Слезы темного властелина

На землю опустились сумерки. Высоко в небе бледно мерцали звезды. Начинал моросить теплый летний дождик, смывая дневную пыль и грязь. Всего этого Саргон не замечал. Он, пошатываясь, встал на ноги. Голова кружилась и нещадно болела, во рту пересохло. Он был весь перепачкан в грязи. Мутным взглядом он осмотрелся вокруг. Сколько времени он провалялся без сознания? Похоже он лежал в кустарнике, шагах в 15 от того места, где все произошло. Мама, папа, где они? Что с ними случилось? Нужно быстрее найти их! Он неуверенной походкой побежал к дому. Жители деревни, завидев его отворачивались и прятали глаза, стараясь отойти подальше. Завернув за угол улицы, он стал как вкопанный. На месте его дома догорали только обугленные головешки. Этого не может быть, нет... Наверное это какой-то страшный сон. Сейчас, вот сейчас он проснется в своей теплой постели, мама с папой рядом, как всегда о чем-то разговаривают, а это все просто ночной кошмар. Но все оставалось по прежнему. Обугленные бревна шипели когда капли дождя падали на их тело, и языки пламени доедали остатки дома Сарга. Из оцепенения его вывел грубый брюзжащий голос: - А так вам и надо, колдуны проклятые! нечего было дрянью всякой заниматься! Это была старуха с соседней улици. - Заткнись, заткнись, старая дрянь! -закричал Сарг и побежал изо всех сил прочь. По мокрым от дождя щекам текли ручьем соленые слезы. А вслед ему доносилось: - Беги, беги к мамочке. Только где теперь твоя стерва мать? Задыхаясь от слез и бега, Сарг ввалился в дверь караульного помещения. За грязным столом сидел сержант и ел плохо прожаренную курицу. Куриная кровь, перемешенная с маслом, стекала по его жирным губам и капала на замусоленную столешницу. - Где мои родители?! - выкрикнул сквозь слезы Саргон. - Ну ты тут это... Не ори. Отец твой сам дурак. Погиб значит, а ведь мог спастись. А мать... Она у серых где-то, но у них это... С ведьмами разговор то короткий. Так что иди ка ты отсюда. - Ты все врешь! Отец самый сильный, его никто не победит. Он жив, жив! - Да как есть мертвый. Сам видел! К нему стало быть с утра еще пришли ин.. Изквизиторы... Серые короче. И говорят жена твоя курва, ведьма значит. Ты говорят нам ее сдай, стало быть, без лишних движений, а мы тебя не тронем значит. Он дурак. Нет чтобы согласиться... Серого того пополам перерубил. Ну а остальные, значит, его это.. Того... Короче стрелами всего изрешетили.. Он то еще двоих зарубил, стало быть, а потом и упал. Так что как есть сдох. Ну а мать твою... Ну там ты сам все видел. Скрутили ее и уволокли. Если бы я тебе по башке не треснул, тебя бы тоже того... Кишки бы выпустили или магией пожгли бы. Так что ты иди, есть мне не мешай, я и так сегодня насмотрелся всякого. Саргон стоял как мертвый, не веря тому что услышал. Он дрожащим голосом спросил: - А откуда инквизиторы про маму узнали? - Да я то по чем знаю. У них это... Облава... Они всех колдунов и ведьм ловят. Вот кто-то про мать твою им и шепнул. Она ведь и впрямь ведьмой была. Это же все знали. - Не ведьмой, а мастером леса, - как-то машинально, опустошенно ответил Саргон. - Вот я и говорю ведьмой. И отец твой дураком стало быть был. Вечно лез куда не надо и контрабандистам мешал, и каторжанам. Не давал людей обирать и девок насиловать. Мы же ему говорили не лезь ты не в свое дело, деньги предлагали... Тут Борг осекся, поняв, что сболтнул лишку. - Это ты! Ты их сдал! Прошептал Саргон. - Ты это... Не заговаривайся, щенок. Башкой своей думай че вякаешь! Саргона охватила дикая ненависть, он буквально чуть не подавился комком ярости, подступившим к горлу. Не говоря ни слова он подбежал к столу, схватил кувшин пива и, что есть силы, ударил сержанта по голове. Кувшин со звоном разлетелся на кусочки. Борг, пошатываясь, встал с табурета и, изрыгая проклятия, потянулся за топором, но Саргон был быстрее. Он схватил острый осколок разбитого кувшина и что есть силы вогнал его в плечо жирного сержанта. Борг взвыл от боли как раненая свинья. Тогда Саргон схватил кухонный нож и безжалостным четким движением перерезал глотку борову-сержанту как учил его отец... Отец, которого больше нет. Саргон, пошатываясь, вышел на улицу. Теплый летний дождик давно превратился в холодный ливень. Тяжелые ледяные капли смывали слезы, грязь и кровь с лица Саргона, а он смотрел в бурлящую от дождя даль пустыми, невидящими от горя глазами. Отца его больше нет! Как же быть? Что же мне теперь делать? Мамочка... Наверное ей сейчас плохо и больно. Как же ей помочь? Где ее искать?! Обрывки мыслей сверлили голову мальчишки. Он машинально побрел, не разбирая направления, падал в теплую грязь, поднимался и шел дальше. Дождь лил не переставая. На сердце была только нестерпимая боль, хотелось реветь как раненый медведь и выть как умирающий волк. Разум никак не хотел признавать эту страшную правду. Сколько он плутал по продрогшему мокрому лесу, не смог бы сказать никто. Ноги сами его вывели к пещере мастера. Он вошел в мягкую тьму пещеры и не различая дороги побрел в кромешной мгле. Как он плутал в лабиринтах темных коридоров, как его в полубессознательном