Solas, ma salath.

      Ветер, ласковый и переливчатый, словно мелодия соловья пробудившегося раньше времени, блуждал по полусонным улицам Киркволла, меркнущего величественной красотой в лучах раскаленного рассветного солнца, стилетами режущего пушистые кучевые облака, наполненные чистой белизной. Этот ветер не был похож ни на какие морские порывы, хлещущие плетью в лицо и осыпающие незаживающие раны солеными брызгами, терзающими глаза и растрескавшиеся сухие губы. Этот же отстранено бродил по улицам города, разбившись об понтоны на берегу, далеко внизу, будто потерявшийся мальчишка, заглядывая в окна и двери, неосторожно оставленные открытыми.       Так было и сейчас, когда он забрел в умиротворенное спокойствие покоев Джейр`ан Лавеллан. Она лежала с пустыми от счастья глазами, глядя в потолок и подрагивая уголками губ, подставляю ветру трепать нерасчесанные длинные волосы, и касаться ее тела, почти обнаженного теплой ночью. Она не любила жару, плавящую песок, словно он был льдом, но не любила и колючий холод, что грозится убить тебя стоит зазеваться на лишнюю минутку. Она любила только лес. Тропический, или обыкновенный хвойный, но сень деревьев превращала окружающий ее мир в череду зеленых дружелюбных огоньков.       Она лежала довольно долго, водя рукой по ключице и пытаясь вспомнить взгляд его глаз. Его улыбку и смех. Влюбилась, дурочка. Сопротивлялась собственным чувствам, отгораживаясь ледяной стеной от любого их проявления. Играть бессердечную и эгоистичную личность безопаснее, чем Вестницу Андрасте. Игра судьбами, даже ненамеренная, ожесточает сердца. А если его не было изначально, то, что тогда говорить? Сковывает льдом, покрывая корочкой, трещащей и заставляющей проваливаться.       Она вспоминала то, когда ощущать для нее было нормально. Чувствовать, видеть чувства. А потом ее лучшая подруга, почти любовница, вышла за ее лучшего друга. Она знала, что треугольник не держится долго между тремя горячими сердцами, но все равно отдалась ему с головой, веря, надеясь, что она выберет ее, а не его. Но надежды ошибочны, а вера — лжива. Тогда то эльфийка и воздвигла нерушимую клетку вокруг себя и своей магии, став идеальной Первой — сильной, умной, начитанной и здравомыслящей.       И теперь стена рушилась. Она боялась себя, пусть ей только двадцать три.       Джей встала с кровати, натягивая легкую одежду поверх нижнего белья. Полный комплект брони одевать не хотелось, потому что ставить все магические защиты в доме Алекс Хоук было глупо. И так, в рубашке навыпуск и закатанных до колен штанах, она выглянула наружу, беззвучно приоткрыв массивную дверь. Говорят, тут жила Лиандра. Ирония жизни — странная штука. Ты ненавидишь магов крови и борешься с ними, поддерживая остальных, «светлых» магов. А один малефикар убивает твою мать.       Она понимала Хоук. Ей бы стоило возвести стену еще раньше, как только она погребла пепел своей матери, посадив на ее могиле дерево. Но она была так юна… А Хоук… Хоук радуется жизни и по сей день, похоронив всех. Отца, мать, брата и сестру. Рыдала ли эта мужественная женщина с горящими голубыми глазами, в широкое плечо бывшего тевинтерского раба по ночам? Сложно сказать.       Эльфийка скользнула вниз по лестнице, касаясь перил тыльной стороной ладони и неслышно ступая босыми ногами по деревянным ступеням. Дом спал, недвижимый пробуждением, ведь за окном только начал теплиться рассвет. Но камин пылал, будто никогда негасимый. Видимо, слуги уже пробудились, играя в прятки с хозяевами этого места. Но Инквизитору было неинтересна жизнь слуг, если они были не эльфами. Только последние могли быть тайной гвардией Соласа.       