Covert Casanova

Muse — Uprising 3Oh! 3 — Don’t Trust Me Acceptance — So Contagious

Какофония оживлённой улицы исчезла, когда Джейс впервые увидел Валентина Моргенштерна воочию. Из-за суммы опасных слов и интонаций, когда кто-то упоминал его имя, Джейс ожидал видеть что-то более зловещее, значительное, наводящее страх. Вместо этого перед ним стоял человек, ростом не выше него самого и намного худощавее. Не было никакого внешнего определения силы. Он выглядел как и любой другой бизнесмен, с которым можно столкнуться на улице. Та же чопорная, пафосная поза, вычурная осанка, та же гладкость, руки без мозолей и суровый «я-знаю-всё-поэтому-не-пытайся-учить-меня» взгляд на лице. Для неопытного и ненаблюдательного он выглядел безобидным. Но Джейс увидел угрозу прямо в тайниках его чёрных глаз. За тёмными омутами он увидел отсутствие совести. Способность к уничтожению жизни, будь то смерть человека или иные средства, без глубоких размышлений. Возвращаясь назад, он вспомнил проблеск этого в глазах его сына. Кулаки Джейса сжались по бокам, когда он пытался сдержать инстинкт и не оттолкнуть Клэри за себя. Не только потому что он чувствовал непреодолимое желание защитить её от этого человека, но и потому что он даже не должен был узнавать, кто он, не говоря уже о том, что он был опасен. Его глаза вперились в Валентина. Мужчина не дал никакого намёка касательно своих чувств к Джейсу, он просто смотрел. Тьма встретилась с золотом в пространстве между ними. Боковым зрением Джейс заметил, как Клэри заёрзала, а затем сделала шаг вперёд. Он хотел протянуть руку и вернуть её обратно, но крепко удерживал их по швам. Клэри вздохнула. — Прости, папа, я забыла. Джейс съёжился. Услышать, как она зовёт его «папа», было как нож, рассекающий кожу. Мысль о том, что этот человек принял какое-то участие в создании этой девушки, заставила Джейса прийти в бешенство. Он знал без малейшего сомнения, что Клэри понятия не имела, какие ужасные вещи творил её отец — или мог сотворить. Во всех отношения у Валентина руки оставались чистыми, но он сыграл важную роль в упорядочении и организации многочисленных отвратительных деяний. Взор Валентина замелькал между Клэри и Джейсом, его брови нахмурились, он пытался выяснить, кто такой Джейс. Зная, что нужно убираться, Джейс полез в карман и двинулся вперёд. Он наклонился к Клэри и коснулся губами её уха, в то же время наблюдая за Валентином. Подняв руку, он коснулся задней части её шеи и края воротника куртки, куда под сгиб поместил небольшое устройство. — Я буду внутри, — прошептал он, пытаясь дать ей понять, что она не одна, но давая ей пространство, которое она хотела, даже если ему ради этого требовалось пойти против своих инстинктов. Как бы всё в нём ни кричало остаться там, он знал, что Валентин не был достаточно глуп, чтобы попробовать сделать что-нибудь в открытую. Даже если попробует, у Джейса не займёт много времени оказаться там. Клэри взглянула на него с небольшой ухмылкой на губах. Ничего в том, как она держалась, или в её взгляде не намекало на то, что она чувствовала угрозу от отца. — Конечно, Касс. Спасибо, что подвёз. Он хотел сказать что-то в стиле всезнайки, но передумал. Не потому что там стоял её отец, а потому что чувствовал, что не должен вести себя с ней как задница сейчас. Вместо этого он подмигнул и пошёл в сторону клуба. Глянув через плечо, чтобы убедиться, что они не смотрят, он скользнул в тёмный дверной проём и достал наушник из кармана куртки. Осмотревшись на отсутствие посторонних глаз, он осторожно вставил его в ухо. Он был маленьким и практически незаметным. Люди проходили мимо, и он старался изо всех сил игнорировать кокетливые ухмылки девушек и хмурые лица парней. Сегодня он был там не ради веселья. Долг звал, и она стояла вне его досягаемости с одним из самых опасных людей в городе. Оставлять её там с ним казалось неправильным и безответственным, но он знал, что этот случай требует иного набора правил, чем большинство других. Враг был её отцом, не чужим человеком, которого она никогда не встречала. И тот факт, что Джейс не мог