Ледяное море

      Вечерняя мгла. Предгорья и равнины укутаны одеялом снега. Ветер настолько силен, скидывая своим дыханием ледяные сугробы с горных пик. В Темноте разрасталась вьюга, как обычно и случается в этих краях. Казалось, что снег шел день, год, век…       Стук десятка молотов раздавался эхом по предгорьям. Смена людей уже давно закончилась, но бригадир тянул до последнего, стараясь выжать последние силы перед уходом с поверхности. Рабочие были измождены, испытывали пожирающий внутренние стенки желудка голод, но продолжали работать. Отвлекся: устроил скучающим надзирателям разминку. А пока они будут вдалбливать несчастного в ледяную землю, слушая хруст ломающихся от мороза пальцев, ты всегда мог подумать и решить для себя — работать. Этот страх заставлял терпеть унижения, помогал в работе, чувствуя свою беспомощность.       Бригадир, толстый мужичок в плотном полушубке, лениво потянулся. В его пухлых ручонках лежали часы. Всего на миг золотого блеска от стрелки циферблата хватило, чтобы сердце каждого заключенного пропустило удар.       — Заканчивайте, собаки! Стройся в колонну! — гаркнул голос, охватывая всю стоянку.       Стоянка напоминала рыбацкий хутор; вдали притаилась среди сугробов железнодорожная станция. Она отвечала за транспортную сеть на поверхности. Обычно, найти рельсы среди льда и снега было не трудно — их покрывал угольно-чёрный пепел. По рельсам ходили поезда, извергая за собой черные хвосты дыма.       Колонна людей под конвоем направлялась в горы. Только там можно было согреться, принять пищу и лечь спать в безопасности. Само убежище представляло собой пещеру, выдолбленную в горной породе, а позже разросшуюся до размеров настоящей шахты.       Вообще вопрос с полезными ископаемыми никогда не был на обсуждении — богатые залежами пласты пород и гор нисколько не обеднели от интенсивной добычи. Различные минералы, металлы и уголь, драгоценные камни и ртуть — человек достал из недр земли лишь часть всех богатств. Шахтеры зачастую работали кирками и лопатами, а если нужно было дойти до особенно богатых жил, всегда применяли динамит.       Производство и использование взрывчатки было дешево, пускай применение опасно. Динамит — взрывчатую смесь на основе нитроглицерина с поглотителем и другими добавками. Поговаривают, что начали использовать крупные болванки — заряды до двадцати трех килограммов. Данная масса взрывчатки предназначалась для разработки «мертвого моря».       Этот инвентарь, а также многие другие приспособления доставались гильдии, а заключенные получали лопаты и ломы, затупленные топоры для рубки льда, и изредка кирки. Арестанты редко выполняли важную работу. Чаще всего они занимались ремонтом инструментов, содержанием в порядке шахту и стоянки. Естественно, что их объем работы уступал даже одной бригаде шахтеров.       Главная ценность и обязанность каторжников заключались в ежедневных вылазках на рубку льда для последующей растопки в воду. Вода — один из ценных ресурсов в многочисленной цепи шахт и горных крепостей этого гиблого края.       Колонна приближалась к входу — огромной арке, внутри которой располагались кованые ворота. Металл и камень были испещрены запутанной вязью символов, рисунков и цифр. Старики говорили, что данные письмена — руны, защищающие каждый вход от саморазрушения и пагубного воздействия безжалостной стихии.       Бригадир подошел к воротам и трижды ударил кулаком по центру левой двери, прямо в то место, где располагался рисунок снежинки. Стук раздался по металлу, эхом отражаясь в глубине шахт, оповещая всех о новой смене, но сначала всем почудилось, будто снежинка ожила, испустила тусклый свет, задрожала от прикосновения и приняла обычное положение, так же молча служа своеобразным оком в беспроглядную мглу.