Sherlock: The Case of the Changeling Child

Когда Шерлок проснулся, он взглянул на Челси. Она лежала на спине, уже проснувшись и считая на пальцах. — Что ты считаешь? — спросил Шерлок тихо. — Я думала о протлой ночи, и мне захотелось заплакать. Иногда, кода мне хочется плакать, я считаю, и это помогает. — На каком ты числе? — То сорок два. — Тебе все еще хочется плакать? — Нет, но я подумала, что не буду отанавливаться. Шерлок улыбнулся. — Побудь пока здесь, я приму душ. А после мы пойдем в больницу повидаться с твоим отцом и Джоном. — Ладно, — согласилась Челси. — Может, ты досчитаешь до двухсот сорока и установишь новый рекорд. Примерно полтора часа спустя Шерлок, держа Челси за руку, вошел в мою больничную палату. Мэри встала со стула, и обняла Шерлока. Он представил маленькую девочку Мэри, но когда та протянула руку, Челси испуганно посмотрела на нее и спряталась за Шерлока. Я уже видел такую реакцию, когда девочка впервые встретила Молли. Пожалуй, то, что она росла в обществе лишь своего отца, сделало Челси застенчивой в женском кругу. После того как я и Шерлок обменялись приветствиями, я рассказал ему, что меня отпустят домой уже вечером. Он помрачнел. — Джон, ты помнишь, что сказал мне в день твоего ранения, когда я решил остаться с тобой вместо того, чтобы немедленно идти спасать Челси? — Конечно. Я сказал тебе, что ты должен спасти ее. — Или? — Или наша дружба закончится. Он кивнул головой и отвернулся. — Шерлок? Он повернулся ко мне снова. — Решения, как эти, очень сложны для меня. Я верю, … на этот раз, во всяком случае, … ты помог мне сделать правильный выбор. Если бы мы приехали на место на несколько минут позже, боюсь представить, что бы мы нашли, — он замолчал. — Спасибо. Я знал, насколько трудно было Шерлоку произнести эти слова. Он редко признавал свою неправоту. — Но… — он продолжил. — Но? — Но, — повторил он. — Мне не нравится, что ты держишь нашу дружбу в качестве заложника моральных решений. — Тогда не было времени для споров, Шерлок. Я не знал, как еще убедить тебя. — Тем не менее, если ситуация снова повторится, и зная меня… зная тебя… я не сомневаюсь, что это произойдет вновь, я предлагаю ввести кодовое слово. — Кодовое слово для?.. — Мы придумали много кодовых слов для различных сценариев. Я предлагаю, чтобы было одно на случай, если я делаю неправильный выбор, — объяснил Шерлок. — Но я всегда считаю, что ты делаешь неправильный выбор. — Я не говорю об обычных, повседневных вещах, о которых мы вечно спорим, как, например, какая фирма тушеной фасоли лучше. Я говорю о ситуациях серьезных, которые затрагивают жизнь и смерть, добро и зло, серьезные моральные проблемы. Я больше не хочу слышать, как ты снова угрожаешь прекратить нашу дружбу из-за того, что я сделал или собираюсь сделать. Так что когда ты скажешь кодовое слово, это будет для меня знаком остановиться и… вдуматься. Я не утверждаю, что я буду всегда решать в твою пользу, но это будет сигналом к тому, что мне нужно, возможно, настроить свой моральный компас, привести его в соответствие с твоим. Я посмотрел на Мэри. — Как насчет закаты в августе? — предложила она. — Что? — Шерлок и я сказали это одновременно. — Слушайте, — сказала Мэри. — Мы с Джоном собираемся пожениться через два месяца, так что я тоже в этом участвую. Я думаю, я должна знать эти кодовые слова, про которые вы говорите. Так что когда мы услышим «закаты в августе», мы все будем знать, что это серьезное решение, которое должно быть более тщательно обдуманно всеми нами. Челси дернула Шерлока за пальто. — Мы пойдем к моему папе? — Через минуту, — сказал Шерлок. — Шерлок, это другое дело, — сказал я. — Детектив-инспектор Лестрейд уже приходил сюда утром. Он рассказал мне о том, что случилось прошлой ночью. Эта маленькая девочка видела то, что ни один пятилетний ребенок не должен видеть. Ей точно нужна помощь психолога. — Она в порядке, — сказал Шерлок. — Шерлок, закаты в