памяти сведения об Аларисе, но радовалась и тем малым крупицам, что ведьма любезно ей предоставила. Возможно, Рада и Лиара сумеют найти там ответы на свои вопросы – и Тэарга вместе с ними. Маленькая трудность заключалась в том, что сама она пока еще не представляла себе, как эти вопросы будут звучать – и как их в принципе сформулировать. Впрочем, была еще одна трудность – назвать которую маленькой язык не поворачивался. Из-за больших расстояний и отсутствия знаний об Аларисе Тэарга не могла открыть туда Врата Сторон прямо сейчас. Тень, с помощью которой эльфийка обычно определяла точное количество верст и узнавала все необходимые подробности, не могла пробиться к Аларису – Слепая Мэг задолго до нынешнего дня дала ей ответ на вопрос, почему так происходило. С ее слов Тэаргавар поняла, что Аларис окружен неким барьером, который не позволяет путникам очутиться внутри страны, используя перемещение через пространство с помощью энергий. Вероятно, действие барьера распространялось и на окрестности Алариса – тень ощущала лишь искажение, и Знающая досадливо морщилась всякий раз, когда пыталась пробиться с ее помощью сквозь расстояния. Еще, скорее всего, присутствие спутниц накладывало свой отпечаток: тень чувствовала чужеродную силу в Лиаре дель Каэрос, и эта сила не нравилась ей и даже больше – приводила в ужас. Тэарге приходилось прилагать гораздо больше усилий, чтобы контролировать ее и погружаться в нее, и вскоре это начало немного раздражать эльфийку. Впрочем, это означало лишь то, что ей нужно больше заниматься, тренировать контакт с энергией подземелий, проводить в собственное тело тишину. Перед сном она неизменно делала это, и теперь интенсивность этой странной, ни на что не похожей работы возросла в несколько раз. Это утомляло гораздо сильнее, чем прежде, но Тэаргавар не позволяла себе жаловаться даже себе самой же, да и в целом предвкушала плюсы от подобной нагрузки: через какое-то время взаимодействие с тенью даже на самых плотных уровнях будет даваться ей легко. Довольно неплохой стимул - даже для ведьмы, предпочитающей объективную оценку надеждам, оправданным или ложным. Эти мысли занимали ее чуть чаще, чем раз в день, к ним можно было привыкнуть. Сейчас, помешивая травы в котелке длинным ошкуренным прутом, Тэарга даже не вслушивалась в монотонный гул в собственной голове. Вопросы, ставшие уже привычными, были в который раз заданы – и затихли, в который раз оставленные без ответа. Эльфийка сразу же предупредила Раду и Лиару, что на текущий момент еще не знает, какое место обозначить целью их пути, и что пока они должны просто спуститься с гор. Анай согласились – некоторое время они колебались, однако тоже понимали, что им нет смысла находиться в заброшенном подземном городе, раз уж за его пределами оказался новый, незнакомый им мир. Покинув пещеры, Тэарга обнаружила, что присутствие Лиары влияет на ее способность призывать тень – потоки для Врат Сторон казались ей очень нестабильными, жесткими и упрямыми, они ускользали из рук, стоило ей оставить уже сплетенные и попытаться расширить узор за счет следующих нитей энергий. Взвесив все, эльфийка решила не рисковать: провести саму себя через Врата она сумела лишь потому, что совладала с собой и поверила в такую возможность. Сейчас же на ней лежала ответственность еще за две жизни, а с учетом того, что силы Лиары пока еще были непонятны Знающей, она не представляла, как поведет себя переход, когда анай войдут в арку, соединяющую пространства. Все могло выйти из-под контроля в любой момент, и за сияющей гранью Врат Тэарга уже не сумеет блокировать распад узора. Мига будет достаточно для того, чтоб их троих не стало. К тому же, искажение в тени не позволяло ей точно определить направление, в котором лежал Аларис – и Знающей приходилось ориентироваться лишь по собственным знаниям местности. Именно по этой причине было решено выбираться из гор пешим путем – и в некоторой степени Тэаргавар даже радовалась такому положению дел: у них было время на то, чтоб расспросить друг друга обо всем. - Эльфы Этлана делают нечто похожее, - Лиара, приняв из рук Тэарги маленькую жестяную кружку, говорила специально для Знающей – но просто и спокойно, открыто. Она делилась частью своего быта, и это не выглядело так, словно анай читала менторским тоном лекцию, - Напиток