держать её подальше от него, приносил совершенно новый ряд проблем. По сути, вся его работа состояла в том, чтобы приблизить её к себе и использовать, чтобы проникнуть в личное пространство Валентина. Из-за натянутых взглядов отца и дочери, Джейс смирился с тем, что эту задачу будет нелегко выполнить. Как только наушник был на месте, он незаметно щёлкнул на пульте в кармане, прибавил громкость и заглянул через дверь, пристально удерживая Клэри взглядом. Глаза Валентина пробежались по дочери, и он с отвращением скривил верхнюю губу. — Серьёзно, Кларисса, это, — он махнул рукой вниз по её телу, а затем в сторону входа в клуб, — лучшее, что ты могла сделать? Джейс сжал кулак, уже ненавидя этого человека, а он не сказал и десяти слов. Клэри вздохнула и положила руки на бёдра. — Я не верю, что ты пришёл сюда сегодня вечером, чтобы критиковать мой гардероб и место работы, отец. Мы оба знаем, как тебе мучительно видеть эту часть города. — Не говори со мной в таком тоне, дитя. Я всё ещё твой отец. Клэри подняла руку и ущипнула себя за переносицу. — Чего ты хочешь? Я опаздываю на работу. — Ну, — Валентин поправил нижнюю часть пиджака, — пожалуй, это и к лучшему. Это место — не та среда, где должна быть молодая девушка твоего происхождения. — Мне нужно идти, — фыркнула Клэри и отвернулась, её лицо было красным, а глаза суженными. Прежде чем она успела далеко отойти, Валентин протянул руку и схватил её за запястье, потянув обратно к себе. У Джейса заняло все силы, чтобы не среагировать, как он сделал в случае, когда Джонатан провернул то же самое. Клэри хотела сама иметь дело со своей семьёй, он понимал это, но эти мужчины обращались с женщинами таким образом, который Джейс не мог переварить. Он сам никогда не относился к ним как к нежным цветочкам, но и ни разу не причинил боли намеренно. Кольцо гнева скрутилось в нём. Валентин поднёс запястье Клэри к своей груди и наклонился, чтобы сказать ей в лицо: — Я не потерплю неуважения. Тебя не так воспитывали. Джейс ожидал, что Клэри в страхе отпрянет, но она сделала прямо противоположное. Она выпрямила спину и посмотрела в глаза отца. — Чтобы получить уважение, ты должен дать его. Ты уважаешь меня, держа за руку и не позволяя свободно уйти? — она дёрнулась в захвате отца, и Джейс увидел, как Валентин сжал его так, что костяшки побелели, а затем, наконец, отпустил. Большинство людей, вероятно, пропустили бы эту тонкую деталь, но не Джейс. Клэри прижала руку к груди и потёрла запястье другой рукой. — Теперь, если ты просто пришёл сюда, чтобы выплеснуть свои обиды на меня, мне нужно идти. Валентин вздохнул и провёл рукой по волосам. — Я не поэтому пришёл. Есть несколько… ситуаций, которые мы должны обсудить, и они не требуют отлагательств. — Хорошо, но у меня правда нет времени на это прямо сейчас, — сказала Клэри, всё ещё рассеяно потирая запястье. — Я позвоню и назначу встречу. Валентин нахмурился. — Не заставляй меня ждать, Кларисса. Ты очень хорошо знаешь, что я нетерпеливый человек. — Нет, серьёзно? — Клэри подняла руку и помахала ею перед ним. — Я не могу сказать ни в малейшей степени. Джейс закатил глаза, желая, чтобы она перестала подстрекать своего отца. Конечно, её игривость была сексуальна, как ад, но если она не хотела, чтобы он вступился, ей лучше научиться себя немного контролировать. Не все мужчины — и, видимо, её отец был одним из них — высоко ценили женщину, которая могла бы показать им себя устно. Он видел, что она делает так больше, чем он первоначально думал. Валентин прищурил глаза. — Будь осторожна, Кларисса, — он наклонился и прошептал на ухо Клэри. Жучок слабо отразил это. — Ты никогда не знаешь, кто смотрит. Когда Валентин отошёл, Клэри кивнула и повернула в сторону клуба, её брови нахмурились, а руки повисли по бокам. Джейс быстро убрал свой наушник. Она вошла через двери и увидела его, её лицо засветилось каким-то странным… облегчением. — Ты не должен ждать меня. Я не хочу задерживать твои «социальные сети» или ещё чего, — хитрая ухмылка распространилась по её губам. Джейс не мог ничего поделать и ухмыльнулся в