Она осмотрелась на первом этаже, наконец, заметив просторную библиотеку, в которой при свете пылающих свечей и окон гостиной можно было почитать. Наверняка, многое из этого она уже видела раньше, но занять себя до пробуждения хозяев чем-то полезным стоило. Библиотека поприветствовала ее дрожанием огней и тихим шепотом мудрости, блуждавшей по книгам невидимым огоньком. Ее внимание привлекла целая полка с книгами Варрика. Полное собрание сочинений каждой его работы. Интересно, он сам их сюда приносит?       Она коснулась корешков переплетов с многообразием рисунков и надписей, пестрившими дерзкими заголовками. Но это не интересовало ее так, как-то, что стояло чуть выше, в серой обложке и без каких-либо объяснений, разве что завесная руна выдавала присутствие того артефакта, мерцая от приближения руки, созданной из завесной энергии. Она вынула гримуар, с трепетом проводя пальцами по шершавым бороздкам руны. Откуда здесь книга на древнеэльфийском? Голоса источника в голове мгновенно отозвались музыкой, заставляя Первую криво улыбнуться и хмуро шикнуть, затушив пламя внутри. Очередная подсказка.       — Развлекаетесь? — грубый голос разрезал купол тишины и воспоминаний, окутавших Инквизитора, которая закрыв рот своей рукой и выронив книгу, выставила магическую руку в защитную позицию. Тень сразу же откликнулась на ее зов, затрещав и заструившись, перекликаясь с играющими на руке письменами.       Фенрис стоял, широко ухмыляясь от уха до уха, оперевшись плечом на дверной косяк. Его страх перед ее магией выдали лишь глаза, заискрившиеся синим… Долийка быстро ретировалась, поднимая руки в примирительном жесте, и как бы показывая, что безоружна.       — Я… Вы… простите. Я задумалась и не заметила… Вы. — она вздохнула, поднимая книгу.        — На «ты». Я напугал тебя? Видимо, не один я тут могу светиться. — он оставался спокойным, лишь блекло улыбнувшись, и, без единого звука пройдя к столу, уселся на его край, наблюдая за магессой, пришедшей в привычную оборонительную форму ведения диалогов.       — А, да. — она пристально глянула на руку, прищурившись. — То есть, нет. Рука да, но ты не напугал. Только если немного. — она пожала плечами, отодвигая от стола стул и садясь на него, закинув ногу на ногу. Пристальный взгляд хозяина дома ее несколько стеснял, но она постаралась выглядеть озабоченной только книгой.       — Я часто не сплю по ночам. И сегодня, прогуливаясь, услышал, как ты говорила с кем-то. Кто это был? — его скулы заиграли, когда он стиснул зубы. Он всегда так жутко выглядит, пытаясь быть дружелюбным? Жизнь его потрепала похлеще, чем Хоук.       Джей бросила на него непонимающий взгляд. Нельзя выложить незнакомцу из книги всю свою жизнь, хоть и хотелось рассказать хоть кому-нибудь . Она сжала руку в кулак и, сложив губы в трубочку, издала тихий звук, наподобие свиста, заставив книгу парить между ее рук в магическом потоке завесной энергии. Это должно было пробудить руны, написанные в книге.       — Эта книга не принадлежит Хоук. Откуда она в этой библиотеке? — уйти от ответа будет проще, чем врать.       Мужчина задумчиво свел брови вместе, не скрыв недовольства от виляния Инквизитора. Но он здесь живет и должен ответить. Эту книгу он, и вправду, видел впервые, что даже заставило его удивиться, учитывая, с каким рвением Хоук и он вместе перечитали каждую книженцию в этом доме.       Он озлобленно вздохнул, постаравшись не отшатнуться от магии и пытаясь рассмотреть книгу, но настороженный взгляд девушки не заставил себя ждать.       — Это завесные руны времен элвенана. И книга, видимо, тоже. — Фенрис моргнул, прикрыв закатившиеся глаза. — Древеэльфийская магия в моем доме. Отлично. Впервые ее вижу. — он протянул руку, притягивая ее руку с книгой, и оскалился, отпуская. — И ни черта не понимаю. — Джей поникла, откидываясь на спинку.       