Honey

      Чара готовила скелебро и Тау обед, пока они были на посту. Её сестра находилась наверху, и всё ещё спала. Три часа прошло с тех пор, как Фриск очутилась дома, показав Чаре то, что стало запрещённым для Санса, и наверняка было бы интересно Альфис — тайну глаза Фриск. И два часа прошло с разговора скелебро с Чарой, для которой сложно было скрывать тот факт, что её сестра в буквальном смысле становится кем-то другим или… чем-то другим.       Девушка этого не знала, но очень хотела понять тайну всего этого. То есть, серая душа подозревала, что это как-то связано с этим низкорослым шутником, иначе, возможно, Фриск бы не начала становится какой-то непонятной хренью.       По-другому Чара и не могла это назвать — никаких приличных слов просто не приходило в голову.       Плюс, эта «Каролина», что назвала себя Решимостью её сестры, не внушала доверия. Кто она, и как связана с Фриск…?       Когда Чара всё рассказала, она увидела задумчивого Санса, что хмыкнул, когда услышал про всё это. — Санс? — Папайрус вопросительного смотрел на своего брата, что как-то странно уставился на стол с книгой шуток. Услышав голос брата, часовой усмехнулся: — Ничего, Папс. Я просто переживаю за малую, вот и всё. К тому же, у меня есть для неё пару окостененных шуток, когда она проснётся. — Санс пошло улыбался, но явно натянуто, хотя пытался скрыть это.       Папайрус явно злился, не заметив натянутости в этой улыбке, в отличие от Чары, знающей, что этот шутник явно знает нечто большее, чем высказывает: — Санс! — Тише, бро, а то разбудишь моего окостененного племянника. Мы же не хотим неловкости? — Я тебя прибью! — Громким шёпотом пригрозил ему брат, а Санс лишь улыбался и шутил, хотя в этой улыбке отражалась вся его задумчивость. Девушке так и не удалось узнать, что он скрывает, но любопытство так и терзало её, заставляя думать о причине, а также о самой личности Санса. Кто знает, что скрывается за этой вечной улыбкой?

