Часть 7
17 февраля 2017 г., 23:08
– Видишь, ты не можешь без меня. Ты словно марионетка, которой необходим хозяин для жизни – кукловод, что будет дергать ниточки на свое усмотрение. А ты повинуешься, тебе просто некуда деться. Без кукловода марионетка ничто, её существование просто бессмысленно, – он стал приближаться, поднимая надомной нож, но резко остановился – его внимание привлек стук.
– Ха? Что это за звук, твои родители? – он вопросительно посмотрел на меня, после чего, ухмыльнувшись, продолжил:
– Хм, сейчас будет весело.
– С-стой, прошу тебя, не надо, не делай этого! – я схватилась за край его толстовки, что когда-то явно была белой.
– Ха, почему? Я хочу повеселиться, а это один из лучших вариантов. – усмехнувшись, сказал он. Стук становился громче и вскоре походил на агрессивные удары.
– Странно, разве твоя родня при входе в квартиру ломает дверь? – в недоумении сказал он, снова посмотрев на меня. Я сообразила, о чем он, и с ужасом посмотрела на дверь, в которую теперь вонзался топор раз за разом, ломая её на щепки.
– Ч-что? Кто, кто это? – еле слышно произнесла я, мне в голову не могло прийти, кто может быть этим человеком.
– Кто, спрашиваешь? Ты думаешь, что я знаю? Я к тебе в детективы не нанимался, однако я не думаю, что это кто-то из твоих родственников, – сказал он с усмешкой, хотя какая там усмешка, если у него шрамы. «Не знаю, кто там и зачем он явился, но самая главная угроза на сей момент – это Джефф – человек стоящий передо мной, что смотрит с интересом на обломки двери, и чью кофту я до сих пор крепко сжимаю в руках».
Что бы там ни было, я все равно должна сбежать. Я одна в доме, не кому мне помочь, только я способна это сделать, а это значит, что сдаваться нельзя. Я резко отпустила кофту убийцы и рванула вперед что есть силы, которых было значительно меньше, чем я ожидала, и это усложняло ситуацию.
В мгновение дверь, что подвергалась ударам, была сломана, и на пол полетело множество щепок. Ноги всё ещё не слушали меня, и вдобавок ко всему этот звук топора вонзающегося в деревянный пол, столь не привычный смех за спиной…слишком давит. Я не выдержала, ноги вновь подвели, и я упала…больно.
– Ауч…да что же это такое…что твориться вообще? – мне было плохо, я просто не знала, что надо делать, что я «могу» делать. – Кто вообще этот человек и что ЕМУ от меня надо? От одного не отошла, так теперь ещё и этот. Откуда он вообще тут взялся?! Не понимаю…
Вряд ли он киллер, не выглядит таковым, он словно псих, что сбежал с психушки и скрывается уже долгое время, довольствуясь местью людям, что запекли его туда. Он просто убивает без разбору. На топоре видна засохшая кровь, её довольно много, возможно, что он наносит удар неоднократно. На его лице всё было написано, в этом теле просто уже нет души, она осквернена и теперь умирает, оставляя за собой лишь черноту и мрак.
Так как я, видимо, на его пути, то, скорее всего, он хочет меня убить. В такие моменты хочется задать кучу вопросов; в моменты, когда ты ничегошеньки не понимаешь из происходящего и очень хочешь в этом разобраться. Вот и у меня нервы не выдержали – не железная ведь.
– Да что же вы все меня убить-то хотите?! Во мне что, только жертву увидеть можно?! – понятия не имею, произнесла я это вслух или всё- таки частички моего ещё не раскрошившегося вдребезги и не превратившегося в звездную пыль, что должна бороздить космос, разума позволили этому крику души не вырваться. Только ни звука, ни капли реакции я не услышала и не заметила. Однако рано обрадовалась…как говорится: «Затишье перед бурей». Так оно и было, за своей спиной я почувствовала тяжелые шаги, страх сковывал, я резко обернулась, в надежде, что это мое воображение, которое скоро завладеет тем самым разумом, ну не везунчик ли я? Но увиденное лишь добавило масло в огонь. Джефф медленно приближался ко мне, прокручивая в руке нож, его глаза были закрыты растрёпанной челкой, однако это не помешало разобрать на его лице эмоции, что так рьяно выражали злость и раздражение.