августе! — сказал я. — Джон, если ты будешь часто использовать кодовое слово, то оно потеряет свое значение. — Но он прав, — сказала Мэри. — В смысле, посмотри на нее. Я не думаю, что она в порядке. Шерлок оглянулся. Челси стояла с закрытыми глазами, сжав кулаки, как тогда, когда ей хочется плакать. Он присел на корточки и шепнул что-то ей на ухо, а затем взял девочку на руки. Она крепко обхватила его руками и положила голову ему на плечо. Челси держала поводок Брауни, и сейчас он спускался вниз по спине Шерлока. — Лестрейд говорил тебе, что ее отец Ричард Шербрук, а не Ричард Брук? — спросил Шерлок. — Ты знаешь его? — Он был моим клиентом, когда я еще учился в университете. Он… эм… творческий бухгалтер. — Кто? — Он готовит книги для жизни. И он очень хорош в этом. Или был, когда я знал его. — Так, подожди минутку. Ты имеешь в виду, что мы… мы пытались найти то, чего нет, когда искали связь с Мориарти? — Я думаю, подходящим выражением будет «идти по ложному следу», — сказал Шерлок. — Хотя я не совсем уверен. Подожди, мне пришло сообщение. — Это от Молли, — сказал он, удивленно. — Она что-то нашла. — Что? — спросил я. — Не сказано. Я зайду к ней в лабораторию перед тем, как мы уедем. — Я не понимаю, — сказала Мэри. — Почему вы думали, что фамилия Челси — Брук? — Из-за ее манеры разговора, — объяснил Шерлок. — Она не выговаривает «с», а еще она убирает слог полностью, если в нем есть «ш». Она зовет меня «Лок». — А шербет — это бет, — добавил я. — Поэтому, когда мы попросили ее назвать свою фамилию, она сказала Брук. — Думаю, она пыталась сказать, что мы ошиблись, но мы оба не придали этому значения, — сказал я. Челси подняла голову с плеча Шерлока. — Я говорила вам, что меня зовут Челли Брук. — Я знаю, — он направился к двери. — Пойдем к твоему папе. — И вы оба зовете себя детективами, — сказала Мэри. — Он детектив, — сказал я. — А я просто хожу следом. Шерлок, я заеду к тебе вечером, когда они отпустят меня. — Нет, не заедешь, — сказала Мэри. — Ты поедешь домой отдыхать. Вы двое можете поиграть завтра. Шерлок бросил на меня взгляд, который кричал о том, что он знает, кто будет во главе моей семьи. Я мысленно отправил Шерлоку сообщение, которое, я надеялся, он истолковал, как инструкцию, что ему нужно сделать с этим своим «взглядом». Но, разумеется, оно прошло мимо получателя. Шерлок опустил Челси на пол, когда они подошли к двери палаты ее отца. Она вела себя необычайно тихо, пока они шли по коридорам больницы. Шерлок присел на колени перед девочкой. — Челси, твой папа был серьезно ранен прошлой ночью, помнишь? Маленькая девочка почти незаметно кивнула. — У него будут порезы и синяки на лице и, возможно, повязки. Но это временно… эммм… это означает, что это всего лишь на несколько дней или недель, и тогда он будет выглядеть, как всегда. И я не знаю, были ли у него какие-то травмы, поэтому он может не слишком хорошо себя чувствовать. Ты готова войти? Она снова кивнула и взяла Шерлока за руку, когда они вошли в комнату. Ричард Шербрук лежал на кровати, наклоненной примерно на тридцать градусов. Он смотрел телевизор, но тут же выключил его, когда увидел своих гостей. — О моя маленькая девочка. Челси, иди сюда. Шерлок поднял ее и усадил на край кровати. Она тут же обвила руками шею отца. — Папа! Она целовала его по всему лицу. — Осторожно, детка. Я пострадал в местах, о которых даже не думал. Его левая рука была в гипсе. Челси сидела на кровати и держала его за руку, другой она гладила его по лицу. Один глаз Ричарда опух, а кожа вокруг него была покрыта пятнами. — Мистер Холмс, я так благодарен за все, за вашу заботу о моей дочке. Я правда хотел увидеться с ней, но не был уверен, как она отреагирует на меня в таком виде. — Ей нужно было убедиться, что вы в порядке. — Ты вела себя хорошо с мистером Холмсом? Челси не ответила на вопрос, вместо этого она обнажила нижний ряд зубов. — Папа, смотри. Он выпал. — Ох, я пропустил твой