***

      Фриск резко села на постели, тяжело дыша. По случайности и неосторожности, девушка открыла второй глаз, и рука тут же стала костяной, как и часть плеча вместе с глазом с золотистым зрачком, но это особо сейчас её не волновало. Очередной кошмар. И на этот раз о её геноциде, что был не первый раз.       Эта Каролина буквально выворачивала всё её прошлое во снах, делая его ещё страшнее и кошмарнее.       Убийства монстров в Руинах, Роззи, Ториэль… потом Сноудин, Санс, снова геноцид монстров, затем смерть Папайруса…       И так до Последнего Коридора. Фриск не убивала сама — убивала Каролина, а девушка лишь рыдала, прося, умоляя о пощаде.       Но скелет её не слушала — лишь продолжала путь «пыльной» убийцы, раз за разом промахиваясь и истощая Санса, что пытался убить Каролину. А затем, ей удалось сделать это.       И окровавленная куртка, теперь уж в пыли, падает на пол. Фриск поднимает её дрожащими руками, пока слёзы текут по её лицу. Лазурный мех теперь в пыли: серая, она и на её пальцах, крови, что испачкала куртку посредине, и слёзы капают на пыльную вещь. Каролина встаёт пред рыдающей Фриск, принимая человеческий облик девушки и кидая ей нож, словно с ним отдавая свой облик скелета: — Способна ли ты победить меня, или так и будешь рыдать над горсткой пыли?       Фриск так и проснулась на этом моменте, тяжело дыша сейчас. Девушка чувствовала, что ей срочно необходимо увидеть Санса: взглянуть в глазницы скелету, обнять и зарыдать на его плече. Однако, вопросы страшно терзал её, и девушка чувствовала, что обязана не проиграть Каролине, во чтобы не стало. Правда, её пощада действительно не поможет в этой битве — нужно драться. — Правильно, — девушка подняла голову, увидев скелета в алом платье. — Ты делаешь нужный, и чуточку неожиданный для меня выбор. Каролина развела руками, и снова кинула ей нож, сказав: — Драться будем не здесь: слишком опасно, да и зрителей много.       Фриск кивнула, и обе телепортировались к тому самому обрыву. Девушка решительно смотрит на Каролину — она не собирается отступать, и Решимости нравится это. Усмехаясь, та вызывает ряд алых костей, что стремительно вылезают из земли, и Фриск уклоняется, прыгая вверх. Сейчас, оба её глаза открыты, и зрачок горит золотым огнём. Девушка, встав ногами на землю, подбегает и атакует монстра, и та тоже уклоняется, кидая в Фриск несколько белых костей. Одна из них задевает плечо девушки, раня его, и девушка хватается за больное место, морщась от боли. Каролина, видя это, мысленно ликует, и атакует снова, зная, что раненая Фриск будет двигаться медленнее. Девушка еле уклоняется от атак, зажимая другой рукой плечо, из которого сочится маленькая струйка крови, и смотрит в инвентарь: кроме бинта и хлопьев Темми, там ниче…постойте, а это что? «Звёздная пыль», каким-то непонятным образом попавшая к Фриск, оказывается каким-то рулетом, покрытым сладкой, белой глазурью. Девушка, пожав плечами и решившая, что это лучше цветного картона от Темми, съедает «Звёздную пыль», и рана заживает, а HP восстанавливаются и даже превышают норму. Теперь у Фриск 40/20 здоровья и до сих пор первый уровень резни.       Каролина не замечает этого, и атакует снова, на этот раз — щёлкает пальцами, образуя алый круг под ногами Фриск, и девушка снова подпрыгивает, опускаясь рядом с Решимостью и атакует, на что скелет снова уклоняется. — Ты никогда не попадёшь в меня, слабачка! — Кричит Каролина с ликованием в голосе, атакуя Фриск алыми костями, остро заточенных у конца.       Девушка уклоняется снова, атакуя Решимость раз за разом, в ответ на каждую её костяную атаку. Бой в самом его разгаре, и обе неустанно сражаются, решительно продолжая атаковать друг друга.       Золотой зрачок Фриск начинает алеть и сужаться; вскоре, он становится похож на змеиный, и теперь только алый огонь окрашивает его. Плоть девушки с правой стороны совсем пропала, и теперь это лишь голые кости, что чётко выделяются на снегу своей белоснежностью. Фриск решительно смотрит на Каролину, одетая лишь в пижамные шорты да в одну из чёрных маек Санса. Монстриха усмехается, зная, что эта девушка заранее проиграет. Вдруг, кто-то шепчет на ухо Фриск: «Не проиграй, малышка»       Девушка оборачивается, но никого не видит. Она не понимает, кто это мог бы быть — и плачет, ибо только мать называла её так. Каролина вдруг останавливается, видя её слёзы, и в памяти вдруг её что-то всплывает, заставляя закрыть глаза рукой.       Непрошеные слёзы встают в глазницах скелета, но она тут же их смахивает: у неё не должно быть души, ибо та разбита уж давно.       Так откуда эти слёзы? Из-за какого-то человека? Какая глупость и наивность! Ненависть к этой девчонке переполняет призрака, но в то же время что-то светлое проблёскивает в глазницах Каролины. — Ты, — шипит скелет, но Фриск совершенно не реагирует на это. — Как тебе удаётся? Ты слабая и беззащитная девчонка… Фриск, грустно усмехаясь, зачем-то поднимает руку, плача: — Я слабая, да. Но я никогда не потеряю своей решимости.       Девушка ни на что не надеется: пытаясь отпугнуть монстриху, она лишь вызывает её злобную усмешку и атаку, что отнимает у неё все лишние очки надежды, оставляя девятнадцать. Однако, Фриск бросает нож, видя, как разбитая кнопка пощады снова, собранная по кусочкам, появляется пред ней. И человек щадит монстра, что на это с гневом бросает ещё кости в Фриск.       Та, раз за разом получая урон, теряет очки надежды до тринадцати, после чего резко защищается косой с золотым лезвием, появившейся из ниоткуда. Словно тот, кто обладал тем голосом, сказавшим прозвище Фриск, полученным от матери, вложил эту косу в её руку.       Лезвие костяной косы сияет золотым, и на конце её — алый, как будто отражающий всю Решимость Фриск. Каролине кажется это интересным, и она начинает атаковать девушку, так упорно щадящую и защищающую себя косой. Наконец, монстр выматывается, и встаёт на колени, ослабленный. Девушка подходит, опустив косу к земле, вставая напротив побеждённой. — Убей меня… — шепчет она, — убей и получишь мою магию и способности. — Нет. — Я монстр… я не заслуживаю жизни… -Я не убью тебя. — Почему? Ты идиотка! — Кричит Каролина победительнице в лицо, но та невозмутимо и дружелюбно протягивает ей руку со словами: — Потому что каждый заслуживает пощады и милосердия. Никто не заслуживает смерти. Каролина зло, со слезами на глазах кричит на Фриск: — Я ведь… чуть не убила того монстра. — Я не стану. Я знаю, в тебе есть хорошее, — алая душа улыбается, и, монстриха, плача, бросается к ней и обнимает ту, что победила её. — Я отдам тебе свою магию… Ради того, чтобы ты защитила тех, кого любишь. Ты победила, Фриск. Девушка улыбается, и обнимает её в ответ, чувствуя, что обрела нового друга. — Однако… — Каролина вдруг зловеще улыбается, и слёзы моментально высыхают у неё на глазах, — ты действительно поверила мне? Глупышка, как же ты наивна.       И влетает в её тело, захватывая над ним полный контроль. Решительная душа не успевает и пикнуть, как становится призраком без тела. — Ты так легко поверила мне! — Злобный смех раздаётся по округе. — Теперь же, я убью всех, кого ты так любишь, и кто так наивно любит тебя!       И Каролина в теле Фриск убегает со смехом, телепортируясь к месту, где стоит снеговик. Призрак, без своего тела и души, летит к дому скелебратьев, осознавая свои ошибки.