Голоса в ее голове, что-то бормотали, и Лавеллан, по привычке, затрясла головой, усиленно нажав на висок и проскрежетав зубами что-то вроде «замолчите.» Хор угас, а вот подозрение и любопытство эльфа напротив нее разгорелось с новой силой, вспыхивая, как стог сена.       — Ты одержима? Поэтому болтаешь по ночам. — она пыталась возразить, но его рука поднятая в непонятном жесте, угрожающе засветилась. — Не отрицай. Я слышал большую часть диалога. — Джи обессилено опустила глаза. Как оказалось, отпираться уже бесполезно.       — Нет. Хотя в какой-то степени да. Потухни, пожалуйста. Я не причиню вреда никому в этом мире, пока не захочу того сама. А я слишком Инквизитор, чтобы хотеть больше власти. — Мужчина, скривил губы в грубой ухмылке. Его голос заглушаемый, чтобы никого не разбудить заклокотал в груди.       — Посмотрим.       — В общем. — она закрыла книгу опуская ее на колени. — Ты же, эльф, хоть немного знаешь свою историю. Или нет? — она смерила его полным надежды взглядом. Он поежился, скрещивая руки на груди.       — Немного.       Она вздохнула. Хоть что-то радует, если за ним придет Волк. — Все надуманные боги долийцев, на самом деле, правда. Как ты уже понял, один из них, самый сомнительный, пробудился несколько лет назад из Uthenerы и теперь собирает силы… — она помедлила. Фенрис усиленно сделал вид, что понял, кивнув.       — Есть еще одна богиня, что была лучше других. Ее зовут Митал, и боги-эванурисы убили ее, когда Солас поднял восстание рабов, желая спасти Элвенан. А потом создав завесу. И вот те, кто поклонялся Митал, отдавали свои знания ее источнику в храме… — она потерла переносицу. — Я так и не поняла, как это работает. В общем, из него испила маг-Морриган, дочка Флемет, а Флемет и есть Митал. — Фенрис запутался, пытаясь ее остановить.       — Весело ты живешь. — Джейр`ан хрипло рассмеялась, пытаясь хоть немного снять напряжение ситуации. Потому что он был прав. Эльф, торопливо придвинулся ближе. — Итак. Флемет, которая Ведьма Диких земель — это Митал? — Долийка неторопливо кивнула. — Ладно. Допустим, я понял.       — Но источник дал силу нам обоим, привязав лишь ее. Видимо родственная связь так подействовала вкупе с моим высшим предназначением. И знания получили мы обе. Поэтому голоса в моей голове это они. — Эльф с Волчьим именем качнул головой, тряхнув белой челкой.       — И по ночам они беседуют с тобой?       — Нет. — он слегка наклонил голову вбок, сузив глаза. Было бы проще ответить «да». Снова притвориться овечкой, но он тоже Волк, пусть измененный злостно и вручную. Первая закрыла глаза. — Я говорю с Фен`Харелом. — Фенрис чуть ли не вспыхнул, будто даже ощетинившись.        — Ты служишь ему? И прячешься? Или наоборот? Что ты забыла в этом доме? — Его голос скрежетал по камню, обтесывая глыбы об ее чувства. Он распарывал связки и выбивал воздух, заставив ее с силой сжать подлокотники. Эльф закрыл глаза, успокаиваясь. — Прости. Я не хотел… — Джей вскинула брови.       — Пожалуйста… — она пискнула. — Не говори им. — он раздул ноздри, восстанавливая дыхание. — Я не служу ему. Но люблю. Если я перестану его видеть, то сойду с ума от одиночества… — ее голос хрипел от нежелательных слез. Вот он побочный эффект любых чувств. Такой лишний и ненужный.       Тевинтерец опустил глаза, смотря куда-то за нее. — Я сделаю вид, что этого разговора не было. Пойду выпью. — он вскочил со стола, твердо вставая на пол татуйрованрыми ногами.       — Погоди. Волчонок в опасности, пока Волк знает, что он убил его агентов. — Фенрис вздрогнул, как удара, резко поворачиваясь к ней и делая угрожающее выражение лица, похожее на оскал, словно переместился в пространстве, нависая над ней. Вся паутина лириума, белого до этого момента, и разрезавшая его плоть красивыми узорами, теперь излучала голубой свет, делавший его страшным… и опасным.       — Не. Называй. Меня. Так! — он сжал ладонь в кулак, когда на пороге возникла фигура эльфийки в такой же одежде, как и Лавеллан.       — Все хорошо? — обеспокоенный голос вывел Фенриса из яростного оцепенения, и он обернулся, прожигая глазами Оуриэль. Она распахнула сонные глаза, пятясь назад. Эльф тихо взвыл, боряь с напором противоречивых чувств. Джей инстинктивно тронула его руку, лишь бы оставить хоть каплю здравого смысла. — Бери Хоук и беги. Иначе, он найдет тебя и завербует. Потому, что ты уникален. А не потому, что ты убил его солдат. Тень этого… Данариуса будет парить над твоими близкими до конца времен. — Он поник, изменился в лице за секунды, стараясь сдерживать себя и грубые чувства, которые обычно подавляют рабам.       — Ты не знаешь меня. — он отшатнулся, пытаясь взять себя в руки.       — Увы. — она открыла книгу, кивнув Оул, которая, покрепче укутавшись в рубашку пройдя мимо все еще молча стоявшего хозяина дома, склонилась над книгой. Фенрис замер, проницательно глядя на двух девушек, что-то рассматривающих в пергаментах. Ему точно надо было выпить.       Джейр`ан подняла глаза на подругу, сузив глаза и выдавив улыбку. Девушка стояла над ней в неком недоумении, пытаясь не замечать все еще присутствующего здесь хозяина дома. Но это было слишком срочно.       — У меня хорошие новости. Мы не поедем в Арлатан.

***

      Им понадобилось 3 дня, чтобы подготовиться к отплытию. Адмирал Изабелла после короткого диалога с Варриком посетовала, что ей просто необходимо заплыть в Вал-Руайо, по особо важному делу, и ей будет честью помочь леди Инквизитору в ее суровом начинании. Фенрис пообещал написать ей, когда они покинут Киркволл, намеренно мрачно посмотрев на нее. Еще одно доверие к ней разбилось о скалы ее океана. Падать всегда больно, особенно, когда ты летел слишком долго. Ее предостережение к побегу врядли увенчается успехом: они мало знают о новом враге и том, что им движет.       Но она знала. И поэтому пиратский корсар Изабеллы, имеющий золотые прикрытия от наместника Киркволла во всех портах Тедаса, нес ее сквозь пенные гребни синеватых волн Недремлющего моря. Здесь она недостижима для волков, злобно клацающих у нее над ушами, исходящих пеной от невозможности достать добычу из магического купола, оголодавших и брызжущих кровавой слюной при каждом новом рыке и больше всего на свете возжелавших освободить сородичей из овечьих шкур.       Было обидно, что петляния ее собственной добычи, завели ее так глубоко в неправильном направлении. Она корила себя, что четыре месяца развеялись пеплом по ветру, открывая новые горизонты и проблемы. За ней охотились весьма рьяно, но и она выслеживала дичь с не меньшим рвением, пользуясь всеми возможными способами. Они так и не решили, кто из них жертва, а кто виновный.       Коротать время на корабле двум магичкам было трудновато, в окружении такого количества неосведомленных об их должностях мужчин-пиратов. Отъявленные убийцы и головорезы, лучшие из лучших пиратов Тедаса, закрыто сотрудничающие с Киркволлом и играющие роль козыря в рукаве наместника. Изабелла не заключала бумаг, только рукопожатие. И оно обещало быть крепким.       Оуриэль достала где-то карты, и девушки играли, стараясь не замечать качающееся время на борту корабля. Голова болела постоянно, мешаясь с частой тошнотой, не дающей есть. Теперь ее телосложение, состоящие из аккуратных мышц и костей, не лишенных привлекательной округлости, выглядели особенно остро, и представляло из нее девушку мускулистого и даже угрожающего вида.       Оул была не лучше, хотя за счет невысокого роста имела более женский образ, вызывавший хищный блеск в глазах населения самых различных рас. Ее скулы стали еще более четкими под темноватыми волосами, редко выпадающими из-за острых небольших ушек. Джей с удовольствием наблюдала, как та загадочно водит глазами, облизывается и раскрывается наедине с ней, становясь свободной от всего и легкой на словах. Эта перемена льстила Лавеллан, давая понять, что эльфийка могла видеть в ней больше, чем сестру по крови и друга.       