Сосед

      Я растянулся на полу, уютно устроившись головой на правом колене сидевшего на безногом стуле Ичи, сложил руки на животе и наслаждался легким массажем головы. Ичи одновременно ерошил мне волосы и зевал от скуки.       В таком вот молчаливом умиротворении мы уже в течение получаса наблюдали перебранку двух братьев, которая заключалась в стократном повторении одного и того же, а именно:       — Ты немедленно едешь домой! У тебя колледж! Экзамены! Ты о матери подумал?!       — Во-первых, я никуда не еду, во-вторых, экзамены у меня закончились месяц назад! И почему я должен думать о матери? Она же обо мне не думает!       «Резонное замечание», — мысленно согласился я.       Сейчас, наблюдая «миролюбивую беседу» между двумя братьями, я наконец-то осознал, насколько Нозоми спокойный и невозмутимый человек. Даже более того, в сравнении со своим нервным старшим братцем он выглядел просто богом умиротворения.       Вик сидел на втором безногом стуле, поджав под себя ноги, и мирно потягивал зеленый чай, медитируя на распустившийся в прозрачном чайничке цветок. А Рин, возвышаясь над нами, подпирал плечами тоненькую стенку номера, не пытаясь влезть в родственные разборки.       — Это просто невозможно! Вик, да скажи ты уже что-нибудь! — Крис обвиняюще ткнул пальцем в его сторону.       Вик, едва не поперхнувшись чаем, с удивлением посмотрел на парня и глубокомысленно заметил:       — Что?       — Откуда я знаю! — огрызнулся Крис, но уже не так громко. И затем добавил едва ли не умоляюще:       — Помоги же мне отправить его домой.       — Так в чем проблема? Связать его, засунуть в коробку и выслать как ценную бандероль до востребования.       Вик вернулся к своему уже остывшему чаю, проигнорировав, таким образом, взгляд, каким наградил его Нозоми. А Крис, похоже, всерьез задумался над таким вариантом.       — А может, кто-нибудь поинтересуется моим мнением? — ненароком вставил Рин, о котором все и правда, похоже, забыли.       — Ты вообще молчи! Совратитель малолетних! — грозно надвинулся в его сторону Крис.       Рин выставил руки перед собой в защитном жесте:       — Это еще кто кого совратил, знаете ли, — начал оправдываться он.       Крис замахнулся кулаком, едва не задохнувшись от нахлынувших чувств, не суливших блондину ничего хорошего, кроме больничных стен в самое ближайшее время.       — Да хватит уже! — не выдержал крысеныш, повиснув на руке брата. — Какого черты ты вообще тут забыл?       О. Вот, самый правильный вопрос за весь этот день. Мне тоже было крайне интересно узнать, каким чудом в этом отеле оказался брат крысеныша, приехавший едва ли не под ручку с моим другом по универу? Таких случайностей просто не бывает. Это закон. Негласный, да, но для меня закон.       Теперь уже мы все с нескрываемым интересом уставились на Криса, а тот в свою очередь уставился на Вика, взглядом прося его помочь с объяснениями. Вик неторопливо отставил пиалу с недопитым чаем в сторону, вздохнул и чистосердечно признался:       — Я вообще-то тут по работе…       — Ммм, — одновременно глубокомысленно выразились Ичи и Рин.       — А ты? — Нозоми обвинительно ткнул пальцем в грудь старшего брата.       — А что я? — хмуро огрызнулся тот, складывая на груди руки.       — А он меня одного отпускать категорически отказался, — доходчиво пояснил Вик, придвигая обратно пиалу с чаем.       — Ооо… — уже с большим интересом в голосе протянули Ичи и Рин, как болванчики одновременно поворачивая головы от одного к другому. Мне поворачивать голову, тем самым отрывая ее от удобного колена, было лень, поэтому я просто пялился в одну точку, куда периодически попадали либо крысеныш, либо его братец.       — Ого, — огрызнулся Крис, но явное смущение-таки выдало его с головой.       — Так-так, — теперь уже младший с грозным видом придвинулся к старшему. Правда, в силу своего невысокого роста, эта грозность особого впечатления на старшенького не произвела, он лишь бросил высокомерный взгляд, заявив:       — Между прочим, сколько мне лет и сколько тебе! Я в твоем возрасте думал только об учебе!       — Угу, — согласился Вик. — Одна учеба в голове была… все приходилось самому делать…       Я не выдержал, зашелся кашлем, уткнувшись Ичи в штанину и пытаясь скрыть пробравший меня дикий хохот. Он успокаивающе погладил меня по голове, но, судя по едва вздрагивающему колену, тоже еле сдерживал смех.       — А если серьезно, — грозно насупился Крис, поворачиваясь к Нозоми, — я увидел на твоем столе четыре билета в онсэн, что показалось мне крайне подозрительным, учитывая, что ты мне сказал, будто никаких планов на ближайшее время у тебя нет. А тут так удачно получилось, что Вик поехал по работе в этот же самый онсэн, адрес которого был указан на твоих билетах. Вот я и поехал с ним, дабы разведать обстановку на месте. И на мое счастье, мы оказались в том же самом отеле.       Крис уже вплотную приблизился к Нозоми, сложив руки на груди и вперив в него взор. Нозоми даже слегка вжал голову в плечи под столь напористым взглядом брата.       — Где я, — продолжил Крис, — опять же так не менее удачно, увидел, как ты выходишь из этого номера. Правда, в итоге, номер оказался не твой…       — Не слишком ли много удачи на одного? — пробормотал я в коленку Ичи, который тут же фыркнул в кулак.       — Не понимаю, из-за чего такое беспокойство? — спокойно заметил Рин. — Хотел бы, чтобы твой брат был под присмотром, так и присматривал бы за ним. А так этим пришлось заняться мне.       Крис снова угрожающе зыркнул в сторону блондина.       — А с тобой у меня вообще отдельный разговор!       Уж и не знаю, о чем или до чего они там, в итоге, договорились и доорались, но мне было так хорошо на колене у Ичи, что я, незаметно для себя, а для других и подавно, задремал.