– Зря ты это сделала, это твоя ошибка номер три. Слишком много, не думаешь? – видимо сейчас его заботила только я, так как на «сумасшедшего взломщика с топором» он не обращал ни капли своего внимания, что вводило меня в ступор.
Я медленно стала отползать назад. Не уверена, смогу ли добраться до лестницы, но я обязана где-то спрятаться, хоть ненадолго, хоть на чуть-чуть продлить минуты своей жизни, надышаться воздухом, ведь в такие моменты понимаешь, что тратил своё время попусту, только вот слова «мне нечем заняться» никто не отменял, без этого никак.
– Эй, вам лучше было бы не вылезать из своих норок, может, прожили бы дольше, – этот «сумасшедший взломщик с топором», будем его так называть, чуть не взорвался смехом от своей, ну прям пятизвёздочной шутки, при этом доставая нож из кармана.
– Ха, что за жалкий человечишка? Что он забыл на моей территории? – Джефф посмотрел сначала в сторону мужчины, а после на меня. На его лице появилось удивление, что в долю секунды сменилось на заинтересованность, что сопровождалась его привычной усмешкой.
– Хотя знаешь, мне без разницы, посмотрим, что будет. Тебе ведь интересно? Может, тогда ты решишь, от чьей руки хочешь умереть, а? Я ведь предлагал неплохой вариант, быстро и безболезненно, но ты не захотела, ведь так? – он снова бросил взгляд на мужчину, словно оценивая его возможности, насколько его хватит, так сказать, и сделал шаг назад, снова шаг – и он скрылся за стеной. В мой обзор Джефф попадал, а вот «сумасшедший взломщик с топором» его уже не видел.
Вот и снова, куча нерешенных вопросов, да у меня целая энциклопедия скоро будет составлена, хоть бы кто помог с ответами. У меня множество вопросов и чуть ли не с каждой минутой появлялись всё новые и новые.
– Он что, хочет, чтобы меня убил этот идиот? Ну нет! Сначала один чудик влезает в дом через окно и пытается прикончить меня, теперь ещё один заявился, причем не очень обычным образом. Дядя, зачем с топором-то в дом вламываться? – голова жутко раскалывалась, гудела, казалось, скоро и пошевелиться не смогу.
– Вашу ж за ногу, что ж теперь делать-то? – времени думать просто нет, а придумать что-то надо. Я пыталась спланировать хоть что-нибудь и в конечном итоге не заметила, как погрузилась в собственные раздумья…не вовремя…ох, как не вовремя.
– Так, что делать, что? Нужно придумать, про Джеффа нужно пока забыть, хотя как тут забудешь, если тебя прожигает взглядом монстр, жаждущий с тобой покончить?! Только от одной мысли о нем выворачивает наизнанку.
– А, так ты хочешь, чтобы она распрощалась с жизнью первой? Ахаха, знаешь, куколка, а твой мальчик испугался и бросил тебя, ты же согласна принять свою участь? Не волнуйся, это будет весело и очень больно, – облизнувшись, произнес «сумасшедший взломщик с топором»…отвратное зрелище.
– Ну, крошка, приступим к развлечениям? – ну, из раздумий меня точно вытащили, а как же, такое увидеть. Я дёрнулась от испуга, сразу посмотрела на Джеффа, он стоял опершись на стену, протирая нож краем толстовки, не отводя взгляда от его, словно от сокровища, что ценнее золота. Он выглядел спокойным. Не знаю почему, но я не отводила от него взгляда, словно ждала чего-то…помощи. Мне казалось, что сейчас, только он может помочь. Видимо он почувствовал мой взгляд на себе, так как не спеша поднял глаза, внимательно посмотрев на меня, и после небольшой паузы ухмыльнулся, облизал нож, продолжая смотреть на меня сверху вниз, ну а как же, я ведь сижу на полу. От него помощи я не дождусь, да и какая помощь от убийцы, что всё время намекает на приближение его любимой части сделки.
