Экстракт

— Это Егери!- воскликнул прячущийся в кустах солдат, обращаясь к своему товарищу. — Трое из них едут верхом на восток! — Полагаюсь на тебя, сокол Марг,- промолвил второй революционер, глядя на птицу, сидящую на его предплечье. —Доставь информацию Ночному Рейду! "Это опаснейшая миссия, Ночной Рейд,- подумал солдат, глядя на крылатого вестника. — Но ты должен выжить! Лишь ты способен разрушить оковы этого прогнившего мира и позволить нам взмыть в небеса на крыльях свободы..." *** — Только трое? Предполагалось, что отправятся все пятеро и затем разделятся. Правда, такой расклад тоже неплох. С этими словами лидер Ночного Рейда смотрела на доставленное соколом письмо. Несомненно, это хорошие новости, ведь планируемая ею засада пройдет так, как она и рассчитывала. Но тем не менее это означает, что близок день, когда прямо сейчас беззаботно смеющиеся и плещущиеся в прохладной водичке ребята подвергнут свои жизни опасности... Со скалистого выступа, на котором в гордом одиночестве сидела Надженда, окруженного буйной растительностью тропиков и обдуваемого теплым ветром, открывалась захватывающая дух картина: прозрачная, полноводная река, что пролегала под ним, с шумом несущаяся в глубь долины; густой зеленый лес, раскинувшийся на одном из берегов и покрывавший всю остальную площадь, вплоть до соседних гор; чистейшее голубое небо и палящее летнее солнце, лучи которого задорно отражались от кристальной холодной воды. — Девушки в бикини. Что может быть лучше девушек в бикини?- с энтузиазмом произнес Лаббок, прожигая похабным взглядом резвящихся в воде Челси и Леонэ. — Они ведь наши драгоценные товарищи, хватит вести себя как животное,- отрезал Тацуми, окинув зеленовласого серьезным взглядом. — Ты либо гей, либо импотент,- ответил Лаббок, скорчив недовольное лицо. — А может быть и то, и то. — Это не так!- возмутился Тацуми, покраснев. Было видно, что он несколько занервничал. — Та-цу-ми. Услышав свое имя, парень обернулся на игривый женский голосок, но это было ошибкой... Он явно не ожидал, что его взору предстанет наклонившаяся вперед Леонэ. В таком положении тонкая ткань её купальника с трудом сдерживала натиск пышных форм старшей сестрицы. — Ле-Леонэ!- воскликнул растерявшийся Тацуми, попятившись назад. Его лицо было полностью залито красками, а ноги предательски подкашивались. Оступившись, юноша упал на голые камни, которыми был усыпан берег. — Ай,- невольно вырвалось из уст Тацуми. Он почувствовал легкую боль в спине. Обернувшись, заметил, что остроугольный камень уткнулся в его рубцующуюся рану, заработанную во время тренировок с Эсдес. Юноша тут же изменился в лице, и, казалось, тот час перенесся в прошлое, на тот самый остров. Но, к сожалению или к счастью, его путешествие продлилось недолго, ибо следующие слова Леонэ быстро вернули его в реальность. — Ты так похорошел, Тацуми,- произнесла она с ехидной улыбкой на лице. Такой рельефный, такой мускулистый. Видимо, Эсдес хорошо за тобой ухаживала. — А!? Да... То есть нет! Это не то, о чем ты думаешь!- начал судорожно оправдываться Тацуми. — Просто я решил не терять времени даром и сам попросил её тренировать меня... — А в вашу тренировку не входил близкий телесный контакт?