***

      Проснулся я через энное количество часов или, возможно, всего лишь минут, по причине затекшей шеи. Откуда-то сверху раздавался богатырский храп. Я приоткрыл глаза и приподнялся на локте. В комнате ничего не изменилось за исключением того, что мы с Ичи остались одни — он, кстати, тоже уснул, откинувшись головой на спинку стула, тем самым являя собой источник храпа. Братья-крысы вместе с Рином и Виком бесследно исчезли. А, нет, не бесследно — чайничек и пиала так и остались стоять на столе.       Эх, насвинячили и смылись. Все как всегда.       Я потряс Ичи за плечо, затем потряс сильнее. Храп резко оборвался, Ичи приоткрыл один глаз и посмотрел на меня, пытаясь понять, где он, кто он и, главное, кто я. Сообразив, он потер шею и сонно уточнил:       — Мы уже в раю, то есть одни?       — Ага, типа того, — хмыкнул я. — Что последнее ты помнишь?       — Ммм… Кажется, Крис пытался придушить Рина, Нозоми пытался стукнуть Криса чайником, который, соответственно, пытался отобрать у Вика. А Вик пытался объяснить Крису, что если он убьет Рина, тело будет тяжело спрятать, так как на дворе лето, жарко, разлагаться будет быстрее и что-то там еще…       Мда, кажется, я проспал все самое интересное.       Судя по лицу Ичи, он думал о том же.       — Интересно, что же было дальше… — протянул он. Я согласно вздохнул, но тут мое внимание привлекла так призывно распахнутая юката, что рука невольно дрогнула и потянулась к бедру моего парня, недвусмысленно нацеливаясь выше.       Ичи, заметив движение, перехватил мою руку.       — Может, мы лучше найдем горячий источник под небом и продолжим, нежась в горячей водичке? — сладко протянул он, потянувшись к моему лицу губами.       — Ну, Иииииииииииииииичи……       — Ну, чего ты канючишь?       Я надул губы.       — Не канючу…       Ичи хмыкнул, дотянулся-таки до меня и прижался губами ко лбу, пробормотав:       — Так люблю, когда ты ведешь себя как ребенок.       — В штанишки начинать гадить?       — И ненавижу, когда ты портишь такие моменты.       — Хо-хо…       — Стукнуть бы тебя, так ведь не поможет, — сокрушенно вздохнул Рюичиро, прижимая меня к своей груди и определенно пытаясь расплющить мое тщедушное тельце.       — Стукну в ответ… — прохрипел я, — пусти…       Вырвавшись из его медвежьих объятий, я отполз на безопасное расстояние. Сексуальное напряжение сразу как-то поутихло и пошло на убыль.       — Давай для начала узнаем, где наши придурковатые соседи. Живы ли они еще или можно заказывать поминальную службу.       — Пожалуй.       Ичи поднялся, а я злорадно отметил на его лице мимолетное разочарование.       Соседей мы нашли довольно скоро и, к моему разочарованию, очень даже живых и ни капли не покалеченных. Они, все четверо, разместились теперь уже в номере Нозоми и Рина, где увлеченно резались в маджонг.       — Не, ну ты глянь, — праведно возмутился я, плюхаясь на свободное место между Виком и Рином, — мы тут за них переживаем, готовимся наскрести последнюю мелочь на свечки и курильницы, а они, как ни в чем не бывало, в маджонг режутся.       — Да, ваша забота нам очень льстит, — кисло заметил Нозоми, в очередной раз, похоже, проигрывая.       — А вы, я смотрю, достигли взаимопонимания, — мимоходом заметил Ичи, втискиваясь рядом со мной и с интересом заглядывая в кости Рина.       Судя по презрительному фырканью со стороны Криса и нервному смешку Рина, взаимопонимание было крайне непрочным и весьма ограниченным по сроку службы. Вик, благодушно улыбаясь и обыгрывая этих неудачников уже в энный раз, сладко потянулся и предложил сделать перерыв на чашечку чая.       К чашечке чая пришлось заказать еще четыре чашечки кофе и один стакан сока для Нозоми. Подумав, мы также добавили к заказу сэндвичи, немного фруктов, сырную тарелку и особое печенье с шоколадной крошкой исключительно для меня.       Поскольку на улице уже наступил вечер, Рин решил открыть окно, впустив в комнату немного естественных звуков природы, как-то: вопли играющих на пляже, скрип проезжающих (пусть и вдалеке) машин, отдаленный шум моря, треск насекомых и витиеватый китайский слэнг этажом ниже. Благо, китайский кроме меня никто не знал, так что на него внимания не обращали совсем.       Оставив играющих за столом и стащив к печенью и кофе всю тарелку с сыром, я уютно устроился у окна на подушках, перетасканных из спальни, с выуженной из вещей Нозоми мангой.       Долистав до самых пикантных страниц, я постарался расслабиться и привести свои расшатанные нервы обратно в горизонтальное положение, сосредоточившись на незамысловатом тексте:       «- Войди в меня…       — Да.       — Нгх!       — Тебе больно?»       А, по-твоему, ему должно быть щекотно?! Идиота кусок… Куда вообще редакторы смотрят, когда такое выпускают?       Я со злостью захлопнул злополучную мангу и грозно уставился на весело улыбающегося Ичи, жующего сэндвич.       — Вот! Теперь из-за тебя я даже мангу нормально воспринимать не могу! — обвиняюще заявил я, поднимаясь и решительно направляясь обратно в наш номер с желанием завернуться в кокон из одеяла и проспать до конца нашего отпуска.       