ответ, хотя знал, что она была поддельной. — Как будто ты можешь. — Ммм, — промычала она и опустила взгляд. Джейс проследил за её взглядом и, не думая, протянул руку и провёл ладонью по её руке, осторожно поднимая, чтобы осмотреть. Розовые пятна в форме руки распространились по запястью. Вздохнув, он медленно проследил область пальцами, легко касаясь её кожи. Гнев, которые высыпался на него ранее, неуклонно рос и ширился, пока всё его тело не завибрировало им. Он хотел причинить боль Валентину Моргенштерну. Не только за всё, что он сделала с ничего не подозревающими незнакомцами, но и за то, как он нагло пренебрегал своей дочерью. Его собственной плотью и кровью. Когда Джейс снова поднял глаза, он обнаружил взгляд Клэри на себе, который изучал его, пока он витал в своих мыслях. — Это не больно, — тихо сказала она. — Этого не должно быть здесь вообще. Ни один из них не должен оставлять следов на тебе, никогда, — бессознательно, его рука аккуратно обернулась вокруг её запястья, словно он мог как-то защитить её от дальнейшего вреда. Или исцелить то, что уже было сделано. Она взглянула вниз, туда, где они были связаны, перед тем как посмотреть на него ещё раз. Медленная ухмылка коснулась уголка её рта, и непокорное пламя мелькнуло в зелёных глазах. — Тогда научи меня. Он склонил голову на бок и позволил себе изучить её, принимая крошечное тело и тот факт, что у неё нет мышц вообще. Но то, что у неё было — то мерцающее пламя глубоко внутри — ну, это может сработать. Он кивнул и вернул ей одну из своих собственных медленных улыбок. — Ладно, Злючка. Ты принята.

***

Клэри зевнула и вытянула руки над головой, сидя за мольбертом и пытаясь сосредоточиться на завершении своего произведения до обеда. Нужно было перестать работать до трёх ночи, когда у неё есть утренние занятия на следующий день. Всё её тело будто парило, а не сидело на твёрдом табурете. Она крепко держала кисть в руке и окунала в ярко-зелёный цвет на палитре, подавляя ещё один зевок. С ровным нажимом она скользнула ею по полотну, тщательно распределяя краску по белой поверхности. — Итак, — раздался голос рядом с ней, — уже работаешь? Клэри заглянула через плечо, увидев, как её подруга Майя бросила сумку на пол и села рядом. — Привет, Майя. Ты опоздала. — Да, ну, — она потянулась назад, собрала основную часть своих вьющихся каштановых волос в руку и скрутила, — я ввязалась в дискуссию с каким-то красавчиком с нереальной позицией, что тайные операции превосходили реальные оперативные сценарии войны. Клэри рассмеялась. У Майи было больное увлечение с любым типом стратегического учения или плана. Клэри могла поклясться, что однажды Майя попадёт в ФБР. И не дай Бог кто-нибудь бросит вызов её мнению. — И ты победила? — спросила Клэри, в то же время покрывая краской холст. Майя фыркнула. — Я не хочу говорить об этом. — Я расцениваю это как «нет», — Клэри рассмеялась. Майя закатила глаза и начала копаться в шкафу рядом с ней. Найдя всё необходимое, она заняла своё место и начала работать над собственным проектом. Клэри наконец-то впала в колею и позволила непрерывному потоку творчества и тишины окутать её, когда Майя снова начала свою тираду. — Я имею в виду, откуда ему, чёрт возьми, это знать? Я никогда не видела его ни на одном из моих занятий по государству, поэтому он, вероятно, даже не знает, о чём говорит, верно? — На каком он курсе? — спросила Клэри, не очень заботясь об этом, но у неё не было выбора, кроме как потакать Майе, иначе она никогда не заткнётся. — Не знаю, — Майя намазала большой кусок красного прямо в голубое небо. Клэри съёжилась. — Первокурсник, возможно, — она оглянулась и указала кистью на Клэри. — И вот ещё что. Почему он на занятиях второго курса, если он первокурсник? Клэри пожала плечами. — Может быть, это факультатив, и он любит «Государство». Я не знаю, Майя, — она снова макнула кисть в зелёный. — Что с тобой такое вообще? — она оглянулась и подняла брови. — Ты запала на него что ли? Майя чуть не уронила свою палитру. — Боже, нет. Он вообще не мой тип. Такой самоуверенный, — её мазки становились всё