You are my weakness

Всё кажется таким реальным: её сильные объятия, её нежные губы, её дикие глаза, её сладкий парфюм, её волосы, развивающиеся на ветру. Её пухлые губы что-то шепчут на моих, когда чуждый звук возвращает меня в реальность. Я заснула с телефоном в руке, и теперь он звонит в ней. — Слушаю, — говорю я сонным голосом. — Привет, Принцесса. Ты жива? Я волновался, когда вчера не мог дозвониться до тебя. — Доброе утро, Уэллс. — говорю я, зевая. — Эй, ты ещё спишь? — Прости, я поздно пришла вчера… и мой телефон разрядился, поэтому я не отвечала. — Понятно. Просто хотел убедиться, что ты в порядке. — В полном, Уэллс. — Даже так? Странно, что кто-то в хорошем настроении после пробуждения от звонка мобильного утром. Ничего не хочешь мне рассказать, Кларк? — Эммм… да, то есть, нет… я просто хочу сказать, что всё хорошо. — Ага-ага… одевайся, я заеду за тобой, и мы пообедаем. После этих слов чувствую, как заурчало в животе и с радостью принимаю предложение. — Через полчаса буду готова. Жду тебя! — Окей, до встречи. Только я обула туфли, как подъехала машина Уэллса. С невероятной скоростью закрываю дверь и бегу к нему навстречу. — Итак, где ты была вчера вечером? Вспоминаю о вечере и краснею при мысли о поцелуе, Уэллс это замечает и улыбается. Решаю всё ему рассказать. — Я ходила в зал к Лексе… и потом мы ужинали… — вздыхаю, а Уэллс смотрит так «и это все?» и «а потом?», я добавляю, — и мы целовались. Сначала он ничего не говорит и просто смотрит на меня. Я смущенно улыбаюсь, и на его лице появляется выражение бесконечной нежности. — Я рад за тебя, Кларк! Приятно видеть тебя, наконец, счастливой. И я понимаю, что он прав. Я действительно чувствую себя счастливой.

***

Лекса просыпается, и Черчь топчется на её животе, пытаясь привлечь внимание. Она бросает взгляд на будильник, чтобы посмотреть время. Только 8:00. Гладит кота и решает встать, быстро завтракает, и затем плетется в душ, чтобы проснуться окончательно. Её мысли кружились вокруг вчерашнего вечера… эти голубые глаза, как небо в солнечный день — яркие и ясные, передающие чувство восторга, и эти губы… сладкие и мягкие, которые целовали с нежностью. Выключает воду и выходит из душа. Аня наверняка уже в зале, занятий нет до обеда, значит, будет время поговорить. Сегодня хороший день и она решает поехать на мотоцикле, так как до зала «Доджо» меньше получаса пути. Как и ожидалось, Аня была уже там, и, услышав рев Ducati Лексы, она открыла дверь. — Привет, что ты здесь делаешь? — Просто приехала повидаться, — отвечает Лекса, снимая шлем и освобождая свои густые волосы. Затем с улыбкой добавляет, — привет. Аня ждёт у двери, и Лекса идет навстречу, заглядывает в зал и спрашивает: — Никого ещё нет? — Никого, — отвечает другая. — Когда придет дядя Титус? — Он обещал принести сегодня обед… так что думаю часа через 3, — улыбается и вместе они заходят в зал. — Судя по твоей улыбке, я бы сказала, что вчерашний вечер удался. — Очень, спасибо, — признает Лекса с оттенком смущения. — Куда ходили? Что делали? — спрашивает заинтригованная Аня. — Мы ужинали у Густуса. — Отличный выбор места для первого свидания, — заявляет Аня. — Это не было свиданием! — сразу опровергает Лекса. — Или было? Это было первое свидание? В любом случае оно не было запланированным— Добавляет она немного сконфуженно, показывая свою слабую сторону, о которой знают лишь немногие. — И что вы делали потом? — Ничего, я привезла её обратно, чтобы она забрала свою машину, — говорит Лекса, смущенно опуская взгляд. — Вы поцеловались! — восклицает Аня, — И я бы сказала, что даже если оно и не было запланированным, это полноценное свидание! Сначала ужин, потом поцелуй! Лекса смотрит на неё, не отрицая и не подтверждая, и Аня, смеясь и хлопая её по спине, говорит: — Так держать, Командующая! Когда пришло время обеда, приехал дядя Титус — высокий и худой мужчина немного сурового вида, средних лет и с блестящей головой. Здоровается с девушками и опустошает сумки с обедом. Тихая атмосфера опустилась на зал, и трое сели кушать.