Но сейчас хотелось лишь играть, попивая воду с травами из большой кружки, чтобы не потерять сознание от истощения и болтать, смеясь и иногда напевая печальные эльфийские песни, делясь историей их жизни, их народа, будто оно было самым ценным, что осталось у них. Но так и было.       Все вокруг меркло и становилось неважным, когда ты живешь их жизнью, ежедневно скрываясь от собственных чувств. Эльфийские кланы слишком быстро приняли решение. Арлатан не был их конечной точкой путешествия с самого начала, потому что каждый из них вцеплялся в воскресшую историю хваткой ядовитого паука, добивающего свой будущий обед смертоносными жвалами. Им повезло обнаружить весть еще до погони за кланами, которую они вели, не щадя сил.       Она не смогла осуществить мечту юной эльфийки, вьюном оплетшей ей руки, не давая совершить безрассудство и направляя беззлобным взглядом вперед. Ее маленькая золотая галла. Единственный путеводитель в мире живых, который еще не угас, ведя ее аравель.       Но Оул не была против, что читалось на ее лице, словно в открытой книге. Понять причину ее обид было сложно. Но обид не было, и не нужно было ничего понимать. Ее карие глаза не таили злобы и дарили спокойствие и надежду, что их дуэт стал для них кланом. Пусть ненадолго, но из памяти эти моменты не ускользнут никогда.       Она не знала, что Солас дарует девушке, путешествующей с его возлюбленной и обладающей таким колоссальным даром. Наверняка высоким титулом он не обойдется. Но сейчас еще не было времени думать об их встрече.       Вторая, сидя напротив нее, неожиданно перестала играть, отложив карты. Она пристально посмотрела на Джейр`ан, ставя локти на столик и опираясь головой на сложенные в кулак ладони.       — Никогда не подумала, что буду сидеть в одной каюте с легендарным Инквизитором Лавеллан. — она отняла одну руку, делая глоток из кружки и стискивая зубы, чтобы не выругаться из-за странного вкуса этого «чая»       Джей выгнула бровь, насмешливо кривясь.       — Перестань. Ты поняла меня до того как узнала, кто я на самом деле. — она пожала плечами. — Да и какой я теперь Инквизитор. Прячусь как пес, поджав хвост. Они видели во мне лидера, готового бороться за спасение этого мира, а я просто сбежала, не желая вмешиваться. Может, им нужен новый спаситель.       Ее спутница поморщилась, а затем посмотрела на нее с новой улыбкой.       — Что за вздор. Возродя империю эльфов, ты будешь больше, чем просто Инквизитор. Они нуждаются в тебе так же, как в Ужасном Волке. — Джей устало потерла виски и, покачав головой, легла на одну из двух небольших полок.       — А остальной Тедас? Люди, которые не причиняли нам вред? Гномы? Васготы, пытающие уйти от пленения Кун. — она выдохнула, закрывая глаза и ощущая как невесомая фигурка садится рядом и гладит по руке, оставляя на коже мягкое покалывание.       — Всех не спасти. Но ты нужна ему, чтобы придумать, как спасти большую часть. Так или иначе, кто-то гибнет. Даже сидя дома можно умереть, поперхнувшись рыбной костью. Или неудачно упасть с лестницы в своем поместье. — она задумалась. Они обе задумались от полных мудрости слов, излагаемых эльфийкой. — Ты нужна мне, чтобы мы были выше рабства. Выше рамок свободы. — Джей приоткрыла глаза, садясь и опираясь на руки. Ее слова были слишком полны смыслом.       Девушка подогнула под себя ноги, обнимая одной рукой Оуриэль за шею и кладя голову ей на плечо.       — Солас будет удивлен, что ты долийка. — та лишь выдавила печальную улыбку. Слишком много пережил их народ времен забвения.