– Принять свою учесть? Ха, не дождётесь! – ну, думаю, все со мной согласятся, что сдаваться не стоит. Не в моих правилах, да и кто вообще согласиться лечь под топор к этому психу, ну, или же просто пустить всё на самотёк, нет уж, не позволю. Я снова посмотрела на мужчину, жаждущего меня убить, после бегло осмотрела комнату в надежде найти хоть что-то.
– Бита! – это единственное, что пришло мне в голову, да, она не так помогла мне в прошлый раз но, всё же, это хоть как-то будет похоже на самозащиту, нежели если я побегу на него, закрыв глаза, махая кулаками, как истеричка и выкрикивая: «Это Спартаааа»… опять же, «нет уж». Необходимо было вспомнить, куда же я её бросила. Однако для этого пришлось вспомнить эту ситуацию практически полностью, тот ужас: лицо Джеффа, его глаза, будто налитые кровью, слова, что он продолжал выкрикивать; я поняла, что биту я выронила сразу после того, как ударила его, что значит, она должна быть где-то…
– Да ёмае, чего медлишь, или жить неохота?! Давай же, подыграй мне, иначе для чего всё это? Я не хочу скучного убийства! Ты должна бороться, давай, покажи, на что ты способна, порадуй дядюшку, может тогда дядюшка сможет убить тебя быстро, не мучая, – он явно не мог дождаться, чтобы убить меня.
От его речей, становилось тошно, невыносимо смотреть на него: его лицо ужасало с каждым его шагом, что сокращал расстояние между нами. Тело сковывало от страха, даже со всей своей смелостью, что я тут показывала, как бы я тут не выпендривалась, всё же я не способна преодолеть этот страх, что сковывает намертво. Это такое ощущение, что твоё тело слабеет и либо ты падаешь, либо стоишь неподвижно, пытаясь держаться, однако, как бы ты не старался, просто невозможно двинуться. Я не настолько сильна духом, чтобы противостоять страху.
Псих поднял нож и с быстрых шагов перешёл на бег. Да, гостиная не мала, однако бегом её преодолеть можно за полминуты, только вот, как я говорила ранее, в такие моменты время идет гораздо медленнее. Я явно нажала на тормоз и не могла нормально мыслить, хотя где уж в такой ситуации нормально помыслишь. Единственным выходом я считала биту.
– Вааааа, да что же делать, что делать… ёмае, отвали, отвали, отвали, аааа, – представьте себе, что на вас несется какой-то ненормальный, с какой-то тупой ухмылкой… да это просто нереально страшно! Хотя, погодите, это какое-то Дежавю: ненормальный, да ещё и с тупой ухмылкой. Какая же я всё-таки везучая, словно сова из КЕНО, что танцует возле кучки деньжат! Я пыталась, пыталась думать, действовать, но это лишь усложняло ситуацию, так как я неосознанно начала двигаться в сторону моего «спасителя», чтоб его за ногу!
– Что я вижу, ты предпочла меня этому ничтожеству? Я польщён, однако этого мне мало. Умаляй меня, проси помочь тебе, моли о том, чтобы умереть именно от моей руки, – на его лице так же появилась ухмылка, только вот его улыбка дополнялась взглядом, что был полон высокомерия и ненависти.
– Ну же, я не слышу, почему ты молчишь? – После его слов меня как молния шарахнула. Только вот, это всё не мешало мне вставить свои пять копеек, что я храню глубоко в шкафчике с таким неприметным ключиком.
– Что?...Обойдешься, да будь ты последним убийцей на земле, я к тебе не обращусь и взгляда о помощи не брошу! Не дождёшься ты моей мольбы! – мой рот бывает весьма весомой проблемой, особенно из-за слов, вылетающих из него. Но я была в истерике и ещё хуже могла совладать с собой.
– Что я вижу…захотела попрощаться со своим любимым, а? Осознала своё положение, готова к участи? Ну, так приступим же! Или мне дать вам время, которого у вас точно нет, пхахаха, – эх, вы, конечно, меня простите, но его шуточки просто невыносимы, он их что, придумывал на досуге в душевой кабинке?! Мои нервы просто не выдерживают этого всего!
