Беглянка

— Ты выяснила, на чьей она стороне? — спросил Магнето на следующий день. Он знал, что Мистик хорошо умеет вытягивать из людей нужную ей информацию. И очень быстро. — Она крепкий орешек. Такие дела, — развела руками она. Магнето вопросительно изогнул бровь; на его лице проскользнуло выражение злости и раздражения от подобного пассажа со стороны Рейвен. — Мистик, у меня нет времени на игры. Она с нами или нет? Даркхолм подалась вперёд, чтобы лучше видеть Эрика; она сидела на том же месте, где и вчера, а он стоял у окна. — Я не знаю. — Тебе нужно больше времени? — в голосе Леншерра сквозило разочарование. — Нет, проблема в самой Роуг. Она принимает то, что мы делаем, но одновременно нет. Она ни на чьей стороне. Это как чудная помесь из идей Братства и Людей Икс. — В данном случае нельзя быть сразу на обеих сторонах, Мистик, — Магнето покачал головой и устало потёр глаза. — Либо ты с нами, либо с Чарльзом. Либо ты готов убивать и делать всё возможное для выживания, либо ты считаешь, что все проблемы можно решить лишь разговором. И после того, как Роуг убила президента, я склоняюсь к тому, что она на нашей стороне. Ты должна помнить это, Рейвен. После первого убийства никогда не стать прежним. Мистик молчала, прокручивая в голове воспоминания, как в старом плёночном кинофильме. — Нам нужно услышать это от неё самой, Рейвен. Услышать не просто то, что она присоединяется к нам, а то, что она, действительно, на нашей стороне. Заставить её поверить в это. С такой силой… — Почему бы тебе не поговорить с ней, Эрик? — гневно перебила Мистик, резко встав со стула. Она пристально смотрела на Магнето, а он с любопытством наблюдал эти внезапные перемены в настроении давней знакомой. Что-то переменилось, словно она… заботилась о девчонке. Возможно, Рейвен, и впрямь, обнаружила слишком много схожих черт между ними двумя и знала, к чему это может привести. И ей претила сама мысль о том, что более юная версия неё самой переживёт то, что разобьёт её сердце на маленькие кусочки, уничтожит морально, разрушит её изнутри. Магнето не пытался остановить Мистик, когда она выходила из его кабинета, а сам задумался об Анне Марии. Леншерр вернулся за свой стол, положил локти на стол и уставился в пустоту. Вчера вечером, вернувшись на базу, первым делом он попытался выяснить всё возможное о Роуг после того, как Ксавьер выгнал её из школы для одарённых детей, но очень быстро понял, сколь бесполезна эта затея. Эрик не нашёл никаких ниточек, ведущих Анну Марию к школе Профессора и истории её исчезновения оттуда. Словно Роуг и Ксавьера ничего и никогда не связывало на самом деле. Магнето становилось всё более и более любопытно понять, зачем он это сделал. Чего он пытался добиться? Где Анна Мария была весь этот год? Если у Мистик не вышло, значит, он сам найдёт ответы на эти вопросы. Эрик встал со стула и покинул кабинет.

