Troublemaker

После странного знакомства с новым соседом Криденс, вроде бы, успокоился. Он убедился лично в том, что тот никакой не вампир, а вполне себе живой человек, просто не слишком общительный. Несмотря на более чем благополучное разрешение такого странного конфликта, мальчишку терзало лёгкое чувство стыда. Несколько дней после знаменательной встречи парень соседа не видел, лишь однажды вечером тот вышел во двор с сигаретой в зубах, осмотреть целостность забора по периметру. Обойдя весь двор, мужчина остановился у дырки в заборе, через которую проник Криденс, немного постоял задумчивый, затушил бычок об этот же забор и отправился обратно в дом. Мальчик был уверен, что дыра скоро будет заколочена, но этого не произошло, ни через неделю, ни через две, ни позже. Наверное, хозяину было совсем не до этого. Он почти не появлялся на людях, не попадался на глаза соседям, а те, в свою очередь, не слишком охотно говорили о нём. Криденс даже успел позабыть о нём и жил совершенно спокойно, как раньше. Не следил сквозь занавески, не притворялся больным, и максимум времени проводил с Тиной и Ньютом. Только однажды в конце июня, когда парень пришёл домой позже обычного, то случайно заметил мелькающие силуэты в бордовом окне и проклял себя же за то, что выглянул на улицу. Потому что интерес вспыхнул опять, с новой силой, почти как одержимость, лишив его сна на всю ночь и заставив искать варианты, как ближе подобраться к этому человеку. Эта идея буквально захлестнула парня с головой, и он снова пропал с радаров друзей. Потому что день и ночь снова выслеживал соседа, составляя его распорядок дня. Бэрбоун выяснил, что он уезжает из дома ночью всего два раза в неделю: в пятницу и субботу, и возвращается около четырёх утра. И в эти дни в красной комнате свет не горит. Он включается только с понедельника по четверг и совсем редко в воскресенье, но отследить чёткий график было невозможно. Было ясно, что наилучшим вариантом было бы увидеть всё самому, но на этот раз парнишка, почему−то, не мог себе позволить обнаглеть настолько, чтобы влезть в дом второй раз. Вместе с тем и ощущение стыда за произошедшее той ночью, снова всплыло неприятным осадком на фоне нездорового интереса. Каждый раз перед сном, когда Криденс смыкал глаза, внутри него боролись противоречия, но он сознательно всегда становился на сторону интереса. Парень знал, что это переходит все границы дозволенного в его собственном понимании, но ничего не мог с собой поделать. А может и попросту не хотел. Спустя несколько недель осторожных наблюдений выяснилось, что мужчина иногда не по графику выбирался из дома раз в неделю или две на чёрном пикапе, и возвращался с пакетами продуктов. В общем−то, любой из его отъездов мог стать отличной возможностью, чтобы снова влезть в дом и своими глазами увидеть тайну красной комнаты. Но Криденс опасался, что мистер Грейвс установил сигнализацию или камеры, потому что однажды видел возле его дома автомобиль с названием какой−то фирмы на борту. В любом случае, это было бы свинством даже по его (Криденса) меркам. Потому он решил пойти другим путём. И, в одно из воскресений, когда сосед возвращался домой около семи утра, вместо привычных четырёх, Криденс встал за пару часов до нужного времени. В ближайшей кофейне взял две порции кофе, пролез в соседский двор в привычную уже дыру в заборе и стал дожидаться хозяина, сидя на ступеньках веранды. Ночь выдалась на удивление прохладной и мурашки скакали по рукам и спине от малейшего дуновения ветерка. Давно рассвело, но солнца не было, ещё с вечера небо заволокло серыми тучами. Парнишка каждые пять минут смотрел на часы и чувствовал себя всё большим идиотом, то ли от того, что знал, что мужчина отстаёт от графика, то ли от того, что вообще пришёл. Человек будет уставший после работы, или чем он там занимается, и наверняка захочет лечь спать, как и в прошлый раз. Вдалеке прогремел гром и внезапный порыв ветра шумно сорвал листву с деревьев. От холода Криденса пробила мелкая дрожь и он решительно встал, чтобы пойти домой. Но, как и в прошлый раз, слишком поздно: послышался звук автомобиля и форд рейнджер припарковался возле дома. Мальчик остановился в неуверенности, бежать было неуместно. Впрочем, ровно как и его нахождение в чужом дворе. Он собирался извиниться и уйти, но мистер Грейвс, заметив его, поднял ладонь в знак приветствия. Мужчина вышел из машины с парой пакетов и остановился перед верандой, оглядев паренька. − Снова влез в дом? – без тени раздражения или упрёка спросил он, глядя поверх тёмных очков. Его голос был слегка осипшим, и, судя по глазам, он явно снова не спал всю