Не может быть злым тот, кто так любит розы

      Россия. Санкт-Петербург. Главный дом Никифорова.              Как бы вы себя чувствовали, если бы человек, с которым вы долго не виделись, опаздывал на важное для вас событие? А если бы вы в день мероприятия узнали, что он забил и вовсе не придет? Вот примерно так и чувствовал себя Юра Плисецкий. Сказать, что он был зол, - значило ничего не сказать. Он был в бешенстве. И его можно было понять. Не каждый день, человек, который дал столь ценное для сердца обещание, может его забыть.       Юра не понимал, почему Виктор поступает столь эгоистично. Почему он отказался присутствовать на церемонии? Ведь каждый в клане ждет своего двадцатидвухлетия, чтобы официально в него вступить. И Юра ждал. Ждал тот день, когда он официально вступит в клан и сможет сдержать их с Никифоровым обещание.       В течение всего месяца Юра представлял, как это будет. Как он принесет клятву верности клану. Как Виктор улыбнется и скажет лишь “Теперь ты официальный член семьи…моей семьи”. Но как теперь все это делать без него?       Нет, конечно, можно проводить церемонию без Виктора, но это будет совсем не то. И от этого так отвратительно на душе.       Юра чувствовал себя разбитым и опустошенным. Вот уже час как он сидит в кабинете Виктора и пытается справиться со своими чувствами. Вот уже долбанный час как он не может этого сделать. А как справиться, если перед глазами стоит тот злополучный день и то обещание. То обещание, что возродило его и заставило жить заново. И стоит лишь на минуту закрыть глаза как сразу же на тебя нахлынывают воспоминания.              6 лет назад       Московская обл. Детский дом-интернат.              Мальчик сидел в комнате. Его растрепанные золотистые волосы были сплетены в маленькие косички, а его заплаканные глаза были направлены на дверь. Он сильно сжал в руках плюшевого тигра, последний подарок от умершего дедушки, и внимательно слушал, что происходит за дверью.       А ведь это был обычный вечер. Все дети собирались идти ужинать, и только Юре нездоровилось, поэтому он остался в комнате. Но время шло, и никто не возвращался. Только через время к нему забежала напуганная воспитательница, выключила в комнате свет и сказала сидеть тихо, она потрепала его по голове, улыбнулась и сказала, что все будет хорошо. Когда воспитательница удалилась, мальчика охватила паника, как в день смерти дедушки. Он не знал чего ожидать. Почему стоит быть тихим? И зачем выключать свет? Он искренне надеялся, что это всего лишь игра … Игра и ничего больше.       Звуки выстрелов, крики людей и дикий ни с чем не сравниваемый смех за дверью сильно напугали мальчика и заставили его сильнее прижать к себе тигренка и закрыть уши руками. Ему было страшно, он не понимал, что происходит за этой массивной дубовой дверью. Сейчас лишь она дарила ему иллюзию защищенности.       “Смотри, еще одна комната … Может хоть там есть чем поживиться?” Когда Юра услышал это под самой дверью, у него перехватило дыхание. Неужели его нашли? Неужели это не игра? Что происходит? Эти вопросы не давали сосредоточиться на происходящем.       Звук открывшейся двери заставил мальчика сжаться от ужаса. Когда зажегся свет, он увидел на пороге комнаты двоих мужчин, которые смеялись и выкрикивали какие-то фразы, от которых мурашки бежали по коже. Стоило одному из них заметить Юру, как на его лице расплылась гадкая ухмылка.       -Опа ... Смотри какое чудо, а ты не хотел сюда заходить – проговорил он, смотря на напарника,- Ну же малыш, иди сюда, мы тебя не обидим. Что же ты сидишь здесь, когда все остальные играют внизу? Хочешь, мы тебя проводим?       Мальчик чувствовал, что что-то неладное в этом слишком уж приветливом голосе.       - Нет, спасибо.. Мне нездоровится, и воспитатель разрешил мне остаться здесь – только и смог пролепетать Юра.       - И ты хочешь пропустить всё веселье? Ну же пойдем.       