«Чтоб тебя, да когда ж ты заткнёшься, пойди вон в лес прогуляйся!.. Где, где же бита?… где она, когда так необходима…» Я всё вглядывалась в пол вокруг Джеффа, ведь она была где-то там, почему я её не вижу.
– Твою ж за ногу, бита, где ты?! – слишком много всего, слишком много… в глазах начало темнеть, разум словно покидал меня, голова начала предательски кружиться, ну да, рано или поздно это должно было случиться. Я схватилась за голову, чтобы не свалиться окончательно, необходимо было опереться о что-нибудь, впрочем, как я и поступила, опёршись прямой рукой о пол. Голова всё кружилась, из-за чего стены ходили ходуном, но всё же, почему-то именно в этой ситуации мне удалось разглядеть моё «смертельное оружие», что так рьяно избегало моего взгляда. Я попыталась сделать хоть что-то верное: я потянулась за битой; резкий крик, это было больше похоже на нечленораздельную речь, заставил меня обратить внимание на другое, а точнее, на его обладателя.
– Сдохнешь, никто даже не вспомнит, ведь даже твой парниша поджал уши с хвостом и смылся куда подальше, оставляя тебя мне! – сознание отказывалось воспринимать картинки чётко, но на секунду все краски встали на свои места, не желая заходить за нужный контур, как бывает при испуге, ведь, как говориться: «У страха глаза велики». Он был в нескольких сантиметрах от меня, это чучело недоделанное со своим маленьким ножом, что он предпочел топору. За доли секунды перед моими глазами пронеслось что-то белое, ну, или же я должна сказать серое, однако оно явно было когда-то белым… а потом кровь, много крови, звуки, словно кто-то сейчас захлебывается, капли попадали на меня, на лицо, руки, одежду…только вот это не моя кровь, не моя.
«Чья…она?..» Точно, а ведь я почему-то не сообразила, то серое что я видела, всё такое же, это его… это толстовка Джеффа – убийцы, что так терпеливо стоял и ждал, не срываясь с места, когда его сравнивали с обычным человеком, со слабым человеком. Его глаза постепенно наливались кровью, видимо, его терпению пришёл конец и он решил показать, что значит зваться настоящим убийцей, что значит быть основным героем ночных страшилок, легенд, быть тем, кого никто не может найти, даже понять и заметить черты его лица… быть… совершенством.
– Нет…нет, что…что происходит? Что ты?.. Нет, стоп, хватит, прекрати это, стой! – увиденная мной картина кого угодно повергла бы в шок. Поток слёз становился сильнее из-за новой волны ужаса, что достаёт даже до самых скрытых уголков моего тела, заставляя дрожать при каждом движении руки Джеффа. Крики, что будто разрывали горло, продолжали вырываться, превращаясь во всхлипы. Я прикрыла рот руками, не давая крикам пробиться сквозь них. Глаза расширились, принимая более чёткие картинки.
Именно, происходило не что иное, как убийство, что наполнено кровью, страхом. Нож в руке искусного убийцы совершал свои заданные команды, словно художник, что создавал картину, занося кисть и опуская её на белый холст, рисуя жёсткими мазками, которые создают незабываемый шедевр, Джефф создавал своё собственное творение, продолжая заносить нож над собой, после чего молниеносно опуская его в жертву. Именно сейчас, именно в эту минуту жертвой была не я, жертвой стал человек, что высмеивал его, «недостойный человечишка», как бы выразился сам Джефф. Даже крика не было слышно, жертва не могла даже выдавить еле слышный стон боли, что пронзала его. Брызги крови попадали на предметы в доме. Фотография нашей семьи, которая была застеклена и вставлена в рамку ручной работы, что мы всей семьёй создавали, как символ верности своей семье была забрызгана кровью. Вазоны, что находились рядом, тоже окрасились в багровый цвет. Лицо, что на протяжении всего времени поражало своей белизной и холодностью, было потревожено багровыми каплями крови. От многочисленных ранений пол начал заполняться ею. В моем направлении начал течь ручеёк этой самой крови. Этот дом уже нельзя было назвать уютным, он скорее напоминал дом ужасов, пристанище для кровожадных, пропитанных местью монстров.
