По ту сторону баррикады.

Адриан кинул чемодан на пол и оглядел особняк. Маринетт потянулась, оставив багаж на полу. Натаниэль хмыкнул и тоже осмотрелся. — Я так понимаю, что вы знайте, где ваши комнаты? — тихо спросил Куртцберг. Его слова эхом пролетели по огромному пространству, неприятно отдаваясь в ушах. — Да. Как обычно: наши комнаты напротив друг друга. — Процедила брюнетка, сжимая рукав пиджака. — Вот и хорошо. Можете сказать, где будет моя комната? — спросил рыжеволосый, повернувшись лицом к ребятам. — В гробу, — грубо отозвался Агрест. И тут же почувствовал, что на ногу что-то давит. А потом вскрикнул, когда увидел, что Маринетт наступила на нее. — На втором этаже, можешь занять любую свободную комнату, — с улыбкой на лице сказала девушка. — Что ты творишь? — Прошипел Адриан, сжимая локоть сестры. — Он юрист, запомни. — Так же отозвалась голубоглазая, вырывая руку из хватки брата. — Не хочешь за решетку — не испытывай судьбу. — Ахаха, — засмеялся блондин, наиграно хватаясь за живот, — ты думаешь, что этот индюк, — парень указал на рыжеволосого, из-за чего тот поморщился, — может меня упечь за решетку? — Не знаю, юристы все могут. — Пожала плечами Агрест, заправляя выбившуюся прядь волос за ухо. — Стой. — Серьёзно сказал Адриан, а потом, ухмыльнувшись, засмеялся, — Ты что, обо мне заботишься? Неужели ты меня не ненавидишь? — с сарказмом говорил парень, заметив, как лицо сестры приобретает красный оттенок, скорее от злости, чем от смущения. — Завались, придурок! — Заорала Маринетт, наступая нарочно на ногу братцу. — Твою мать… — также закричал Агрест, отталкивая «головную боль». — Но-но, маму не трогай! — ещё сильнее повысила голос бывшая Дюпэн-Чэн. «И с этими я должен жить полгода?» — мысленно спросил себя Натаниэль. — Заткнись. Иди, гуляй. — Огрызнулся зеленоглазый. — Тебя же заждались, не так ли? Твои… проститутки ждут тебя. Ты же у нас не той ориентации! — ядовито ответил Адриан, ухмыляясь. — Знаешь что? — Прошептала Маринетт, — я могу тебе простить все гадости, все, что ты натворил, но… Какое право ты имеешь так говорить обо мне? Это случаем не ты пытался изнасиловать меня? Инцест — это нормально? Да? — Сорвалась голубоглазая и, схватив чемодан, развернулась. Прошло пару секунд и брюнетка, звонко цокая каблуками, отправилась на второй этаж. — Ты перегнул палку. — Спокойно проговорил Куртцберг, поступив так же, как и Маринетт. Адриан о чем-то задумался. Он же ненавидит Маринетт, с чего бы ему относится к ней нормально? Хоть Агресту было известно, что сестра не такая. До семнадцати лет остаться девственницей, это же просто нереально! Ну, ей скоро восемнадцать, буквально через две недели. Обычно, как говорят, дети богатых людей развлекаются как хотят, меняют партнёров как перчатки, и, иногда, даже беременеют в пятнадцать-шестнадцать лет. И блондину хватило ума понять, что его сводная сестра никогда не шастала по борделям, как сам Адриан, и ни в единый клуб нос не совала. Закусив губу, парень взял свой чемодан и медленно поднялся в свою комнату.