Ичи, получивший брошенной мангой по голове, подавился сэндвичем и проводил меня удивленным взглядом, затем поднялся и ринулся следом. Когда он закрывал дверь, в спину ему еще раздавались возмущенные причитания Нозоми. Похоже, манга от головы Ичи отскочила, приземлившись на стол и опрокинув стакан сока…       Ичи поймал меня, когда я пытался забаррикадироваться в номере, не дав мне запереться на ключ. Крепко обняв меня сзади за плечи и прижав спиной к своей груди, он прошептал:       — Ке-та, какая муха тебя укусила?       Я глубоко вздохнул, стараясь успокоиться и не съязвить, что данная муха вот прямо сейчас липнет ко мне со спины на манер плюща. В конце концов, хватит уже беситься по пустякам. Наверное…       Вцепившись в его мускулистые загорелые руки, я задрал голову, пытаясь заглянуть мухе в лицо.       — Знаю, я виноват, — наконец-то смирился я с очевидным, тут же добавив, — но ты виноват не меньше!       Рюичиро не стал спорить (да и спорить со мной, в общем-то, бесполезно), лишь крепче прижал меня к себе, прошептав вдруг:       — Знаешь, ты никогда не говорил, что любишь меня…       — Это ты в манге такой фигни начитался? — скривился я, сразу разрушив всю романтику. Ичи то ли хрюкнул, то ли фыркнул.       — Есть немного…       — Ну-ну…       Я почувствовал его сухие губы у основания шеи.       — Пойдем, поищем источник.       — Угу… ты обещал что-то там на воздухе под луной… — я бросил взгляд на темное окно, констатировав, — луны нет.       — Печаль, — ничуть не печально согласился Ичи, отлепляясь от меня. Затем, взяв мое лицо в ладони и проникновенно заглядывая в глаза, добавил:       — Я хочу заполнить эту пустоту…       — Это какую же пустоту ты так хочешь заполнить? — подозрительно поинтересовался я, заранее зная о его грязных намерениях. — И вообще, перестань уже говорить цитатами! К тому же, довольно бредовыми…       Пару секунд мы таращились друг на друга, затем в унисон рассмеялись и пошли собираться.       Прихватив пару полотенец и ведро (или бадью? понятия не имею, как называется эта деревянная хрень) с банными принадлежностями, мы отправились на поиски подлунных онсэнов. Поиски наши увенчались успехом минут через тридцать. Мы нашли свободный источник под открытым небом. Горячие пары поднимались в воздух, наполняя его серыми клубами. По краю у самой кромки воды росли невысокие кустики, а сам источник был огорожен высоким деревянным забором.       С нескрываемым наслаждением я блаженно погрузился в горячую воду, расслабляясь и уютно устраиваясь в руках обнявшего меня сзади Ичи.       — Кстати, Ке-та, не знал, что у тебя есть друзья… — задумчиво протянул он, упираясь подбородком мне в макушку.       Я попытался бросить на него хмурый взгляд, но из моего положения это получалось плохо, поэтому я лишь буркнул:       — Думал, я совсем отшельник?       По красноречивому молчанию можно было сделать соответствующий вывод, каковой я и сделал, выбираясь из уютного кольца и запуская в Ичи полотенцем. От полотенца он увернулся, так что оно полетело куда-то в кустики.       — Да ладно тебе, не злись, — миролюбиво поднял руки вверх парень. — Просто при мне ты ни разу даже не переписывался ни с кем, я уж молчу про звонки и тем более встречи…       — Вот и нет. Мы с Виком переписываемся, — я глубже опустился в горячую воду. — Встретиться не выходит, поскольку у Вика плотный график. Он же не как я, дома не сидит, ходит в офис, часто уезжает по командировкам, как все нормальные переводчики.       Ичи хохотнул на мое последнее замечание, обнял меня одной рукой за плечи и поцеловал в ухо.       — Как же мне повезло, что ты такой… особенный… — проворковал он. А я подумал, что он явно хотел сказать не это слово. Паршивец.       — Да тебе вообще со мной повезло.       — Мгм, — Ичи языком прошелся от моего уха вниз, заставив меня закрыть глаза и едва не застонать от удовольствия, но я моментально вспомнил, что мы находимся на улице, пусть и пока что одни…       — О! Кейта! Ичи!       Я так и подскочил, резко отодвинувшись от Ичи и дико озираясь по сторонам. Со стороны входа в источник нам махал счастливо улыбающийся Вик, за спиной которого колыхался старший братец крысеныша. Как, черт побери, они нас нашли?! По запаху?..       — Помянешь лихо… — пробормотал Ичи, запуская руку в кусты и выуживая из них мое злополучное полотенце, которое я тут же обернул вокруг бедер, да еще и прижал колени к груди.       — И снова здорово, — не радостно ответил я на приветствие Вика, тут же крайне любезно заметив, — а не поискать ли вам другой источник?       — Все заняты, — ничуть не смутился Вик, резвенько плюхаясь рядом со мной. Рюичиро тут же изобразил полудохлую рыбу, закрыв глаза и мерно покачиваясь на образовавшихся после всплеска маленьких волнах. Предатель.       — Ааа, как же классно… — Вик блаженно растянулся с другой стороны от меня, так что теперь я оказался взят в кольцо двумя полудохлыми рыбами.       