Ты всё равно мне принадлежишь

Он открыл глаза и увидел белые холодные стены и мать. Она сидела на стуле возле его кровати и дремала, положив голову на сложенные руки. Диппер попытался вспомнить, что произошло, но все события этого вечера были будто в липком тумане. Он закрыл глаза, и вдруг воспоминания нахлынули, заполнили сознание удушливой правдой. — Она мертва… — прошептал Дип. В тот момент его жизнь в корне поменялась. Душу парня будто вытащили, оставив гнить пустую оболочку. Ему не хотелось ни дышать, ни двигаться, ничего… Мать словно что-то почувствовала. Она открыла глаза и сфокусировала взгляд на сыне. Пайнс заторможенно посмотрел на неё в ответ. — Диппер, — дрожащим голосом произнесла мать и бросилась к нему. — Слава Спасителю, ты проснулся, Диппер. Женщина обняла сына и погладила его по волосам, с силой прижав его к груди. Щекой Диппер чувствовал гладкие холодные бусины чёток на её шее. Он прикрыл глаза и сделал тяжёлый вздох. Мать говорила что-то, плакала и шептала молитвы, прижимая его к себе, но Диппер не слышал её. Кровь шумела в ушах, перед глазами стоял туман, память каждый раз всё по новой проигрывала одну и ту же картину. Руки мелко тряслись, как только Пайнс видел в воспоминаниях изуродованное тело своей девушки. Мать продолжала всё громче и громче плакать, дёрганными движениями гладя сына по спине и голове. На рыдания в палату вошли отец и Мейбл. Оба были какими-то растерянными и грустными. Дип хотел уже спросить, как он здесь очутился, но из горла вырвался лишь нечленораздельный хрип. Семья села вокруг Диппера, с сожалением и болью смотря на него. От этих взглядов юноше становилось ещё хуже, и он был искренне благодарен тому, кто культурным «кхм-кхм» прервал молчание. Четыре пары глаз посмотрели на нарушившего гнетущую тишину. Это был мужчина в строгом чёрном костюме и очках в чёрной оправе на носу, его тонкие светлые волосы были зализаны назад. Незнакомец прошёл в глубь помещения и достал блокнот. — Джейм Грин, детектив, — представился он, протянув руку для рукопожатия. Дрожащей рукой Диппер слабо пожал руку детектив. — Позвольте задать пару вопросов вашему сыну, — мужчина перевёл взгляд на родителей двойняшек, те утвердительно кивнули. — Итак, Диппер, можешь рассказать поподробнее о том случае в парке? — совершенно холодно начал Грин с самого главного. Губы парня задрожали, отец нахмурился, сжав кулаки, но ничего не сказал. — Я… — хрипло начал парень, — я шёл на свидание… Там наше любимое место… Тут Диппера прервал Джеймс, записывая что-то в блокнот: — Вы заметили в поведении своей девушки что-то странное? — Да… Она впервые сама пригласила меня на свидание, — спустя несколько долгих секунд ответил парень. — Ясно. Вам знаком этот человек? —детектив достал из блокнота фотографию голубоволосого парня, который размеренным шагом шёл следом за Диппером. Судя по качеству, изображение было сделано камерой видеонаблюдения. Прищурившись, Дип внимательно изучил фото. — Да, это мой одноклассник, Уилл, но… — Он следовал за тобой в течение получаса, — перебил его Грин, — ты можешь это объяснить? — Я?! — удивился Диппер. — Ну разумеется, — детектив скривился, как от зубной боли, и закатил глаза, но быстро взял себя в руки, — ты же сам сказал, что это твой одноклассник. — Ну… — Пайнс нахмурился, пытаясь вспомнить хоть какую-то информацию об Уилле, которой было слишком мало, потому что они не очень-то часто пересекались, — он немного застенчив… И… Он силился понять, зачем же Уилл шёл за ним, но никак не мог придумать что-то более логичное, чем преследование. Парень надеялся, что Уилл не был тем горе-насильником, которого он повстречал несколько дней назад… — Когда это было? — спросил Диппер, стараясь скрыть нервозность в голосе, и показал на фотографию. Грин указал на дату в углу снимка. Он нахмурился и впился в Пайнса внимательным взглядом, подмечая довольно плохо скрытую нервозность в его голосе, но решил пока что оставить причину такого поведения на потом. — День убийства, — констатировал Джеймс, сложив руки на груди, давая возможность парню повнимательнее рассмотреть фотографию. — Тогда… Он передал мне записку от Пасифики! — восторженно сказал Диппер, но свежие воспоминания о потере мигом охладили его пыл и вновь тяжёлым камнем придавили. Имя покойной повисло в воздухе. На несколько мгновений в палате наступила полная тишина. Диппер слышал, как его сердце билось в груди. Его сердце билось, а её уже нет… К горлу подступила тошнота, увиденные в парке сцены замелькали перед глазами. Когда он очнулся, было уже темно, кажется, была глубокая ночь. Палата пустовала. Или… — Добрый вечер, мой милый, —прошелестел шёпот из темноты. По спине парня пробежались мурашки, а горло на время сжало болезненным спазмом. — К-кто здесь?! — от неожиданности и страха голос Дипа перешёл на фальцет, а руки стала бить мелкая дрожь. — Я… Я позову на помощь! — Тише, дорогуша, не утруждай себя, — промурлыкал кто-то в темноте. Подростку хотелось как можно быстрее сбежать от обладателя этого голоса хоть через окно. — Эти олухи пропустили меня сюда, даже не заметив, а я вошёл через главный вход. Так кого ты хотел позвать? — почти нежно проговорил незнакомец, подходя всё ближе и ближе к койке.  — Кто ты? — в горле пересохло, его собеседник оставался в тени, однако парень видел очертания высокой фигуры, которая подходила к нему всё ближе и ближе, игнорируя вопрос Дипа. — Кто ты?! — повторил он в полу-истеричном припадке, пытаясь не выказывать страх, но обладатель жуткого голоса лишь рассмеялся так, что кровь стыла в жилах. Сделав несколько больших шагов, незнакомец придавил Пайнса к кровати, сжав шею мальчишки, и стал спокойно говорить: — Кто я? Я твой ночной кошмар! Ты сделал большую ошибку, сбежав от меня, а теперь… — рука на шее сжалась настолько, что Диппер нервно вздохнул, пытаясь выцарапать свою свободу. — Ты только мой… моя новая игрушка. Интересно, когда же ты сломаешься? Так же, как твоя девушка, захлёбываясь собственной кровью? Похоже, он кричал. Медсестра с трудом уложила его обратно на подушку. В комнате было пусто. Когда в палате зажёгся свет, он ожидал увидеть ночного гостя, посмотреть в глаза убийце своей девушки, но там, где ещё минуту назад стоял обладатель тихого голоса, было пусто. «Я схожу с ума», — мелькнула мысль, заставив Пайнса нервно хихикнуть. Что-то кольнуло руку, и он увидел шприц. Глаза парня стали в два раза больше, он попытался резко дёрнуться, но его удержали. — Что это?! — закричал он, метаясь из стороны в сторону и смотря на сотрудников больницы сумасшедшим взглядом. — Успокоительное, — ответил ему санитар перед тем, как медсестра ввела ему внутрь вены препарат. Через несколько минут темнота стала окутывать разум Пайнса, и он провалился в такое долгожданное забытье.