гуще, и краска начала беспорядочно растекаться, — заносчивый, самовлюблённый придурок. — Всё потому что он не согласен с тобой? Она вздохнула и уронила кисть, поднимая руку, чтобы помассировать лоб. — Да. Странно, правда? Ну, обычно я хорошо справляюсь со спорами, но он был просто… так уверен в себе, и это действует мне на нервы. — Ты просто не привыкла, что кто-то обставляет тебя в твоих сильных сторонах. Майя прищурилась и махнула кистью в сторону Клэри, из-за чего небольшие капли приземлились на её комбинезон. — Заткнись. Клэри засмеялась и посмотрела на свои часы, вздохнула, когда поняла, что время уже почти кончилось. — Чёрт. Я действительно хотела закончить сегодня, — она поднялась с кресла и принялась убирать свой участок. Майя помогла ей, и после того как всё вернулось на свои места — краска в кабинет, картины на сушилку, комбинезоны в ящик, кисти в скипидар — две девушки вышли из кабинета в коридор. — Моя новая соседка сегодня здесь, — произнесла Клэри, она толкнула дверь и ступила на бетонную лестницу. Запах осени и холода окутал её. — Хочешь пойти на обед со мной и познакомиться с ней? — Конечно, — ответила Майя и положила руки в карманы своей куртки, сгорбив плечи, когда ветер хлестал по площади, поднимая несколько листьев и закручивая на их пути. — Чёрт, становится холодно. — Попробуй прокатиться на мотоцикле в короткой юбке в такую погоду. Майя остановилась и уставилась широко раскрытыми глазами на неё, несколько каштановых прядей кудрями упали на её плечи. — Когда это ты ездила на мотоцикле? И почему в короткой юбке? Клэри засмеялась и продолжила свой путь через кампус. — Прошлой ночью я чуть не опоздала на работу, поэтому кузен моей соседки подбросил меня на своём мотоцикле. — Серьёзно? — Майя посмотрела вперёд с мечтательным выражением на лице. — Я всегда хотела прокатиться на байке. Но сама, понимаешь? Не с кем-то другим за рулём. — Почему нет? Это лучшая часть! Прижиматься к горячему парню в кожаной куртке, — Клэри кивнула. — Определённо лучшая часть. — Хм, — произнесла Майя. — Я понимаю твою точку зрения. — Да? — рассмеялась Клэри. — Итак… этот парень привлекательный, да? — Господи, ты даже не представляешь. Майя фыркнула и оглянулась на Клэри. — Ты собираешься получить часть этого или что? — Сомнительно, — Клэри покачала головой и улыбнулась. — Он беда, это раз. Секс на ногах с большой буквы «С» и «Л»… чёрт, может даже там все заглавные, — она прикусила нижнюю губу. — Ну, он настоящий игрок, знаешь? Так что нет, я не заинтересована в этом плане, но, Боже, если он не заставляет меня просто хотеть его… я даже не знаю. Майя усмехнулась. — Ты хочешь уложить его и посмотреть, какой он под упаковкой? — Майя! — Клэри протянула руку и толкнула свою подругу. — Господи, обязательно быть такой грубой? Смех Майи стал громче. — Я не слышала отрицания. Клэри ощутила тепло, поднимающееся по щекам. — Я промолчу. Майя согнулась и продолжилась своё хихиканье, пока они шли через весь кампус. Но, видимо, смущение Клэри было не достаточно полным, потому что Майя продолжала мучить её и ужасно фальшиво пропела: — Клэри и горячий парень на мотоцикле сидят на дереве. Ц-Е-Л-У-Ю-Т-С-Я, — пение стало громче, когда они приблизились к месту назначения. Клэри пыталась идти на несколько шагов впереди Майи, чтобы её не было видно с ней, пока не опозорилась, но это только подстегнуло ту петь громче. Так, она замедлила ход и молилась, что Майя скоро устанет её смущать. Наконец, они остановились перед дверями в кафетерий. Клэри повернулась к Майе, готовая ударить её за несносность, но её взгляд заметил кое-что, что сделало всю ситуацию ещё хуже, чем пение Майи. Прислонившись к зданию, скрестив руки на груди и одетый в чёрную кожаную куртку, стоял мистер Горячий-парень-на-мотоцикле. «Блин», подумала Клэри. И не только потому, что он, очевидно, знал, что он горячий — о чём свидетельствовала однобокая улыбка на лице — но и потому, что Клэри была уверена, что слюни едва ли не вытекали из её рта. Ей действительно надо было выяснить, как контролировать реакцию своего тела на него. Он оттолкнулся