Крис немного помялся, но тоже залез вслед за Виком, держась как-то уж чересчур напряженно. Может быть, потому что я буравил его пристальным и далеко не ласковым взглядом, опустившись в воду по нос и пуская пузырики? На Вика так смотреть было бесполезно, он бы все равно никак не отреагировал, а вот Крис реагировал и даже очень.       — И давно вы вместе? — наконец-то пробулькал я так давно мучивший меня вопрос. Хотя глазами я явно обращался к Крису, ответил мне Вик:       — Не так, чтобы очень, хотя точную цифру назвать не могу.       — Мы вовсе не… — начал было возмущаться Крис, но Вик его перебил, несколько приблизившись и прислонившись к нему плечом:       — Ой, да ладно тебе уже так смущаться каждый раз, когда мы об этом говорим. К тому же, было бы перед кем.       Не совсем определившись, как именно стоит мне расценивать эту фразу — как оскорбление, что мы «всего лишь какие-то там хрен знает кто» или как намек, что парочке перед другой парочкой скрываться нет резона, что опять же относило меня к первому…       — Так, ладно, проехали, — вынырнул я, принимая нормально сидячее положение. Которым тут же воспользовался Ичи, закинув правую руку мне на плечи. — Только вот не совсем понимаю, чего же тогда он, — кивок в сторону черноволосого, — так возмущается тем, что его младший спит с парнем?       Крис злобно фыркнул, демонстративно отворачиваясь и складывая руки на груди. Ответил за него опять-таки Вик:       — Ну, знаешь, как это бывает у братьев… Младший там и все такое, он же его почти воспитал, заботился с пеленок, а тут маленький братишка так внезапно вырос и сразу в койку к другому прыгнул. Обидно же.       — Обидно, — я мысленно прокрутил пальцем у виска от такого объяснения.       — Это прям как в манге, — тут же добавил Вик.       — Хватит постоянно проводить эти дурацкие аналогии с этой твоей не менее дурацкой мангой, — наконец-то подал голос Крис.       — О, так ты тоже это читаешь, — тут же уточнил заинтересовавшийся Рюичиро.       Вик кивнул, ничуть не огорчившись от такого нелестного заявления Криса о манге.       — Ага, только в манге обычно бывает как — старший брат ревнует младшего к другому парню, потому как-либо сам с ним уже успел переспать и теперь не хочет отдавать любимую игрушку, или же еще не успел, но страстно этого желает, при этом боится в своих чувствах признаться даже сам себе, — добавил уже я с осознанием дела, кивая себе же в знак согласия головой.       Вик тоже согласно закивал, а Крис стал едва ли не пунцовый от злости. Или от смущения.       — Да как вы вообще… это же просто… я даже… ых… — слова явно давались ему с трудом, так что покраснел он все же явно от злости и негодования.       — Ну-ну, спокойно, — Вик погладил его по руке жестом, каким обычно успокаивают грозно шипящих котов или рычащих собак, — это Кейта просто так шутит. Правда же, Кейта?       — Ага, — не стал спорить я, про себя ставя галочку, что что-то здесь явно нечисто.       — Шуточки у него, я смотрю, — выпалил Крис.       Я невинно улыбнулся. Настолько невинно, насколько вообще мог. Только вот Крис определенно на эту улыбку не купился и продолжал теперь уже со своей стороны буравить меня далеко не дружелюбным взглядом.       — Где-то здесь точно должен быть источник! — раздался за нашими спинами до чертиков знакомый голос.       — В прошлый раз ты сказал то же самое, — вторил ему другой, не менее знакомый.       — Но ведь источник там и, правда, был, — заметил первый голос слегка виновато.       — Ну да, женский.       Я фыркнул, не удержался. А на свет божий вышли Рин и Нозоми.       — Вот, что я говорил! — гордо провозгласил Рин, тыкая в нас пальцем.       — Поздравляю, вы нас нашли, — ответил ему я. — А я так хотел спокойно поплавать…       — Так кто ж тебе мешает? — заметил Вик. — Плавай на здоровье, здесь места много.       Я посмотрел на него обреченно-мрачным взглядом.       — А вы присоединяйтесь, не стойте столбами, — тут же обратился он к парочке.       Парочка пребывала в такой же скорбной депрессии, как и мы с Рюичиро. Они, похоже, планировали побыть наедине, но то ли отель слишком маленький, то ли это какой-то рок постоянно сталкивал нас вместе. Или реально запах?..       Я же сразу сказал, что из этой поездки ничего хорошего не выйдет.       Купание вшестером ничем хорошим, разумеется, закончиться не могло, и уже через десять минут Крис попытался утопить Рина за домогательства к Нозоми, Нозоми попытался оглушить Криса громкими воплями, Вик где-то успел выловить цикаду и теперь с интересом ее рассматривал. Первым не выдержал Ичи, решительно поднявшись и потащив меня за собой. Я еще успел заметить, как нам вслед помахал Вик, а Рин и Крис перетягивали друг у друга снятое с кого-то полотенце.       Вернувшись в номер, мы заказали горячий кофе, но в итоге у меня от всех этих воплей, а больше от горячих паров, разболелась голова, так что я наглотался спазмолитиков и моментально вырубился, забыв даже о том, что мы с Ичи наконец-то остались одни в номере, на большой кровати, голые…