***

Роуг судорожно вздохнула и перевернулась на другой бок. Кошмары атаковали её всю ночь. В три часа она окончательно проснулась и решила заняться чем-то полезным, например, исследовать базу. Она оказалась огромной и запутанной, а потому на это ушло несколько часов, и приблизительно к шести Анна Мария добралась до кухни, сделала себе большую кружку кофе и уселась в столовой в полном одиночестве. Она в очередной раз думала о том, чему посвятила немало часов на протяжении всего года. Думала обо всём хорошем, что произошло с ней в составе Людей Икс, обо всём плохом, связанном с ними. Об ошибках, которые совершила и за которые её могли вышвырнуть. О причинах, почему Люди Икс могли хотеть избавиться от неё. О дешёвых дрянных отелях, в которых останавливалась, пока пыталась убедить бывших товарищей по команде, что она одна из них. Об их первой стычке. О том, как впервые поняла: Люди Икс не примут её обратно. О попутках, которые ловила. Об ужасных людях, что ей приходилось встречать. О голоде. О клубах. О чьих-то руках. О пивном дыхании. О сигаретах. О похищении. Клетка. Незнакомый мужчина. Очень холодный хирургический стол. Яркие огни. Иголки. Инъекции. Скальпели. Электрический шок под кожу. Отслаивающаяся кожа. Бритая голова. Попытка вскрыть её череп. Доктора в белых халатах. Её крики. Быстрый писк машины, отсчитывающей её сердечный ритм. Кружка, которую держала Роуг, разбилась в её руках, и Анна Мария распахнула глаза, растерянно глядя на рассыпающиеся вокруг осколки. — Это была кружка Пиро. Он явно не обрадуется, — Роуг обернулась и увидела Магнето. Она вздохнула и посмотрела на то, во что превратилась несчастная кружка. — Мне жаль, — пробормотала она, представляя, как взбесится Пиро, когда узнает, что кто-то трогал его вещь без разрешения, а уж тем более сломал её. — Не нужно извиняться. — Перед тобой? Нет. Я извинюсь перед ним, — она собрала керамические осколки и выбросила их в мусорную корзину. Заметив, что Эрик внимательно следит за ней, она поинтересовалась: — Что-то нужно? Поначалу Роуг была совершенно уверена в том, что эта база — лишь временное убежище, как и все её предыдущие пристанища, на пару дней, а затем она вновь отправится в бега, без денег и без места, где можно, наконец, вздохнуть спокойно. Она не сильно желала этого, но у неё не оставалось выбора. Анна Мария была уверена, что Магнето позволил ей увидеть базу только для того, чтобы заставить пройти какие-нибудь безумные тесты, способные показать, является ли она подходящим для Братства материалом. Роуг решила ускорить события и развязала этот бой с Мистик в первый же день своего пребывания на базе. Она не врала ей о причинах, которые толкнули её на это, однако помимо этого Анна Мария пыталась доказать, что способна бороться, если от неё требуется. А разговор с Мистик был ещё одним тестом, она сразу это поняла. Роуг не знала, провалила она его или успешно сдала, но не сомневалась: однажды Магнето вызовет её в свой кабинет и выгонит, если не решит и вовсе убить. Анна Мария сделала глубокий вдох и посмотрела на Эрика. Он выглядел спокойным, умиротворённым. Ничего не беспокоило его и ничего не вызывало улыбки. Просто безразличные стальные глаза. — Как ты думаешь, что может быть мне нужно, если это действительно так? — спросил Леншерр. — Я не знаю. Ты скажи мне, — пожала плечами Роуг, скрестив руки на груди. На его лице всего на долю секунды мелькнула улыбка. — Почему ты не спишь так рано? И что делаешь здесь? Не сговариваясь, оба посмотрели по сторонам, где по-прежнему никого больше не было. — Не спится. К тому же, я не знаю, куда ещё могу здесь пойти. — Ты не осмотрелась? — спросил Магнето. По его выражению лица было понятно, что он не особенно в это верит. А если Роуг, и правда, не удосужилась осмотреться здесь хоть немного, то она просто идиотка. — Конечно, осмотрелась. Я не настолько глупа, чтобы не позаботиться о выходах из места с большим скоплением людей, которые могут напасть на меня в