– Ахахах, весело, не правда ли? Ну и кто теперь никчёмный убийца, я что ли? Прими свою участь холоп и никогда не смей называть меня трусом! – бездыханное тело мужчины продолжало подвергаться множественным нанесениям ран, а убийца, всё не думал останавливаться, он лишь наслаждался этим моментом, не думая его завершать.
– Прекрати это! Хватит, я сказала! Нет... Хватит, прошу тебя, прекрати, он уже мертв, пожалуйста, хватит! – я не могла смотреть на это, всхлипывая и захлебываясь слезами, сидя вся в крови, я продолжала молить прекратить это, боясь продолжения. На мгновение я подумала, что мои слова подействовали: Джефф остановился, однако продолжал держать убийцу за шиворот. Спустя минуту бездействия он начал медленно поворачиваться ко мне, не расслабляя хватки, он посмотрел на меня, после снова наклонился к бездыханному телу и что-то произнес, но я его не слышала:
– Запомни, она моя жертва и прервать её жизнь могу только я и уж точно не таким дешевым способом как ты...
Вдали послышались серены. Кажется, это полиция... Всё замерло, прекратилось, моё тело было на пределе, руки дрожали, сообщая тем самым о том, что в скором времени падения не избежать.
– Что с тобой, испугалась, страшно? А ты не бойся, ахаха, – он всё не отпускал тело, продолжая смотреть на меня, я же не могла даже повернуть голову в его сторону, всё, что я сделала – это наклонила голову вниз, чтобы пряди волос закрыли моё лицо. С моих глаз, казалось, всё так же текли слезы, однако лицо стягивало, попытка изменить мимику приводила к боли, что свидетельствовало о том, что слёзы выплаканы, а на лице осталась лишь маска соли. Руки не выдержали, и я резко упала, сгибая руки в локтях, останавливая мое лицо в нескольких сантиметрах от пола. Последняя слеза, которая держалась на мокрых ресницах, покатилась по носу вниз, падая на твёрдую поверхность.
Сирена становилась громче. Джефф отвел взгляд от меня на время, посмотрев в окно, где виднелись световые лучи красного и синего оттенков, он молчал, только молчал и смотрел в окно, создавая тишину, что заставляла вздрагивать, при любом шорохе.
– Знаешь, – начал он, – сирены – свидетельство того, что мне пара, – он бросил ещё один взгляд в мою сторону, после чего, развернувшись, пошел в комнату, к окну, волоча за собой труп. Первым делом Джефф сбросил труп, после, вернувшись ко мне, он произнес:
– Я не прощаюсь, девочка, куда бы ты ни делась, где бы ты ни пряталась, как бы ни ограждалась, я найду тебя, со мной ты прольешь еще не мало слез… А знаешь, – он прикоснулся своей холодной рукой к моему лицу, сжал подбородок и резко поднял мою голову, чтобы наши взгляды встретились, однако из-за слёз я могла только зажмуриться. Он усмехнулся и с умиротворением продолжил, – красный цвет тебе идет, – он резко засмеялся и, развернувшись, вновь направился к лестнице. Я попыталась повернуть голову в его сторону, это стоило не малых усилий, но результат был не лучшим. Сквозь свои растрёпанные волосы сначала я видела его ноги, после, взгляд начал скользить по парню вверх, закидывая предупреждения разума куда подальше, теперь я вижу его толстовку, поднявшись выше, я замерла: наши взгляды встретились, он смотрел на меня…жадным, жаждущим крови взглядом и улыбался…его улыбка застряла у меня в памяти, ещё тогда, когда мне начались сниться эти сны. Казалось, что сейчас на меня нахлынет новая волна эмоций. Он лишь чуть слышно хихикнул и, развернувшись, ушел. Я слышала лишь стук, что явно свидетельствовал о том, что он прыгнул, было интересно, целым ли он остался, прыгая со второго этажа нашего дома, если нет, то оно и к лучшему.
