You are my weakness

На следующее утро Кларк, как ни странно, встала до звонка будильника. Сквозь шторы в комнату уже просачивался солнечный свет. Улыбка осветила её лицо. Она была довольна — Уэллс и ужин вчера вечером действительно помогли ей привести свои мысли в порядок. Она собирается на работу, но прежде чем выйти, заглядывает в студию, и, увидев портрет, улыбается шире. Подхожу к двери, беру сумку, ключи, телефон. Черт, телефон! Не включается… полностью разряжен! Я забыла поставить его на зарядку! Хорошо, когда приеду на работу, поставлю заряжать, а затем наберу её номер и позвоню или, может быть, отправлю сообщение. Нет, может лучше позвонить? А если не ответит? Или, ещё хуже, ответит. Что я тогда ей скажу? Нет-нет, лучше сообщение. И с этими мыслями сажусь в машину и отправляюсь на работу. Вхожу в кабинет, кладу сумку и надеваю халат. Узнаю, что моя мать искала меня, чтобы проконсультироваться. День проходит за осмотрами в отделении скорой помощи, две операции, и я даже не замечаю, что уже 17:00. Вижу визитку на столе, а телефон все ещё в сумке… разряжен. Ищу зарядку, но не нахожу. Проклятье! Когда мне что-то нужно, я никогда этого не нахожу! Медсестры вызывают меня, и я должна оставить поиски. Уже 18:00 и мой телефон по-прежнему разряжен. Мне нужно глотнуть немного свежего воздуха. На этот раз беру визитку и выхожу. Я хотела бы позвонить, но без телефона не могу этого сделать. Хочу увидеть её, но боюсь, что это будет неловко. Наконец, набравшись смелости, сажусь в свой желтый Бьюик 72 года, вбиваю адрес в навигатор, и вот мои волосы уже развиваются на ветру. Через несколько минут паркуюсь около зала с вывеской «Доджо Вудс». Снаружи здание кажется постройкой 20 века: вход с каменными колонами, остекление в восточном стиле придает захватывающий вид. Сочетание двух совершенно разных стилей, которые каким-то образом сосуществуют в совершенной гармонии, производит впечатление вовсе не отталкивающее, а наоборот, почти магнетическое. Собственно, мне так казалось. — Вау, какая красотка! Разворачиваюсь с удивленным и злым взглядом. Да как ты смеешь? Фокусирую взгляд на девушке, которая сделала этот комплимент, и она с улыбкой говорит: — Я имею в виду машину. Смеюсь и благодарю её. Мой Бьюик немного старый, но он самое ценное, что у меня есть. Это была машина отца, и когда он умер, я не позволила матери продать её, говоря, что в один прекрасный день я сама начну на ней ездить. Так и случилось. Когда я получила права, она стала моим единственным средством передвижения. Понимаю, что молчание становится неловким, и, узнавая в девушке Аню, спрашиваю: — Лекса здесь? Я ищу её. — Конечно, — отвечает она, — она внутри, заканчивает занятия по джиу-джитсу с детьми. Замечает мой немного озадаченный взгляд и добавляет: — Пойдем, я провожу тебя, Кларк. Кларк? Она знает моё имя? Она меня едва видела! Как такое возможно? Наверно, Лекса говорила ей обо мне, другого объяснения нет… но почему? Миллион волнующих меня вопросов вертелся в моей голове, но сделав вид, что всё в порядке, я последовала за девушкой. Внутри зал был погружен в восточную культуру. Мебель из бамбука, интерьер с типичными рисунками самурайских сражений и драконов; на стенах висело оружие разнообразных видов. Остальное скрыто от глаз. Аня говорит: — Этот зал принадлежит семье Вудс на протяжении уже 3-ех поколений. Всё, что ты видишь на стенах — это трофеи этой семьи. Чуть дальше вижу стенд с фотографиями, на которых узнаю Аню, Линкольна и, конечно же, Лексу. Рядом с ней улыбающаяся девушка с волосами цвета меда и темно-синими глазами, как море во время шторма. На секунду чувствую укол ревности. Кто эта девушка? Мои мысли прервал голос, который позвал меня по имени. — Кларк. Вздрагиваю от неожиданности и медленно поворачиваюсь, задерживая дыхание, ещё не видя, но, уже зная, кому принадлежит этот голос. И как только она появляется в поле моего зрения, чувствую, как сердце замирает, а затем ускоряется, норовит выпрыгнуть из груди.  — Я напугала тебя? Прости, я не хотела. — Говорит она с легкой улыбкой. Краем глаза вижу Аню, прячущую улыбку. Лекса красивая и элегантная даже в своем чёрном кимоно, с гордой осанкой и дерзкая, как всегда. Опускаю взгляд и робко отвечаю. — Ты меня не напугала, просто я была очарована красотой этого места. И теперь, думаю, твоей. Поднимаю взгляд, и её глаза сразу находят мои. Ничего не могу поделать и позволяю себе утонуть в глубине её взгляда. Возможно, она заметила мою неуверенность и неловкость. Ничего не говорю. Единственное, что могу делать — тонуть в её глазах и смотреть на её губы. Через некоторое время она нарушает напряженное молчание. — Я только что закончила занятие и голодна, как волк. Не хочешь поужинать со мной? С улыбкой киваю, и она улыбается в ответ и добавляет: — Я переоденусь и сразу вернусь, подожди здесь, — разворачивается и уходит. Что ты делаешь, Кларк? Не могу объяснить эмоции внутри себя. Меня трясет, я испытываю смесь счастья и беспокойства, страха и адреналина, восторга и ужаса, но в момент, когда