любой момент. — Почему бы нам нападать на тебя? — А почему бы и нет? Кроме того, не тебе ли знать ответ на этот вопрос? Они разорвут меня на кусочки, стоит только отдать приказ. — В самом деле. Возможно, ты могла бы просветить меня. Есть ли какие-то причины, почему мне следует оставить тебя в живых? Роуг закатила глаза и развернулась к Леншерру всем корпусом. — Давай, наконец, покончим со всем этим бредом. Ты хочешь знать, можешь ли доверять мне настолько, чтобы позволить находиться без круглосуточного присмотра няньки или что-то вроде того. Правда в том, что у тебя нет никаких причин доверять мне, но их нет и на то, чтобы не доверять мне. Я как и все остальные в этом мире. Эгоистка. Если мне нужно предать вас, чтобы спасти свою шкуру, или потому что я не верю в то, во что верите вы, я это сделаю. Но если я думаю, что вы поступаете правильно, я пойду с вами. Тебе решать, доверять мне или нет, но лично я давно уже руководствуюсь одним-единственным правилом: не доверяй никому. Теперь Магнето понимал, почему Мистик начала чувствовать к ней то, что он начал улавливать во время их последней встречи в его кабинете. То, как Анна Мария говорила, что она говорила и как двигалась — это словно Рейвен Даркхолм в её годы. Огонь, боль и страдания в её глазах сплетались в бешеном танце и вынуждали Эрика сомневаться не только в ней, не только во всех остальных, но и в самом себе. А самым странным было то, что он верил ей от и до. Даже Чарльзу не удавалось провернуть это так быстро. Никогда. Возможно, их связь ограничилась не только седой прядью Роуг. — Я понимаю, — сказал он. — А теперь, как и все здесь, я хочу услышать ответ на вопрос. На чьей стороне ты сейчас? Братство или Люди Икс. На мгновение Роуг задумалась, а затем глубоко вздохнула. — Ты знаешь, что я больше никогда не смогу быть с Людьми Икс. Ты задал вопрос, на который, как тебе кажется, есть только один ответ. Единственный возможный вариант, — Роуг отрицательно покачала головой. — Но ты ошибаешься. То, что у меня больше нет костюма с большой буквой Х на груди, не означает, что я не одна из них, не означает, что я не могу стоять за их идеи. Однако то, что я могу стоять за их идеи, даже не имея костюма, не означает, что я должна… — Кончай с этим и скажи прямо: ты с нами или против нас. — Раздражает, не так ли? — улыбнулась Анна Мария. — Смущает. Путает. Я отвечаю на твой вопрос, но при этом не даю на него ответа. И ты не дал мне закончить, так грубо перебив. Я научилась этой технике у тебя. — Это не моя техника, — Эрик изогнул бровь. — Я предпочитаю говорить людям прямо, чего хочу. — А ещё пытаешься запутать их, посеять смятение в разуме, чтобы получить желаемое. Ты хорош в речах, в убеждении. Я бы сказала, что это ещё одна твоя способность. — Ты всё ещё находишься под влиянием моральных устоев Чарльза Ксавьера, или же убийство президента изменило твои принципы? Почему ты это сделала, Роуг? — И снова, — Анна Мария развела руками, а в голосе теперь слышалось раздражение. — Ты пытаешься управлять моим сознанием, заставить поверить в то, что я теперь не одна из Людей Икс, что я куда больше похожа на вас. — Ты, и правда, похожа на нас, Роуг. То, что ты сделала, Чарльз никогда бы не одобрил. — Не одобрил, но этот факт, тем не менее, нисколько не означает, что я член Братства и не член Людей Икс больше. — Почему ты так сильно это запутываешь? — спросил Леншерр. — Потому что я знаю тебя, Магнето, — ответила она. — Я знаю, кто ты такой, знаю твои хитрости. Я не Мистик. Я не сломаюсь под всеми этими речами, в которых ты так хорош. Мой разум уже сломлен, наполнен чужими чувствами, надеждами, мечтами и кошмарами. Я больше не позволю никому манипулировать мной никогда! Понятно? Эрик по-прежнему выглядел величавым, сильным и спокойным, но он понимал, что проиграл в этой попытке выяснить, на чьей она стороне. — Ты боишься снова быть использованной? — Ты однажды использовал меня, Магнето, — глаза Роуг теперь буквально полыхали