Юра понял, что лучший выход бежать. Бежать прямо сейчас. Но, как только он метнулся к двери, крепкие руки схватили его и потащили. Мальчик пытался вырываться, колотил своими детскими кулачками, но все было безрезультатно. Да и куда ему 16 летнему пацану против этих амбалов.       Когда его тащили к кабинету директора интерната, в его голове еще была надежда, что он просто в чем-то провинился, а эти громилы всего лишь выполняют просьбу директора. Но как только они оказались внутри кабинета, его надежда рассыпалась, словно карточный домик.       В кресле восседал директор с простреленной головой. От этого зрелища, мальчик только и смог что закричать от ужаса. Но его лишь ударили и приказали заткнуться, если он еще жить хочет.       - Ну и кого это вы притащили? – проговорил грубый голос, и Юра увидел перед собой статного мужчину, он отличался от этих громил и скорее всего, был их боссом.       - Господин, мы просто подумали, что он будет интересен вам…       - Интересен? Могли бы сразу же пристрелить его как остальных.… Хотя – мужчина оценивающе посмотрел на мальчика. Он явно о чем-то думал. - Можете оставить его и убирайтесь отсюда.       Как только за ними закрылась дверь, мужчина приблизился к Юре и схватил его за подбородок, заставляя смотреть ему в лицо.       - Занятная игрушка… Ну что же, тогда поиграем, – и его руки начали обследовать тело мальчика.       - Как вас зовут? – только и смог прохрипеть мальчик.       - Что за интерес? В прочем. Меня зовут Кристоф Джакометти. Но зачем тебе знать мое имя?       - Чтобы в будущем знать, кого убить.       - Убить?… Как это мило… Но послушай сюда, щенок. Ты умрешь, сегодня здесь и будущего для тебя точно существовать не будет, – мужчина лишь засмеялся и перегнул мальчишку через стол, вжимаясь своим пахом между ягодиц Юры.       - Ну же посмотри на своего директора. Он тоже не хотел с нами сотрудничать и что из этого вышло? Так что будь послушным мальчиком и будет не так больно.       Но Плисецкий был не из робких, он резко двинулся назад и локтем ударил Кристофа между ног. Тот лишь удивился, что получил отпор, но придя в себя, перехватил руку мальчика и заломил ее за спину, вновь утыкая его в стол.       - Какой горячий. Люблю таких, – желание Кристофа от таких попыток мальчика сопротивляться только прибавилось. Он расстегнул свои брюки, освобождая член и тут же уткнулся Юре между ягодиц.       - Ты такой сухой. – засмеялся мужчина, пытаясь протиснуться в его анус. Юра чувствовал, как его разрывают изнутри. Это была ни с чем несравнимая боль. Слезы брызнули из глаз мальчика, а сам он уткнулся в столешницу и закусил губы, чтобы не кричать. Было больно и очень стыдно, ему хотелось умереть лишь бы не чувствовать этого унижения.       Кристоф лишь сопел над ухом, вбиваясь мощными толчками в хрупкое тело мальчика, елозил губами по плечу и лишь сильнее сжимал руки за спиной, пытаясь добиться от мальчишки хотя бы стонов от причиненной боли, но он лишь молчал.       Толчки стали жестче, и Юра почувствовал, как что-то горячее стекает по его ноге. Повернув голову, он заметил, что это была кровь. Вновь опустив голову и прикусив губу до крови, он подумал, что наконец-то наступит конец и все это закончится. Наконец-то все его мучения, начиная со дня смерти дедушки и до сегодняшнего дня закончатся.       Когда Кристоф, наконец, кончил, он откинул мальчишку на пол и начал приводить себя в порядок.       - Вот так. Хорошо поработал, сучёныш. А мне пора, – и он ушел, прикрывая за собой дверь.       Юра не знал, как долго он валялся вот так на полу, истекая собственной кровью вперемешку со спермой, но он ждал. Ждал конца. Он чувствовал, как его сознание начинает покидать его, а глаза постепенно закрывались. И сквозь эту пелену он услышал, как гремят вдалеке выстрелы и кричат в ужасе люди.              