называется яхиль. У него масса полезных свойств, и в долгом пути он почти незаменим. Правда, с собой много не унесешь – потому в этот раз мы решили, что ограничимся обыкновенными травяными сборами. - Полагаю, что напиток, о котором ты говоришь, все же полностью способен заместить любое другое питье – как и в случае с литхай. Наши травы в этом плане значительно уступают подобной пище – они не могут заменить полноценную еду. Впрочем, подозреваю, что похожим производством вполне могут заниматься наши лесные собратья. Мы все же в некоторой степени изолированы здесь, наши возможности ограничены. - Вы не поддерживаете связь с эльфами других земель? – с любопытством уточнила Лиара. Рада прислушивалась к ним – она редко вступала в разговор, однако Тэаргавар практически не сомневалась в том, что большую часть информации женщина воспринимает. К тому же, Лиара дель Каэрос, скорее всего, помогала ей понять то, что оставалось в тени. - Я говорила Раде дель Каэрос – на Бар-эс-Тилладе до определенного времени было три племени: горные эльфы – наши предки, лесные эльфы и морские. Острова, на которых свои города отстроили последние, ушли в морские пучины, и с тех пор мы можем говорить лишь о двух ветвях эльфийского рода, - заметив интерес на лицах спутниц, Тэаргавар решила, что стоит немного углубиться в историю, - О морских эльфах я знаю не слишком много. По легенде, часть кораблей, пришедших из-за края мира, отделилась – они направились на запад, вдоль побережья – в поисках лучшей земли. Запад Бар-эс-Тиллада – это степи и горы, и плодородных почв здесь немного; мы с вами тоже находимся на той территории. Эльфы не сумели найти подходящего края на материке, а потому высадились на островах неподалеку от Парренского взморья и севернее. Впрочем, примерно половина участников мореплавания отказалась оставаться на островах – они причалили к берегам Бар-эс-Тиллада, к горным его долинам. То были наши праотцы и праматери. Они основали свое государство в горах Караласса, и долгое время наш народ, приспособившись к суровым условиям жизни здесь, процветал – пока не вспыхнул конфликт между нашим племенем и племенем лесных эльфов. Они оккупировали наши земли, истребив практически все племя, и выжившие были вынуждены уйти в подземелья. Лореотт, каким вы видели его – первый город пещерных эльфов, наш первый оплот, символ стойкости для всех жителей подземелий. Со временем наше племя разрослось, и теперь кланов стало больше – однако город моего клана всегда считался колыбелью истории пещерного племени. Что касается морских эльфов… - Тэарга едва заметно усмехнулась, - В юности меня крайне интересовала эта тема. По сохранившимся материалам летописей можно было воссоздать образ их городов, их культуры… Как и мы, морские эльфы вынуждены были приспосабливаться к жизни на островах. В чем-то они преуспели – их архитектура не похожа ни на что в мире, и я не уверена, можно ли ныне найти примеры подобного искусства. Города их больше напоминали многоярусные дворцы-храмы из черного дерева – говорят, они были сложены без единого гвоздя. Их резьба прославилась на весь Бар-эс-Тиллад – по-моему, морские эльфы даже продавали предметы быта на материк нашим лесным собратьям – по баснословным ценам. Возможно, где-то они еще сохранились. Сложнее всего было с питьевой водой, но наши племена не теряли связь, и Дом Неба – один из городов горных эльфов, от него ныне лишь руины остались – согласился сотрудничать с островами. К потоку горной реки Наир, спускавшейся в долины с самых вершин, подвели выстроенный из камня канал – он тянулся через горы, врезался в море и шел до самых островов. Сейчас там должны быть лишь руины на месте опор того моста-канала – однако раньше постройка эта считалась одним из самых масштабных проектов наших зодчих. Когда работа была завершена, с помощью Знающих разделили русло, и часть вод теперь поступала в города морских эльфов. Совместными усилиями поддерживалось состояние канала, чтобы он не обрушился, не загрязнился – так была решена проблема с водой. Мы наладили хорошие отношения, торговля шла стабильно, и наше сотрудничество всегда было взаимовыгодным. Во всяком случае, так говорила Слепая Мэг, самая мудрая из Знающих нашего народа. Она прожила жизнь гораздо более долгую, чем мы можем себе представить – она видела наши наземные