***

      Утро, а точнее полдень следующего дня ознаменовался моим одиноким пробуждением в пустой и холодной постели, очередной запиской на столе рядом с очередной кружкой, но теперь уже не кефирчика, а свежевыжатого грейпфрутово-апельсинового сока. В очередной раз прокляв всех блондинов этого мира, выпив сок и закусив его так предусмотрительно припрятанными с вечера печеньками, я натянул на себя все те же шорты и футболку, спустившись в холл. В котором тут же наткнулся на Вика, жующего банан.       — Утро, Кейта, — жизнерадостно приветствовал он, оглядываясь вокруг в поисках мусорки для кожуры. Не найдя оной, он пожал плечами и флегматично запихнул ошкурки в большую вазу с папоротником.       — И тебе того же, — ласково процедил я сквозь зубы. Ну да, у меня с утра всегда настроение не очень, а уж если я просыпаюсь днем и рядом не оказывается кофеина…       Вместе мы уже почти дошли до выхода из отеля, как Вик позвал:       — О, смотри-ка! — он ткнул пальцем куда-то вбок, и я повернул голову, чтобы узреть причину, привлекшую внимание парня. Причиной оказался всего лишь Нозоми, на данный момент усиленно пытавшийся изобразить паровоз, а именно: пустить пар из ушей от снедающей его безудержной злости. Через пару секунд быстрого осмотра холла, я узрел и причину злости крысеныша.       В отдалении от нас, в окружении кучки симпатичных девушек в купальниках и легких прозрачных платочках, повязанных вокруг бедер на манер юбки, стоял лучащийся ослепительной улыбкой загорелый стройный и мускулистый зеленоглазый блондин. Я фыркнул. Вик удивленно на меня покосился, а Нозоми сжал кулаки и едва ли не зарычал. Рин нас явно не видел, он был занят, рассказывая что-то смешное миниатюрной блондинке, которая едва ли не повисла на его руке, активно стараясь поближе прижаться разными частями тела к такому соблазнительному во всех отношениях парню. Этой ей удавалось с непревзойденным успехом, поскольку на Рине были надеты лишь цветастые шорты.       — Ну и чего ты стоишь? — с кривой ухмылкой поддел я Нозоми, незаметно приближаясь к нему со спины и наслаждаясь произведенным эффектом — резко вздрогнувшим и слегка подскочившим парнем, с расширенными глазами обернувшимся на голос.       — А мне что, подойти туда и с размаху влепить этому барану пощечину, как какая-нибудь из этих девок? — с обидой и слезами в голосе прошипел крысеныш, вернув себе самообладание. Мне даже стало его немного жаль, честное слово. Хотя, признаю, это чувство очень быстро прошло.       — Можешь подойти и поцеловать его на виду у всех, чтобы эти красотки обзавидовались и истекли слюной, — предложил я альтернативу. Нозоми посмотрел на меня как на совершенного придурка.       — У всех на виду, ага? — огрызнулся он. — Мой брат и без того хочет меня запереть в одиночной камере, а Рина незаметно утопить, списав все на несчастный случай… А ты предлагаешь мне на виду у всех поцеловать парня?       — Можешь и дальше в таком случае стоять и наблюдать, как твой любимый парень заигрывает с девками, а потом еще и найти его в постели с одной из них, — не остался в долгу я. Нозоми окончательно сник, а Вик сочувственно положил ему руку на плечо, словно это могло чем-то помочь. Хотя, кто знает, может, и могло…       На Рине, пока мы вели этот спор, повисла уже другая девушка с длинными черными волосами, кокетливо натирающая дырку наманикюренным пальчиком у парня на груди.       — Ладно, крокодильчик, — решительно вздохнул я, — смотри и учись. Моей репутации уже точно ничего не грозит…       С этими словами я направился прямиком в центр смеющейся группировки, мило улыбаясь наконец-то узревшему меня Рину и игнорируя удивленные взгляды его новых подружек.       — Дамы, освободите-ка место, — с издевкой продекламировал я, ненароком отпихивая двух прилипших девушек, нагибая ошарашенного Рина за шею и целуя взасос.       Краем глаза я заметил крайнюю степень изумления блондинки, прикрывшей рот рукой и попятившейся от нас в сторонку. Видимо, удивление Рина было настолько сильным, что он слегка забылся, охотно отвечая на мой поцелуй и прижимая меня руками за зад. Почти повиснув на нем, я с трудом оторвался от его губ, жарко прошептав на ухо:       — Если ты сейчас же не прекратишь меня лапать на глазах у своего парня, то грозишь остаться без оного, да еще и с покалеченным лицом…       Эта фраза несколько отрезвила Рина, но ответить мне он не успел, так как чья-то сильная рука оттащила меня от него за ворот футболки, и я, повернув голову, встретился взглядом с разъяренными голубыми глазами.       Упс.       И когда это Рюичиро успел вернуться?       В холле стало как-то на удивление тихо.       — Кейта, — голос у Ичи от напряжения слегка дрожал, видимо, пытаясь не сорваться на крик.       — Я тебе все объясню, — прохрипел я, пытаясь руками удержать ворот футболки, постепенно впивавшийся мне в шею.       — Очень на это надеюсь…       — И мне бы тоже кто-нибудь что-нибудь объяснил, — внес свою лепту Рин. Но тут к нему широким шагом подошел Нозоми и влепил-таки оглушительную пощечину. Ичи от удивления даже выпустил ворот моей футболки, так что я смог нормально вдохнуть.       — Отлично, крысеныш, — прокашлялся я, — чуть-чуть бы пораньше…       Нозоми бросил на меня не самый дружелюбный взгляд, недовольно ответив:       — Свидетелей нет.       И правда, холл был совершенно пуст, не считая нас пятерых.       — Ах, вот как… — саркастично протянул я, но быстро сник, заметив взгляд Ичи.       — Ладно, мальчики, побесились и хватит, — резюмировал я, крепко взяв Рюичиро за руку и поворачивая в сторону нашего номера, — разбирайтесь сами. Вик, увидимся.       И я быстренько потащил Ичи с места военных событий в наш тихий и уютный номер. Когда дверь за нашими спинами захлопнулась, я оказался лицом к лицу с любовником и судорожно попятился, вспомнив последнюю любовную сцену. Рюичиро подошел ко мне почти вплотную, крепко сжав меня за плечи и, приблизив лицо, прорычал сквозь зубы:       — Кейта, пообещай мне, что ты больше ни с кем, кроме меня, спать не будешь.       — Я что, монах?       — Кейта!       — Да, ладно-ладно. Я постараюсь…       — Постарайся, — это прозвучало на редкость угрожающе, поэтому я счел за благо не уточнять, что случится со мной несчастным и где мое изломанное тело позднее обнаружат, если там будет, что обнаруживать.       — И я, между прочим, с Рином не спал!       Попытка оправдаться оказалась не самой удачной, поскольку Ичи, тяжело вздохнув и изучив взглядом потолок, порывисто повалил меня на пол и впился своим ртом в мои губы, терзая их и засовывая язык настолько глубоко, насколько мог. Едва не задохнувшись, я через некоторое время все же смог оторвать его от себя.       — Притормози-ка, жеребец, или тебе такими темпами придется в скором времени покупать мне место на кладбище и искать себе нового любовника.       Ичи посмотрел мне в глаза. И что-то было в его взгляде, такое… обреченно-страдальческое, что ли? Я не мог подобрать синоним. Поддавшись внезапному порыву, прикоснулся ладонью к его такой теплой щеке.       — Ке-та… — прошептал он одними губами.       В эту секунду за окном раздался оглушительный раскат грома и тут же по оконному стеклу глухо забарабанили тяжелые капли.       — Неожиданно, — скованно заметил я, пытаясь как-то разрядить возникшее между нами неловкое молчание. — Ведь только что было едва ли не сорок…       — Грозы и штормы здесь не редкость, а сегодня было предупреждение, — ответил Ичи на незаданный вопрос, одновременно задирая на мне футболку и проводя горячими ладонями по бокам вверх. Пальцы нащупали соски, и у меня невольно вырвался едва слышный стон.       Ичи нежно поцеловал меня в уголок губ, затем переместился на подбородок и вниз, дальше, по гортани. Поцелуи были едва ощутимые и в то же время излишне возбуждающие, заставляющее думать о большем, желать этого всем телом. Мои ладони блуждали по обнаженным плечам Ичи, и я только сейчас сообразил, что он был, по примеру Рина, в одних шортах.       Его губы дошли до моих сосков, затем горячее дыхание, обжигая, спустилось на живот. Еще ниже. И вот я уже чувствовал, как он стаскивает с меня шорты вместе с бельем, обнажая такой готовый во всех отношениях член. Его язык осторожно коснулся головки, провел вокруг, вырвав у меня стон куда более громкий, чем все предыдущие. Провел линию вниз, коснувшись основания. Я уже весь дрожал от предвкушения и ожидания гораздо, гораздо большего, но вдруг ощущение языка Ичи на моем члене исчезло. Он подтянулся выше, снова оказавшись ко мне лицом.       — Нееет… — не удержался я.       Ичи прислонился лбом к моему лбу, сдавленно прошептав:       — Кейта, я хочу, чтобы ты был только моим.       Мои руки, устав от безделья, спустились к его уже не менее напряженному, чем мой, органу, которому явно мешали шорты.       — Буду, — почти бессознательно прошептал я в ответ. Откровенно говоря, я бы ему сейчас и на крови поклялся, только бы он продолжил начатое…       — Никому тебя не отдам, — и он снова впился жадным поцелуем в мои губы, опираясь на руки, словно отжимаясь, не давая своему телу преодолеть миллиметр расстояния между ним и мной, касаясь только губами, пока я освобождал его член из плена одежды. А затем он прижался им к моему, осторожно потерся. Я не выдержал и выгнулся ему навстречу, требуя больше плоти, больше ощущений, больше прикосновений.       Он уткнулся мне куда-то в область между ухом и шеей, я чувствовал его горячее дыхание, а затем легкие касания губ, вниз по шее, переходя на плечо.       — Кейта, — голос Ичи был хриплым и таким обволакивающе-волнующим, отчего меня снова пробрала дрожь. И теперь я уже не мог понять, чего мне хочется больше — чтобы он продолжил нежно целовать меня или чтобы яростно сорвал всю одежду, взяв едва ли не силой. Хотя, не уверен, что пережил бы последнее.       