Пять ночей к твоему сердцу

После обеда Фауст объявил о начале уборки поляны. Пора возвращаться домой. Близнецов из вида он старался не упускать, что изрядно трепало нервы обоим. Куда разумнее было соблюдать меры предосторожности, когда мужчина шёл на встречу, чем сейчас. Да и Элайза не давала покоя, то и дело шастая до палатки и обратно. Нигде от неё не спрячешься. Часам к трём ребята сумели создать первоначальную картину леса или почти первоначальную… Несколько парней помогли учителю закинуть палатки в машину и попрощались с Элайзой, на этот раз севшей за руль. Хао не покидало дурное предчувствие. Но до здания дошли без происшествий. После прибытия половина учеников завалилась спать, всё-таки ночная жизнь привлекала больше, особенно с наличием увеселительных «бонусов». Столько тайн рождается под покровом темноты, если ты соображаешь, что делать и куда идти. И как слепы мы можем быть днем, размышляя над обыденными вещами, никак не приближающими нас к достижению цели. Жаль скоро придётся выкинуть из головы такой распорядок, привыкая к раннему подъёму. Завтра первое сентября. Кое-где на стендах висело расписание уроков для четырёх классов, отведённые для них кабинеты и учителя. Асакуры не без сожаления увидели свои фамилии под классным руководителем в лице бывшего врача. Теперь им стоило быть аккуратнее в несколько раз. Как и ожидалось шаманы встретились со множеством одинаковых фамилий. Правда учеников разбросали по разным классам, по одному богу известному принципу. Последний день лета не радовал хорошей погодой. С самого утра пасмурное небо предвещало череду дней с ливневыми дождями. Братья больше не видели смысла открывать шторы, наблюдая за унылыми пейзажами. За окном послышался едва уловимый звук приближающегося автомобиля. Хао тихо встал, чтобы не мешать спящему соседу, и подошёл к бардовой шторе, приоткрывая её для обзора. На территории припарковался блестяще-черный джип, ради которого охранник пошёл закрывать ворота. Худенький паренёк поспешно выбежал и открыл дверцу со стороны пассажирского сиденья. Оттуда с трудом вылезло грузное тело в обтягивающем осеннем пальто в клетку тёмно-серого цвета и, как ни странно, шляпе. В интернат пожаловал директор собственной персоной. На встречу ему выскочила парочка одетых не по погоде учителей. Слишком торопились. Девушки улыбались, расплясывая вокруг Тао, вскоре все трое зашли внутрь. У Хао пробежал табун мурашек от мысли, каким грозным может быть его голос в разговоре с подчинёнными. Учеников он называл штуками, словно товар, что явно не говорит о доброте душевной. С другой стороны, если с ними учился его сын, ничего страшного им не грозило. Родители ведь тоже последний год пребывали здесь. Хотя полной уверенности не хватало. Надежда умирает последней. Через час раздалось аудио обращение, призывающее всех явиться в обеденный зал. Йо, разбуженный таким неприятным образом, возмущенно посиживал на кровати, торопиться он не собирался. В чём причина ему поведал брат. Сотня учеников вместе с преподавателями сидели в ожидании. В зал вошли Фауст с Еном. Последний представился и начал торопливо рассказывать как он сделает все для благополучия учеников и даже больше. В это время Хао из обилия лиц старался найти максимально похожее на толстяка, при этом его совершенно не волновало, что постоянно оглядываясь он выглядит, мягко говоря, странно. Наконец найдя кого искал, старший Асакура не сводил взгляд с обоих, а после собрания парень решил не отставать от сверстника. Необходимо узнать в какой комнате остановился синеволосый. Потом он что-нибудь придумает касаемо дальнейших действий.  — Хао, ты куда? — одернул близнец, когда они оказались не в том коридоре.  — Иди к себе. Быстро! — длинноволосый шептал на японском, продолжая путь в другой конец здания. Йо исчез, видимо обиделся. Но сейчас не до него. Увидев, как парень окликнул отца, шаман завернул за угол и прислушался.  — Могу я узнать, какого хрена ты тут делаешь? И почему я об этом ничего не знал? — мужчина наконец обернулся и пошел в противоположную сторону, прямиком к сыну.  — Тебе и не обязательно. Более того, если хоть одна живая душа в интернате узнает кто мы друг другу…ты понял?  — Нормальный нет? Сначала уходишь из дома и появляешься как вздумается, а потом внезапно сам устраиваешь меня в долбанную школу, где оказываешься директором! Определись, хочешь меня воспитывать или нет!  — Не ори. Твое дело сидеть и помалкивать.  — А как человека с судимостью могли взять на такую должность? — от подобного отец разозлился не на шутку.  — У меня…нет…судимости.  — Ой, извини. Оправдали всё-таки. Забыл. — Ен с презрением вцепился юноше в шею, припечатывая его к стене. Тот начал сразу задыхаться, от неожиданности не успев набрать воздуха в лёгкие.  — Заткнись. Никаких доказательств у тебя нет и не будет. Или забыл кому больше верят все вокруг. Непослушный подросток снова придет на уроки с синяками, как не хорошо. Никто не должен знать о нас, ясно? — Рен сильно покраснел, сил хватило на слабый кивок. Ен отпустил, словно тень исчезая в темноте длинных коридоров. Через пару тройку секунд звук его грузных шагов перестал разноситься по близости. Подросток осел на пол судорожно глотая необходимую порцию кислорода. Всё таки нелепый поступок главы семейства успел напугать. Хао вышел из временного прикрытия, являя объекту лицо преследователя. Тао заметил одноклассника не сразу.  — Ты в порядке? — интересовался незнакомец.  — Слышал, да? — вопросом на вопрос ответил юноша. А раз может говорить, значит всё нормально.  — Я хотел выйти но…  — Но нам влетело бы вдвойне. Рен. — Представился синеволосый, ничуть не соврав новому знакомому.  — Я Хао. — Шаман протянул руку и помог встать.  — Могли и раньше познакомиться.  — В смысле?  — В одном блоке живем. — Асакура вскинул бровь, и как он раньше не додумался познакомиться хотя бы с соседями. Легко не замечать реальный мир, находясь в событиях прошлого. — Давай ты забудешь об увиденном.  — У меня есть идея получше. Так значит ты на нашей стороне?  — Ты о чём?  — М да, придется объяснить, пошли в гостиную. В общей комнате подключился и Лайсерг. Зеленоволосый парень, живущий вместе с Реном. Причем, как оказалось позднее, не только в интернате. Хао поделился собственными предположениями и догадками, а так же информацией, полученной в течение немногих дней пребывания в загородной школе. Чем больше они слушали, тем сильнее одолевало чувство непонятного подозрения ко всем учителям без исключения. Йо заждался возвращения брата, так что пришлось отложить любимые наушники и выйти наружу, где его, как оказалось, давно ждали. Какого же было его удивление видеть брата в компании соседей.  — Вот чем обернулся затворнический образ жизни. — Обращался тот к близнецу.  — Скажи спасибо и года не прошло. Подвернулся случай. — Асакура до сих пор немного обижался, но узнав причину уступил место другим эмоциям. Однако его реплики в большинстве не обращались к длинноволосому. Брат не обращал внимания, пообещав про себя разобраться вечером наедине или в любое другое удобное время. В столовой шаманы сели за один столик, пока Фауст не выловил преследователя и не пригласил в свой кабинет. Хао сцепил зубы, столь быстрого развития событий он предсказать не мог. Врач поудобнее устроился в кресле и начал задумчиво рассматривать обстановку, как бы невзначай не останавливаясь на главном «предмете интерьера», к тому же еще и лишнем, и живом. Те же стены с пастельными обоями, книжные шкафы с полными коллекциями книг знаменитых писателей. Блондин вынужден быть универсальным учителем, а русские классики невольно помогают в изучении литературы. Впрочем Асакура не предполагал о содержании книг, не зацикливаясь на исписанной бумаге. Для него макулатура имела куда меньшее значение, особенно перед непредсказуемым разговором. От учителя его отделял пустой письменный стол из темного дуба. Где-то поодаль от входа стояла маленькая лампа, которой не придумали лучшего места, кроме как на полу. Пара старых комодов завершала перечень мебели. На потолке висели лампочки как в коридоре, чтобы особо не тратиться. Судя по кое-где скопившейся пыли и отсутствию вещей, преподаватель давно не посещал это место, да и не только он. Теперь Фауст не казался таким легкомысленным, как при первой встрече, пожалуй, сейчас он и выглядел постарше лет на десять. Или виновато освящение. Изучив «местность» вдоль и поперек, ученик отчаялся услышать хоть слово, но не самому же начинать. У него то никаких вопросов нет к своему же поведению. Вдруг врач заговорил, будто читая чужие мысли.  — Ты бы не ходил ночью по лесу. Знаешь, там опасно. И я не себя имею ввиду, — длинноволосый пребывал в неком шоке от мягкого голоса своего врага, как он успел надумать ранее.  — Нет сомнений, у вас ещё куча сообщников.  — Правильно, не задавай вопросов, — Фауст улыбнулся уголками губ и продолжил смотреть в одну точку, как будто через шамана. — У меня нет ответов для тебя, лишь предостережения.  — Спасибо, но они мне без надобности. — Асакуру совсем не пугали последствия такого общения.  — Не нужно лезть в это дело, — доктор попытался установить зрительный контакт с учеником. Хао справился быстрее, встречаясь с бледно голубыми глазами, кажется много лет назад потерявшими некогда яркий цвет.  — Тогда почему вы не нашей стороне? — незаметно для себя озвучил мысли собеседник. Он прищурился. Эти глаза его…пугали? Всё же в шкафу у врача завалялась парочка скелетов. Иначе почему сейчас он не разговаривает с ним как недалекий учитель-извращенец, которому на вид чуть меньше тридцати. Издевается? Почти исключено.  — Не все пути мы выбираем сами. Тебе стоит найти другой. Надеюсь на твоё благоразумие. Можешь быть свободен. Длинноволосый незамедлительно покинул помещение, стараясь бесшумно закрыть дверь, дабы больше не встретить пустой взгляд. Знал бы он отчего именно становится не по себе всем на его месте. Фауст и правда вечером почти ничего не видел, случались и вспышки полной слепоты. К счастью, они пока быстро отступали. Сколь не выкручивайся, а человек не может жить вечно. Мужчина на ощупь набрал знакомый номер. Ему поможет только она… Хао встретила полная тишина. Близнец за столом изучал какую-то книгу, по всей видимости взятую с полки в гостиной, вряд ли он пошёл бы в библиотеку. Судя по названию роман, не исключено подробное описание всяких сцен. Предположения то подтверждаются. Заметив шевеления брата в свою сторону, младший демонстративно захлопнул книгу и повернулся на деревянном стуле.  — Ну что, влетело? — в голосе таилась капелька надежды вперемешку с сарказмом.  — Нет, — скромно ответил старший. — Перестанешь так себя вести? Нельзя было упускать возможности проследить за ними.  — Наконец то меня не игнорируешь. — С ехидной улыбкой ответил шаман. — А чего такой грустный?  — Ты хорошо знаешь биологию? О чём говорят слишком бледные голубые глаза.  — Ничего глупее спросить не мог, — после короткой паузы он продолжил, — слепоту, болезнь, возрастные изменения, да всё что угодно!  — Фауст постоянно смотрел куда-то не туда, я думал он…впрочем не важно. — Увидев столько недоверия в глазах, он не стал продолжать. А Йо и без того догадался, в чем дело.  — Опять двадцать пять. Снова истории из разряда «нашему учителю триста лет».  — Не триста. Если так уверен, возьми у него паспорт и посмотри или записи найди, вот тогда поверю.  — А как же мой сон. — Задумался повелитель огня.  — Тебе не приходило в голову, что это мог быть его отец. Семейный бизнес, блин.  — Семнадцать лет назад? А Элайза выходит не считается?  — М да, семнадцать плюс семнадцать плюс семнадцать, чего-то слишком много получается. Короче забей…стоп. Кто сказал, что Фауст еще не родился тогда. — Оба близнеца поняли, что жутко тупили. Да и наличие Элайзы в корне меняло единственное предположение. На дворе двадцать первый век, а им придется по бумажкам в столе рыться. — А интернет, — Йо пальчиками постучал по телефону.  — Нет там ничего про учителей. Оно и понятно. Кто бы не удивился, рассматривая одну и ту же фотографию пару десятков лет на фоне стареющего здания. Там лес и поля, корпуса на полянках, но ни одного человека. Специально удумали не показывать. Отзывы такие хвалёные, пейзажи, аж противно.  — В смысле всякие? — зацепился за одну фразу близнец. — Здание у нас одно. — Асакура нахмурился и открыл страницу, сверяясь с картой.  — Два и куча домиков. Написано общежития для персонала, про второй корпус ничего не известно. — Через какое-то время сообщил Хао. — Нам нужно туда сгонять!  — Ага, чтобы увидеть развалившиеся здания? Вечно тебя тянет подальше от спокойствия. Спешу напомнить, некое подобие лагеря кончилось, и завтра начнутся уроки.  — Подождем до субботы.  — Ладно, будешь обдумывать план побега, разбуди. — Йо похлопал брата по плечу, зевая по пути к кровати.  — Спокойной ночи.  — Спокойной. Завтра предстоял ответственный день. Нужно привыкать к школьной жизни и не умереть со скуки или, например, недостатка сна. В семь часов прозвенел нарушитель спокойствия. Некоторые девочки уже приводили себя в порядок. Накручивали волосы, прихорашивались, красились, словом всё то, что отличало их сборы от противоположного пола. Парни же сонными толпами топтались у ванной. Хотя очередь из трех человек была максимальной, никто не хотел её отстаивать. Близнецы с Лайсергом дружно уселись на диванчик и запрокинули голову на спинку. Вдруг получится заснуть и не идти на пару первых уроков, а соседи сжалятся и не станут будить ленивую тушку. Однако надеяться не приходилось. Вот и начало «счастливых» будней старшеклассников. Парни успели занять четвертую парту, а как известно, чем дальше от учителя, тем лучше. На удивление старшего Асакуры, Фауст сегодня выглядел как-то иначе. Настроение приподнято, сам он полон энергии, а глаза поблескивают от линз. Такие странные метаморфозы вызывали очередной поток подозрений. Хао потихоньку придумывал план захвата учительского кабинета, где он имел неосторожность вчера оказаться. Ключи от всех кабинетов имелись в двух экземплярах. Только вот второй не мог ничем помочь и вероятность заполучить их не увеличивалась в двое. Унести из-под носа Элайзы, значит подписать смертный приговор. Пораскинув мозгами, шаман решил обыскать кабинет прямо на перемене. Другого шанса могло не представиться. Конечно ребята перед осуществление плана прождали пару уроков, чтобы быть уверенными, в классе на перемене никто не останется. Окна открыли для проветривания, учеников попросили выйти, все направились в столовую. Естественно закрывать кабинет казалось без надобности, если кто-то что-то и украдет, то тут же вычислят, деваться некуда. Поэтому, как только учитель скрылся из поля зрения, Хао беспрепятственно юркнул в класс, открывая наугад все ящички в столе. Вскоре поиски увенчались успехом, и ключи неприятно звякнули в руках огненного шамана. Тот тихонько свернул в нужный коридор, изредка оглядываясь на шедшего позади брата. Если всё пойдет не так, как надо, Рен и Лайсерг должны задержать учителя, закидывая его вопросами. Какими, никто из них заранее не придумал… Дверь легко поддалась родному ключу, являя парням пустую комнату. Метнувшись по разные стороны от стола, братья чуть не уронили лампу, что могло стоить старушке жизни. В первых четырех шкафчиках ничего полезного не оказалось, в пятом красовалась папка «документы». Обнадеживающе. Близнецы такого слова пока не знали, но любопытство в месте с интуицией взяли верх. Сотня личных дел едва влезала в неё. Долго не думая, Хао прихватил пару тройку, для надёжности спрятав находку под кофту. В ящике оказалось двойное дно, разобравшись с ключом, Асакуры увидели еще одну папку и две маленькие книжечки. Время на досмотр у них нещадно кончалось, а прочитать и понять информацию не представлялось возможным. Старший открыл первую книжечку.  — Пятое декабря тысяча девятьсот семьдесят восьмой год.  — Вот видишь, тот наверно Элайзы, пошли быстрее. Ученик помотал головой и открыл второй. В нём красовалась все та же фотография, те же данные, только год совершенно другой.