первый молочный зуб. Ты его сохранила? Она покачала головой. — Зубная фея забрала его и дала мне пять фунтов. Она показала пять пальцев. — Пять фунтов за зуб! — он посмотрел на Шерлока. — Мой бог, мистер Холмс, зубная фея в вашем районе, должно быть, ужасно богата! — Мистер Шербрук, ваш ребенок прошел через… столько, … когда вы оставили ее без предупреждения на моем пороге три дня назад. И вы должны ответить на множество вопросов. Но объяснения могут подождать, пока… вы немного поправитесь после травм. Тем не менее, я хотел бы задать вам всего один вопрос. Вы знаете человека по имени Джеймс Мориарти? — Мориарти? — Шербрук нахмурился и покачал головой. — Он был в новостях несколько лет назад, ведь так? Проник в Тауэр и Банк Англии или что-то в этом роде. Но если вы спрашиваете, знаю ли я его лично, то мой ответ нет. — Очень хорошо. Так, когда вас отпустят? — Доктор заходил недавно. У меня ушиблена селезенка, и он, видимо, убедиться, что нет ничего серьезного. Она может остаться с вами, пока меня не отпустят? — Мистер Шербрук, вы поставили меня в трудное положение. Я чуть не потерял ее прошлой ночью прямо перед властями, и все еще могу, ведь сегодня я встречаюсь с детективом-инспектором. Почему вы оставили своего ребенка с социопатом? — Но нет же, я оставил ее с тобой. Ты единственный, кому я могу доверить ее… ее секрет. — Боюсь, это уже не секрет. Прошлой ночью ее видела куча людей. — Умоляю, мистер Холмс, она все, что у меня есть. — Вы уже разговаривали с кем-нибудь из Скотленд-Ярда? — Боюсь, я был не в себе прошлой ночью. Медсестра сказала, что кто-то приходил сегодня утром, но я был на обследовании. Но она сказала, что они вернутся во второй половине дня. О Челси, мой ягненок. Поцелуй своего старика на прощанье. Мы очень скоро увидимся, но сейчас мне нужно отдыхать. Шерлок помог девочке слезть с кровати. Затем он и Ричард Шербрук обменялись телефонными номерами, и Шерлок с Челси вышли из комнаты. — Мы можем сейчас поехать домой, Лок? — спросила Челси, когда они дошли до лаборатории Молли. — Нам нужно еще кое к кому зайти, а потом нам нужно быть в Скотленд-Ярде, хотя я действительно не хочу туда ехать. Челси молчала всю дорогу, пока они поднимались по лестнице в лабораторию Молли. Это было не ее обычное поведение, поскольку в свой первый день с Шерлоком девочка без умолку болтала, когда они вдвоем шли гулять в парк. Шерлок начал думать о том, что ей действительно необходима помощь психолога. Его настроение улучшилось, когда они вошли в лабораторию. — Молли! Какие у тебя новости? — Думаю, я что-то нашла. — То же самое ты написала и в сообщении. Что именно ты нашла? — Что ж, я точно не знаю. На самом деле, нашла не я, а Энди из радиологии. В смысле, это его работа читать такие снимки, и он должен мне, так что я попросила его взглянуть. — Молли, ближе к делу. Этот Энди нашел что-то в снимках Челси? — Смотри, здесь, — Молли указала на что-то на экране компьютера. — Здесь, в ее черепе на корональном шве, где лобная и париетальная кости. Видишь это крошечное пятно? Оно меньше, чем два миллиметра и находится прямо внутри в кости. Но это не все. Вот здесь, — она показала еще один слайд. — Это левое плечо, ее лопатка. Вдоль гребня кости позвоночника прямо здесь. То же место. И опять же находится прямо в самой кости. — Опухоль? Шерлок взглянул на Челси, которая сидела на полу и разговаривала с Брауни, ее воображаемой собакой. — Нет, по словам Энди. Он считает, что это было имплантировано в нее. И чтобы кость окутала эту штуку, имплантация должна была быть сделана, когда она была еще очень мала, может быть, даже еще в утробе. — Но с какой целью? Что это? — Я без понятия. И Энди тоже. И думаю, их нельзя удалить хирургическим путем. Молли на секунду взглянула на Шерлока, когда он глядел на изображение на экране. — Шерлок, той ночью, когда она убежала. Когда Джон вернулся за ее одеждой, он рассказал мне о том, что случилось, когда