***

      Скайхолд… Скайхолд был величественным замком пропитанным духами и тайнами, гораздо большим образом, чем все те места, где побывала Джейр`ан. Только подумать, как долго Инквизиция находилась в эльфийском замке времен Элвенана, даже не догадываясь об этом, и становится грустно, сколько еще всего кануло в забытье с воздвижением Завесы.       Скайхолд состоял из каменных глыб и ауры жизни, потрескивающей тут и там и управлявшей духами. Раньше она не чувствовала, как тонка тут та самая оболочка, отделявшая их от Тени. На стене, где она стояла, созерцая невообразимый вид гор и темнеющего вечернего неба, реяло знамя долийцев. Она всегда придерживалась интересов эльфов в решении вопросов и знамя, геральдика и вообще все, что можно, было отдано в дань уважения ее клану. Птицы парили, гонимые потоками ветра в отблесках алых лучей заката, покрикивая на своем резком языке и выписывая всевозможные пируэты…       А Скайхолд жил, касаясь ее сознания незримыми пальцами, звуками шуршащей пыли, носящейся по теперь пустынным залам, дворикам и закуткам. Остались только самые древние призраки времени и духи, погибших здесь когда-то существ, любопытно бродящие за Завесой, потому что теперь это был их дом. И она, маленькой фигуркой возвышающаяся на самой высокой стене древней крепости.       Пожалуй, это было третьим ее самым любимым местом во всем замке, после разве что тюрем, где она оборачивалась драконом, вырываясь из-под водопада птицей смерти и ее комнаты, где можно было запереться и дать волю чувствам. Чувству.       Она вспоминала все то, что теперь охраняла тишина строения, дремлющая подобно бессмертному стражу. Она ощутила его присутствие, стоило им первый раз прийти в это место. Но Солас сказал, что духи дозволяют им быть новыми хозяевами. Становилось понятно, что это было с его разрешения. Но, так или иначе, Инквизиции больше нет, и это место переходило опять во власть за Завесой.       Она не чувствовала холода, стоя в одной лишь длинной рубашке и закатанных по колено штанах. Он словно струился по ее коже, лаская и придавая новых сил, впитываясь легкими, как воздух, и укрепляя ее дух и волю. Казалось, еще вздох и, закрыв глаза, она покроется корочкой льда, с треском рушащейся от ее движений. Но холод становился другом, приходя с порывами ветра и также убегая дальше, исследовать запустевшую крепость.       На ее плечи опустилось нечто мягкое и приятное, сразу обволакивающее теплом и заботой, и она оглянулась, понимая, что ей на плечи набросили плащ. Фен`Харел остановился рядом, поправляя меховую верхнюю одежду на ее исхудавших плечах и смотря вдаль, вслед за ее взглядом бродящим по заледенелым вершинам.       — Даже во сне тут прохладно. — Он говорил тихо и как-то умиротворенно, лишь с парой ноток трепета и беспокойства за нее. — Или ты еще больше пошла по стопам уважаемой леди Вивьен? — Джей не сдержала смешка, сделав шаг к нему и боднув головой в плечо.       — Нет. Просто не чувствую холода, вот и все. Убедила себя, что тут тепло. — Он удивленно повел бровью, переводя взгляд на нее и прикрывая один глаз от последних бликов солнца. Интересное зрелище.       — Почему Скайхолд? — он расправил плечи в пластинчатом позолоченном доспехе. Все это вооружение придавало ему необыкновенно мужественный и самоуверенный вид настоящего Вожака. Он вел свою стаю через пустыню, не давая умереть от жажды и уничтожить друг друга. Глядя на него вот такого, она бы сама пошла за ним куда угодно.       — Мне спокойно на твоей территории. А я так много не хочу забыть об этом месте… — она облокотилась на каменные перила, подставляя лицо под потоки воздуха и позволяя им окружать ее лицо, вздымая легкие волосы, немного спутанные от долго стояния на ветру. — К тому же, тут началась наша с тобой игра. — она улыбнулась, вглядываясь в пустоту внизу. Как известно, Тень отражала воспоминания людей, и под этим замком они не видели ничего.       