Школа жизни

Гарри сидел в пустом классе и лениво перебирал струны гитары. За окном простиралось бескрайнее синее небо, усыпанное далёкими звёздами, и чернела земля в ночной мгле. — Гарри? — он оторвался от созерцания природы и посмотрел на того, кто потревожил тишину. — Кэти? — Поттер спрыгнул с подоконника и вопросительно посмотрел на подругу. — Что-то случилось? — Ничего, — девушка пожала плечам и уселась на парту, предварительно очистив ту от пыли взмахом палочки. — Просто тебя долго не было… — она замолкла, так и не продолжив мысль. Гарри только криво ухмыльнулся. — А что ты вообще тут делаешь? — На гитаре играю, смотрю в окно и думаю, — хмыкнул парень. — А о чём думаешь, если не секрет? — полюбопытствовала девушка. — Не поверишь, — фыркнул тот. — О каникулах. Они замолчали. Порывы ветра били в стекла, заставляя те жалобно дребезжать. — Мы тут с ребятами решили, что не будем ходить в этот «клуб», — внезапно произнесла Белл и сожалеюще добавила. — Да и зря мы с девчонками вас вообще потащили на эту встречу. Гарри в ответ лишь фыркнул. Подруга же положила голову ему на плечо и прикрыла глаза. Ноябрь выдался ветреным. Озеро бороздили волны. Изредка сквозь густые серые облака проскальзывали лучи холодного осеннего солнца. Земля замирала под воздействием первых заморозков. Иней белил природу. Только Запретный лес и холмы всё так же чернели вдалеке. Из трубы хижины Хагрида непрерывно валил сизый дым. По коридорам Хогвартса гуляли сквозняки. Было тепло только в гостиных и в Большом зале. Приближался декабрь… Гарри всё чаще стал ловить себя на том, что иногда подолгу засматривался на Кэти Белл. И это несколько пугало его. Нет, у него был опыт общения с девушками, но… Присутствие этой охотницы заставляло порой вовсе отключаться его мозг на несколько мгновений. А такого парень никогда не испытывал… Было сыграно еще несколько матчей. Когтевран выиграл у Пуффендуя, но продул Слизерину. Барсуки, в свою очередь, проиграли змеям, тем самым выбыв из соревнований. Матч Гриффиндор-Когтевран должен был состояться только после рождественских каникул. Но это не мешало Поттеру гонять команду на тренировках до посинения. Кружок по Защите, как знал Гарри от девочек, которые были в курсе всех школьных сплетен, к декабрю собрался всего раза четыре и в итоге распался. Как сообщили вездесущие близнецы, стиль преподавания Грейнджер многим пришёлся не по душе. Поттер тогда в ответ только ухмыльнулся и продолжил писать эссе по Трансфигурации. А Амбридж тем временем начала лютовать. Её «кхе-кхе» раздавалось повсюду и доводило до нервного тика как учителей, так и учеников. Она патрулировала коридоры. А Декреты выходили два раза в неделю с завидным постоянством. Отработки назначались ещё чаще. Одно радовало: проходили они с Филчем. И никто не принимал меры, чтобы пресечь поведение Долорес. Профессора молчали в тряпочку. А студенты… За каждое неверное слово следовало мытьё Зала наград или какого-нибудь коридора. А их попытки поговорить с деканами натыкались на глухую стену и фразу «не нарывайтесь». Гриффиндорцам приходилось тяжелее всего. Они были по натуре вспыльчивыми и импульсивными. Но их сдерживал Гарри Поттер при помощи друзей. И это особенно не нравилось Рональду Уизли. Однажды такое положение вещей младшему брату близнецов надоело… Был вечер пятницы. В гостиной было полно народу. Отовсюду слышались громкий говор и смех. Поттер с друзьями играли в карты на сладости, которые приволокли близнецы и Джордан, и переговаривались. Иногда их компания взрывалась смехом. Но время шло. Ученики начали расходиться по спальням. Спортсмены и не заметили, как помимо них в гостиной осталось всего несколько человек. — И чего вы ржёте? — неприязненно проговорил Рональд, входя в гостиную после отработки у Филча, которую назначила Амбридж. Команда, отсмеявшись, несколько удивлённо посмотрела на него. — А тебе-то какое дело? — насмешливо проговорил Джордж. — Никакого, — буркнул тот в ответ. Его задевало подобное отношение родных братьев к себе. — На отработке был я. Эта жаба… — Рональд Уизли, — прошипел Фред, — тебе же ясным языком сказали не связываться с ней… — Но!.. — хотел было возмутиться он, но его прервал Поттер. — Мне это уже надоело. Завтра в пять утра жду тебя в гостиной в спортивной форме. — Да как ты смеешь! — вскипел рыжий однокурсник. — Ты всего лишь вонючий староста, который возомнил себя Мерлин знает кем! — Минус десять баллов с Гриффиндора, — чётко произнёс брюнет, прикоснувшись к значку. — Завтра в пять утра жду в форме. И о всех твоих прегрешениях доложу декану. — И какой ты после этого гриффиндорец?! — выкрикнул Рон. — Ты — обычный стукач, который сдирает баллы со своего же факультета! — Полегче на поворотах! — рыкнули близнецы. Весь запал Рона потух. Он злобно посмотрел на Поттера и тяжело потопал в сторону спален мальчиков. Рональд всё-таки пробежал на следующее утро вокруг Хогвартса двадцать кругов. За ним по очереди наблюдали члены команды. А о его прегрешениях стало известно МакГонагалл. Снимать баллы она не стала, а назначила четыре месяца отработок. Первые два месяца шестой Уизли должен был провести в компании Снегга, а остальные — в обществе Филча. Об этом узнали все на факультете. Впечатлились. Теперь все на уроках Амбридж усердно работали. А тем временем приближались каникулы… Стоило Поттеру войти в дом в компании Уизли, Грейнджер и крёстного, как на него тут же налетела сияющая Нимфадора. — Тонкс, — прохрипел он, опешив. Девушка разжала объятия и оглядела его с ног до головы. — Ты подрос, но по-прежнему сволочь, — констатировала она. Почему Тонкс его иногда называла сволочью, Гарри так и не понимал. — Я тоже рад тебя видеть, — насмешливо проговорил парень, стягивая свитер. — Она скучала по твоему вишнёвому пирогу, — раздался спокойный голос Люпина. — Ах вот оно что! После приветствий появившаяся из ниоткуда миссис Уизли погнала всех мыть руки перед едой. Гарри при виде неё тоскливо подумал, что не видать ему спокойных каникул…