Похоже, Ичи тоже не был в этом уверен. Он поднялся надо мной на колени, затем встал полностью, стянул шорты, закинув их на стол. Следом полетели мои, последней упала футболка. Я сел, опираясь на руки и призывно разведя согнутые в коленях ноги, криво улыбаясь и облизывая губы. Но эффект смазался, поскольку Ичи, словно о чем-то вспомнив, метнулся к шкафу, вернувшись оттуда с тюбиком смазки. О, смазка, точно…       Я попытался расслабить мышцы, когда скользкие и прохладные от смазки пальцы коснулись меня внизу, проталкиваясь внутрь, но после прошлого раза это оказалось сложнее, чем мне бы сейчас хотелось. Я вцепился в руку Ичи, прикусив губу. Он на мгновение остановился и снова поцеловал меня, заставляя постепенно расслабиться, затем переместился на ухо, а уж когда он стал целовать меня там, я окончательно забыл про его пальцы и едва не умер от удовольствия. В реальность меня вернул смешок и ощущение пустоты внизу.       — Ичииии… — простонал я, открывая глаза. Он снова усмехнулся и стал медленно вводить член, пока он весь не оказался внутри, а я не застонал уже в полный голос от охватившего меня блаженства.       Он входил в меня раз за разом, медленно, сливаясь с музыкой ливня, бушевавшего за окном. И это было так невероятно хорошо — чувствовать каждый миллиметр его тела, чувствовать, как его плоть входит в меня до самого основания, наполняя, растягивая. Я не сдерживал стонов, запрокидывая голову, блаженно выгибаясь, обхватывая его руками и ногами, требуя еще, больше, глубже. Мы оба буквально задыхались, купаясь в такой новой для нас нежности и неторопливости.       Затем Ичи оторвался от меня, заставив перевернуться на живот и встать на колени. В такой позе вся нежность и неторопливость резко закончились, и он начал с силой вонзаться в меня, удерживая за бедра. Но мне уже было все равно, я пресытился медлительностью, мне хотелось чего-то более сильного и страстного, и именно это я и получил, весь отдаваясь ощущениям наших двигающихся навстречу друг другу тел. В номере гостиницы, где не самые толстые стены, на холодном деревянном полу… От этих мыслей у меня окончательно снесло крышу, я кричал и стонал, как и в предыдущий наш раз. И последнее, о чем я подумал, было то, что я наверняка сорву себе голос… А затем меня затопило волной ослепительного оргазма…

***

      Теплая тяжесть давила на меня где-то в районе поясницы. Слегка повернув голову, я узрел белобрысую лохматую макушку. Ичи сладко дрых, уткнувшись носом мне в бок, обвив меня сильной рукой за талию, одну ногу закинув на обе мои, плотно сжатые. Короче говоря, вся моя нижняя половина тела находилась в плену. Обреченно вздохнув, я снова уткнулся в подушку.       Голова была словно чугунная, я совершенно не помнил, как мы оказались в кровати. Вероятнее всего, меня сюда приволок Ичи, поскольку, судя по ощущениям, после того, что мы устроили вчера на полу, меня наверняка вырубило. Я глухо застонал в подушку, подумав о том, как я сейчас выйду из номера и посмотрю в глаза людям. Они же наверняка вчера все оглохли от моих воплей. Что радует, полицию или скорую никто не вызвал, значит, сообразили, что вопли были не агонизирующими от колотых ножевых ран или чего похуже.       С этими веселыми мыслями я провалялся еще какое-то время. Однако лежать прижатым к горячему телу почти в неподвижном состоянии оказалось довольно скучно и к тому же не слишком удобно.       Что же делать? Может быть, треснуть ему по голове будильником?       За окном виднелось серое небо — клубящиеся облака медленно проплывали, навевая меланхолию и желание зарыться с головой в одеяло, и спать, спать, спать… Да уж, погодка что надо, только сна ни в одном глазу. Я с завистью посмотрел на сопевшего Ичи, провело рукой по светлым взвихрившимся локонам, секунду подумал и с силой дернул одну прядку. Тут же об меня потерлись носом и невнятно заметили:       — Не знал, что тебе нравятся парни с проплешинами на голове…       — Безумно, а вообще, я больше люблю лысых.       — Учтем, — ничуть не расстроился Ичи, снова, похоже, засыпая.       — Эй! — я снова дернул его за прядь. — Отцепись от меня уже! Мне в туалет надо… Ичи хмыкнул мне в бок, но наконец-то выпустил меня из плена, откатившись немного в сторону и перевернувшись на спину.       — Оооо… — вымученно простонал я, выгибаясь в попытке встать на колени. Болело буквально все от шеи до кончиков пальцев на ногах. Хотя, почему же от шеи? Боль тут же стрельнула в виски.       — Я, вроде, вчера не пил…       — Ну, если столь бурный секс, продолжавшийся хрен знает сколько часов, может довести до последней стадии опьянения, то… — Ичи пощелкал языком и даже развел руками.       М-да, действительно… Вот она, расплата.       — Пойду, пожалуй, кружечку двойного эспрессо выпью. Опохмелюсь, так сказать, — и я медленно сполз с кровати на пол, где и задержался, раздумывая о том, лечь и ползти дальше или попробовать все же встать?       — Бесполезно тебя отговаривать, — не стал спорить со мной Рюичиро, лишь расстроенно вздохнул и сел на кровати, дотянувшись до тумбочки с телефоном и заказав в номер завтрак.       Еду принесли быстро, я только и успел, что залезть обратно на кровать, устроив себе гнездо из подушек и одеяла. Вернувшийся с подносом Ичи неуверенно заметил:       — Этот парень, который принес заказ, как-то странно на меня посмотрел. Я что, подозрительно выгляжу?       