от стены и подошёл сзади Майи, которая до сих пор продолжала петь свою ужасную песню, не обращая внимания на обиду Клэри. — Целуешься на дереве, Злючка? — спросил Джейс. — Разве это удобно? Думаю, здесь было бы гораздо лучше, не так ли? Клэри могла поклясться, что она почувствовала, как её яичники взрываются. Рот Майи исказился в удивлении, и она крутанулась назад. Из неё вырвался резкий вздох. — Ты. Джейс опустил взгляд и, казалось, наконец узнал Майю. — Я, — ответил он с лёгким оттенком веселья в голосе. — Ты вернулась для более интеллектуальной дискуссии о работе наших государственных органов? Майя обернулась, широко раскрыв глаза и распахнув рот. — Он? Серьёзно? Он горячий парень на мотоцикле? — Майя! — шёпотом воскликнула Клэри, её лицо пылало. Она не хотела ничего больше в этот момент, чем заползти в какую-нибудь дыру и зарыться в полумиле земли… и, пожалуй, с Джейсом сверху неё. Что? Боже! Сейчас не время думать об этом. Она подняла голову и встретила развлечение в глазах Джейса. — Я… я не говорила, что ты горячий. — Говорила, — прервала Майя, и Клэри хотела ударить её в горло. — Ты сказала, что лучшей частью поездки было прижиматься к горячему парню в кожаной куртке. — Господи, чёрт возьми, Майя! — Клэри повернулась к подруге, сгорая от смущения на каждом видимом участке кожи. — Я клянусь всем хорошим и святым, что убью тебя, если ты не зайдёшь внутрь кафетерия прямо сейчас! Майя прищурилась, глядя на Клэри, затем на Джейса, и зашла в кафетерий, колокольчики над дверью зазвенели за ней. Клэри удерживала свой взгляд на земле, изучая парад муравьёв, которые пробирались через тротуар и залезали в щель сбоку. Она не хотела поднимать голову, потому что знала, что единственная вещь, которую она увидит в его золотых глазах и с которой она не знала, сможет ли справиться, была сейчас прямо там. Закрыв глаза, она испустила медленный вздох, стараясь отвести тепло от поверхности кожи. — Знаешь, здесь нечего стыдиться. Большинство женщин находят меня привлекательным. И не похоже, чтобы ты мне уже не говорила, что так думаешь. Клэри закатила глаза и, наконец, подняла взгляд. — Я не говорила тебе, что ты горячий. — Может быть, ты не подходила и не говорила прямо «Джейс, ты такой горячий», но я помню, как фраза «горячий, татуированный парень» слетела с твоих губ, и не говори мне, что я неправ, я цитирую «не веди себя так, будто ты не думал, что это очевидно». — Это не то же самое, если бы я сказала «ты горячий». — Я предпочитаю верить в это. Это заставляет меня чувствовать тепло и уют внутри. Клэри не могла ничего поделать и засмеялась, немного успокоив свой стыд. Джейс усмехнулся. — Мы должны зайти внутрь. Я вроде как надеюсь, что твоя подруга прольёт немного больше света на твоё откровение о том, что я горячий парень. И всё сначала. Щёки Клэри вновь запылали. — Я не говорила… Джейс протянул руку и прижал палец к её губам, фактически отрезав её отрицание. — Твоя кровь выдаёт тебя, Злючка, — тихо произнёс он. — Что я нахожу крайним везением, потому что я не шутил, когда сказал, что мне нравится твой румянец. Этот цвет такой привлекательный на тебе, — его глаза впились в её, и палец прослеживал край её нижней губы, а затем отстранился. — Очень привлекательный. У Клэри перехватило дыхание, а затем она зажмурила глаза, отодвинувшись от него. — Это не сработает на мне, Казанова. Он нахмурил брови. — Что не сработает? — Твой маленький акт соблазнения, — она махнула перед собой, указывая на него. — Меня не волнует, насколько ты привлекательный, я не попадусь на твои игры. Он шагнул ближе к ней, положил два пальца под её подбородок и поднял лицо к своему. — Я и не мечтал о том, чтобы играть с тобой в игры, Клэри. Ты слишком умна для этого. Тем не менее, — он опустил руку и потянулся к ручке двери, открыл её и жестом пригласил внутрь, — если ты поведёшься, всё это лишь на тебе, детка. — Конечно, — Клэри фыркнула, проходя мимо него в столовую. — Почему у меня такое чувство, что было бы очень глупо доверять всему, что ты говоришь? — Потому что у тебя есть все основания этого не делать.