города и ушла в подземелья вместе с уцелевшими горными эльфами, которые решились рискнуть. Рада и Лиара слушали ее, с задумчивым интересом глядя на эльфийку – и в который раз Тэарга ощутила, как в груди искристо мерцает радость. Она не испытывала ничего подобного даже в моменты, когда рассказывала Птицам или скоморохам легенды своего племени или объясняла им быт и традиции пещерных эльфов. Одно дело – когда ты так или иначе связан с собеседником: единым миром, территорией – да хоть чем. Анай же пришли с изнанки мира, и с ними все было иначе. О, теперь все было совершенно иначе. Тэаргавар в который раз поблагодарила небо за то, что оно позволило ей стать проводником этих женщин. - С твоих слов выходит, что эльфы Бар-эс-Тиллада смертны, - чуть хмурясь, заметила Лиара, - Если мое предположение ошибочно – прости, я не желала обидеть твой народ… - Мы смертны, верно, - спокойно подтвердила Тэаргавар, складывая руки на коленях. Лиара сморгнула, а Рада удивленно вскинула брови – скорее всего, такого ответа они не ожидали. - И сколько вы живете? – очень неуверенно спросила Рада дель Каэрос – отсутствие достаточных знаний языка мешало ей полноценно общаться, да и она, судя по всему, не хотела, чтобы вопрос прозвучал оскорбительно. Тэаргавар постаралась сделать так, чтоб в ее голосе анай услышали лишь доброжелательность – кроме нее в действительности ничего и не было; она не видела признаков дурного тона в том, чтоб задавать интересующие вопросы. - Эльфы пещер доживают в лучшем случае до четырехсот лет. У наших лесных собратьев этот срок несколько увеличен – примерно на сотню. Могу ли я спросить, сколько живут анай? - Примерно столько же – четыреста-пятьсот в среднем, - с готовностью ответила Лиара, - Но мы с Радой, поскольку в нас течет кровь эльфов, бессмертны. Тэарга кивнула, обдумывая ее слова. Получалось, что в Этлане ее сородичам удалось сохранить бессмертие – а в том, что эльфы родного мира Рады и Лиары являлись кровными братьями здешних эльфов, Знающая почти и вовсе не сомневалась. Иначе откуда бы взялся общий язык? У них совершенно точно был общий предок. Другое дело, что вопрос, откуда пришли анай, оставался открытым. Что это – другой мир, обратная сторона здешнего мира, или что-то абсолютно иное – такое, о чем ведьма даже помыслить не смогла бы? Из потока размышлений ее вернула Лиара: - Ты говорила, что наши цели совпадают, - негромко проговорила молодая женщина, - Что ты точно так же ищешь бессмертие. Многие ли из вашего народа хотят того? - Думаю, что осознанно – только я, - усмехнулась Тэарга, едва заметно пожимая плечами, - Это – слишком тонкая материя, и нужно время и желание для того, чтоб позволить себе по-настоящему о том задуматься. Я в некоторой степени всегда была отделена от своего племени, хоть и сердце мое навсегда с ним, а потому мне дарована милость, назовем это так. Я могу следовать совершенно сумасбродным идеям – например, я твердо верую в то, что нынешняя форма бытия не может быть окончательной. А еще в то, что есть одна точка «здесь и сейчас», которая вытянута в бесконечную линию благодаря времени. Мы говорили об этом с вами, когда встретились впервые, и я была поражена тому, как ты описывала взаимодействие пространства и времени – со слов вашей Держащей Щит. Это очень тонко и точно совпадало с той моделью бытия, к которой какое-то время назад пришла и я, - призналась Тэарга, и на лице Лиары вновь расцвела улыбка – мягкая и нежная, словно теплое летнее утро. Эльфийка продолжила, - У меня тоже есть вопрос: почему вы пытаетесь отыскать бессмертие – и что оно означает для вас? При всем моем уважении, вы уже владеете тем, чего лишены мы. Если говорить совсем грубо, у меня есть стимул – я хочу обрести то, чего у меня нет. Чего же хотите вы? Рада и Лиара переглянулись – немного неуверенно, однако их сомнения не были вызваны неискренностью или же чем-то подобным. Скорее всего, они просто не слишком представляли, как объяснить те или иные вещи, однако Тэарга не торопила их – она понимала, что некоторые моменты требуют осмысления, переживания. Наконец кудрявая анай заговорила: - Пожалуй, я не могу назвать тебе какую-то конкретную причину, Тэарга – кроме одной: мы не хотим умирать. Да, действительно – нам с Радой дарована вечная жизнь, но… но что-то все равно не так, - она чуть заметно качнула