Примула и Одуванчик

      Незаметно приближались последние дни мая. Погода наконец стала приличной для этого времени года. Больше не гремели грозы, а путников не мучала испепеляющая жара. Деревья, обширно покрывавшие восточную часть Эриадора, наконец даровали тень не только всему отряду, но и многочисленной фауне этих мест. Над гномами носились дрозды и корольки, оглашая округу беззаботным чириканьем. По огромным деревьям перескакивали белки, а под копытами пони то и дело проносились бойкие зайцы. Пару раз Нори видел вдалеке упитанных кабанов. Оголодавшие и заметно скинувшие в весе гномы и хоббитянка — все до единого, пребывали в восторге от такого обилия дичи. Ближайший ужин впервые за многие дни обещал быть сытным на мясо. Тем более что один раз зоркий Кили даже приметил пасущегося на укромной поляне молодого оленя с огромными ветвистыми рогами. Правда, от неминуемой гибели существо спасли громкие голоса Дары и Лиры.       Первая была совершенно против необходимости освежевать и тем более готовить невкусное, по ее личному мнению, мясо. Вторую мутило при одной мысли о необходимости тащить мертвую истекающую кровью тушу некогда живого оленя до ночного привала. Тем более, что гном уже подстрелил нескольких несчастных кроликов, к счастью убранных в седельную сумку.       Олень сбежал, Кили выругался, неподалеку трагично простонал Бомбур, а девушки обменявшись досадливыми взглядами, разъехались в разные стороны. Гномы переглянулись. Подобное напряжение продолжалось уже несколько суток, за которые Дара и Лира не обменялись и словом. Причин подобных настроений никто не понимал, а девушки не спешили объясняться. Хотя ситуация была до безобразия простой и банальной.       Произошло все ранним утром пять дней назад над пресловутым ущельем. День начинался как обычно, несмотря на ночные страхи и переживания. Каждый был занят своим делом, как вдруг над головами отряда зашумели крылья, с шумом взбивающие воздух. Никто не обратил особого внимания на вернувшуюся с охоты Сив. Все уже привыкли, что ворон, подобно волшебнику — как бы ни было странно это сравнение — делает что и когда захочет.       Но все же Торин, прекрасно понимая важность разведки с воздуха, не без помощи Балина и Лиры, попеременно переводивших ему речь Сив, договорился о сотрудничестве с вороном. В ее обязанности входило лишь два раза в день сообщать текущую обстановку Даре, Лире или Балину, чтобы отряд понимал не грозит ли им близкая опасность. А за это к удовольствию для ворона, она получала часть похлебки или кусочки сырого мяса, которые ей всегда оставлял кто-то из гномов.       Вот и сейчас ворон вернулся с новостями. И если бы Торин или его соратники знали Сив чуть больше чем несколько дней, они бы с легкостью поняли, что усевшийся на предплечье Дары ворон встревожен и явно пребывает в полнейшем недоумении. Но оглядывающему горизонт узбаду оставалось лишь дожидаться, пока кто-то из девушек соизволит его просветить по поводу соображений Сив. Но в тот момент Даре и Лире было не до потребностей Подгорного короля в информации.       — Так, Сив, медленно и понятно, — насела на ворона Дара в попытке добиться внятных объяснений.       — Я, я не знаю. Я точно не уверена, — от волнения Сив даже забила крыльями неосознанно отрываясь от земли.       — Как ты могла не заметить толпу орков с огромными волчарами?!       — Я не знаю, как это произошло. Два дня назад я видела их стоянку с утра, но вечером они просто исчезли! Я несколько раз облетела те места и видела лишь следы ведущие на юг. Но вчера ночью, когда вы легли, они были с той стороны ущелья и там, в глубине, выл именно варг!       — Нужно сказать Торину! — безапелляционно заявила Дара, уже разворачиваясь в сторону отряда. Уйти ей не дала рука подруги, схватившей ее запястье.       — Нельзя! — наконец подала голос до того привалившаяся к скале и ни капельки не сомневавшаяся в таком исходе Лира.       — Чего?! — недоумению Дары не было предела.       — Ты просто пойдешь к нему и скажешь, что Сив потеряла из виду его врага, а потом он появляется у нас под носом? — возведя глаза к небу, воскликнула Лира. — И он нам поверит? Да он скорее решит, что мы за этих тварей и хотим сжить со свету его отряд.       — Но это же правда.       — Невозможная правда!       — Ближайшую неделю нечего опасаться. Орки на противоположной стороне ущелья. По той тропе, где прошли мы, им с варгами не перейти. — Сив как могла пыталась предотвратить наступающую ссору двух подруг.       — Но они снова могут нас нагнать! Всем грозит опасность.       — Ничего им не грозит. Никто из них даже не пострадает до самого Эребора!       — Почему-то мне не нравится эта фраза. — сложив руки на груди, сощурилась Дара.       — И правильно. Это я так говорю, что не надо лезть туда, куда не просят. — Лира с горечью указала себе за плечо, где их дожидался отряд — Их жизни написаны и полны фиксированных точек. Мы, черт побери, четыре дня отбивали задницы верхом на пони! По словам Балина мы за это время преодолели расстояние в два раза больше запланированного! А они тут, в паре миль, отделены от нас ущельем! Ничего не меняется! МЫ ничего не меняем! То что должно случиться, произойдет! Так не лезь в это.       — Давно ты стала такой фаталисткой?! — неожиданно для гномки, практически выплюнула Дара — Или же эгоисткой?       — Дара… — лицо потрясенной Лиры исказилось от обиды.       — У меня есть шанс спасти невинные жизни, помочь им избежать стольких тягот пути, потому что я знаю что будет и верю, что смогу это изменить. — отчаянно зашептала гномка — Я не скажу Торину, что Сив вновь видела орков. Скажу, что она только слышала вой варгов в далеке. И тогда мы будем готовы. Я изменю их судьбы. — Дара, огорченная черствостью подруги, отвернулась от нее, зашагав в сторону отряда.       — Дура! Не лезь в это! Тоже хочешь умереть?! — крикнула в удаляющуюся спину гномки Лира. От ее крика с деревьев, росших в долине, взлетела стайка птиц, а гномы, отвлекшись от своих дел, обернулись на девушку. Та, вспыхнув, спрятала лицо в волосах и привалилась к скале.       Сидевшая на скале над девушкой Сив переводила обеспокоенный взгляд с одной гномки на другую. За столько лет тесного общения ворон хорошо выучил особенности их характеров. И понимал позицию каждой. Дара, от рождения сопереживающая всем и вся (и чего уж таить, слишком оптимистичная), за долгие годы странствий увидела много горя и старалась, чем могла, уменьшить его другим, порой забывая о собственной безопасности. Зато вот Лира, сопереживавшая страдающим не меньше подруги, никогда не витала в иллюзиях относительно своего всесилия, реально глядя на вещи. Для себя она еще сорок лет назад поняла, что жизнь не щадит никого, а судьба действительно существует. Влезая же в ее ход можно и самому расстаться с жизнью.       Со своего наблюдательного пункта Сив заметила как Лира рассеянно потирает правое предплечье. Там, под наручем и слоем рубашки скрывались четыре тонких и длинных шрама, шедших от середины плеча почти до самой кисти. Похожие шрамы были и у Дары на левом боку, под самыми ребрами. Как порой говорила Лира, когда девушки вспоминали тот случай, они получили шрамы, потому что влезли в ход чужой судьбы. А потом, подумав, добавляла, что в данной ситуации вновь поступила бы так же. Ну, а потом вклинивалась Дара и с необъяснимой радостью заявляла, что по факту они смогли изменить течение жизни Хильдифонса, хотя де-юро судьба его не изменилась.        Девушки никогда не сходились во мнении, но, как ни странно, им это не мешало. А тут впервые их извечные споры вышли за границы дружеского конфликта. И последствия этой ссоры чувствовали все. Особенно это чувствовалось, когда некому было урезонить Дару и тогда она по мелочам цеплялась буквально ко всем. Или когда обыкновенно уравновешенная Лира, вдали от отряда со всей силы швыряла в стволы деревьев весь свой арсенал ножей, отвечая невольным зрителям, что она тренируется, а не срывает зло на несчастных растениях.       