я смотрю в зеленые глаза, всё исчезает, оставляя пространство лишь чувствам, которые раньше я никогда не испытывала: притяжению, безопасности и необъяснимой неуверенности. Выходим из зала, и я по привычке направляюсь к своей машине. — Ты куда? — Слышу вопрос. Лекса уже открыла пассажирскую дверь своего автомобиля, давая знак садиться. Когда я оказалась внутри, она обошла машину и села на место водителя. — Тебе нравится японская кухня? — Обожаю, — отвечаю я, и машина приходит в движение и мчится по улице. Приезжаем в ресторан, и здоровяк со странной прической и длинной бородой приветствует нас и провожает к столику. — Сейчас принесу меню, Лекса, — говорит официант. Определенно эти двое знакомы. — Спасибо, Густус. — отвечает, кивая, Лекса. В ресторане очень мило. Нам принесли меню, и Густус казался очень дружелюбным и милым, несмотря на свой грозный внешний вид. Делаем заказ и остаемся вдвоем за столиком в полной тишине. Немного растерянно наблюдаю за её лицом и запоминаю эти черты, чтобы в следующий раз лучше нарисовать её. Она с любопытством делает то же самое, ища контакт с моими глазами. Вдруг набираюсь смелости и нарушаю тишину. — Прости, что пришла в зал без предупреждения. Вчера вечером я хотела связаться с тобой, но забыла визитку в больнице. А сегодня был просто сумасшедший день, и мой телефон разряжен, даже не включается. — на одном дыхании говорю я. Она весело улыбается и отвечает: — Я рада, что ты пришла. Наконец, лёд напряжения сломался, и ужин проходит за приятными разговорами. Чем больше я узнавала эту девушку, тем больше увлекалась ей. Иногда она отвечала немного неуверенно, избегая определенных тем, но и я не спешила делиться всем тем, что происходило со мной до этого дня. По крайней мере, пока. После ужина Густус прощается с нами и провожает до двери. Теплый ветер ласкает лицо, пока мы идем к машине. Как и до этого, она галантно открывает мне дверь, а потом сама садится за руль. Обратный путь проходит менее напряженно, и через несколько минут мы уже снова около зала. Паркуется и быстро обходит машину, чтобы открыть мне дверь, протягивает руку, чтобы помочь мне выйти. С улыбкой принимаю её, и как только наши пальцы соприкасаются, чувствую разряд, который прошелся по всему телу. Думаю, пора прощаться… — Спасибо за хороший вечер, Лекса. — И тебе спасибо, — отвечает она, протягивая руку в знак прощания. Смотрю на неё и пожимаю. И в это мгновение дрожь снова пробила всё тело, в этот раз намного сильнее, как вдруг мои глаза нашли её взгляд. Несколько секунд стоим, не размыкая рук, я делаю шаг вперед и чувствую её дыхание на своем лице, меня охватывает запах её кожи. Крайне медленно и осторожно она поднимает руку и нежно кладет её мне сзади на шею, чувствую её губы на своих. Понимаю, что ждала этого с самой нашей первой встречи. Просто не осознавала, как сильно этого хотела, пока она не поцеловала меня, и сейчас у меня перехватывает дыхание от её легкого прикосновения. На секунду отстраняется, вглядываясь в мои глаза, чтобы увидеть, все ли в порядке. В ответ притягиваю её к себе за шею, чтобы вновь коснуться её губ своими. Пугливость первой встречи наших губ превращается в любопытство, губы приоткрываются, наше дыхание смешивается, языки соприкасаются. Сильнее прижимаю её к себе, скользя руками по её спине. Не разрывая поцелуй, она прижимает меня к машине, прислоняясь ко мне своим телом. Не знаю, сколько прошло времени, но каждый раз, когда её пухлые губы отрывались от моих, чтобы затем снова их найти, моё сердце вздрагивало, а живот волнительно стягивало в буре эмоций. Было уже поздно, и неохотно, с опухшими от поцелуев губами, мы попрощались и отправились по домам спать. Последнее касание, невинный поцелуй, последний взгляд, и наши руки вновь соприкасаются, последний раз скользят друг по другу, прежде чем разорвать этот контакт. Улыбаюсь ей и желаю доброй ночи. Она радостно делает то же самое. Смотрит на меня, пока я сажусь в машину, машу ей рукой, прежде чем уехать домой.

***

Почти не веря в то, что произошло, Лекса садится в машину и возвращается домой, где два кошачьих глаза ждут её в темноте. Все ещё окрыленная, рассеяно обнимает Черча и идёт спать. Через несколько минут на тумбочке звонит телефон… «Я забыла дать тебе свой номер, если вдруг ты захочешь услышать меня. Вот он. Целую, Кларк». Лекса улыбается и быстро отвечает.

***

Придя домой, ставлю телефон на зарядку, готовлюсь ко сну и включаю его. Тут же приходят все пропущенные звонки и сообщения от Уэллса, Октавии и даже Рейвен, но я игнорирую их все и пишу ей. Я только попрощалась с ней, а уже скучаю. Я только недавно встретила её, но мне кажется, что она всегда была в моей жизни. Отправляю сообщение в шутливой манере и сразу получаю ее ответ. «Я как раз думала над тем, как его достать. Спокойной ночи, Кларк». Читаю и мне кажется, что слышу в голове её голос, и то, как она произносит мое имя с особым, так волнующим меня, акцентом на «К». «Спокойной ночи, Лекса». Внезапно ко мне приходит сон, и я погружаюсь в объятия Морфея.