***

— Месье Агрест, обед готов, спускайтесь! — постучав, сказала Мирей. Девушка была служанкой, которую ценили больше всей прислуги в доме. Открыв дверь, Адриан встретился с голубыми, как небо, глазами напротив. Сестра тоже вышла, видимо, и до неё донесли, что пора обедать. В конце коридора послышался хлопок двери. И Натаниэль идёт. Оба повернулись в сторону лестницы и медленно сделали несколько шагов вперёд. Агрест ускорился, не желая идти с Маринетт бок о бок. Девушка решила не оставаться позади и тоже нагоняла, даже обгоняла. Ещё быстрей, практически бегом, но они добрались до дверей столовой и… вот незадача, проем-то узкий! Двое людей не пройдут. Уступать не желали оба и, сделав несколько быстрых шагов вперёд, оба застряли в дверном проеме, пытаясь протиснуться. — Дай я пройду! — заорала Маринетт, пытаясь зайти первой. — Уйди нахрен. Я первый! — также громко закричал Адриан, толкаясь и брыкаясь. — Довольно! — раздался голос сзади. Рыжеволосый, положив обе руки на спины двух подопечных, толкнул их. Сводные родственники протиснулись вперёд и вылетели на кухню, как пробки. Но не тут-то было! — Осторожно: здесь мокрый пол! — сказала служанка, улыбаясь непонятно чему. Если бы она предупредила пораньше, то ничего бы не произошло. Прошлого не вернуть, и сейчас оба подростка поскользнулись, проехали полтора метра, врезались в стол, опять поскользнулись, на уровне инстинктов самосохранения, схватили скатерть и упали, уронив вместе с собой все содержимое стола. — Ай! — завопили ребята, когда на них свалились кастрюли с супом и вторым блюдом. Натаниэль спокойно вздохнул, прошёл мимо жертв обстоятельств, и приблизился к служанке. Девушка заметалась, боясь, что ей сделают выговор, но Куртцберг тихо шепнул ей: — Не волнуйтесь, просто уберите тут. — Она и побелела, и посинела от страха, но, облегчённо вздохнув, кивнула и поспешила за совком и метлой. Подростки зашевелились, пытаясь встать, но ничего не вышло. Их ноги переплелись, было похоже, что они сейчас лежат на кровати, как влюбленная пара. Хотя, картину этого дополняли вопли Агреста, ворчание второй Агрест и битая посуда, вдобавок с едой, испачкавшей всю одежду, волосы и тела подростков. Кое-как выпутавшись, они поднялись на ноги, осматривая плоды своих трудов. — Обед окончен. — С сарказмом говорит юрист. — Э? Какого? Мы ещё не поели! — Заворчал Адриан. — Уже наелись. Аврора, уберите здесь все, спасибо. — Будничным тоном отозвался Куртцберг. — Идемте. — К-куда? — Недоверчиво бросила Маринетт. — На терапию, — все таким же тоном ответил психолог, разворачиваясь и уходя из столовой. — Жду всех в гостиной через пять минут. Предупреждать не стану.

***

— И ты представляешь! — бубнила Маринетт, обняв подушку. — Целых четыре часа! Весь день практически! — Бедная, — пожалела её Алья. — Но… меня волнует кое-что другое. — И что же? — Так вы же обедали! Зачем дважды жрать? — серьёзно спросила Сезер, на что Агрест закатила глаза, немного улыбнувшись. — Он нам четыре часа рассказывал, что семейная любовь — лучшее на Земле. У меня уши вянут от его тирады. Тоже мне, юрист недоделанный. — Ахаха, мать, ты меня убиваешь! — рассмеялась шатенка, перебирая чемодан подруги и укладывая некоторые вещи в шкаф. — Возможно. Но ещё две такие «терапии» и меня могут хоронить на соседнем дворе. — Театрально закатив глаза, брюнетка взяла книгу в завале и посмотрела на обложку. — Что за книга? — Поинтересовалась Алья. — Да так, — пожала плечами голубоглазая, — на прошлое др подарили. Мои вещи каким-то образом уже собрали и доставили сюда. Эту книгу куда-то забросила и не вспоминала. А сейчас она тут. — И что там? — Спросила девушка, отбирая предмет для чтения из рук Агрест. — События разворачиваются возле обычных подростков, которые, на удивление, имеют свои секреты. Днём — обычные школьники, а ночью — герои, спасающие и охраняющие город от рук злого Бражника. Тьфу ты, какое-то фэнтези! — Проворчала Алья, откидывая книгу на кровать, — и тебе нравится подобное? Кто хоть подарил? — Говорю же, на др… Помню, что пришла по почте, но ни адреса, ни имени отравляющего. Да и вообще, немного увлекаюсь приключенческим романом. — Ясненько. Слушай, мы же с тобой так давно вместе никуда не ходили! Может, сегодня выветримся в клуб? — С надеждой спросила Сезер. — Да, конечно. Ты меня споишь, хотя я и несовершеннолетняя, а потом какой-нибудь ублюдок зажмет меня в углу. Спасибо, вынуждена отказаться. — Ой, да ладно. У тебя скоро днюха. Ну пойдём! Ничего не случится, мы с тобой и так редко видимся! Пожалуйста! — Ладно, — отмахнулась Маринетт, — но учти! Это в первый и в последний раз! — Да-да, давай я тебе что-нибудь найду… Так-с, это не то, это не то… Что у тебя со шмотками? Так, ладно. Возьми это и это, а ещё это. Лови! Поймала? Маринетт? — Девушка обернулась и заметила, что подруга спит, причём сидя, обнявшись с подушкой. — А ну не спать! Марь, алло, приём! — Шатенка расшатала подругу и та приоткрыла глаза. Следующие два часа прошли в ругани двух подруг: «я это не надену! Это слишком откровенное! Что? Уж лучше одеться как бабушка! Нет, не согласна!» Все же Алье удалось нацепить на подругу красное платье и (давайте я не буду описывать все эти закидоны, они не так важны) туфли на высоком каблуке. Заведение «Ночная эйфория» встретила громкой музыкой и духотой, смешанной с танцами. Танцпол был забит молодёжью, которые, уже находясь под градусом, липли к друг другу, смешиваясь в каких-то движениях. У бара сидели только те, кто ещё пришёл, а на столиках уже лежали в стельку пьяные девушки и парни. — Маринетт! — закричала Сезер, пытаясь перекричать музыку. — Пошли танцевать!

