Медовый рассвет. Книга первая.

Ещё неяркие, но уже настойчивые лучи солнца пробились сквозь тяжёлые портьеры и причудливыми тенями залегли во всех уголках комнаты. Они то тускнели, то снова наливались светом, словно играя с призраком минувшей ночи и прогоняя его обратно в мир теней. Маленькое противостояние жизни и смерти, маленькая борьба добра и зла… Хотя уже ясно кто победит — в этом доме всегда побеждает только одно существо — мрак. Он пропитывает стены, картины, книги… вытесняя остальные цвета и краски, не давая им набрать силу… — Леди Малфой, вы, кажется, хотели меня видеть? — холодный, как лёд, голос был совершенно спокойным, однако в каждом слове собеседника таилась скрытая угроза. Она подобно змеиному яду растекалась в воздухе, наполняя его горечью, злобой и презрением. — Да, Северус, я действительно вас ждала, — прозвучал негромкий хлопок, и в комнате зажёгся тусклый свет, источником которого служила огромная люстра. Около сотни свечей в форме змеек горели ровным голубоватым сиянием, которое не столько рассеивало темноту, сколько добавляло необъяснимой тревоги. — Как прошёл отпуск? Довольно молодая женщина с яркими синими глазами, единственными выделяющимися точками на бледном лице, стояла у остывшего камина, натянуто улыбаясь тонкими бескровными губами. Она мяла в руках пергамент и нервно поглядывала на часы, висевшие под большим портретом, покусывая губы. — Ничего особенного, я оставался на лето в Хогвартсе, — сухо ответил черноволосый мужчина, слегка приподняв брови. От него вовсе не укрылось странное поведение женщины. — Да… конечно, я вспомнила… Драко говорил, — Нарцисса Малфой рассеянно надорвала измятый листок и бросила его на пол, даже не глядя, что делает. — Я просто хотела кое-что у вас спросить… — Разумеется, спрашивайте, — Снейп говорил вежливо, но его тон похолодел ещё на несколько градусов. Зельевар догадывался, о чём пойдёт речь, хотя не был на сто процентов уверен в своих предположениях. — Мне нужно узнать о девочке, — женщина ещё сильнее прикусила губу, и на бледной коже выступила капля алой крови. — О ком, простите? — Северус уже всё понял, но не хотел помогать Нарциссе совладать с языком, явно лезшим не в своё дело. — До нас дошли сведения из Министерства магии, что в Хогвартс поступают новые ученики… — миссис Малфой замолчала, задумчиво глядя в окно и словно не видя ничего перед собой. — Они каждый год туда поступают, — зельевар скривил губы. — Не могу сказать, что меня это радует, но такова традиция. — Я ни о том, я о списке детей, просто в нём… — Нарцисса внезапно перевела взгляд своих синих глаз прямо на замершего Снейпа. — Там ваша фамилия, Северус. Фамилия девочки. И там указаны родители… — Мне это известно, — отчеканил зельевар, уже не скрывая раздражения. Он развернулся и, шелестя складками мантии, направился к двери. — Я не думал, что Беллатрисса сохранит это отродье. Мне казалось, она бережёт чистоту крови. — Северус! — Нарцисса гневно сверкнула глазами. — Не тебе её упрекать! — Мне следует упрекать только себя, — усмехнулся Снейп, невольно проводя пальцами правой руки по левому предплечью, сейчас скрытому складками мантии. — За глупость. Повисла тишина, давящая и невыносимая. Она ела ноздри, осушала горло, наполняла рот привкусом стали, но что самое отвратительное — давала время на воспоминания, давала возможность думать… Наконец, Северус не выдержал и, нажав на серебряную ручку, открыл дверь. — Благодарю за информацию, леди Малфой, однако вынужден вас покинуть, сегодня у меня ещё есть дела в Хогвартсе, — он уже собирался переступить порог, когда женщина заговорила: — Вы, должно быть, считаете, что я лезу не в своё дело. Что ж, может в этом и есть доля истины, только не забывайте, — в девочке течёт кровь Блэков. Она чистокровнее вас, Северус, и если вы причините Франсуазе вред… — А вы не забывайте, что я её отец, — холодно ответил Снейп и скрылся в темноте коридора раньше, чем его успели остановить.