- с широкой улыбкой на лице добавила Челси, выглядывающая из-за спины все еще наклонившейся Леонэ. Обстановка накалялась, и Тацуми, понимая, что этот разговор до добра не доведет, решил дезертировать, используя для этого появившегося словно из ниоткуда Сусаноо. — А, эм, Суу! Ты как всегда плотно обтянут, дружище! — Что и требовалось доказать,- бормотал Лаббок, недовольный сложившейся ситуацией. И почему всё внимание достается именно Тацуми? — Дурак,- тихо добавила Челси. В её голосе явно прослеживалась нотка недовольства. Видимо, девушка ожидала получить резко отрицательный ответ. Всё это время за ними наблюдали Мэйн и Акаме, стоявшие на другом берегу. Они не выглядели столь беззаботными, как их товарищи. — Если твоя сестра умрет, не смей даже думать о том, что ты осталась одна,- полным серьезности голосом произнесла Мэйн. — Это не так, ведь у тебя есть мы,- добавила она, широко улыбнувшись. Блеск искрящихся, полных добра глаз и искренняя улыбка подруги тут же прогнали тени сомнения Акаме, а сказанные слова словно поток теплого ветра окутали сердце девушки. — Хорошо... *** — Ты был прав, Ран...- шепотом произнес Болс. Он вместе с Куроме был окружен Ночным Рейдом в полном составе. Вэйва отправили в далекий полет одним мощным ударом. Исходя из этого нетрудно было догадаться, что он, сжигавший людей целыми деревнями, и Куроме, обладающая ужасающим тейгу, стали их целью. — Но мы не собираемся тут умирать,- с уверенностью добавил он. "Верно, меня ждут любящая жена и моя дочурка. Еще я хотел бы вновь увидеть генерала Эсдес и поблагодарить ее за всё то, что она сделала. Я не имею права сдаваться". Тремя днями раннее, в убежище Егерей. — Значит, они наконец высунули свои головы,- тихо промолвив Вэйв. — Да, информация достоверная, на данный момент Ночной Рейд разделился и движется на северо-восток,- дополнил Ран. — Так какой у нас план?- игриво произнесла сидящая за столом Куроме, дергая ногами. — Как же некстати Серью решила проведать солдатов армии Эсдес,- добавил Болс. "Вообще-то, очень даже кстати",- подумал про себя Ран. — Я предлагаю разделиться таким образом,- уже вслух продолжил он. — Вы втроём отправитесь за Акаме. Я же осведомлю Серью и мы, взяв несколько солдат из армии Эсдес, направимся за Наджендой. На лице Куроме тут же проскользнула зловещая улыбка. Девушка явно была рада слышать имя сестры. — Правда, это может оказаться ловушкой,- продолжил Ран. — Поэтому если вдруг... Но не успел блондин закончить начатое предложение, как его прервала Куроме. — Не забывай, что у меня есть восемь марионеток. Так что Вэйва можешь взять с собой. Все равно от него проку мало. — Эй!- тут же среагировал ошарашенный моряк. — Вообще-то я сражался с одним из них и явно не уступал ему по силе! — Довольствуешься тем, что равен этим отбросам? Ты жалок,- ехидно улыбнувшись, продолжила Куроме. Вэйв хотел было ответить девушке, но неожиданно для самого себя не нашел, что сказать. Видимо, сказанные ею слова всё же задели его. — Ну же, Куроме, хватит над ним подшучивать!- воскликнул Болс. — Мы ведь одна дружная команда! Вот уж точно яркий пример того, как внешность человека абсолютно не сочетается с тем, что внутри. Болс отлично ладил с каждым и был связующим звеном между всеми членами Егерей. — Твоя уверенность похвальна, Куроме, но все же будет лучше, если Вэйв пойдет с вами,- произнес Ран. — А ты, Вэйв, после таких слов просто обязан продемонстрировать свою силу и впечатлить Куроме,- обратился он к моряку, украсив лицо широкой улыбкой. — Э? Д-да! Конечно...- ответил Вэйв, смутившись и слегка покраснев. — Отлично. Я выезжаю сегодня, потому что мне еще нужно будет сгруппироваться с Серью. Предварительно отправлю ей сокола и введу в курс дела. Вы же выступаете завтра. — Принято!