***

Если говорить коротко, то это «танцевать» закончилось весьма плачевно. Алья уговорила Маринетт немного выпить… А потом ещё, и ещё, и ещё. В общих чертах, то Сезер была в стельку пьяная, а Агрест, так вообще, под кайфом, как наркоман после очередной дозы отравы. — Привет, — крикнул брюнет, сев рядом с Маринетт, когда Алья слиняла отжигать. — П-привет, — язык заплетался, девушка не разбирала кто перед ней. — Малыш, давай уединимся? — спросил парень, обвив талию Агрест. Пока брюнетка что-то пыталась сказать, её уже утащили в VIP-комнату. Только тогда, когда её прижали к стене и начали ощупывать спину на предмет застежки, голубоглазая запаниковала. Но отбиваться, пф, там даже ногой пошевелить невозможно. Страх сковал тело, да и вообще, что можно сделать в состоянии алкогольного опьянения? Верно — ничего. Губы брюнета накрыли губы Маринетт и начали терзать их. Агрест, соринтировавшись, укусила его. — Сучка, — заорал парень, ударив девушку по лицу. Голова брюнетки из-за удара повернулась вправо, щеку жгло. Отпечаток все же остался. Незнакомец вытер струйку крови, и занёс ещё раз руку для удара, но… — Ты куда? — Ты мне не мама, чтобы указывать… Скоро вернусь. Пока. — Сучка, говоришь? — слышится за спиной насмешливый голос. — Привет! — с сарказмом говорит блондин, заехав кулаком по физиономии брюнета. — К-кто ты? — кричит парень, отходя назад. Он было собрался ответить, но, заметив нож в руке защитника, воздержался. — Ай-яй-яй! Девушка такая беззащитная, не может за себя постоять, а ты!.. Как не стыдно! — ещё удар. — А теперь слушай внимательно: тронешь её и от тебя мокрого места не останется, — Адриан взял сестру на руки и вышел через задний ход, чтобы не привлекать к себе внимания.

***

— Что с ней? — спрашивает Натаниэль, смотря на подростков, что несколько секунд назад зашли в дом. — Все хорошо. Я сам с этим разберусь. Иди спать. — Я тебя старше, — фыркает юрист, но спорить не стал. Парень добрался на второй этаж и, раскрыв с ноги дверь, вошёл в комнату сестры и уложил её на кровать. «Чёрт, что я делаю?» — кричало сознание Агреста. — Ик, я… ик, нечего меня трогать! У меня, ик, все, ик, под контролем! — Я вижу. Ладно, ты ничего завтра не вспомнишь. Поэтому спи. — Уже на выходе он слышал бормотания сводной сестры и единственное, что блондин расслышал было: — Спасибо, — Адриан улыбнулся и покинул комнату.