головой, глядя сквозь ряды высоких сосен, укрытых снежными шапками, - Как будто кто-то подменил истину чем-то очень похожим, и ты все никак не можешь сообразить, что тебя тревожит и почему тебе неспокойно. Все время есть зов. Зов, который привел нас сюда. Нужда – которая заставляет постоянно искать. Сначала этот зов и эта нужда повели нас в Данарские горы, и там, как нам казалось, мы должны были отыскать все ответы… Вот только вопросов все равно стало больше. В Роще Великой Мани Великая Царица и ее супруга, Держащая Щит, ставят эксперимент – они проводят через себя силу Великой Мани, и это… - она запнулась на миг, подбирая слова, - Это не похоже ни на что в мире. Когда мы приняли решение идти за Семь Преград, мы еще не знали, с чем столкнемся. Было много чего страшного, ужасного – но в самые тяжелые моменты к нам приходила Великая Мани. Мы еще не знали того. Не знали ни имени, ни Ее силы, ни всепоглощающей нежности и заботы – но всякий раз, когда это происходило, менялось все. Состояние слитости, полного единения, золотой поток силы… - она рассеянно нашла ладонь Рады своей хрупкой рукой, почти невесомо дотрагиваясь до ее пальцев, и женщина чуть сжала ее. Жест этот не выглядел наигранным – напротив, он был настолько естественным и простым, что Тэарга едва ли обратила на него внимание, - Когда это состояние проходило, становилось пусто. И мы искали. Мы очень хотели найти. Анай гораздо ближе к этому, чем кто-либо другой, но работа еще не завершена. Великая Царица и Держащая Щит и по сей день ведут ее, и предстоит сделать еще немало. Все мы ждем Танца Хаоса, - когда она вымолвила эти слова, на лицо ее легла едва заметная тень, - И работа должна быть сделана в ближайшее время. Мы хотим помочь им – нам уже было даровано переживание такого единения, и пусть и размыто, пусть нечетко – но мы знаем, что искать. - Значит, причина в Танце Хаоса? – уточнила Тэарга. Она пока еще не слишком хорошо представляла себе, что это такое – поняла лишь, что это масштабное потрясение мира, чем-то напоминавшее Излом. И эта параллель тоже казалась ей невероятно забавной: какова вероятность того, что в двух совершенно разрозненных, не связанных меж собой точках вдруг происходят события, похожие по своей сути? Значит, связь была – и она была гораздо более осязаемее, чем ей мнилось. - Не только в нем, - негромко отозвалась Рада дель Каэрос. Она сосредоточено глядела в пламя, находя нужные слова и связывая их воедино, - Мы все равно можем умереть. От раны или… в Танце Хаоса. Мы точно так же смертны, получается. - И какой тогда смысл в таком бессмертии? – грустно усмехнулась Лиара, - Все кажется ложью – подменой. Мы словно лишены истины: ее будто бы заместили, вместо нее дав подобие, которое должно нас утешить. Держащая Щит всегда говорила, что любая версия истины – это ее искажение, и что существует лишь одна дорога – все остальные неполны. Сейчас есть шанс попробовать найти ту самую дорогу, единственную и верную – и почему бы не сделать того? Я знаю, что сейчас сказала немного. И не уверена, что смогла объяснить на самом деле внятно. Но я непременно постараюсь договорить все, чего не смогла сформулировать ныне. - Я понимаю, о чем ты говоришь, - кивнула Тэарга, - И принимаю - в той форме, в которой это сказано. Мы непременно еще будем обсуждать это, - помолчав, Знающая добавила, - Думаю, что все же стоит отвести вас в Аларис. Мы попробуем добраться туда в максимально кратчайшие сроки и наиболее безопасным путем – так или иначе, нужно выйти к Железному Тракту, а дальше будет гораздо проще. Я хочу знать, как связаны Этлан и Бар-эс-Тиллад. Хочу знать, откуда и как вы пришли. Что это меняет для нас, как может отразиться… слишком много вопросов. - Мы тоже хотим, - с готовностью молвила Лиара, - И готовы следовать туда, куда ты скажешь, и с радостью этот путь разделим с тобой. Мне кажется, что пересечений гораздо больше, чем нам показалось на первый взгляд. Скорее всего, так и было. И Тэарга вновь ощутила радость, странную радость, не похожую ни на что – чувство, объединяющее двух путников, когда они понимали вдруг, что идут в одну сторону. Анай, пришедшие невесть откуда, немыслимым образом шли в том же направлении, что и она, и это, пожалуй, было доказательством того, что границы в мире и впрямь оказались довольно иллюзорным понятием.