You are my weakness

Наконец, сегодня у меня выходной и я решаю посвятить его рисованию. Вхожу в студию и раздвигаю шторы, чтобы впустить солнечный свет, потому что больше люблю рисовать при естественном освещении. Готовлю бумагу и уголь и рисую до самого вечера.

***

День Лексы не был таким приятным и спокойным. В то время как она бродила по ярмарке в поисках какой-нибудь интересной вещи, чтобы обновить зал, у нее случилась неприятная встреча. Кто-то сильно сжал ее плечо, и она с «боевой маской» на лице, как всегда в таких ситуациях, холодно произнесла: — Эй, осторожнее! — Извините, мисс Вудс. При звуке этого мрачного голоса, хриплого, словно после удушья, глаза Лексы начали метать молнии. Даже не взглянув, она узнала его. Она прекрасно знала, кто это был, и также прекрасно знала, что он не случайно схватил её. — Роан! — прогремела девушка, — сукин ты сын! Как ты смеешь? — Я же извинился, мисс Вудс. Не нужно быть такой грубой, — дерзко говорит он. Огонь наполнил взгляд Лексы, а её лицо приобрело дикое и злое выражение. Если бы взглядом можно было убить, то парень был бы уже мертв. Высокий мужчина с неряшливой бородой был намного крупнее её и носил длинные волосы, беспорядочно собранные в неаккуратный хвост. Его голубые глаза, словно лед, смотрели на неё. Лекса была в ярости и с трудом сдерживала себя. Когда он разразился издевательским смехом, она не выдержала. Тут же она схватила его за шею с яростью дикого животного. Роан легко избавился от захвата и не отступил, отвечая сильным ударом. Роан, как и Лекса, очень хорошо знал боевые искусства, и эта драка была безжалостной. После нескольких ударов ногами и кулаками, нескольких захватов и блоков, вмешалась полиция, чтобы успокоить этих двоих, грозившихся убить друг друга. Приехала Аня и обеспокоенно последовала за Лексой в больницу, пытаясь успокоиться. То, что пережила её кузина за последний год по вине Роана и его парней, было отнюдь нелегким делом. Аня предложила вернуться домой, и, сев с покупками в машину, они отправились в город.

***

В 9 часов Рейвен и Октавия подъехали к моему дому, и, выйдя из машины, направились к двери. Обе веселые и полные энтузиазма, в предвкушении сегодняшнего вечера, заходят в дом, и мы решаем выпить, чтобы скоротать время. О докучает нам своими разговорами о Линкольне, и мы смеемся и дразним её, видя как ей не терпится увидеть его. С другой стороны я чувствую себя также, думая о ней. Наконец, прерываю смех своих подруг: — Сегодня я должна кое с кем увидеться, — немного запинаясь, говорю я. — Что? — спрашивают они в унисон. — Ничего не хочешь нам рассказать, Кларк? — донимает О. — Не томи, Гриффин, кто это? — поддерживает Рейвен. Единственное, что произношу: — Лекса. О и Рейвен какое-то время смотрят на меня, наконец, связывают её имя с происшествием в больнице и пытаются заставить меня говорить. — Девушка, которая спасла тебя от маньяка? — О. — Да, она. — И с каких пор вы видитесь? — Рей. — Это был не первый раз, так? — О. — Я знаю её чуть больше недели, — признаюсь я, — она участвовала на турнире в прошлое воскресенье. — И что она делала тем вечером в отделении скорой помощи? — О. — Искала меня… — Гриффин, ты действительно флиртуешь с девушкой, которая может убить за две секунды голыми руками? — Рей. Мы смеемся над этим наблюдением Рейвен, и, насколько я знаю, это вполне может быть правдой. — Да, девчонки, я несколько раз натыкалась на неё, и потом она пригласила меня на ужин. — Мы хотим пикантных подробностей! — Рей. — Ничего пикантного, мы просто поужинали и… был только поцелуй, — смущаясь, говорю я. — Кроме того, она подруга твоего Линкольна, О. — Боже, Линкольн! Я уже говорила, какой он классный? — О. Вот так легко увожу тему от неё, и мы снова начинаем смеяться над Октавией. Берем машину Рейвен и направляемся в центр. Около клуба уже очередь. Обвожу всех взглядом, но не вижу ни её, ни Линкольна, ни кого-либо знакомого. Заходим и направляемся к бару, заказываем по шоту текилы и выпиваем всё до капли. — Повтори! — кричит Рей, и мы опустошаем второй шот также как и первый. — Линкольн пришел! — прыгая от радости, говорит Октавия. Он подходит к нам, здоровается и предлагает выпить. Пьем с ним, и после третьего шота здесь и выпитого вина дома, моя голова начинает кружиться, ноги ватные, и когда я поднимаю глаза, вижу, что заходит она… моё сердце останавливается. Страх и беспокойство появляются на моем лице. Рядом с ней Аня, держащая за руку мужчину. Быстро иду к входу, волнуясь за её состояние. Разбитая губа и пластырь на брови, который, возможно, прикрывает шов. Останавливаюсь прямо перед ней и беру её за руку. Она смотрит на меня, и её взгляд заставляет меня испугаться. Она никогда не смотрела на меня так отрешенно и потерянно. Обращаю внимание на её руку — костяшки сбитые и опухшие. Что с тобой случилось, Лекса? Парень рядом с Аней берет меня за руку, разворачивает к себе и спрашивает: — А ты кто такая, черт возьми? Внезапно понимаю, что мы не одни и постепенно мир вокруг меня материализуется. Хочу ответить, но не успеваю. — Я попросила её прийти, Нико. Это Кларк. Парень ослабляет хватку, и с легкой улыбкой я протягиваю ему руку. — Кларк Гриффин. В конце концов, немного недоверчиво и с неким презрением он пожимает её. — Нико Блэк. Аня тянет его прочь, оставляя нас наедине. — Мне нужно выпить что-нибудь покрепче. С этими словами она идет за пустой стол, подзывает официантку и заказывает двойной бурбон. Я беру «Голубой ангел» за компанию, и официантка исчезает. Глядя перед собой, она кладет руки на стол, и я вижу, что они в ужасном состоянии. С нежностью глажу их, давая понять, что я здесь. Она продолжает смотреть перед собой, ничего не говоря. Приносят выпивку, и механическим движением, словно на автомате, она достает купюру из кармана, и даже не глядя на официантку, взмахом руки дает ей знак идти. Сразу после этого берет стакан и с закрытыми глазами выпивает его в один глоток, удерживает его в воздухе, чтобы посмотреть в пустое дно, стремительно ставит его обратно на стол, и, наконец, смотрит на меня. Улавливаю большую пустоту и значительную грусть в её глазах, и мое лицо озаряет ещё большее беспокойство. — Я в порядке. Успокаивает она меня, но я вижу, что это не так. Переплетаю наши пальцы, и, положив голову на её плечо, вдыхаю её парфюм, который тут же наполняет мои легкие. Остаюсь с ней, даже если она ничего не говорит, потягиваю свой коктейль. Боюсь, что идея взять себе этот последний напиток была не так хороша. Рейвен, вероятно, ещё более пьяная, чем я, появляется в поле моего зрения и зовет танцевать. Лекса остается бесстрастной и просто кивает мне. И хотя мне не очень нравится идея оставлять её одну, но, тем не менее, целую её в щеку, встаю, и, опасно шатаясь, иду на танцпол со своей подругой.