***

Уэллс привез меня домой, и я решаю прочитать и ответить на все вчерашние сообщения. Рейвен беспокоилась, потому что я не отвечала, О хотела поговорить о Линкольне, который оставил ей свой номер, но потом она разозлилась на меня, а потом забеспокоилась из-за моего молчания. Думаю о подругах, о ней и о том, как им рассказать о нас… учитывая своё и их расписание, приглашаю их завтра на завтрак и извиняюсь за то, что не ответила раньше. Встреча назначена и у меня есть несколько часов перед началом ночной смены. Интересно, что она сейчас делает? Будто прочитав мои мысли, её имя появляется на телефоне. Л: «Привет, Кларк. Какие планы на сегодня?» К: «Привет, Лекса. Мне на работу в 18:00, ночная смена… но до этого времени я свободна.» Л: «Не хочешь выпить кофе?» К: «Не отказалась бы!» Л: «Тогда через час в Граундерс?» К: «Хорошо, до встречи.» Спешу нанести макияж и переодеться во что-то более симпатичное, но без перебора, потому что после мне надо будет сразу идти на работу. Приехав на несколько минут раньше, паркуюсь на другой стороне улицы и замечаю на углу бара красный мотоцикл, который останавливается и паркуется на тротуаре. Подхожу к переходу и мой взгляд притягивает фигура на мотоцикле. Будто в замедленной съемке девушка снимает шлем и трясет головой, освобождая свои прекрасный каштановые волосы, которые рассыпаются по плечам, и которые я сразу узнаю. Голова кружится от этой фантастической сцены. Она видит меня и улыбается. Смущенно отвожу взгляд и подхожу. Вот я здесь, в нескольких шагах от Лексы. Уже чувствую её парфюм, наши взгляды встречаются, и мурашки пробегают по моей спине. Здоровается и с опасением целует меня в щеку, быстро отстраняется, но я решительно хватаю её за кожанку и притягиваю её губы к своим. Она с нежностью обнимает меня и отвечает на мой поцелуй. Меня мгновенно охватывает радость, сердце делает сальто, и я забываю, как дышать. Заходим в бар, заказываем маккиато для меня и черный кофе для неё. После того как Линкольн приносит наш заказ, он исчезает в подсобке. Болтаем обо всём на свете. Вроде бы прошла всего неделя с нашей первой встречи на турнире, но, кажется, что я уже не смогу без нее. В какой-то момент неосознанно накрываю её руку своей, дрожу от волнения, вызванного касанием, несмотря на то, что поцеловала её около входа. Отодвигаю руку, но она берет её и наши пальцы переплетаются. С некоторым недоверием смотрю на наши руки, краснею, потом смотрю на неё… её зеленые глаза, как лес на картине на стене бара, и мне передается ощущение мира, спокойствия и безопасности. Не знаю как, но она каким-то образом заставляет чувствовать себя защищенной. Уже поздно и моя смена скоро начнется. На этот раз я целую её в щеку, прежде чем уйти, но она, удерживая мою руку, разворачивает к себе и, найдя мой рот, впивается своими губами в мои. С улыбкой и безмерной радостью, которую я не испытывала уже очень давно, отправляюсь на работу.