***

      Санс вдруг прижимает руку к тому месту, где его метка, чувствуя неладное и холод на рёбрах. Смотря на Тау и Папайруса, говорящего что-то своему сыну, скелет призывает пару костей, пряча их тут же за постом.       Тревога накрывает его за Фриск, которая сейчас должна быть дома у Санса и Папайруса. Словно… что-то такое случилось с девушкой, заставившее метку похолодеть. И Санс чувствует, что причина скоро станет известна ему.

***

      Чара, приготовив обед, ждёт, пока запечётся пирог, и в это время влетает Фриск, закричавшая с порога: — Чара, скорее! Мы должны скорее идти к Сансу и Папайрусу!       Сестра не слышит её, с некой грустью уставившись в книгу, только прошептавшую: — Когда же Фриск проснётся…?       Призрак пытается коснуться Чары, но её рука проходит сквозь тело сестры. Вдруг, Фриск замечает бутылку кетчупа после нескольких попыток привлечь к себе внимание, и в её голову закрадывается идея. — Санс, я знаю, ты любишь его, — девушка -призрак подносит призрачную ладонь к бутылке, — так что, с меня две бессонные ночи с тобой. И пять бутылок кетчупа. Обещаю.       Резко ударив по бутылке, Фриск терпит неудачу, когда рука проходит сквозь сосуд. Однако, кто говорил, что будет легко?       Фриск снова и снова, со всей своей Решимостью ударяет по бутылке, пытаясь хоть опрокинуть её. Та не шевелилась, нагло оставаясь на столе нетронутой. Наконец, разозлившись на этот дурацкий кетчуп, девушка резко ударила по нему, и та упала на пол, треснувшись.       Фриск мысленно ликует, видя, как Чара поднимает глаза и смотрит на упавшую бутылку, а затем осматривается, ища причину её падения. Смотрит на Фриск, замирающую под её взглядом, но в этом взгляде словно нет ничего. Как будто девушка никогда не существовала. Чара отводит взгляд, шепча: — Фриск, просыпайся скорее… Знаешь, этот скелет так беспокоится о тебе… Она вздохнула, а её сестра буквально орала о том, что она рядом с ней. — Сестрёнка, хоть мы и не родные… пожалуйста, не покидай меня. Я люблю тебя. — Чара, я здесь! — Отчаянно крикнула Фриск, понимая, что ей необходима помощь сейчас от дорогого ей человека. Однако, Чара её не слышала, а время утекало… — Прости… Но ты не слышишь меня, а мне срочно нужно идти туда… — Девушка обняла сестру, как могла, и полетела за Каролиной. Чаре показалось, будто она почувствовала дыхание и объятия сестры, и прислонила пальцы к щеке. Туда, где она чувствовала дыхание сестры. — Фриск…