***

Мягкий жёлтый оттенок стен за пределами офиса Ходжа напомнил Джейсу о том, что его мать настояла на обоях с маргаритками, чтобы их кухня выглядела «светлой и радостной». Он не знал почему, поскольку большинство из тех обоев были белыми, но предположил, что внутренняя часть цветка была довольно близка к жёлтому, поэтому, наверное, он так подумал. Но это могло быть также из-за того, что она выбирала цвет кабинета. Либо ни одно из этого не имеет смысла. Такие абсурдные мысли мелькали в его голове, пока он ждал, развалившись в удобном мягком коричневом кресле напротив стола Аматис. Со вздохом он посмотрел на часы и в нетерпении цокнул языком. Аматис подняла взгляд и посмотрела на него поверх оправы своих очков. Предупреждение. Он вопросительно поднял руки и брови. Что? Она опустила ручку на стол с громким щелчком. — Не смотри на меня своим что-взглядом, Джейс. Ты знаешь что. Джейс опустил руки. — Очевидно, не знаю. — Ты прекрасно знаешь, я ненавижу твои ёрзания. — Мужчины не ёрзают, Аматис. — Нет, но мальчики — да, — она усмехнулась. — А ты как раз он и есть, Джейс. Мальчик. Рот Джейса отвис в притворном выражении боли, и он положил руку на сердце. — Как ты терзаешь меня, Аматис. В этот момент Ходж открыл дверь и вышел из своего кабинета, провожая двух мужчин в костюмах. Джейс встал и перевалился через рабочий стол Аматис. — Это не конец, сладкая. Она хмыкнула и отмахнулась. — Проваливай и не мешай мне работать. Джейс усмехнулся и метнулся вперёд, чтобы поцеловать её в щёку, прежде чем выпрямиться и пойти в офис Ходжа. Усевшись в кресло, он поднял одну ногу и положил на стол. Ходж зашёл вскоре после него, быстро закрыл дверь и обошёл вокруг собственного кресла. — Ноги на пол, — махнул он рукой, садясь. Джейс закатил глаза и опустил ногу. Ходж взял пару минут, чтобы освоиться, а потом сцепил руки перед собой, встречаясь взглядом с Джейсом, но ничего не сказал. Джейс поднял брови. — Я опять что-то натворил? — задал он вопрос, хотя на этот раз действительно не имел понятия, что он мог сделать. В последнее время он ужасно хороший. В голове он сделал пометку немедленно изменить это. — Нет, — Ходж вздохнул и откинулся в кресле. — Тогда почему вы смотрите таким взглядом? — Каким взглядом? — Этим, — Джейс указал на лицо Ходжа. — Которым человек смотрит, когда чем-то расстроен. — Я не расстроен, — Ходж провёл рукой по своим волосам. — Я… обеспокоен. — По поводу? Ходж опустил взгляд и покачал головой, его брови нахмурились. — По поводу этого дела. О том, что вас попросили сделать… — Почему? — спросил Джейс. — Такие случаи не редкость. Люди притворяются другими людьми всё время для получения информации. В чём проблема? Изабель, Алек и я всё отлично выполняем. — Это не из-за специфики работы, это… — он сделал паузу и почесал щёку. — Из-за положения, в которое мы вас поставили. — Ходж, мы более чем способны управляться с этой работой. — Я не говорю о других, Джейс. Я говорю о тебе. Джейс поднял брови. — Вы думаете, что я не смогу справиться с этим? Это не так сложно. Я справляюсь с внедрением в её жизнь просто замечательно. На самом деле… — Я не говорю о твоей способности выполнить работу. Я говорю о составляющих, вовлечённых в это. — Составляющих? Ходж вздохнул и снова наклонился вперёд. — То, что тебя просят сделать… это рискованно. Это… лично, эмоционально. — Да ладно, Ходж. Ты не знаешь Клэри. Она стойкая. Я действительно не думаю, что она потеряет сердце из-за этого. Ходж внимательно посмотрел на Джейса, прежде чем заговорить, и даже его тон был осторожным. — Меня не её сердце беспокоит.