Кстати, о тренировках… Были и те, к которым всех привлек Торин, после того, как промаявшаяся в сомнениях Дара, которой не хотелось ни подводить узбада, ни подставлять ни в чем не повинную Сив, все же рассказала гному об орках, которые могут нагнать их в течении недели. Воспринял это узбад ясное дело без радости и в тот же вечер удвоил ночной патруль. Помимо этого теперь каждое утро отряда начиналось с того, что либо Двалин, либо Глоин гоняли молодняк, заставляя их изучать простейшие стойки и блоки.       В дни, когда бразды учительства принимал Двалин, все по-тихому выли, потому что наставник из гнома был суровый. В такие дни гномы не только тренировались и утром и вечером, но и были вынуждены отжаться, подтянуться и еще кучу всего столько раз, сколько говорил Двалин.       Конечно же, как и в случае с ночными вахтами, так и в случае с тренировками — всё это обошло стороной всех трех девушек. И если Бильбо только радовалась тому факту, что гномы слишком выматывались, чтобы подшучивать над ней, а Лира тому, что может с отстраненным видом помедитировать над костром и особо не контактировать с окружающими, то Дара рвала и метала — уж очень ей не нравилось подобное оберегающее отношение и, как она думала, пренебрежение ее умениями. А учитывая, что высказать свое недовольство Лире она не могла по ясным для себя причинам, то развязка была близка.       Не прошло и трех дней, как Дара, будучи дважды проигнорирована Двалином, и дважды переключена на мысли о завтраке хитроумным Глоином, разумно обошла в этом вопросе Торина и начала терроризировать следующую жертву — Фили. Бедный гном себе назло обладал, а главное виртуозно владел тем же оружием, что и Дара — парными мечами. Девушка не могла упустить такую возможность. Тем более, что сопротивление Фили пало в течении первых пяти минут. Но первому уроку Фили не суждено было сбыться. Маневр девушки был разгадан, и Дара вместе с Фили, прихваченными по привычке Лирой и Кили, была отконвоирована к Торину.       — Ну, и во что ты втянула моего племянника? — тяжело вздохнул Торин, отрываясь от наблюдения за бегающими по поляне гномами в свете разгорающегося утра и обводя приведенную Балином компанию оценивающим взглядом.       — В тренировку! — резко выдала Дара, делая шаг вперед.       — Кто разрешил?       — Ясное дело не вы, — буркнула из-за плеча Кили Лира, совершенно не понимавшая, что она здесь делает и в некоторой степени чувствовавшая вину перед всеми собравшимися, потому и пытавшаяся сбежать куда подальше.       — Ясно дело не вы! — почти хором с Лирой вскинула голову Дара, не замечая или не желая замечать, насколько они порой бывают похожи. — Послушайте, если Двалин отказывается тренировать меня из-за того, что я женщина, а Глоин просто переводит тему, то мне поможет Фили!       — Ты согласился? — заинтересованно вскинул бровь Торин, обращаясь к племяннику.       — Да, — просто пожал плечами Фили — Она правильно держит палаши, как минимум знает базовую стойку… И я уверен, это точно не все. — усмехнулся гном, однажды ставший случайным свидетелем кратковременной тренировки Дары, когда девушкам удалось ускользнуть от внимательных взглядов гномов.       — Ты бы тоже согласился? — обратился Торин ко второму племяннику.       — Меня не спросили, — обижено надулся Кили. — Но я бы помог.       — Торин, поймите же, я хочу помочь. Я верю, что моих сил, пусть малых по сравнению с вашими воинами, хватит, чтобы помочь. — Дара крепче сжала в руках. — Эти мечи принадлежат мне почти пятьдесят лет. С ними я ходила и когда была опасность, и в мирное время. Я тренировалась сама и меня тренировали, но я никогда не видела, как сражаются гномы, — с каждым сказанным ею словом, девушка все больше была уверена в своей правоте и своем стремлении. — И я прошу вас, научите меня! — Под конец своей речи Дара низко склонила голову в знак уважения и вытянула перед собой мечи острием вниз.       — Балин, не мог бы ты сопроводить девушек к остальным. А потом возвратись сюда. -отвернувшись от девушки, сказал Торин. — Фили, Кили, а вы остаетесь. — кинул через плечо узбад племянникам. Братья, переглянувшись, остались подле Торину, который что-то тихо им говорил. Но девушки уже не слышали что.       — Он просто взял и отвернулся?! Знаете, как трудно было толкнуть такую речь, — возмущенно обратилась к шедшему рядом Балину девушка.       — Мне показалось, что вы говорили не задумываясь. И звучало это чрезвычайно искренне. Думаю Торин решил так же, — ответил гном.       — От вас ничего не скрыть, — усмехнулась Дара, а потом с надеждой в голосе спросила — И все же, неужели разрешит? — с надеждой спросила девушка.       — Размечталась, — ни к кому не обращаясь, закатила глаза Лира, до того шедшая в полном молчании. За что и получила недовольное цоканье языком от быстро обогнавшей ее Дары.       — Вечером будет понятно, — заключил гном и, склонив голову, удалился к своему узбаду, оставив девушек в полном молчании собираться в путь.       Не зря Балин был известен как мудрый советник Синих гор — он никогда не делал ничего с горяча, говорил, подумав, и в большинстве своем был прав. Не ошибся он и в этот раз. Стоило отряду тем же вечером остановиться на привал, как к изведшейся от неизвестности Даре (ехала она одна, потому что братья не покидали своего дядю) подошел Фили и с хитрющей улыбкой протянул ей ее же мечи, которые он отцепил от луки ее седла.       У Лиры, снимавшей с пони поклажу и боковым зрением увидевшей подскочившую с завернутыми в чехлы мечами Дару, чуть, в буквальном смысле, не отвалилась челюсть от удивления. Девушка даже бросила быстрый взгляд на Торина, чтобы убедиться, правильно ли она поняла ситуацию. В этот момент узбад как раз отдавал приказ, чтобы все собравшиеся расчистили территорию сорок на сорок футов вокруг стоящих рядом Фили и Дары. И судя по многочленным возгласам и удивленным перешептываниям, не одна Лира не могла поверить в реальность происходящего.       И все же гномы организовались быстро и четко. И в паре футов от разбитого лагеря и поставленного на огонь котла появилось необходимое пространство, окруженное притащенными камнями, бревнами и расстеленными плащами. Занявшая место на бревне Бильбо помахала рукой Лире, которая и примостилась около хоббитянки. С другой стороны от девушки на растеленном плаще сидел Бофур, а перед ней в предвкушении мельтешил Кили, выбирая лучшее место для обзора.       Все взгляды были устремлены на вставших в боевые стойки гномов. Слева, широко расставив ноги и выставив перед сбой согнутую руку с сжатым в ней мечом, замер Фили, который пока не спешил вынимать второй клинок. Зеркально от него встала Дара, готовая сорваться с места в любой момент и державшая оба клинка перпендикулярно земле. Но ни один из них не спешил делать первый шаг.       Лира взволнованно заерзала на своем месте (не то, чтобы она думала, что Фили может нарочно повредить Даре, но девушка и парень явно были в разных весовых и силовых категориях, что априори не могло быть безопасно для последней). Состояние Лиры передалось и Бильбо, которая немного нервно начала смотреть по сторонам в поиске чего-то, что могло отвлечь гномов от этой безумной, по ее скромному мнению, идеи. Сперва взгляд хоббитянки упал на Гендальфа. Конечно, они бы послушались волшебника. Но тому похоже совершенно не было интересно то, что происходило прямо у него под носом. Серый маг сидел спиной к импровизированной арене и был полностью увлечен, как он это называл, чтением облаков. Вариантом номер два был Торин, к которому Бильбо не сунулась бы под страхом смертной казни, тем более, что он сейчас спорил о чем-то с крайне недовольным Двалином.       