Ужасный Волк едва заметно улыбнулся, с пристальным видом наблюдая за ней, такой буйной, юной и молодой.        — Не здесь. Хотя если судить, то здесь она укрепилась и выросла вместе с Инквизицией. А наша игра началась еще в тюрьме Убежища. — Его сведенные за спиной руки напряглись, стоило ему вспомнить столь свежие в его памяти события.       Долийка накрыла губы руками, стараясь скрыть накатившие воспоминания, читавшиеся по ее лицу слишком просто.       — Расскажи мне про Скайхолд. — Мужчина дернул ухом, снова переводя взгляд на нее.       — Ma sa`lath, твоя любознательность меня всегда удивляла. Но сейчас нам стоит покинуть стену и окунуться в мою память. Если ты, конечно, хочешь.       Память была его главным сокровищем. Он не делился ей даже со своими советниками и ближайшими агентами, которые без слов не прикасались к этой теме, как его святыне. Но ей он хотел дарить себя, частички, которые она годами искала со своим кланом. Нет, он не мог пустить ее в чертог бродить там бесцельно… Но то, что он мог ей дать, было итак колоссально.       Джейр`ан удивленно ахнула.       — Неужели… ты покажешь мне Арлатан? — она сделала неуверенный шаг к нему и дав ему руку, которую тот тут же бесцеремонно сжал и потянул на себя, опуская ее в свои объятья. По-детски девственное удивление и восторг, так и звеневшие в ее голове, иногда расточавшим немалую мудрость, поражали его.       — Покажу. Идем. — он повел ее вниз, ведя по лестницам, избеганным ею вдоль и поперек. Скайхолд начал преображаться, освещенный неожиданно вставшим дневным солнцем… серость камня и старые деревья заиграли новыми красками, перевоплощаясь вокруг них в нечто другое, пестрящее зеленью и изумрудной листвой. Они вдвоем брели по замку, а он изменялся, податливо, словно глина, вылепляя фигуры и воспоминания, кольцами расходящиеся от них.       Вот, мимо пары проскользнули две девушки-эльфийки, аристократки, что можно было сказать по их усыпанным драгоценными каменьями платьям, струившимися подобно легчайшей паутине. А вот, стоят два величественных часовых, сквозь прикрытые веки, взирающие на проходящую мимо знать и простолюдинов, в броне, как у Отступника, ведущего ее под руку в свой мир.       А вот, скользнула высокая тень, и солдаты выпрямились, отдавая честь. Джей напряглась, пытаясь следить за направлением искаженных духами глаз и ее взгляд пал на верхнюю площадку, где возвышался красивый мужчина с зачесанными назад темными волосами и выбритыми висками… он смутно напоминал ей кого-то… Соласа.       — Погоди… — она немного потянула его за руку, и тот, проследив за взглядом, мрачно хмыкнул, криво улыбаясь.       — А вот мы случайно и встретились со мной, на пару-тройку тысячелетий моложе. — он кивнул, и они продолжили идти, поднимаясь по лестнице в непосредственно сам замок. Джей попыталась запомнить его черты, напряженно тараня взглядом землю… — Ты все-таки не всегда был… — Фен`Харел закатил глаза.       — Это в прошлом.       Они остановились на краю площадки, где ее провозгласили Инквизитором, и она произнесла речь от имени эльфов. Какая ирония.       — Вот тут я сказал, что мы поднимаем восстание против эванурисов. А потом, после битвы, я бежал тут, с некоторыми магами, чтобы создать Завесу. Во-о-от на тот балкон. — он указал кивком на ее комнату. Джей удивленно вскинула брови, вставая рядом с ним и запрокидывая голову. — воспоминания замелькали, когда все тот же мужчина в богатых одеждах пронесся мимо нее с группой эльфов, прямо набегу призывавших свои силы. И вот уже кто-то замельтешил на ее балкончике, раздавались крики, треск, она, потеряв равновесие, попятилась на Соласа, который за плечи подхватил ее, не давая упасть и прижимая к себе, скрепляя руки на ее животе в крепкий замок.       