***

Клэри прищурилась в небо, заполненное смогом, желая увидеть через загрязнённый слой звёзды. Виденье их напомнило бы ей о времени, когда всё казалось немного менее запутанным. Чуть менее испорченным. Она стала одержима созвездиями после урока естествознания в четвёртом классе и умоляла приобрести ей телескоп. Конечно, её отец сделал всё, чтобы отметить все причины, почему покупка его в Нью-Йорке не только абсурдная, но и затратная. Верная себе, её мать пренебрегла тирадами отца и купила его Клэри на день рождения. После этого она делала всё, чтобы ежемесячно посещать ферму старого друга, которая находится в нескольких часах от города. Клэри любила тихие ночи, где были только она и мама, лежащие посреди поля под широкими массами света. Именно там она чувствовала себя по-настоящему свободной, по-настоящему любимой и по-настоящему особенной. Дома всегда был Джонатан это и Джонатан то. Клэри была просто изгоем, чудиком. Но не в глазах её матери и не в их особом месте. Спустя два года после смерти матери Клэри никогда не возвращалась на ферму Люка. И она не видела звёзды с тех пор. Не по-настоящему. Вздохнув, она закрыла глаза и попыталась вспомнить, как ярко они выглядели в её десятилетних глазах. Но годы и впечатления, изнурённые фальшивым видением, только притупили призраки памяти. Она не знала, как долго стояла там, с закрытыми глазами, прежде чем почувствовала крошечное покалывание, что что-то не так, и пара рук обвилась вокруг неё, крепко прижимая к телу владельца. Крик начал свой путь через её горло, но замер, когда она ощутила тёплый шёпот танца на ухе. — Урок номер один, Злючка, — звук его голоса заставил её расслабиться почти сразу. — Никогда не уходи в свои мысли настолько, что не будешь в курсе своего окружения. — Но я была одна, — произнесла она, её голос звучал немного с придыханием. — В этом большом городе ты не бываешь одна. Клэри сглотнула, её сердце бешено колотилось в груди. Она пыталась свалить всё это на внезапность его нападения, но так или иначе сомневалась, что в этом вся причина. — Ладно. Поняла. Больше никаких мечтаний, — она замолчала, ожидая, что он отпустит её, но он этого не сделал. Его сильные руки крепко держали её в своих тисках, и пока она не жаловалась, она совсем не понимала, почему он не отпускает её. — Ты собираешься отпустить меня? — Конечно нет. Я злой маньяк, стремящийся сделать с тобой ужасные вещи. Покажи мне, как ты будешь вырываться. — Что? — она повернулась в сторону его голоса, находя его лицо рядом со своим. У неё перехватило дыхание от взгляда на белокурые локоны, беспорядочно падающие на лоб, и тень щетины на челюсти. Он встретился с ней взглядом и усмехнулся. — Попытайся уйти. — О, — Клэри посмотрела вперёд и подумала о лучшем способе получить свободу. — Ладно, — не придя ни к чему хорошему, она начала покачиваться и извиваться, чтобы ослабить хватку. Она чувствовала, как его грудь трясётся от смеха, что заставило её бороться сильнее. После минуты непреклонной попытки она сдалась, позволяя своему телу безвольно прислониться к нему. Джейс спросил у неё: — Уже сдаёшься? Я мог бы уже шесть раз убить тебя. — Ну разве не в этом смысл твоей помощи? — фыркнула она, чувствуя, как её лицо наливается теплом. — Правда, — он всё ещё крепко удерживал её. — Ну ладно, давай посмотрим на это логически. При такой позиции ты можешь использовать только свои ноги и голову. Оба являются превосходным оружием, но используй голову в качестве последнего средства. Это чертовски больно и нет никакой гарантии, что твой атакующий позволит тебе освободить руки. Для этого тебе нужен элемент неожиданности. — Хорошо, — сказала Клэри, бесконечно увлечённая слушанием его разговора — и не только потому, что предмет был захватывающим. — Первое, что ты хочешь попытаться — сделать так, чтобы я ослабил хватку на тебе достаточно, чтобы освободить одну или две руки. Если ты собираешься иметь возможность уйти, то тебе нужны руки, чтобы бороться. Лучший способ сделать это — поднять ступню и с силой опустить на мою ногу. Клэри захихикала. — Серьёзно? Как будто у меня истерика или вроде того? Она почувствовала его кивок. — Точно. — Ладно, что дальше? — Ну, если это возымеет нужный эффект, и я ослаблю свою хватку, ты вытягиваешь руки и выкручиваешь своё тело достаточно, чтобы ударить меня в лицо или горло. Клэри закусила губу, размышляя над его указаниями и пытаясь собрать воедино сценарий в голове. — Ладно, думаю, я поняла. — Хочешь попробовать? — Что? Сейчас? Он рассмеялся. — Да, Злючка. Сейчас. Она нахмурила брови. — Что если я сделаю тебе больно? Он засмеялся сильнее. — Не беспокойся обо