Мальчик не знал, куда он попал, у него не было сил открыть глаза и взглянуть где он находится, но он чувствовал, как кто-то бережно протирает его лоб влажным полотенцем. Он не знал кто это, но от этого человека пахло очень приятно. Дедушка всегда говорил, что только от хороших людей может приятно пахнуть. И Юре хотелось верить, что он попал в добрые руки.       - Виктор, ты сошел с ума? С чего ты вообще решил оставить этого мальчишку? У нас своих дел много, еще и с ним теперь нянчится…       - Этот малец единственный кто выжил, он и так многое пережил, так что я не мог бросить его там.       - Прямо святая Мать Тереза.       - Яков, не начинай снова. Мы с тобой уже все обсудили..              “Значит Виктор” подумал про себя мальчик. Он слышал, как они говорили о нем, но не мог подать виду, что очнулся. Тело отказывалось слушаться его, а слабость вновь взяла верх над ним, и Юра снова провалился в небытие.              - О, неужели ты очнулся? – послышалось где-то сбоку. Когда Юре наконец-то удалось открыть глаза, он увидел перед собой обеспокоенного мужчину с растрепанными платиновыми волосами. – Ты так долго спал, я уже начал переживать.       - Пить…- Юра не мог говорить, горло как будто и вовсе высохло полностью, он облизал свои губы и почувствовал боль. И воспоминания нахлынули на него. Резко вскочив с кровати, он словно загнанный в угол зверь, пытался найти пути отступления.- Джакометти…       - Тихо. Все хорошо. Ты в безопасности, – подходя к мальчику, проговорил Виктор. – Успокойся. Тебя никто здесь не обидит. Как тебя зовут?       - Юра… Юра Плисецкий.       - Слушай сюда, Юра. Тебя правда никто не обидит. Расслабься и доверься мне.       Виктор протянул руку мальчику, ожидая, что он пожмет её в знак доверия, но какого же было удивления, когда этот ребенок кинулся ему на шею и разревелся. Виктор аккуратно сел на кровать и усадил мальчишку на колени, стал поглаживать его по голове, успокаивая.       - Ну не плачь. Я не знаю, как успокаивать плачущих людей, прости. Может мне поцеловать тебя? – но увидев испуганный взгляд, он продолжил.- Прости, это плохая идея. Просто пойми, я не вру. Поверь мне. Я обещаю, что тебя никто больше не обидит.              Юра не знает, сколько они так просидели, но он бы хотел провести так всю свою жизнь. Просто сидя в этих объятиях, что дарили чувство защищенности.              - Ты можешь остаться здесь. В моем доме, пойти в школу и жить обычной жизнью. Я обещаю, что буду помогать тебе.       - Нет, я не хочу жить обычной жизнью. Я благодарен за вашу заботу, но я хочу быть полезным и выполнить главное обещание, что я дал себе – отомстить.       - Месть? Разве хорошо мстить? – переспросил Виктор. Он знал, что этот ребенок не сможет забыть тот день, но он не думал, что он так быстро решит для себя, что ему нужно отомстить.       - Может и нехорошо, но я не могу по-другому.       - Я тебя понял. Тогда ты можешь помогать моему клану, а после, когда тебе исполнится 22, официально стать его членом. Тогда ты сможешь осуществить свою месть. А я поддержу тебя и защищу тебя во всём.       - Обещаете?       - Обещаю, – проговорил Виктор и отдал Юре плюшевого тигренка. – Он свидетель нашего договора.       - Это же?… спасибо, – и Юра только сильнее прижался к мужчине. Он почувствовал тот же приятный аромат, что и в первый раз. Аромат роз. И решил для себя, что дедушка был прав. Теперь у него есть на кого положиться. Ведь этот мужчина спас его, а значит, подарил ему второй шанс на жизнь. На жизнь, которую он точно проживет достойно.       Конец Флэшбека              - Юра, нам уже пора идти, – проговорил Яков, заходя в кабинет Виктора.       - Да, пора… Пора вступить в новую жизнь… Пусть Виктора сейчас нет здесь, но наше обещание все еще в силе, – прижав к груди старенькую игрушку, проговорил Плисецкий.       Всё только начинается. И пусть будет сложно, Юра знает, что мужчина, спасший его тогда, всегда поддержит его и защитит. Ведь он дал обещание.