***

Лекса остается за столиком, и когда за стойкой появляется Линкольн, она идет к нему, чтобы поговорить. Но дверь открывается и заходит очередной посетитель. Входит брюнетка со светло-голубыми глазами и потрясающими физическими данными. Линкольн явно не ожидал увидеть её, но похоже рад. — Привет, Октавия, — говорит парень с улыбкой. Она приближается к стойке, пожирая его глазами, здоровается и заказывает кофе. После этой сцены Лекса решает вернуться в зал, прощается с другом и быстро уходит. Позже в этот вечер, Лекса решает потренироваться одна, когда в дверях «Доджо» появляется Линкольн с большой спортивной сумкой. — Не против компании, Командующая? — Конечно, Линк, переодевайся. Через несколько минут Линкольн входит в зал, одетый только в шорты, демонстрируя свое накаченное тело, и начинает разогреваться. Между ударами и блоками двое друзей болтают обо всем понемногу, и, конечно, они не могли не затронуть тему девушек. — Итак, Линк, кто та брюнетка? — Могу спросить тоже самое о твоей блондинке. Смеются и продолжают тренировку, пока Линкольн не говорит: — Знаешь, я думаю Октавия знакома с твоей «подругой». Тогда вечером они сидели за одним столом со своими друзьями. В этот момент Лекса вспоминает тот вечер и Аню, которая говорила с друзьями Кларк… затем кивает.  — Возможно, — говорит Линкольну.

***

Смена Кларк проходит спокойно и гладко, позволяя ей привести в порядок карточки и документы, накопившиеся на столе за последние дни. Сейчас около 10 и её телефон звонит. «Я уже скучаю» — было сообщение от Лексы, которое, естественно, заставило меня улыбнуться. «Я тоже… хотела бы тебя обнять» — мечтательно отвечаю я. «Я всегда могу к тебе заехать, если ты не слишком занята.» «Было бы здорово» — отвечаю я, полная надежд. Джексон в спешке открывает дверь кабинет и кричит: — Гриффин, множественные травмы в отделении скорой помощи. Была потасовка около стадиона, 6 получили ранения, расчетное время прибытия 5 минут. Вздыхаю… только стоит подумать, что смена проходит тихо, как обязательно что-то случается. За эти годы ты уже должна знать об этом, Кларк. Приходит первая машина скорой, и немедленно оказываю помощь. В течение нескольких минут творится хаос. Шестеро раненых продолжают нападать друг на друга, крики и ссоры перекрывают наши диагнозы. Мы пытаемся успокоить пациентов и их сопровождающих, которые громко кричат. Человек с лицом, окрашенным наполовину белым, наполовину красным, яростно поднимается в зале ожидания и направляется в отделение скорой. Не обращаю на него никакого внимания, сейчас для меня главное раненые. Чувствую, как рука вцепилась мне в плечо, а через секунду слышу крик. Мужчина сзади падает на колени. Нож выпадает из его рук. А сзади нападавшего… Лекса, которая тут же отпускает его, и он падает. Не понимаю, что происходит, обращаю свой взгляд с немым вопросом и вижу её в глазах беспокойство. — Ты в порядке? — спрашивает она. Киваю и прошу носилки. В этот момент все болельщики ошеломленно стихли, перестали орать и ругаться, с восторгом глядя на девушку с гордой осанкой и дикими глазами, которые были начеку. Прошел почти час, и наконец, когда все пациенты были осмотрены, и моё присутствие больше не требовалось, Джексон подходит ко мне и говорит: — Что здесь делает Александра Вудс? — странно на него смотрю, и он продолжает, — уверен, если бы не она, то на койке сейчас бы лежала ты.— Указывает на мужчину с окрашенным лицом. Киваю и понимаю, что она, по-видимому, только что спасла мне жизнь. Ничего не говоря Джексону, иду к ней, молча беру её за руку, давая понять, чтобы она следовала за мной в мой кабинет. Закрываю за нами дверь на ключ, и с отчаянием её обнимаю, чуть не плача. Её мягкий и обезоруживающий взгляд успокаивает меня, и я снова возвращаюсь в объятия этой прекрасной девушки.