мне. Я могу справиться с этим. — Хочешь сказать, ты не думаешь, что я смогу причинить тебе боль? — она крутанула голову в его сторону. — Потому что я… — Я думаю, ты могла бы быть очень опасной, будто то мужчина или женщина. А теперь заткнись и просто сделай это. — Хорошо, — проворчала Клэри. Она сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться, и закрыла глаза, сосредоточившись на том, что собирается сделать. Через мгновение она подняла ногу и опустила её так, как он и сказал. Он не сдвинулся с места. — Тебе придётся постараться сильнее. Она сделала это снова. Снова никакого движения. Она попробовала ещё три раза, прежде чем зарычать от бессилия. Он выдохнул ей в ухо, вызвав дрожь. — Ты сдерживаешься. — Ну, — начала она и проскулила: — Я пытаюсь не причинить тебе боль. — Что я сказал по этому поводу? Забудь обо мне. Относись ко мне будто я случайный больной засранец и хочу сделать скверные вещи с тобой. — В отличие от того больного засранца, который хочет сделать со мной скверные вещи, каковым ты являешься на самом деле? Он наклонился, выдохнув ей в ухо: — Да, Злючка, в отличие от этого. Она сглотнула, пытаясь не представлять ничего из этих «скверных» вещей. — Ладно, — закрыв глаза на мгновение, она ударила ногой и почувствовала, как его схватка сразу слабеет. В порыве свободы она повернула верхнюю часть тела и атаковала его кулаком в лицо, оттолкнул его назад на несколько шагов. Джейс наклонился вперёд и поднял руку, вытирая тыльной стороной рот. Полоса красного цвета показалась на его коже. Клэри ахнула и бросилась к нему. — О, Боже. Я… прости. Я не хотела… мне так жаль, — она схватила его лицо и начала осматривать на предмет повреждений. — Всё хорошо, Клэри, — он рассмеялся. — Это было неплохо. Очень неплохо. Отлично, на самом деле. Она покачала головой, её брови нахмурились, пока она изучала пятно крови на его рту. — Нет. Это не так. Я сделала тебе больно. — Нет, не сделала. Я в порядке, — сказал он. Недолго думая, она провела пальцем по его губе, вытирая пятно. Через мгновение она поняла, что он не сказал ни слова, и что она опасно близко к его лицу; её руки перешли на его щёки и, она провела пальцами по его рту. Клэри замедлила движения и сглотнула, её глаза зациклилась на его губах. Порыв дыхания покинул её, и она подняла глаза на него. Он смотрел на неё, и ни один из них не двигался. Пульс Клэри ускорился, и она задалась вопросом, чувствовал ли он это через её руки. Она знала каждой фиброй своего существа, что должна отойти, сейчас же, прежде чем сделает то, о чём может потом пожалеть. Но, Боже, она просто хотела попробовать, как он ощущается. Всего один раз. Лишь на секунду. Если это случится, то, возможно, неописуемый массив влечения, который она чувствовала к нему, уменьшится, хотя бы немного. То, как он смотрел на неё, выглядело так, будто он не возражал. Его взгляд упал на её рот, на мгновение его губы приоткрылись. Клэри зажала свою губу между зубами и заметила, как между его бровей образовалась небольшая складка. Внезапное жужжание по её ноге заставило её отпрыгнуть, а заклинание между ними разорваться, когда Джейс сделал шаг назад. Клэри ощутила это расстояние глубоко в груди. Она порылась в кармане, нашла телефон и ощутила желание выбросить его через край здания за то, что он прервал их. Слова «одно новое текстовое сообщение» сверкнули на экране. Она нажала кнопку и ждала, пока сообщение загрузится. Когда это случилось, она нахмурилась. — Что такое? — спросил Джейс, шагнув вперёд, чтобы посмотреть на устройство. Клэри протянул его к нему, её рот приоткрылся. — Я не знаю. Сообщение состояло всего из одной фразы. Ку-ку. — Ку-ку? — он посмотрел на неё. — Это какая-то шутка? Клэри пожала плечами. — Написано «неизвестный абонент», — она закрыла сообщение и закусила губу, думая. Через мгновение она щёлкнула пальцами и указала на Джейса. — Рафаэль. Уверена, это он. Джейс нахмурился, будто не купился на это. — Зачем ему посылать его с неизвестного номера? Клэри открыла рот, собираясь заговорить, но, казалось, у неё не было ответа. — Он не стал бы. Раф слишком гордый, чтобы играть в эту игру, — она думала ещё несколько секунд, затем снова пожала плечами. — Возможно, ошиблись номером. В тот момент, когда эти слова слетели с её губ, телефон снова загудел. Одно новое текстовое сообщение. На этот раз Джейс взял телефон у неё из рук и сам нажал кнопку «просмотреть». Ещё одна короткая строка мелькала в тускло освещённом экране. Только на этот раз сообщение было ясным. Очевидная цель. И хотя Клэри понятия не имела, кто его послал, угроза тяжело и ощутимо повисла в воздухе. Я вижу тебя.