Все не так просто, как кажется...

      – Правила, я объясню их, – начал Джефф. Его забавляло это всё. – Слушай внимательно, ты ведь хочешь жить, да?       – ……       – Ну, не молчи, я знаю уже, где ты и я знаю, что ты хочешь жить, ведь, недаром же ты так красочно расписывала в своем дневнике, насколько прекрасна жизнь… Пф, смешно. Ты, правда, думаешь, что в мире больше хорошего? Малышка, поверь мне, в этом мире не всё то золото, что блестит. Не сближайся с людьми – они всё равно предадут… в этом мире никому нельзя верить… Однако! Я предлагаю тебе помощь – игра, о которой я говорю, я могу подарить тебе быструю смерть, если ты выйдешь добровольно, и тебя больше ничего не будет беспокоить, ты будешь свободна. Но! Если ты решишь бороться за жизнь, – он усмехнулся, – то я только за, так даже интереснее будет, однако, в таком случае, если выиграю я, то тебя ждет нелегкая участь: я буду убивать тебя медленно, наслаждаясь каждым твоим криком, каждым содроганием, каждым обрывистым вдохом, что может в любую минуту стать последним, – он прислушался, ему не нравилась эта тишина.       – Ты тоже считаешь меня психом, да? Я знаю, ты так считаешь, все так считают… даже я, – он резко рассмеялся, меня охватила паника: «Как можно так много говорить?! Я не понимаю его, просто не понимаю. Какая еще игра?»       – Ладно, я снова отвлекся, у нас не так много времени, малыш. Ты ведь знаешь, что рано или поздно твои родители вернуться. Твоя мама, доктор, да? Прекрасная профессия. Мне всегда было интересно, какие у этих спасателей лица, когда им привозят мои творения: тела, столь красочно изуродованные… Хах, прелесть просто… Как думаешь, – он перешёл на спокойный тон, от его баса пробирало до дрожи, – какая реакция будет у её сотрудников, когда под белой простынёй будет совсем не постороннее им тело. Тело, всё в порезах, её тело, тело… твоей матери, – его голос отозвался внутри меня, страх окутал, сердце пропустило удар, после чего заколотилось как сумасшедшее. Можете думать, что я сошла с ума, но я ни за что не позволю ему сделать это, даже если это просто провокация, разве я могу так рисковать. Может он и псих, но всё же человек, а люди уязвимы, все люди уязвимы. Значит, остаётся только один выход: надо найти его слабое место.       – Ладно, я сделаю это, я буду играть по его правилам, сейчас всё зависит именно от меня… – Я набрала побольше воздуха и, прежде чем сделать ту самую глупость, а именно выйти в руки зверя, я прижала к груди биту и прислушалась к звукам по ту сторону двери. Тишина, снова эта гробовая тишина, она уже напрягает. Я не знала как подобрать момент, чтобы выйти… Снова вздох. Думаю, я всё обдумала и теперь готова. Я несмело повернула дверной замок, не торопясь стала открывать дверь, присматриваясь к каждой тени. Везде темно, только в кладовой горит свет.       «За дверью должен быть выключатель». Сейчас я очень хотела включить свет, эта темнота не даёт мне сосредоточиться. Я неуверенно потянулась к выключателю, меня заботила только темнота, только то, что в ней зло и это самое зло не собирается отступать.       – Ты права… Он тут, – прямо над моим ухом шёпотом произнес Джефф, обдавая при этом всю ушную раковину теплым воздухом. Я сильно испугалась. Я четко знала, кому принадлежит этот голос. А после до меня дошло, что мое левое запястье было сжато, что причиняло мне боль и ограничивало в движениях.       – Ну почему?... – тихо произнесла я сама себе. «Я просто понять не могу: на мне что, проклятие лежит что ли? Всё же было нормально эти шестнадцать лет, ну почти семнадцать – в следующем месяце я должна была праздновать свой день рождения. Вот именно, что должна была. На сей момент я просто представить не могу, что будет, и смогу ли я дожить до следующего месяца вообще. Зачем мы сюда вообще переехали?!»       – А ты думала, что все так просто? Ну, что выбираешь? Ты ведь хочешь, чтобы я тебе помог? – его это всё явно забавляло, хватку он не ослаблял. В мгновение он притянул меня к себе. Теперь, я ощущала его тело своей спиной, я ощущала холод, что пробирал до костей, и его дыхание, что никак не соответствовало его температуре тела. По спине пробежали мурашки, и я неосознанно выпрямилась.       – Ну же, я жду ответа, – ухо снова обдало теплым воздухом. Несоответствие какое-то. «Почему его тело, руки, почему оно столь холодное, когда дыхание столь обжигающее?»        Его хватка ослабла, так как рука явно полезла в карман байки, зачем даже знать не хочу. Это дало мне шанс, у меня лишь секунды и я должна действовать. Я развернулась к нему лицом, крепче сжала биту одной рукой и, замахнувшись, треснула его по голове. Громкий звук. Словно об камень ударили. Его голова повернулась на девяносто градусов, а чёрные волосы закрыли всё лицо. Удар заставил его отшатнуться и согнуться от боли, он застыл неподвижно. Я ослабила хватку, и чуть было не выронила биту, но вскоре Джефф начал шевелиться, я испугалась и хотела нанести повторный удар… Секунда. Он перехватил мою руку, сжав ее сильнее прежнего.       – А! Нет, мне больно, хватит! – от боли просто скручивало.       – Тварь… – полушепотом произнес он, медленно приподнимая голову, волосы все ещё закрывали его лицо, но сквозь них я увидела глаз: зрачок сузился, казалось, до максимума, что придавало ужаса. – Тварь! – уже криком произнес Джефф. Он резко достал из своего кармана кухонный нож с застывшей на нем кровью, да что там, сам Джефф был в крови, его одежда давно пропахла смертью. Он продолжал сжимать мою руку, а я пыталась сдерживать свои крики, но из-за столь сильной боли я сопровождала каждый свой изворот, попытку вырваться криком.       – Согласись, ты не очень хорошо поступила со мной. Знаешь, что я могу с тобой сделать? – он резко поднялся и посмотрел на меня сверху вниз. – Дура, думала, справишься со мной? Так знай, я жестоко с тобой расправлюсь. Наименьшее, что я могу сделать – это убить тебя!       – З-знаю, отпусти меня, мне больно! – я выронила биту и стала пытаться разжать его руку, но не тут-то было. Резким движением он, отпустив мою руку, схватил меня за волосы – новая боль пронзила тело, что заставило меня вскрикнуть.        – Стой, больно, прошу, прекрати это, мне больно! – я потянулась к волосам, чтобы хоть как-то облегчить боль, но его рука лишь сильнее сжала их. Рука, которую Джефф недавно сжимал с подобной силой, сильно болела. Слишком много боли, я не могу терпеть. Мое лицо корчилось от боли, ноги отказывались держать.       – Больно, говоришь?... не волнуйся, эта боль не сравнится с той, что мне причинила ты! Говоришь, знала о последствиях и все равно рискнула поднять на меня биту?! – он был в ярости, приблизившись ко мне почти вплотную и прижав к стене, он продолжал смотреть на меня, пожирая взглядом, после чего поднес нож к моему горлу, продвигаясь до подбородка. Лезвие холодное, я вздрогнула, нервно сглотнула, и приподняла голову, при этом зажмурив глаза, зная, что я буду явно видеть его лицо. – Страшно? Теперь моя очередь действовать, посмотрим, выдержишь ли ты, – его слова сопровождались смехом. Боль, нож, холод, его смех – от всей этой смеси на моих глазах навернулись слезы.       – Что, ты плачешь? Как мило, знаешь, кажется, я садист, потому что меня очень даже заводят твои слезы, – сказал он, облизнувшись, и снова засмеялся. – Ну-с, давай повеселимся, – произнес он и вновь, сильнее сжав мои волосы, переместил нож на горло, – как думаешь, много будет крови? Лично я думаю, что достаточно.       – Я-я не-не знаю, зачем тебе это? Ты мстишь за прошлое? Это было давно, забудь и успокойся, я же не виновата, я-я же не сделала ничего плохого, остановись, мне больно! – стена, с помощью которой я пыталась сдержать свои чувства, эмоции дала трещину, слезы лились всё сильнее и сильнее, заливая глаза, а он всё не отпускал, лишь молчал, наблюдая.       – Что, начиталась историй в интернете? А что, если я скажу тебе, что всё это – враньё; что всё, что там пишут, лишь на пять процентов правда? Ты бы мне поверила? Конечно же, нет. Вы все верите лишь в то, что написано там, но никто не интересовался, откуда они это взяли. Так вот я лично, собственной персоной, говорю тебе, что всё это ложь, – с этими словами он отпустил мои волосы, при этом вжав в стену и приблизившись своим лицом к моему. Он начал медленно скользить по шее лезвием ножа, из-за этого выступила капля крови, что мгновенно стекла по шее вниз, а его дыхание, словно ошпарило порез, из-за чего тот начал больно печься. Проследив путь капли крови, он приблизился практически вплотную ко мне и, наклонившись, слизал последующую каплю крови, не давая ей продвинуться дальше. «Тц, больно, печёт. Зачем он это делает?»       – С-стой, стой, мне больно! – Я сжала руку в кулак и уже хотела ударить его, но он быстро среагировал: переведя свой взгляд на мою руку, он резким движением схватил её и сжал с первоначальной силой, а после приблизился к моему уху и произнес:       – Дважды не получится, да я тебе и за первый раз толком не отомстил. Посмотри на меня, хочешь стать такой как я? – он ослабил хватку и дотронулся моей рукой до своего лица. Я вздрогнула, его кожа была не такой, как кожа обычного человека, она была белая, жесткая и холодная. Моя рука дрожала, мне было страшно.       – Как ощущения, хочешь быть такой? ХАХАХАХА! – он снова засмеялся, убрал руки и отошел от меня, словно смотрел, смогу ли я сбежать. Поначалу я тоже так думала, но как только я попыталась сдвинуться с места, то резко упала вниз – ноги не удержали, видимо, я держалась только благодаря Джеффу. Он снова залился смехом. Спустя минуты две он перестал и сказал:       – Видишь, ты не можешь без меня. Ты словно марионетка, которой необходим хозяин для жизни – кукловод, что будет дергать ниточки на свое усмотрение. А ты повинуешься, тебе просто некуда деться. Без кукловода марионетка ничто, её существование просто бессмысленно, – он стал приближаться, поднимая надомной нож, но резко остановился – его внимание привлек стук.