яростью и гневом, она смотрела прямо на Эрика, и он не отводил этот взгляд. Медленно, сражаясь за своё право доминировать, они приближались друг к другу, пока, наконец, расстояние между их лицами не сократилось до каких-то нескольких дюймов. — И больше не сделаешь этого. — Если произошедшее на Статуе Свободы заставляет тебя сомневаться и не признавать себя частью Братства, то тебе следует принять тот факт, что ты знаешь о моих мотивах. Ты поглотила мои силы, буквально всего меня, и всё знаешь. Ты понимала, почему была так важна. И не притворяйся, что это не так. — Я не отрицаю. Я прекрасно понимаю, почему ты это сделал, но — ох, вот незадача — никто не спросил, что Я об этом думаю! — Что ты об этом думаешь? А ты бы согласилась принести себя в жертву ради сестёр и братьев мутантов? — Магнето приблизился ещё немного. — Я в это не верю. Ты была напуганной маленькой девочкой, которая боялась собственной тени. Но не сейчас, ты изменилась. Превратилась в женщину, которая станет плеваться огнём, если так будет нужно. Если бы я встретил ту Роуг, то спросил бы у неё. Но не у слабой, дрожащей девчонки. Что-то случилось с тобой, изменило тебя, сделало одной из нас. Ты можешь верить в то, что всё ещё член Людей Икс, но это не так. Что-то в прошлом необратимо изменило тебя, и я хочу знать, что это было, Роуг, — Магнето осторожно поднял руку и коснулся щеки Анны Марии, не опасаясь выброса её сил благодаря перчаткам. Она даже не вздрогнула от его прикосновения, лишь улыбнулась. — Ты только что доказал мою правоту. Всё, что ты сказал, — это методика убеждения. Отвечаешь на вопрос, не давая точного ответа и мягко уводя тему в сторону. Я пыталась сделать то же самое, когда говорила, что я всё ещё часть Людей Икс. Но ты не позволил мне закончить и не услышал, что я часть Братства тоже, — она резко схватила руку Магнето и отвела в сторону от своего лица. — Я лояльна к обоим. И ни к одному из вас. Ни Братство, ни Люди Икс. И ты никогда меня не получишь. — Я могу попробовать, — Эрик вывернул руку так, что теперь он держал Анну Марию за запястье. А потом возник этот момент. Совсем короткий, едва уловимый. Мимолётная искра промелькнула, прежде чем Леншерр краем глаза взглянул на их переплетённые руки. — У тебя кровь, — момент исчез, и теперь оба глядели на порванную перчатку Роуг, из дыры в которой сочилась кровь. — Ох, — только и сказала она. Магнето отошёл, чтобы взять салфетку со стола, а затем аккуратно стянул перчатку с руки Анны Марии и принялся вытирать кровь с достаточно крупной раны, которая образовалась, должно быть, когда она разбила кружку. Вскоре он заметил, что раны затянулись, осталась лишь кровь, местами уже чуть подсохшая. — Тебе нужно будет… Роуг смотрела на озабоченное выражение лица Магнето, а затем вдруг вспомнила об отметинах и выдернула руку. — Промыть под тёплой водой. Знаю. Она забрала перчатку из рук Эрика и, не обращая внимания на его вопросительный взгляд, развернулась, чтобы уйти. Сделав около десяти шагов, она остановилась и повернулась к по-прежнему стоящему на прежнем месте мужчине. — Тебе больше не следует делать этого. Ни к чему не приведёт, а мне, на самом деле, не очень хочется этих бесконечных словесных перепалок, как у вас с Чарльзом. — Дорогая, это совсем не похоже на мои взаимоотношения с Чарльзом. Просто часть тебя знает, что ты член Братства. И я тоже просто хочу это знать. — Но не знаешь. Ты ничего не знаешь обо мне. — Но я бы мог узнать. Начав со шрамов на твоих руках и умением исцеляться так быстро. — Но ты никогда не узнаешь. Ты настолько зациклен на том, чтобы убедить всех в правильности твоей точки зрения, что не видишь, кем на самом деле являются люди вокруг тебя. Кроме того, у меня достаточно собственных душевных проблем, осложняющих процесс узнавания меня. Ну, знаешь, голоса в голове. Поэтому тебе так трудно получить ответы на свои вопросы. Те ответы, которые тебе нужны. Повернувшись, она ушла, оставив Магнето одного в пустом помещении.