Насильно рад воде не будешь...

Раскуривая утреннюю сигарету, Мартин брёл по пирсу, раздумывая над увиденным и произошедшим ночью. Зачем непонятным ИМ нужен он? Зачем они утащили Августа? А, может, дядюшка и тётушка придумали его чтобы напугать Мартина? А кто же тогда скрёбся вчера? Кто стонал на реке ночью? - Эй, парень! Мартин резко обернулся. В нескольких шагах от него стоял крупный мужчина. Тёплый свитер доходил ему до самого подбородка, ветер ерошил не короткие, но и не длинные соломенные волосы, а широкие штаны мешком висели на крупных бёдрах... - Хорошая сегодня погодка, правда? - мужчина зажмурился, подставляя лицо солнцу. - Тепло. - Тепло, - юноша затянулся, поднеся сигарету дрожащей рукой. - Зря куришь, парень. Не приведёт к добру... Мартин криво усмехнулся. Хоть кто-то здесь обратил на это внимание. - А ты с этими живёшь, да? - мужчина непонятно повёл рукой в сторону дома. - Странные они... - Ага! Всё твердят о ком-то, всё ОНИ, ОНИ, - юноша попытался повторить, как дядюшка говорил это слово. - Ещё сына придумали, Августа. Ха! Чокнутые! - Сына, говоришь... С другой стороны пирса раздался плеск. Парень обернулся на него... - А Август-то и вправду... Был... Мартин повернулся обратно, но мужчины на пирсе не оказалось. Нервно выбросив сигарету, он пошёл к дому. - А я говорю, поймать и показать надо! - ... - Женщина! Ты женщина и не понимаешь ничего! Он не Август! - ... - Дура! Лучше готовь ружья! Разведчики так просто не уходят! Громовой голос дядюшки долетал и до пирса. Зачем так нужно кричать? Мартин недоумённо хмыкнул и открыл тяжёлую дверь. - Ты где был? - Глория и Вильгельм повернулись к подошедшему. - Курил, - Мартин с мгновение подумал и добавил. - На крыльце... - Если на крыльце, то ладно, - ворчливо заметил дядюшка. - Там, на пирсе, - начал неуверенно парень, смотря то на мужчину, то на женщину. - Что ты видел на пирсе, дорогой? - женщина ласково улыбнулась. - Там стоял человек... Я отвернулся... И его не стало... Вильгельм нахмурился. - Сегодня не будешь спать ночью. Мы будем обороняться. *** Солнце медленно клонилось к закату. Дядюшка не оставлял Мартина ни на минуту, то показывая, как правильно нужно чистить сельдь, то рассказывая о доме, о старой машине, о том, как они познакомились с супругой... Плавно рассказ перешёл к Августу... - Хилый он был, парень наш, боялся всего, болел часто... Мы и ко врачам ездили, и сами лечить пытались... Плохо набирал Август силу... А потом ЭТИ пришли... Вынюхивали, пугали его... А потом забрали как-то, мальчика нашего... Августа, - Мартин видел, как на глазах этого странного мужчины навернулись слёзы. Он смотрел на пустошь сквозь немытое окно и говорил тихим, безжизненным голосом. - А теперь ты приехал к нам...Мы должны защитить тебя, не дать в обиду... И мы не дадим, да! Он сжал руку в кулак и повернулся к Мартину. - Пошли! Держал ружьё в руках? Нет? Сейчас будешь! Вильгельм открыл большую комнату, узкие, уже, чем во всём доме, окна которой выходили на реку. Возле стены стояла супруга и заряжала ружья. - Сколько у нас патронов? - На ночь едва хватит... Если не будешь палить просто так... - Дай одно, - он протянул женщине руку. Та, вернув половинки ружья на место, протянула его супругу. - Смотри, парень, - мужчина повернул на окне ручку, чуть приподняв стекло. - Кладёшь дуло в выемку, ловишь нелюдя в прицел и жмёшь курок. Раздался оглушительный выстрел. В комнате запахло горелым порохом. - Держи, ночью будешь тренироваться, - дядюшка впихнул в руки юноше ружьё, а сам вернулся вглубь дома. - Не держи зла на него, Август... Отец хочет защитить тебя, - голос женщины был безжизненный. Она механически заряжала ружья, приставляя их к стене возле окошек. - У нас часто бывают такие сражения. Не бойся, Август... В прошлый раз мы одержали успех... Она поставила последнее ружьё и, не глядя на юношу, покинула комнату.