Подобное непривычное поведение гнома привлекло внимание наблюдательной хоббитянки, которая неожиданно для себя начала прислушиваться к этому разговору. Но из-за гномов, уже начавших заключать пари на то, сколько продержится Дара (за месяц совместного путешествия Бильбо поняла что гномы спорят обо всем и на все с огромным удовольствием и азартом) хоббитянка не могла расслышать, что говорил татуированный гном. Она и не увидела бы его, если бы он не был почти на голову выше остальных. Хоббитянка перевела взгляд на поляну.       — Ну ты и выпендрежница, — фыркнул Фили, когда Дара пару раз для разминки эффектно прокрутила в руках оба меча.       — Сам ты выпендрежник, — Дара с обидой посмотрела на Фили, даже не думающего вытаскивать второй меч. — Не смей меня недооценивать!        — Вот уж о чем не думал, — неожиданно сорвавшийся с места Фили в два шага преодолел расстояние разделяющее его и девушку. Все задержали дыхание и в наступившей тишине Бильбо наконец отчетливо услышала голос Двалина.       — Торин, она девушка. Почему ты разрешил ей? Она не должна держать оружие.       Что ответил ему Торин, хоббитянка не узнала, потому что его голос перекрыли радостные улюлюканья Кили, раздавшиеся возле уха девушки. Фили совершил еще несколько подходов, стараясь подобраться к девушке сбоку, но каждый раз она с невероятной проворностью сходила с линии удара меча, даже если гном резко менял траекторию движения.       Дара, опасаясь сильных ударов гномьего клинка, вообще старалась держаться от него хотя бы на расстоянии вытянутой руки, что плохо позволяло пространство. Но в тоже время Дара не была бы Дарой, если бы после каждого промаха Фили не отвешивала бы комментарии, желая раззадорить гнома, чтобы проверить максимум своих возможностей.       — Почему ты уворачиваешься?! — после очередного удара, не поддающегося на провокации гнома, вертящийся на месте Кили, в ожидании настоящей движухи, не вытерпел.       — Что-то не устраивает? — злобно рявкнула, замершая на секунду перед гномом Дара.       — Хватит уворачиваться! Блокируй удары, нападай! — рассыпался в советах гном.       — Она фехтует как хочет, — Лире захотелось отвесить шебутному гному подзатыльник, особенно когда его идею поддержал Торин, призывая девушку показать, как она ставит блоки и сама идет в атаку.       И вот тут-то, на горящем до этого от восторга лице Дары, промелькнула явственная тень опасения. Из каких-то пары минут ударов и увертываний она вынесла пару важных фактов. Во-первых, Фили ее жалел и не использовал даже половины своей силы. Во-вторых, несмотря на первый факт удар у него был тяжелый, а Дара, более привыкшая именно уходить из-под атак не была уверена, что выдержит такой напор.        Девушка крутилась волчком по поляне, пытаясь подгадать момент, чтобы хотя бы попытаться напасть на Фили. И вот, когда порядком набегавшаяся Дара в очередной раз увернулась из-под тяжелого удара, ей представилась, как она думала, возможность задеть гнома. По поляне разнесся звон металла. Дара, со всей силы обрушившая свой меч на гнома, пошатнувшись отступила назад. В секунду, когда клинки соприкоснулись девушка уже поняла, что на прямую гнома не пробить. Рука с мечом, прикрывающая шею от возможного повреждения, не сдвинулась ни на дюйм. Зато клинок Дары отлетел и гномка еле смогла удержать его в руках.        Вторая попытка застигнуть гнома врасплох удалась лучше. Пусть Фили остался непоколебим, и меч в ее правой руке вновь отлетел, утягивая за собой хозяйку, зато рукоятью другого меча Дара, извернувшись, смогла заехать гному левее солнечного сплетения. Фили, успевший частью клинка отвести от себя прямой удар, не успел прикрыть левый бок, обычно защищенный вторым мечом. Благодарные зрители в лице гномов зааплодировали.       — Я бы сказал, что это крайне коварно с твоей стороны, если бы отчасти сам не был виноват, — поморщился Фили, левой рукой обхватывая рукоять второго меча. — Но теперь моя очередь. Не смей убегать! — завопил гном, кругами преследуя Дару по небольшой полянке.       — Ну, уж нет. Я все поняла, теперь ты меня одним щелчком уложишь!       — Дара, будь серьезней. Мы же должны понять, что ты можешь.       — Ты умный, и так справишься.       — Благодарю за оценку моих умственных качеств, но если первое мне льстит, то вот второе не устраивает.       Фили все же сумел догнать девушку на самом краю импровизированной поляны и Дара поняла, что уж оттуда ей уже некуда деться. Так что последовав старой доброй истине, что лучшая защита — нападение, девушка сделала резкий выпад правой рукой, чтобы нанести колющий удар в незащищенное бедро мечника. Но второй раз Фили не пропустил атаку. И прокрутил в руке меч, тем самым оставляя Дару без одного из ее клинков. Растерявшись, девушка не успела отбить острие клинка другого и на чистом рефлексе отклонилась. Но в этот раз удача оказалась не на ее стороне. То ли ей под ногу подвернулся камень, то ли ветка, девушка затруднялась ответить. Результат был один: не устояв, Дара с писком завалилась на спину и протянувший было к ней руку Фили схватил воздух. Но удара о землю девушка не почувствствовала.        Зажмурившаяся Дара вновь услышала окружающие ее звуки, словно кто-то включил звук. Шумели гномы, над ней лепетал извинения Фили, где-то ругалась Лира, по звукам пытавшаяся прорваться к Даре и явно настроенная если не убить, мечника, то крайне тяжело покалечить. Но не все это вместе взятое волновало Дару, а чувство дежавю, возникающее от горячих рук, поймавших ее в футе от земли.        Резко распахнув глаза девушка встретилась с суровым взглядом карих глаз. Да, ситуация менее, чем месячной давности повторялась вновь. Она снова, по чистой случайности, показала себя перед воином неумехой. Слава Ауле, Двалин ничего не спешил говорить, только аккуратно поднял девушку, потянув за руку. После чего, уже когда Дара крепко стояла на ногах, деликатно стряхнул с нее пару листочков, в своей привычной манере в лоб высказав, что девушки не умеют держать оружие, а потому лучше бы им сидеть дома. Все это длилось не более пары секунд, после чего, оттеснив не особо и сопротивляющегося Двалина, девушку затряс Фили, безостановочно извиняясь и осматривая гномку на наличие повреждений.        — Да все со мной в порядке! — раздосадованная таким нелепым поражением отмахнулась от гнома Дара, оглядываясь в сторону ушедшего к закипевшему котлу Двалина.       — Вы уверены? — к Фили присоединился Оин и беглым взглядом установил, что внешних повреждений у девушки нет. Проверить себя на внутренние, она не давалась.        — А ну, покажи руку. — словно из-под земли перед Дарой, разогнав гномов, выросла злая Лира. Гномка попытавшись прогнозировать девушку, наклонилась, чтобы поднять упавший на землю меч. Правую руку прострелила резкая боль, заставившая девушка поморщилась.       — Покажи. Мне. Руку. — По слогам повторила Лира, хватая Дару за запястье, чем и вызвала новый приступ боли.        — Не помню, чтобы мы мирились.        — А мы этого и не делали.        — Так чего ты мне помогаешь.        — Я же говорила — дура, — вытаскивая из сумки бинт, пробормотала Лира так, чтобы ее услышала только Дара. — Мне не важно в ссоре мы или нет. Я забочусь о тебе, лечу тебя, потому что ты дорога мне. Мы столько вместе пережили, что ссоре этого не разрушить. Ты поддерживала меня, когда мне было плохо. По-глупому всегда пыталась подружить со своими знакомыми. Веселила своими выходками. И я хочу, чтобы ты была счастлива. Чтобы была жива.        — Давно я от тебя таких пламенных речей не слышала. Я думала это по моей части.        — Отнимать твое право не буду. Такого больше не дождешься.       — Ладно, ладно. Я все поняла. Но и ты должна понять меня. — голос Дары понизился до шепота. — Я. Их. Спасу. Не только Фили, Кили и Торина. Но и Балина, и Ори, и Оина. И всех остальных, чьи сердца будут разбиты гибелью дорогих им существ: всего отряда, Дис, Гимли, сестер и жен тех, с кем мы путешествуем.        — Поговорим об этом потом. — Лира кивнула на толпившихся неподалеку гномов, которые как один переживали за Дару. — Я могу понять твои стремления, но никогда не пойму, почему все это не заканчивается простым стремлением. И никогда не приму твоего желания лезть на спасение других, забывая о себе. И буду вытаскивать тебя из всех передряг в первую очередь.        — Договорились. — Дара добровольно протянула Лире руку. — А что на счет официального примирения?       — Мы так часто спорим, что даже не успеваем мириться. Не будем нарушать традиции. — впервые за эту неделю широко улыбнулась Лира. — Эй, Бильбо. Мне нужна твоя помощь. Будешь ей руку держать, пока я закрепляю ее бинтами. А вы горе-болельщики не волнуйтесь, у нее просто небольшое растяжение.       Меньше чем через час Дара сидела на перетащенном бревне и с удовольствием жевала похлебку, черпая ее левой рукой. И слушала, как Фили пытается убедить ее, что бой прошел очень даже на равных. Чему была несказанно рада, так как до этого гном не умолкая извинялся и благодарил богов на всех языках, что Дара не пострадала, несмотря на все уверения девушки, что с ней все в порядке.        — Я же проиграла под чистую.        — Вот еще. Ты ему рукоятью заехала, — захохотал Кили, хлопая себя ладонью по колену.        — Велика важность. — нахмурилась гномка.        — Послушай. — к молодым гномам подсел Глоин. — Ты же не могла надеяться одолеть Фили. Он превосходно владеет мечами, чувствуя их как продолжение собственных рук. После стольких лет тренировок ожидать меньшее было бы глупо.        — Но ни одного дельного удара! — продолжала сокрушаться Дара.        — Дара, послушай меня, как постоянного спарринг-партнера Фили, — обратился к девушке с хитрющей улыбкой Кили — И сперва не забудь взять на заметку, что я выше и куда более меткий, раз я стал лучником, а не он.        — Закругляйся, братишка, с самолюбованием. Ближе к делу.       — Так вот. — как ни в чем ни бывало продолжил лучник. — несмотря на все мои выдающиеся качества, одолеть Фили я могу лишь один раз из четырех. И то, потому что ловко уворачиваюсь.        — В этом весь Фили. — отвлекся от своей вечерней трубки Балин. — Ему сил не занимать в ударах.        — Но если он не может добраться до противника то все усилия проходят в пустую. В этом твое преимущество. Если бы ты не пошла в атаку и продолжала бы избегать его ударов, вы могли бы растянуть спарринг до того момента, пока кто-нибудь не свалился бы от усталости.        — Твоя сила в ловкости и быстроте, но тебе не справиться без физической мощи с большинством противников, — поддержал размышления Балина Глоин.        — К счастью, орки хоть и сильны, в тоже время тупы и неповоротливы, — фыркнула Дара.        — Зато их домашнее питомцы мало того, что ростом со среднего медведя, иначе бы у них хребты сломались под орочьими тушами, так они и умнее и быстрее своих хозяев. — с каменным лицом поддержала девушку Лира.        — Меня одного волнует тот факт, что в теории вы и знать не должны о том, как выглядят варги и как сражаются орки? — нахмурился Фили.       — Теория, практика, какая разница. — поспешно попыталась замять щекотливую тему Дара.        — Вы мне лучше расскажите, кто-нибудь выиграл пари? — самым доброжелательным образом поинтересовалась Лира.       Узнай гномы о том, во что девушки вляпывались последние пятьдесят лет своей жизни, заперли бы обеих в высокой башне, точнее говоря, в случае с подземным народом, в глубоком подземелье и замуровали бы там. Гномы ожидаемо, кто радостно, кто раздосадовано заговорили все вместе, вспомнив, что переволновавшись за девушку, напрочь забыли о самой интересной части схватки — тотализаторе.        — Я поставил на полторы минуты.        — Я поставил, что Дара тебя разделает под орех.        — Кили — мелкий предатель!       — А сколько она продержалась?        — Я засекал. Две минуты и двадцать три секунды.       — Победа! Деньги на бочку, Бомбур!       — Глоин, а ты нам с Дори, который раз проспорил.       Пока отряд пытался разобраться, кто, что проиграл, к Даре, со смехом наблюдающей за происходящим, подошел Торин.        — Как ваша рука? — первым делом из вежливости поинтересовался узбад.        — Все в порядке. Хоть сейчас в бой, — взмахнула больной кистью девушка, после чего поморщилась от боли прострелившей руку.        — В бой вы не пойдете даже в крайнем случае. — Торин строго посмотрел на девушку, заставив ее подавить вертевшиеся на языке опровержения. — Но тренироваться будете. Пока не во всю силу, прежде должна зажить рука.        — Значит я смогу тренироваться с остальными?       — Нет. Вы показали неплохой уровень владения мечами, но многие, включая меня, считают, что вам не хватает силы, которая от рождения присуща моему народу.        — Тогда меня будет тренировать Фили?       — Если бы вы не влезали со все новыми и новыми вопросами, то уже бы знали, что этим будет заниматься Двалин. — слегка повысил голос узбад.        — Что?! Почему?!       — О времени занятий договоритесь между собой, — небрежно кивнув девушкам, гном удалился на свое прежнее место, оставив Дару бурно возмущаться.       — Двалин — учитель?! Он серьезно? — воскликнула гномка, искоса поглядывая на гнома.        — Говорят, он мастер в обращении с любым оружием, — заметила Бильбо.        — Я не умаляю его достоинств, но он же меня ненавидит, возмущаясь всякий раз, когда речь заходит о моем оружии! С чего он будет меня чему-то учить?!        — А я думаю он больше волнуется, чтобы ты не пострадала, — совсем тихо промолвила хоббитянка, оборачиваясь в сторону Двалина, в этот момент скользнувшего взглядом в сторону девушек.        — Пфффф, смешно, Бильбо, смешно. Уж о чем он волнуется, так это чтобы я не помешала их важному походу, — цокнув языком, надулась Дара. — Фили, ну, почему ты не можешь тренировать меня?        — Потому что и Глоин, и Балин, и Торин правы. Моя стезя — физические атаки, твоя — ловкость. Из моих тренировок тебе почерпнуть нечего. Мы просто будем изматывать друг друга. Двалин же не только сможет поддержать твой уровень изворотливости, но и поможет с физической подготовкой.        — Вас будет тренировать Двалин?! — с плохо скрываемым восторгом к Даре подсел Бофур.        — А чем это вас так радует? — вскинула бровь Лира.        — Очень многим, — гном чуть не плясал от радости, но заметив, что его никто не понял, пояснил — Ведь теперь Двалин будет занят вашими тренировками, как минимум раз в день, с утра или вечером!        — И на вас у него не останется времени, — догадалась девушка.        — Именно. Прошу, Дара, попросите его о тренировках по утрам!        — Чтобы вы могли выспаться… — задумчиво пробормотала Лира, после чего усмехнулась — при желании гномы показывали чудеса хитрости.       — А кто вам готовить будет?        — Мы и на стряпне Бомбура проживем. Главное отойти от тренировок Двалина. А с вами-то он так зверствовать не будет. — доверительно прошептал Бофур.        — То есть новость о том, что Бомбур будет готовить тебя успокоила, а обо мне ты не вспомнила?! — уперев руки в бока, нависла над девушкой Лира.        — Твое желание готовить меня бы скорее напугало. — ответила Дара, ни капельки не колеблясь — Знаете, если смотреть под таким углом, то я готова попробовать при условии, что вы ее к котлу одну не подпустите. Однако вы у меня теперь в долгу. И я могу затребовать его в любой момент.        — Слово рудокопа, — ударил себя кулаком в грудь Бофур.        — Остальным то же самое передайте. — в догонку шустрому гному крикнула Дара.       — Ну знаешь, сколько уже можно меня от готовки гонять. Десять лет прошло, — тряхнув подругу за плечо, попыталась привлечь ее внимание Лира. Но та отмахнулась. Ее полностью поглотили мысли о том, как пройдет ее первая тренировка с Хмурогномом, которого сейчас она сверлила долгим изучающим взглядом.