- воскликнул воодушевившийся Вэйв. — Из тебя вышел бы отличный лидер, Ран. — Соглашусь,- дополнил Болс. — Спасибо, друзья,- тепло улыбнувшись, ответил Ран. "Простите, но всё пойдет немного не по плану". *** — Настоящий дракон,- тихо промолвил Ран, ошарашенный увиденным. — Она и вправду настоящий монстр. Сейчас он находился на том самом злосчастном острове, ставшем тюрьмой для Эсдес. Но если остров- тюрьма, то где же заключенный? Именно этим вопросом сейчас задавался Ран. Ведь генерала на этом острове не было. "Она точно здесь была... И не одна. Слишком много следов для одного человека. Об этом Шура решил умолчать. Но он бы не стал лгать, если бы не был уверен в том, что сейчас она на острове одна. Значит, незнакомцы покинули остров до нее. Отсюда вывод, что Эсдес никто не похищал... Тогда как же ей удалось выбраться?"- размышлял блондин, осматриваясь. Он перебирал различные варианты, но в итоге остановился на том, который сам же и припас. — Да, других вариантов нет. Только по небу,- промолвил он, говоря с самим собой. Словно ему нужно было собственное одобрение. "Портал снова откроется через 3 часа. До тех пор, я, пожалуй, осмотрюсь",- подумал Ран, вспоминая диалог с Шурой. *** — И что же Егерям от меня нужно?- злобно ответил Шура. — Ты видишь здесь кого-то еще?- спокойно произнес Ран. — Этот разговор останется между нами. И в твоих же интересах выслушать меня. — Ты мне угрожаешь?- рассмеялся Шура. — Это не угроза. Это совет. Итак, ближе к делу. Я знаю, что твой тейгу обладает способностью телепортировать. И знаю, что именно ты причастен к исчезновению Эсдес. — Ха-ха, и какие же у тебя есть доказательства? — У меня? Никаких. Посредством некоторых логических умозаключений я пришел к такому выводу. А теперь вопрос: что помешает генералу Эсдес сделать то же самое? После этих слов Шура заметно занервничал, что было прекрасно видно по его лицу. — Думаю, теперь я могу перейти к главному,- продолжил Ран, найдя рычаг давления. — Когда Эсдес вернется, уверен, она захочет найти того, кто изолировал её на целый месяц. И генерал явно будет в бешенстве, ты так не думаешь? Поэтому я предлагаю тебе сделку. Ты говоришь мне, где сейчас Эсдес. А я устрою всё так, что на тебя никто не подумает. — И почему я должен тебе верить? Я сын премьер-министра, она не посмеет меня тронуть. — Ты в этом уверен? Эсдес- сильнейшая в империи. И даже твой отец предпочитает поддерживать с ней хорошие отношения. Не думаю, что из-за непутевого сынка он разрушит давно устоявшиеся отношения с генералом. — Тц. Теперь предложение Рана казалось Шуре более чем приемлемым. — Я согласен, но с одним условие. — Я слушаю. — Я расскажу тебе всё и, вдобавок, отправлю к Эсдес, если по возвращении ты найдешь и приведешь в столицу одного нужного мне человека. — И что это за человек? — Как видишь, я сейчас не форме. И мне понадобится его помощь. Ты согласен? — Согласен. Так где сейчас Эсдес? — Очень далеко отсюда. Одна. На необитаемом острове. Добраться до него можно только по небу. — Понятно...- произнес Ран, погрузившись в собственные мысли. Сейчас он раздумывал над тем, как сделать свое появление на острове как можно менее подозрительным. — Ты перенесешь меня верхом на летающем скате. А затем я вернусь на нем вместе с Эсдес. Так же, на случай, если её не окажется на острове, ты повторно откроешь портал через 4 часа. — В этом нет необходимости. Но будь по-твоему. "Не знаю, какие цели преследует этот блондинчик, но у меня все еще преимущество: мне известны лица членов Ночного Рейда. А самое важное- того странного пацана. Тацуми, кажется...". Но раздумья Шуры были прерваны вопросом Рана. — Кого я должен найти? *** За два дня до столкновения Ночного Рейда и Егерей. — Я скучала по этому виду. Необъятное пустое пространство, созерцание