***

Лекса остается сидеть за столом с пустотой внутри, от которой не удается избавиться. Наблюдает за Кларк, которая танцует со своей подругой. Блондинка так красива, что дух захватывает от её движений, даже несмотря на то, что из-за алкоголя они немного шаткие. Конечно, это зрелище не помогает сохранить кровь холодной, но то, что произошло тогда, в тот вечер, она никогда не будет в состоянии отпустить. Девушка понимает, что перед ней разворачивается самая сексуальная сцена, которую она когда-либо видела, и осознает, что должна быть сейчас с ней. Но, при данных обстоятельствах, просто не реагирует. Она не может насладиться вечером и отпустить прошлое. Эта ярость и пустота, смех Роана вызывают воспоминания о причиняющей боль смерти Костии. Ситуация остается неизменной до тех пор, пока какой-то парнишка не вклинивается между Кларк и её подругой. Взгляд Лексы воспламеняется. Парень очень настойчив, и в зеленых глазах пылает ревность. Кларк и её подруга, казалось, совсем не обращали внимания на назойливого паренька. Лекса встает и мгновенно оказывается рядом с ними, хватает руку незнакомца, сжимая, словно в тисках, и заводит её за спину. Уверенным тоном говорит ему исчезнуть и толкает к его уже довольно пьяным друзьям.

***

Мой взгляд встречается с её, который, кажется, наконец, вернулся к жизни. Из-за громкой музыки одними губами говорю «спасибо». На самом деле этот парень, втиснувшийся между мной и Рейвен, был довольно раздражающим. Вероятно, мы ничего не делали, потому что он был безобидным, или, более вероятно, потому что мы обе выпили достаточно много, чтобы понимать, чего он хотел. Пытаюсь быстро приблизиться к ней, но я слишком пьяна и шатаюсь, и, в конце концов, падаю в её объятия. Рейвен со смущение смотрит на нас, затем уходит. Я напротив неё, и она любезно меня поддерживает, пока я ровно не встаю на ноги. — Пора уходить. — Шепчет она мне на ухо, но я не понимаю, потому что меня охватила волна острых ощущений от её горячего дыхания на моей шее. Но я верю ей, поэтому просто с улыбкой киваю. Она поддерживает меня, мы выходим из клуба, а затем постепенно всё становится размытым.