вы нашли ее. О крови на спине и ее криках. Звучало ужасно. — Думаешь, эти… эти пятна связаны с этим? — Я не знаю, — сказала Молли. — Это опять случилось прошлой ночью, — сказал Шерлок. — Опираясь на то, что она мне рассказала, это происходит, когда она плачет. — Что может быть причиной этому? — спросила Молли. — Ты патологоанатом, а не я. — Может… может, пятна не имеют ничего общего с этим. Может быть, это все ментально, — предположила Молли. Шерлок отвернулся от экрана и направил свое внимание на Молли. — Может, — продолжила Молли, — может, она пережила большую трагедию в своей жизни — в своей достаточно короткой жизни — и это проявляется таким образом. Может, ей нужен психиатр. Они оба посмотрели на Челси. Маленькая девочка не обращала внимания на них, она была занята, обучая Брауни различным трюкам. — Спасибо, Молли, — сказал, наконец, Шерлок. — Если ты, или Энди, найдете что-то еще, дай мне знать. Я знаю, что тебе можно доверять. Энди умеет хранить секреты? Молли улыбнулась. — О да. — Пойдем, Челси, нужно идти, — Шерлок протянул руку и Челси, схватившись за нее, встала на ноги. — Скажи «до свидания, Молли». Девочка, вместо этого, уткнулась головой в пальто Шерлока. Она молчала, пока они не попали в коридор. — Лок, мой папа толгал, — вдруг сказала она. — Ты тоже это заметила, да? — сказа Шерлок. — Как думаешь, о чем он солгал? — Об этом Мориарти. — Он сказал, что не знает его. — То, что он казал, это не то, о чем он подумал. — А о чем он думал? — Он ненавидит его. — Твой отец ненавидит Мориарти? — Да. — Почему? Челси пожала плечами. — А ты лгала, когда сказала, что не знаешь Мориарти? Челси остановилась и уперла руки в бока. — Я не лгу! — Нет, думаю, нет, — он протянул свою руку. — Пойдем. Она взяла его за руку, и они продолжили идти. — Лок, нам нужно будет приходить тюда еще раз? — Ну, да, если ты хочешь увидеться с папой, если он останется здесь на некоторое время. — Мне не нравится здеть. Здеть боль, и люди грутят. Я грущу из-за этого тоже. — Поэтому ты молчишь весь день? Она не ответила. — Мы не будем возвращаться сюда, если ты не хочешь. У меня есть идея. Может, зайдем за мороженым, перед тем как идти в Скотленд-Ярд? Она пожала плечами. — Можно, пожалуй.

***

Пока они ехали в такси на встречу с детективом-инспектором Лестрейдом, Шерлок пытался вывести Челси из состояния уныния, в котором она была сегодня. Он надеялся, что мороженое поможет, но девочка быстро съела свою порцию, не проронив ни слова. Обычно, Шерлок был бы рад молчанию Челси, но я поселил в его голове мысль о том, что вчерашние события травмировали ее и что девочка нуждается в помощи психолога. Затем и Молли внесла свою лепту с ее замечанием, что, возможно, у Челси какое-то психологическое расстройство, которое проявляется во всех этих жутких эпизодах с кровью. К тому же, на снимках обнаружились эти два таинственных пятна. Но когда Шерлок посмотрел на нее, он увидел ее нынешнее мрачное настроение, как отражение своего собственного. Неужели люди видели его таким же в детстве и видят таким же сейчас? Неужели, они видели и продолжают видеть в нем кого-то, кто сломлен, кому нужна помощь? — Челси, — сказал Шерлок, разрывая тишину, — ты помнишь наш разговор в больнице о лжи? Она не ответила, но он продолжил. — Иногда люди лгут, чтобы защитить себя, но иногда — чтобы защитить других, кого-то, кого они любят, и это не так уж и плохо. Через несколько минут мы встретимся с детективом-инспектором Лестрейдом. Ты наверняка не помнишь его, но он видел тебя… видел кровь… и… — Я помню его. Он не хотел, чтобы ты забрал меня. Шерлок был удивлен тем, что она знала, ведь все то время она плакала и кричала. — Это так. И ты говорила мне, что никто никогда раньше не видел таких сцен. Что ж, Лестрейд видел, и ему потребуются ответы и… — Он заберет меня? Заберет от папы? Папа говорил, что это тлучиться, етли кто-то узнает. Девочка посмотрела на Шерлока. Ее нижняя губа