***

      Тау подпрыгивает и с радостным криком подбегает к отцу, сообщая о том, что там, впереди, идёт тётя Фриск. Санс слышит это, и, взяв бутылку кетчупа, с радостной улыбкой выходит навстречу девушке, не подозревая, что это не она.       Каролина идёт неспешно, гордо, королевским шагом: бесшумно, мягко, как кошка, словно идёт по тонкой нити. Крутя нож в руке, как кинжал, монстриха в теле Фриск усмехается, и улыбка убийцы расползается по лицу.       Санс настороженно смотрит вдаль, туда, откуда идёт его девушка, но не узнает её. Это не та, с кем он скрывается от правосудия Подземелья, и не та, с кем он проводил ночи напролёт. Однако, внутренний голос нашёптывает ему о том, что, может быть, это и есть Фриск, просто… «Решила поиграть с ножами? — Укоризненно думает Санс, глотая кетчупа, — она давно не маленькая девочка, чтобы не понимать, что такой нож способен причинить немалый вред монстрам.»       Он дружелюбно махает впереди идущей девушке, но в его взгляде почти нет дружелюбия. Папайрус замечает это, и настороженно смотрит на брата, потому что знает этот взгляд; или ему кажется, что знает?       Каролина подходит к ним, но, когда Тау хочет подбежать к «Фриск», Папайрус крепко держит его, ибо предчувствие подсказывает ему, что это не она. — Вы такие настороженные, — хихикает Каролина, перестав крутить нож, — что аж забавно. — Где Фриск? — Спокойно спрашивает Санс, телепортируя бутылку кетчупа за стойку. Кажется, он ощущает следы знакомой магии от не-Фриск, но ему абсолютно плевать на это. — Я убила её, — злобно смеётся Решимость, и низкий скелет смотрит невозмутимо, словно его это и не заботит. Каролина злится: она ждала какой угодно реакции — злости, ярости, но не спокойного и холодного выражения лица скелета, почти пофигистичного. И Санс внутренне смеётся над оскалившейся Каролиной: он-то знает, что Фриск бы раскусила его в два счёта, и всю злость и гнев прочитала бы мгновенно в его глазницах, пустых сейчас.       Призрак почти рядом, когда Решимость кидает нож в низкого часового, а тот отбивает её атаку костью; оружие тут же отлетает в ствол одной из елей, застревая в ней. Папайрус, видя это, берёт Тау и убегает вместе с ним, ища безопасное место. Фриск видит это, и встаёт меж Каролиной и Сансом: защищая последнего, она хмурит брови. — И что же ты сделаешь мне, дитя? — Каролина скрещивает руки на груди, полностью уверенная в своей победе. — Ты ничего не сделаешь! У меня твоё тело, твои способности, что ты так хранила! Теперь я выиграю!       Фриск не отступает, стоя на месте: решимость наполняет девушку изнутри, не давая уйти и остаться. Хотя, колени всё же сильно дрожат, выдавая страх. Санс это замечает, но не спешит выдавать любимую — с каждой минутой её очертания всё чётче. — Хах? Так ты ещё и не хочешь уходить? — Каролина с наигранным удивлением смотрит ей в глаза, а затем довольный оскал расползается по её лицу, — ну что ж… Тогда умри!       И, материализовав нож в своей руке, Решимость ударяет по призраку, но ничего не происходит. Санс, видящий всё это, с ожиданием ждёт, что произойдёт далее, а так же волнуется за Фриск; тарабаня костяными пальцами по руке, скелет кажется спокойней камня. — Что…? Но почему это… — Ты знала, что призрака невозможно убить? — Фриск подлетает к ней, пытаясь влететь в своё тело, но Каролина отшатывается, и Санс тут же заключает её в клетку фиолетовых костей. Девушка подлетает к скелету, и тот пытается обнять её, но руки проходят сквозь тело Фриск. — Ты…видишь меня, Санс? — шепчет удивлённо девушка, и тот улыбается ей. — Конечно, малая. Со всей прозрачностью. — Санс…- Она угрожающе шепчет, и скелет смеётся. Раздражённой Фриск выглядит невероятно красивой и милой, однако Санс знает, что лишний раз её лучше не злить — вечера на диване совершенно его не привлекали. — Уже и пошутить нельзя? — Ладно, — девушка немного обиженно фыркает. Скелет кивает головой на клетку: — Кто там, в твоём призрачном теле? — Долго рассказывать…- Фриск подлетает к нему, опечаленная чем-то. — Но, если кратко, то я с ней немного поссорилась… И она забрала моё тело. — Поссорилась так, что она теперь хочет тебя убить? — Санс удивлённо и с недоверием смотрит на неё. — Серьёзно? А подумать, прежде чем ссориться с ней, времени не было?       