ночь. − Что? – Криденс не сразу вник в суть вопроса, заблудившись в своих мыслях, и, замявшись, ответил − Нет, я… Кофе принёс. И хотел извиниться за тот случай. Ну, ночью… − Я понял, − прервал мужчина, ещё раз оглядев парня с головы до ног. Криденс стоял на том же месте в нерешительности, вжав голову в плечи от холода, сотрясаясь мелкой дрожью. С каждой секундой молчания он чувствовал себя более неловко. Лишь когда новый порыв ветра застучал ветками по крышам, поднимая в воздух пыль и листья, первые крупные капли упали на землю, мистер Грейвс опомнился: − Ладно, пойдём в дом, − поднялся по ступенькам и толкнул хлипкую дверь. Мальчик с облегчением выдохнул, подхватил подставку с почти остывшим кофе и вошёл в дом следом, а гостеприимный хозяин уже скрылся за поворотом коридора. Внутри было значительно теплее и тише и Бэрбоун сразу прошёл на уже знакомую кухню, и поставил кофе на высокий стол в центре. Персиваль неторопливо разгружал пакеты, расставляя накупленное по полкам шкафов и холодильника, а парень безмолвно наблюдал за ним. Несмотря на то, что его, всё−таки, впустили в дом, ощущение неуместности не покидало. Но, с другой стороны, Грейвс давно мог послать его куда подальше, так что подобное гостеприимство обнадёживало. Последней он вынул бутылку виски и тут же откупорив её, подвинул к себе один из принесённых Криденсом стаканов и влил туда немного. − Вы пьёте с утра? – не смог сдержать вопроса гость, и тут же залился краской от собственной наглости. − Это у тебя утро, а у меня тяжёлый вечер рабочего дня, − невозмутимо ответил мужчина и сделал большой глоток из стакана, поморщившись. Криденс с трудом держался, чтобы снова не спросить о работе, и внимательно разглядывал кухню и часть гостиной. А мистер Грейвс, тем временем, облокотился на стол с противоположной стороны и разглядывал Криденса. − Ты вроде сказал, что хотел извиниться, − ныряя лицом в стакан напомнил он. − Да, хотел, − парень охотно вернулся к разговору, обрадовавшись окончанию паузы. − В общем, приношу свои извинения за то, что дважды, теперь уже трижды, влез на вашу территорию, − затараторил мальчишка, изредка поглядывая на хозяина дома, − Обычно я так не делаю, ну или меня не ловят, просто что−то пошло не так, и спасибо, что не вызвали полицию, а в этот раз я принёс кофе, чтобы извиниться, и, в общем, вот… Он закончил скомканный монолог и снова быстро глянул на мужчину, который всё это время внимательно слушал, а теперь ухмылялся в стакан, опустив глаза. − Криденс, верно? Спасибо за кофе, он очень кстати, − мужчина мягко улыбнулся, переварив поток сумбурных извинений, − тебе же нет восемнадцати? Как твои родители реагируют на то, что ты по ночам пропадаешь в чужих домах? − У меня нет родителей, только приёмная мать, − без смущения ответил мальчик, но мистер Грейвс, как ему показалось, отвёл взгляд, − она не следит за мной настолько тщательно, плюс, у неё постоянно какие−то дела в церкви. Она, вроде как, верит во всю эту лабуду. − А ты, стало быть, «в эту лабуду» не веришь? – мужчина отвернулся, чтобы распахнуть окно, в кухне стало чересчур душно. Порыв ветра всколыхнул занавески и помещение наполнил запах и шум дождя. − Стало быть, − Криденс вспомнил о своём кофе, отхлебнул остывшей жидкости и поморщился. Он не любил кофе в чистом виде, но и с молоком пил его нечасто. − Кипяточку подлить? – заметив жест, Грейвс кивнул в сторону чайника. − Нет, спасибо, я пойду, пожалуй. Вы устали и всё такое, и меня скоро будут искать, − парень одёрнул футболку и попятился к выходу. Мужчина окликнул его из кухни, когда он был почти у самой двери. − Да? – мальчишка высунулся из−за угла коридора, заглядывая в кухню. − Спасибо за кофе, − мистер Грейвс приподнял стакан и кивнул. Парнишка, криво ухмыльнувшись и кивнув в ответ, выскочил за дверь под дождь, натягивая на голову футболку. Холодные капли падали на открытую часть спины, провоцируя мурашки. Он быстро добежал до парадной двери своего дома через двор, как положено. К счастью, Мэри Лу не было дома и не пришлось на ходу сочинять объяснение, где он был так рано утром. На часах было почти восемь, а погода заставляла желать никогда не выбираться из−под одеяла. Он стянул с себя промоченные в луже перед домом кеды, забросил джинсы и футболку в стиральную корзину, и, поднявшись к себе, завалился прямо поверх покрывала на кровать в нижнем белье. Дождь усиливался, превращаясь в ливень и отбивая дробь по подоконнику снаружи, и всякое желание появляться снаружи. Криденс лениво потянулся, касаясь кончиками пальцев ног изножья кровати, закутался в покрывало и почти моментально уснул, преисполненный чувством выполненного долга.