***

Френ сидела за маленьким столиком в пабе «Дырявый котёл» и хрустела гренками, обмакивая их в холодное молоко. Солоновато-сладковатый привкус медленно таял на языке, прогоняя из головы воспоминания о приютской варёной капусте, почему-то пахнущей кошачьей мочой. Что ж, тамошняя кухарка никогда не уделяла особого внимания свежести продуктов, если они готовились для воспитанников, а не для директрисы… Девочка только один раз в своей жизни съела поистине вкусную вещь, по крайней мере, тогда маленький шарик сливочного мороженого, подаренный одной одноклассницей, казался ей таковым, — Френ на всю жизнь запомнила восхитительный аромат свежести, смешанный с утончённым запахом топлёного молока… — Здесь не занято? — чей-то голос прервал воспоминания, заставив девочку оторваться от созерцания тарелки с гренками. Она подняла голову и посмотрела на своего собеседника, отметив, что он только года на два постарше её самой. Это был высокий, немного нескладный мальчик с взлохмаченными чёрными волосами, зелёными глазами и приветливой улыбкой. Но самое необычное заключалось в молниевидном шраме на лбу, сразу привлёкшем внимание Френ. — Нет, — девочка улыбнулась слегка кривоватой улыбкой и махнула рукой в сторону свободного места, приглашая собеседника сесть. — Спасибо, — мальчик кивнул, приземляясь на краешек деревянного стула. — Меня зовут — Гарри, — заметив интерес Френ к своему шраму, он неловко прикрыл его волосами и продолжил. — Я раньше не видел тебя в Хогвартсе, ты должно быть новенькая. Первый курс, да? — Да, я — Франсуаза, приятно познакомиться. Ты ведь говорил про школу магии, так? — девочка прикусила губу, увидев изумление собеседника, когда тот отвечал. Она не должна была показывать посторонним, что ничего не знает о колдовстве и раскрывать свои слабые стороны! Тот человек в чёрном, назвавший себя её отцом, конечно, дал Френ несколько книг по истории Магической Британии, но за одну ночь, проведённую в пабе, она не успела их даже открыть. — Да, про неё, а ты что, маглорожденная? Тебя привела профессор Макгонагалл? — на лице Гарри больше не было удивления, похоже, что он даже немного обрадовался, предвкушая рассказ о Хогвартсе. — Не то чтобы… — девочка замялась. — Просто мои родители ничего не говорили мне про магию… — Ну-у, не знаю, — мальчик почувствовал, что залез не в своё дело и решил перевести тему разговора. — Тебя уже водили на аллею Диагон? — Куда? — переспросила Френ, перестав притворяться. Она подумала, что лучше узнать всё у Гарри, чем потом стать посмешищем в новой школе. Там-то наверняка все знают половину того, что девочке только предстоит выяснить. — На аллею Диагон, — повторил мальчик, подозвав бармена и попросив у него стакан фруктового сока со взбитыми сливками. — Это такое место, где торгуют разными волшебными вещами, в том числе — предназначенными для учеников Хогвартса. Каждый год ребята идут на эту большую улицу и покупают магические принадлежности. В этот раз я ещё не ходил за покупками — только вчера ночью приехал в «Дырявый котёл». Может, прогуляемся туда вместе? Я покажу тебе самые интересные места… Френ очень хотелось пойти вместе с Гарри, тем более, что говорить с ним было намного легче, чем с Северусом Снейпом или учительницей по литературе… Он был каким-то спокойным, искренним и дружелюбным. Но она знала, что Том ей не позволит. Ему было поручено следить за девочкой, и бармен не захочет попадать под горячую руку того человека в чёрном… У Френ никогда не было настоящих друзей, которым можно рассказать все самые сокровенные тайны. Порой ей даже хотелось подойти к зеркалу и поговорить с отражением, представляя, как оно ответит, — чрезмерная скрытность не позволяла девочке доверять людям по-настоящему, как бывает в романах из школьной библиотеки. Больше всего в этих самых романах ей нравилось читать истории о преградах на пути у друзей, которые готовы отдать друг за друга жизнь. Должно быть, это происходило, потому что воспитанница приюта с рождения была лишена внимания окружающих. — Прости, но я не могу, отец… запретил мне покидать без него паб, — Френ покраснела и отвернулась от собеседника. — Ну-у, — снова протянул Гарри. — Может, стоит объяснить ему? Как зовут твоего отца? — Северус Снейп.