дрожала. Он не должен был рисковать, особенно рядом со Скотленд-Ярдом. Он обнял Челси. — Нет, я могу помочь, — он наклонился и прошептал ей на ухо. — Но мне потребуется и твоя помощь… и мы должны будем солгать. Она отстранилась и недоверчиво посмотрела на него, открыв рот. — Помнишь, как Робин Гуд замаскировался? Это была ложь, не так ли? Они читали книгу о Робине Гуде в течение последних двух дней. Шерлок пытался вспомнить еще примеры, когда герои лгали. — И в Звездных Войнах, фильме, который мы смотрели, когда Оби… Как его зовут? — Оби-Ван Кеноби, — ответила Челси. — Ах, да, когда Оби-Ван Кеноби сказал: «Это не те дроиды, которых вы ищете», но это были те дроиды, да? Или как насчет того, когда ты сказала Джону, что в его печенье есть гусеницы и пауки, а их там не было? — Но я же пошутила. — Шутка, ложь, между ними не такая уж и большая разница. Так что мы должны солгать детективу-инспектору Лестрейду, — продолжил он, — но эта ложь во благо. Мы должны защитить тебя. Мы должны убедиться, что они не заберут тебя от папы… или от меня. Шерлок вздрогнул. Он почти слышал, как я кричу из больничной палаты «Закаты в августе». Он знал, что я никогда бы не одобрил сказать пятилетнему ребенку, что нужно солгать полиции. Шерлок вновь наклонился и зашептал девочке на ухо, чтобы их разговор не услышал водитель такси. — Итак, вот что мы сделаем.

***

Шерлок вошел в офис детектива-инспектора Лестрейда в Скотленд-Ярде, неся Челси у себя на спине. Он наклонился и помог ей слезть. — Детектив-инспектор, позвольте представить, Челси Шербрук. Прошлой ночью не было времени для должного знакомства. Челси, это детектив-инспектор Лестрейд. Челси, улыбаясь, протянула руку. — Я очень рада втретить ват, детектив-инпектор. Патибо вам, что тпатли моего папу. Лестрейд смутился, но все же взял и пожал ее руку. Маленькая девочка, которая стояла сейчас перед ним в фиолетовых колготках и такого же цвета топе и в розовой, расстегнутой кофте мало походила на кричащего и плачущего ребенка, которого он видел прошлой ночью. — И что ты хотела сказать детективу-инспектору? — подсказал Шерлок. Она слегка наклонила голову. — Я прочу прочения за мое поведение вчера. Я ипугалать, и мой папа… моему папе было очень больно, — она посмотрела вверх и ее лицо прояснилось. — Но ему уже лучше тегодня. Лок отвез меня к нему в больницу. Лестрейд посмотрел на Шерлока. — Лок? — Как ты, наверное, заметил, — начал Шерлок, — у нее проблемы с произношением буквы «с». Поэтому она зовет меня Лок… эм… с тех пор, как она научилась говорить. Челси взяла Шерлока за руку, и он сжал ее. — Лок моя фея-крестная … нет… крестная… папа… фея? Она посмотрела на Шерлока в неуверенности. — Просто крестный, — сказал Шерлок, подмигнув. — Я с ее отцом был приятелями в университете. — Ага, конечно, — сказал Лестрейд саркастически. — Я знаю тебя всего несколько лет, и никогда бы не подумал, что ты можешь быть приятелем с кем-то, кроме, возможно, Джона Ватсона. И кто вообще в здравом уме захочет тебя в качестве крестного отца для их ребенка? Если бы у меня были дети, я бы не подпускал тебя к ним ближе, чем на 100 ярдов. Шерлок не обращал внимания на замечания Лестрейда. — Тем не менее, когда у ее отца возникли некоторые проблемы, он попросил меня позаботиться о ней несколько дней. Ее мать умерла, и у нее больше никого нет. Ты ведь еще не разговаривал с ним, не так ли? — Нет, я снова собираюсь в Бартс сегодня после обеда, — сказал Лестрейд. — И что вообще произошло вчера? Я ничего не узнал от тех трех, кого мы арестовали. Один в тяжелом состоянии, а двое не желают говорить. — Я не могу сказать, но уверен, что эти головорезы были наняты для кого-то. — Не можешь или не хочешь говорить? — Я действительно не знаю, — сказал Шерлок. — Почему я тебе не верю, — сказал Лестрейд. — Но что насчет этой девочки? Она выглядит так, будто все хорошо, но я не могу выкинуть эту вчерашнюю картинку из головы. — Кровь была