состоянии нашел мастер, как отнес его к теплому очагу. Всего этого Сарг не помнил, он просто провалился в тягостный сон, похожий на забытье. Во сне он слышал крики матери, она звала его на помощь, видел как отец погибает в не равной битве снова и снова, видел смеющееся окровавленное лицо сержанта... Потом он с трудом разлепил веки и открыл глаза. Рядом сидел слепой мастер. Он смачивал полотенце в резко пахнущей жидкости. - Полежи, Сарг, не вставай резко, - сказал он удивительно мягким голосом и положил прохладное полотенце на лоб ученика. В огромном очаге мирно потрескивал огонь, какие-то хитроумные приборы успокаивающе гудели, наполняя воздух пещеры запахом озона. Все события прошлого дня, или может двух, казались чудовищным кошмаром... - Может расскажешь что случилось? - спросил слепой старец. Саргон сел на край большой кровати, полотенце глухо шлепнулось на каменный пол. Он долго молчал... Потом начал свой печальный рассказ. Говорить ему было все труднее, он давился словами и задыхался от слез Закончив свою историю, он обессиленный рухнул на кровать. Старик молчал. Молчал долго, затем произнес: - Ты поплачь, Сарг. Слезы это хорошо, они душу очищают. Хуже когда слез нет.. Я когда потерял родителей разучился плакать... Он положил свою руку на спину Саргону. Рука была большой, теплой, мозолистой и шершавой. И в то время для Сарга ничего не было в мире кроме его горя и этой теплой руки... Пару дней Саргон лежал не двигаясь и только выл как раненый зверь. На третий день Мастер подошел к нему и сказал стальным голосом: - Надо в дорогу собираться, у нас много работы. - Я никуда не хочу идти. И жить я не хочу, - безразлично ответил Саргон. - Вот значит как?! А отомстить не хочешь? А мать свою попробовать спасти тоже не хочешь? Или пусть серые и дальше режут и пытают сколько им вздумается, а?! - эти слова как плеть ударили по душе Сарга. Ступор и равнодушие сменились яростной злобой. - Нет, мастер, я не буду просто тут лежать. Я выжгу всех инквизиторов, всех до одного. Мне бы только до них добраться! - Чтобы до них добраться, ты должен выжить. А чтобы ты смог с ними сражаться, тебе придется стать сильнее, намного сильнее. А теперь слушай меня внимательно. - Инквизиторы пошли по твоим следам и к моей пещере вышли, но они нас не возьмут. Моя пещера настоящий лабиринт. Пока они до кузницы доберутся, пройдет недели две. Но они доберуться, уж поверь. Так что у нас с тобой один выход. Пойдем через бомбоубежище. Если очень повезет, может даже выживем. А они те еще крысы, непременно за нами пойдут, обязательно, уж я тебе обещаю. И еще обещаю, что все, кто из них в бомбоубежище зайдет, там и останется, потому как живым из него только мастер стали может выйти! Так что если хочешь отомстить, давай ка собираться. Дел у нас очень много. На подготовку ушло около недели. В последние дни обострившийся в пещерной тишине слух Саргона улавливал где-то в глубине лабиринтов шаги, разговоры, крики, и грязные ругательства. Мастер говорил, что это серые рыщут по лабиринту переходов. А потом, недобро усмехнувшись, он добавил, что они попадают в установленные им ловушки и гибнут... Гибнут... Гибнут. Когда все было готово, Мастер коротко и очень серьезно сказал: - Садись, хочу сказать тебе кое-что важное. - То место, куда мы отправляемся не просто бомбоубежище. Давным давно, во времена катарсиса это была цитадель одного из созидателей (членов белого круга), она называется крипта пустоты и это очень опасное место. Бесконечная череда залов и комнат... Я был там очень давно, но я постараюсь провести нас по самому краю лабиринта. Пойдем без света в полной тьме и очень тихо, свет привлекает демонов. Несколько лет я тренировал тебя в полутьме моей кузницы и в темноте пещерных тоннелей, так что мрак не должен стать для тебя трудностью. Помни, пока ты в крипте пустоты, свет для тебя это гибель. Демоны идут на свет, демоны подманивают неосторожных путников светом. Теперь звук это тоже опасность. У всех, кто живет во мраке, очень острый слух. Так что если какой-то шум, мы быстро уходим подальше от этого места, усвоил? - Да, мастер, - кивнул Саргон. - Еще хочу рассказать тебе о демонах. Все они результат воздействия магии на генетику и физиологию, причем воздействия за частую целенаправленного. Поэтому все демоны разные, но каждый из них создан для определенной цели. Это значит, что они не универсальны. Понимаешь к чему я клоню? - У каждого из них есть слабости? - Именно. Если демон гора мышц, закованная в бронесталь, то он скорей всего медлителен и не слишком вынослив. Если это стремительная и легкая как ветер тварь, скорей всего он не очень устойчив к повреждениям и так далее. Уловил суть? Ищи слабые места демонов, хотя лучше с ними вообще не встречаться. И помни, что большинство демонов не едины, каждый сам за себя. - И последнее, самое важное, это о твоей жизни, а не о нашем походе. Помни всегда, что ненависть и месть могут быть хорошим повелителем, но никогда другом.... Они съедают душу и сердце. Я с их помощью вырвал тебя у равнодушия и горя, но не живи с ними, не дай им стать твоими владыками...