– Красный? Точно, красный – это цвет крови, она повсюду: на полу, на стенах... на мне... Да почему это происходит со мной?! – я схватилась за голову, чуть ли не сжимая её, мне хотелось плакать. Я истощила организм, слёзы, что потекли сейчас, были мелочными и явно последними... Я была одна в квартире, в которой только что у меня на глазах убили человека; одна, в тишине, со своими эмоциями и мыслями... Сирены прекратились, видимо, полиция уже приехала, я продолжала сидеть неподвижно на полу.
В глазах начинало темнеть, дыхание сбивалось, от нехватки воздуха я судорожно вздыхала, не успевая выдохнуть воздух, что распирает лёгкие. Локти начинали болеть, сообщая о том, что в таком положении я пробыла значительно долге время. Сознание, что настрадалось за эти несколько недель от снов, и к чему еще добавился сегодняшний день, отключалось. Сегодняшний день отдавался болью. В глазах темнело.
***
– Ника! Ника, ты меня слышишь?! Отзовись! – этот голос может принадлежать лишь маме, значит я в безопасности, я спасена. – Ма-ма…– Почувствовав себя в безопасности, моё тело ослабло, в глазах потемнело, что заставило меня провалиться в сон. – Ника! – с криком мама подхватила меня. – Ника, отзовись, Ника! Где врачи?! Почему вы так медлите?! – с её глаз капали слёзы, а голос дрожал от страха и злости. – Темно. Почему так…темно? Вокруг лишь темнота. Так хочется света. Я боюсь, мне страшно. Я не хочу оставаться здесь, мамочка, помоги, мамочка! – тьму пронзает свет, заставляя зажмурить глаза, как можно сильнее. – Свет?.. Я...где я?.. Лампа, палата, мама... Мама? – по всей видимости, я находилась в одной из палат местной больницы, надо мной я увидела капельницу, пикающий звук всё не давал покоя, принуждая морщиться от боли в ушах. Резко в нос ударил запах лесных трав, я повернула голову – рядом сидя спала мама, видимо она не отходила от меня целую ночь, продолжая держать за руку, словно боясь потерять моё тепло. – Мамочка, – я нежно, почти не касаясь, погладила ее по волосам, пытаясь не нарушить сна, но подобное мне никогда не удавалось. – Ника? Ника, дочка! С тобой всё хорошо, как я рада! – со слезами на глазах, она нежно обняла меня, продолжая нашептывать нежные слова, успокаивая скорее себя, нежели меня. – Милая моя, что с тобой случилось, кто это сделал? Кровь, дверь…кто мог сотворить подобное, чья это была кровь? Полиция подозревает, что это был серийный убийца. Зачем только мы сюда переехали, не надо было, я же с самого начала говорила отцу, что это плохая идея, ехать в незнакомую страну так скоро! – по ней было видно, что она не могла сомкнуть глаз ночью и только под утро заснула: макияж был размыт от слёз, а под глазами были чёрные круги... – Мам, всё в порядке, мне уже лучше, со мной правда всё хорошо, – стоило лишь взглянуть на неё и, казалось, что все проблемы позади, и им никогда тебя не догнать, словно твой ангел хранитель она готова оберегать тебя. На моем лице появилась улыбка, а комната словно налилась светом. – Точно, а где папа? Он всё ещё не приехал? – мама улыбнулась мне в ответ, выдохнув с облегчением. – Папа должен был срочно уехать, я вернулась одна… Я-я сообщу ему, он… он должен будет скоро приехать, – она замешкалась, ища что-то, после чего, словно вспомнив, она потянулась к сумочке. Я поняла, что она ищет телефон и медленно потянулась к ней, останавливая руку. – Мам, не надо, думаю, он сейчас очень занят, давай потом, – я удивила её сказанным. Действительно, как можно умалчивать о ребёнке, о его состоянии, но сейчас мне хватало одного обеспокоенного лица, не выдержу ещё одного, слишком больно видеть родителей такими.
Примечания:
Пока на этом всё, буду выкладывать по мере своих сил.