не ее, — сказал Шерлок. — Это была даже не человеческая кровь. Но я не сомневаюсь, что задержись мы хоть на минуту, пострадала бы уже сама Челси. Он сжал руку девочки. — Расскажи им о крови, Челси. — Эти плохие люди вылили ее на меня. Они хотели, чтобы мой папа думал, что они навредили мне, чтобы он казал им что-то. Но он бы им не казал. Челси сжала руку Шерлока, когда закончила говорить. — Так что он должен был им сказать? Что-то настолько важное, что они бы навредили его дочери? — спросил Лестрейд. Челси пожала плечами. Лестрейд посмотрел на Шерлока. — А как ты узнал, что это не ее кровь? — Право, Лестрейд! Это было очевидно. Именно поэтому я знал, что нет никаких причин показывать ее врачу. Ее просто нужно было увести подальше от этого ужасного места. Там были двое мужчин и ее отец, лежащий на полу в луже крови, а также куча копов. Это не место для пятилетнего ребенка. Лестрейд молчал с минуту, обдумывая все это. Затем он опять перевел внимание на Челси. — Так что ты и… твой крестный делали все это время? Челси посмотрела на Шерлока. — Все в порядке. Что мы делали в эти несколько дней? — Что ж, — сказала Челси, — мы ходили в парк и играли на плочадке. — На чем? — спросил Лестрейд. — На детской площадке, — перевел Шерлок. — Она играла на площадке. Я смотрел. — И мы делали овтяное печенье, — продолжила она. — Получилоть вкутно. — Ты? — Лестрейд посмотрел на Шерлока. — Ты пек печенье? — Но мы не клали туда жуков, — сказала Челси. — Я просто подчутила над Джоном, когда казала, что они там есть. — Что ты имеешь в виду? — Она сказала, что там не было жуков, Лестрейд, — сказал Шерлок. — Что еще мы делали, Челси? Детектив-инспектор думает, что я не знаю, как смотреть за ребенком. — О, но он знает, — сказала Челси. — Он мне читает и учит, как быть джедаем. Лестрейд вопросительно взглянул на Шерлока. — А он кормит тебя? В смысле, чем-нибудь, кроме печенья с жуками или без них? — Конечно, он кормит меня, глупый, — сказала Челси. — Не называй детектива-инспектора глупым, — сказал Шерлока, — даже если он так себя ведет, задавая лишние вопросы. — Протите, — извинилась Челси. — И где ты спишь? — спросил Лестрейд. Шерлок снова сжал ее руку, и она посмотрела на него, нахмурившись. — Лок затавляет меня пать на полу, и мне это не нравится. — Что ж, мне бы тоже это не понравилось, — сказал Лестрейд. — Шерлок, ты знаешь как это все неправильно? Ты… в ответе за пятилетнюю девочку. Ты блестящий детектив, но ты не… не… — Она пережила уже четыре дня под моей опекой, так что, возможно, в этом случае это я… — сказал Шерлок. — Ее отца должны выписать из больницы завтра или, в любом случае, скоро, тогда мои обязанности няньки закончатся, и я смогу продолжить быть блестящим детективом. — Лок, — Челси потянула его за рукав. — Мне нужно в туалет. — Да. Мы закончили, Лестрейд? — Сейчас да. Но, Шерлок, все это просто не по твоей части. Ты точно уверен, что справляешься с ней? Если что, мы можем вызвать службу защиты детей. Ты не обязан быть няней. — Лестрейд, с ней все хорошо. Я справляюсь. — Ладно. Идите. Я проверю вас позже. Шерлок и Челси покинули кабинет. Они прошлись немного по коридору и остановились. Шерлок опустился на колени перед Челси. — Ты была великолепна, — сказал он и поднял свою ладонь, Челси дала ему пять. — Он поверил? — спросила она. — Я не уверен на сто процентов, но ты была изумительна. Какая же ты умница! Мы убедили его достаточно, чтобы он позволил тебе остаться со мной. Но, знаешь, — сказал Шерлок, — лгать почти всегда плохо. И мы сделали это сегодня только чтобы защитить тебя. Верно? — Я знаю. Лок, мне действительно нужно. — Ах, да. Давай найдем туалет. Шерлок уже набирал сообщение для Ричарда Шербрука, в котором излагал все детали и подробности придуманной для Лестрейда истории, чтобы отец Челси смог подтвердить рассказ перед инспектором. Шерлок мог только надеяться, что этот человек такой же хороший лжец, как и его дочь.