Теперь уже я странно посмотрел на Ичи, забирая кружку горячего кофе и вдыхая этот сногсшибательный аромат:       — Мне кажется, на нас теперь не только он, а вообще весь отель будет странно коситься. Мой совет — давай поедим и по-тихому отсюда свалим.       — Да ну, не преувеличивай, — отмахнулся Ичи, усаживаясь рядом. — Ты не так уж и громко кричал, правда, не знал, что ты умеешь так менять интонацию в зависимости от позы…       Я едва не поперхнулся.       — Забудь вообще об этом, извращенец!       — Ага, как же… — он похабно ухмыльнулся, потянувшись к круассану.       Покончив с завтраком, мы еще какое-то время лениво валялись, затем все же решив выползти на улицу, проветрить мозги.       Разумеется, первыми, кого мы встретили, оказались Рин и его крысеныш, за которым как привязанный теперь ходил старший брат, за которым, в свою очередь, не менее, а может и более, привязанный ходил Вик. Дурдом, честное слово.       — Хм, я смотрю, ты еще жив и даже можешь двигаться… — задумчиво протянул Рин, подходя ближе и разглядывая меня со всех сторон. Я понял, что начинаю заливаться багровым румянцем и одновременно злиться.       — Это было так, так, так… шумно… — в итоге закончил Вик. Его лицо светилось каким-то подозрительным восхищением. Ичи виновато пожал плечами, не рискуя вдаваться в подробности. Нозоми и Крис одновременно, даже синхронно, бросали в мою сторону странно-смущенные взгляды, чем еще больше вогнали меня в краску.       — А ну хватит на меня таращиться, вуайеристы доморощенные, — не выдержал я, едва ли не рыча от злости и смущения, и отворачиваясь в сторону.       — Хотел бы я на это посмотреть… — мечтательно-расстроенно протянул Рин, за что тут же получил от Рюичиро затрещину.       — Я тебе посмотрю, — грозно возмутился свет очей моих, приобнимая меня за талию и оттаскивая в сторону от замечтавшегося Рина. Нозоми взглядом подтвердил негласную угрозу Ичи, а Крис вообще прошипел себе под нос:       — Если ты, извращенец, посмеешь изменить моему брату…       — Ага, сначала, значит, мне его и трогать-то нельзя, а теперь еще и не изменять. Может, в монахи податься? — обиделся Рин.       — Ну, монашество — это еще не гарантия… — ненавязчиво так заметил Вик.       — Ты-то хоть молчи, — бросил на него Рин укоризненный взгляд.       — В евнухи подайся, вот уж стопроцентная гарантия, — тут же съязвил я, ухмыляясь.       — Спасибо и тебе, Кейта, за неоценимый поток гениальных идей, — не остался в долгу Рин.       — Да где уж поток, — скромно потупился я, — я еще и не начинал даже…       — Рин мне не изменял, — пискнул, не выдержав этого разговора, Нозоми, прижимаясь к блондину и зыркая на старшего братца. — Что ты к нему цепляешься?       — Да, и правда, что? — поддержал крысеныша мой благоразумный Ичи. — Если уж кого и обвинять в измене, так это Нозоми.       Крис едва не подавился собственным языком, пытаясь что-то сказать и не находя слов, а крысеныш спрятал покрасневшее лицо на груди Рина, который в свою очередь успокаивающе похлопал его по голове. Тяжело вздохнув, я махнул рукой на все эти неразрешимые дилеммы и потащил Ичи на выход, подальше от назойливых соседей. Только вот они все равно потянулись следом за нами, продолжая на ходу выяснять отношения. Но одна хорошая новость все же была! Все оставшиеся дни я наслаждался прекрасной пасмурно-дождливой погодой, теплым телом Ичи и раздраженно-хмурыми лицами всех остальных. Мы с Рюичиро наконец-то смогли уединиться и вдоволь накупаться в горячей, кишащей всякими, очевидно, полезными паразитами, водичке, правда, теперь только в закрытом источнике. Но и он нас вполне устроил, благо никто не прервал самый интимный момент своим внезапным появлением.       Улетали мы все одним рейсом, и меня радовало лишь то, что через несколько часов вся эта толпа исчезнет из моей жизни на ближайшие несколько недель, а еще лучше месяцев или лет, но на это вряд ли стоит надеяться. Рин без советов Ичи не может обходиться дольше трех дней, телефонных звонков ему, видите ли, недостаточно, ему живой контакт подавайте. Прибавьте к этому еще и тот факт, что его от нас отделяет лишь метр коридора между квартирами.       Вик на прощание пообещал подкинуть мне небольшую шабашку с переводом, дабы я не скучал, и мы могли почаще общаться. Хотя, учитывая столь близкие связи посредством Нозоми, лицезреть я буду не только Вика, но и Криса. Который, кстати, под конец нашего совместного отдыха окончательно смирился с присутствием Рина в своей жизни, точнее, в жизни… или кровати… своего братца. В результате, Рин активно начал избегать его уже не из страха скорой и мучительной смерти, а из страха сойти с ума от постоянных наставлений и пожеланий. А Нозоми серьезно стал рассматривать вопрос переезда к Рину…       Будда, Иисус, Аллах, не дайте свершиться этому кошмару! Если в соседней квартире окончательно пропишется этот истеричный ребенок, то там же, почти наверняка, пропишется и его не менее истеричный старший братец… И я сойду с ума. И уж точно не от большой любви.