А вот, уже мимо них, шефствовал эльф, мрачно закутанный в плащ и скрывающий нечто капюшон, натянутый почти до носа. Эльф бросил взгляд на Скайхолд, растворяясь в воздухе, а Отступник позади нее, выдохнул, зарываясь в ее волосы.       — Это ты пошел восстанавливаться, чтобы впасть в Утенеру? Потому что Завеса забрала слишком много сил? — он едва заметно кивнул, тихо прошептав нечто похожее на «Угу.»       Джей повернулась к нему, не расцепляя его рук, и беря в свои его подбородок. — Я понимаю… понимаю, почему ты боишься. — она поникла отводя взгляд. — Ошибки помогают нам понять, стать лучше и не допустить их вновь. — Она с новой силой заговорила, погружаясь во мрак уходящих ярких воспоминаний переносимых в Тень. — Ты не хотел, или не хочешь по-прежнему, чтобы я была рядом, потому что нести восстановление твоего… нашего народа, это твой бич? Только твой, ты прав. Если ты скажешь теперь любое слово, я все равно не уйду, чтобы не «мешать» тебе. — она опустила руки, хоть его и оставались сомкнутыми за ее спиной. — Потому что за твоей спиной стояли они, давая силы. Так позволь же мне также стоять, когда ты снимешь ее. — она не смотрела на него, но ощущала его дыхание, его пронзительный взгляд.       — Я позволил еще когда пообещал найти. — она не выдержала, отступила назад и сорвалась с площадки, увлекая за собой и его. Но их восприятие Тени сделало приземление быстрым и мягким, объяв пеленой магии и опустив их рядом на траву. Она крепче укуталась в плащ, стараясь скрыть крупную дрожь, взявшую все ее тело.       — Бред. — Он как удара отшатнулся от нее, а на его лбу залегла тяжелая морщинка. — Я знаю зачем твои агенты искали меня. — она попыталась говорить, будто это было рутиной. Но рутиной это не было. — Чтобы обезопасить, увезти куда-нибудь далеко, пока ты будешь заниматься своими божественными делами. — Он с сожалением опустил глаза. Она поняла это еще тогда, но козыри не выкидывают раньше времени.       — Это было необходимо. Тогда. — она лежала спиной на холодной земле, смотря в Теневое небо. — Но это в прошлом. — Кажется, она произвела на него должное впечатление. Его тело, оно было рядом, а он лежал, смотря на нее, пытаясь понять ее загадки. Великий обманщик в замешательстве?       — В прошлом? — его руки в хрустящем металле опустились с двух сторон ее головы. Она смотрела в его широко распахнутые глаза. — Если я не была частью твоего плана с самого начала, то стану. Потому что глупо терзать себя, прикрываясь предназначением, в котором я могу занять место. — она задела его за живое. Будто бы он сам рассказал ей все свои планы. Но не теперь.       — Ты уже стала. — он с силой сжал веки, отгоняя прочь желанные образы и скрипя плотно сжатыми зубами. Он не смог противостоять порыву, рывком потянувшись к ее губам. Но встретил сопротивление в качестве двух упершихся в его грудь рук. Он поднял бровь, когда неведомая им ранее сила в ней, оттолкнула его, и он сполз на траву. Элфийка встала, отряхиваясь. Ее лицо было абсолютно безэмоциональным и даже отчужденным, но она выдавила улыбку.       — Не сейчас. — Повисла неловкая пауза, которую они выдержали с достоинством. — Ma nuvenin ghilas.* — он тоже встал, сжимая руки в кулаки и хрустя великолепной броней. Он хотел остановить ее, но сделал бы только хуже. — Боюсь, мой друг, мы не скоро увидимся, но встреча эта будет не в Тени. — он дернул бровью, собираясь предпринять отчаянный шаг, но девушка перед ним уже растаяла в воздухе, скривив рот в косом оскале-улыбке.       Что же задумала, так горячо любимая ему душа? Одни лишь духи знают.