Призрак виновато понурила голову, и часовой со вздохом закрывает глазницы, понимая, что эта девушка его когда-нибудь вынудит наказать её так, чтобы три дня не вставала с кровати вообще. Или неделю. — Окей, проехали. У принцессы несчастий есть идеи?       Фриск покачала головой, и Санс вздохнул. Вдруг, к нему в голову приходит идея, когда Каролина почти выбирается из ловушки, озлобленная. — А у тебя? — Понуро спрашивает призрак, смотря на скелета. — Да, но она тебе явно не понравится. -У часового зажигается глаз, и, когда Решимость выбирается из ловушки, её обхватывают неоновые тентакли. Извиваясь, они хватают её за талию, ноги и руки, крепко сжимая и не давая уйти или атаковать. Фриск хлопает себя по лбу. — Санс, никакого секса… Забудь про это вообще. — Сам изнасилую тебя, — хитро смеётся он, пошло улыбаясь девушке. — Потом обсудим. Тебе нужно лишь вытеснить это из своего тела, верно?       Фриск кивает, и летит навстречу извивающейся Каролине. Та пытается выбраться, но ничего не получается — это тело будто и не сопротивляется ловушке, и послушно остаётся в ней. Фриск решительно выталкивает монстра, влетая в своё же тело, и Санс щелкает костяными пальцами, заставляя тентакли исчезнуть.       Человек летит на землю, и схваченная монстром, девушка смотрит на шокированную Каролину, что сидит на земле, в очередной раз побеждённая. — Не понимаю… — Она хватается за голову, с отчаянием смотря на Фриск. — Почему… Он защищает тебя? Не стремится убить? Монстры… должны ненавидеть людей за то, что они сделали…       Почему-то, в этот момент Санс начинает щурится, что-то вспоминая из прошлого. И это явно ему не нравится — опустив голову, он закрывает глазницы и отворачивается. — Нет. — Фриск встаёт на ноги, и протягивает руку Каролине. — Все должны жить в мире и согласии, не так ли? Пожалуйста, я не хочу с вами сражаться, Каролина. Прошу вас, мы ведь можем быть друзьями. Фриск по-детски улыбнулась, продолжив: — Не нужно сражаться больше. — Воспоминания снова пробуждаются в голове у Каролины… «Оставайся решительной» «- Пойдём со мной! Короткое: «Да!» и детский смех» «— Кари… нет… не уходи… — Я должна… …И по земле рассыпается странная пыль.» — Ха… — Каролина грустно смотрит на девушку. — Ты так напоминаешь его… Такая же безрассудная… и добрая. Монстриха берёт руку Фриск, вставая, и продолжает: — Ты действительно… не такая, как все люди. Оставайся такой же решительной, хорошо?       Девушка счастливо улыбается, и внезапно сама обнимает монстриху, на что та со смехом обнимает её в ответ. Смотря в глаза Санса, она улыбается, и со вздохом говорит им обоим: — Берегите себя и своего соулмейта. А мне… Уже пора. Фриск, — девушка отстраняется со страхом в глазах, и Каролина снова грустно смеётся. — Чтобы не случилось, никогда не забывай, кто ты есть и кто нуждается в тебе. Теперь же… Я отдаю тебе свою силу. Только… Уже растворяясь, Каролина угрожающе прошептала: — Ты можешь перевоплотится в скелета, но лишь на пять минут, поняла? Иначе, я завладею твоим телом и убью тебя. Поняла? Фриск кивнула, когда от монстрихи уже осталась половина тела и одна — единственная рука. — Вот и…хоро…       Каролина полностью стала пылью, и Фриск уставилась на то место, где только что была женщина. Санс молча подошёл сзади, шепнув: — Знаешь, она показалась мне знакомой… — Ложь в его словах остаётся незамеченной: он знает эту странную монстриху. Но Решимости сейчас абсолютно параллельно. — Санс, поцелуй меня… — У скелета зажёгся глаз, и он с усмешкой прошептал: — Малая, это намёк?       Девушка, разозлившись, прислоняется губами к его зубам, целуя, и плоть пропадает с её тела. Санс удивлённо смотрит на это, но лишь пожимает плечами, и его глаз зажигается привычным сиренево-фиолетовым пламенем. Язык проникает в рот Фриск, и он телепортирует их со словами: — Ты сама попросила об этом, ангел. Теперь… Он усмехается, когда уже уложил её на кровать, почти раздев: — Я заставлю тебя помучится и испытать то же, что испытывал я, когда ты запускала мне свои шаловливые ручонки под мои рёбра. Фриск тяжело вздыхает, чувствуя его руки под её рёбрами, и смеётся: — Только попробуй… _______ P.S. «Мама всегда говорила, что все звёзды — это монстры в Подземелье. И когда монстр умирает, звезда гаснет. Но я никогда не был монстром. Тогда, на мой вопрос, где моя звезда, она всегда отвечала с улыбкой: — Малыш, ты и есть моя звёздочка. Я никогда не понимал её слов, и считал, что мама ошибается, но…»