которого изредка прерывается одиноким, совершенно голым подобием деревца, которое на удивление стойко выносит все тяготы жестокой погоды, страшащей немалое количество благородных мужей. Слепящий свет вечных снегов, покрывающих весь этот простор, включающий также скалистые крутые горы и величественно именующийся Севером, завораживает своей тихой, умиротворяющей белизной. Буйный морозный ветер проникает в самые кости, разносит пронизывающий холод, облагораживает все кругом духом ледяной свежести, гоняя снежинки между сугробами. Эсдес скакала сквозь эти красоты уже порядка шести часов. Приземлившись в небольшом городке, она оставила ската, плохо переносящего низкие температуры, узнавшим её солдатам. А сама после отдыха, обеспечив себя едой и теплой одеждой, поскакала еще дальше. На север. Домой. "И что я надеюсь там найти?- размышляла Эсдес, погрузившись в воспоминания. —Там ведь ничего не осталось. Никого не осталось. Так почему же меня так тянет туда..." Потихоньку Эсдес начала узнавать эти ледяные пустоши. Одинокие камни и скалы, покрытые снегом, склоны и огромные сугробы. Всё это предзнаменовало приближение к месту, в котором когда-то кипела жизнь. Даже в столь промозглом, одиноком и холодном месте люди приспособились к жизни, которая била ключом, как это обычно бывает в небольших горских поселениях, живущих, отдавая дань уважения природе и борясь с ее прихотями. Множество на вид неустойчивых, которых, казалось, вот-вот сдует ледяной ветер, шалашей располагались повсюду, огражденные незамысловатыми постройками из веток и камней. Шумные, веселые собрания, громогласные объявления клятв, состязания в поимке более опасных чудищ, обитающих в тех краях, совместное празднование победы одного из участников и молчаливое принятие смерти, как данности, которая постигла слабейшего из них.Именно здесь Эсдес впервые воочию лицезрела, наблюдая за действиями отца, как у еще живого ящера вырезают драгоценный камень, знаменуя успешное завершение охоты. И вот, спустя время, все наконец встало на свои места. Вместо бесчисленных палаток - пустота; вместо огня костра - лед; вместо оживленных разговоров, громкого смеха и шума драк - свист ветра, гуляющего по родным краям. Все как и должно быть, без бельма на и без того белом глазу. Без людей. Спрыгнув с коня, Эсдес, глядя на всё это, неожиданно для самой себя, почувствовала невероятную тяжесть на душе. Холод, который до этого не сильно её беспокоил, начал проникать в самое нутро девушки. Казалось, что каждый сосуд в её теле заледенел и вот-вот расколется на миллионы маленьких кусочков. Складывалось ощущение, что эти земли, давно не чувствовавшие на себе поступь человека, жадно затягивали Эсдес, делясь с ней накопившимся за долгие годы одиночеством. Да, именно такими ощущениями одарили девушку родные земли. Но вдруг её внимание привлек необычный, красующийся вдали и едва заметный силуэт. Генерал тут же пришла в себя и начала вглядываться в него. Не мерещится ли ей. Убедившись, что нечто необычное вдали всё же имеется, она направилась в ту сторону. С каждым шагом силуэт увеличивался и становился четче, а доверие к глазам уменьшалось. Эсдес просто не могла поверить в то, что показывали её кристально-голубые очи. — Кто вы такой?- воинственно произнесла девушка, почти вплотную приблизившись к сидящему на камне человеку. Тот, в свою очередь, тут же обернулся на женский голос. Это был старец с длинными седыми волосами и чуть менее длинной бородой. Выглядел он крайне болезненно: мертвенно-бледная морщинистая кожа, покрытая точечными кровоизлияниями. Сухие обветренные губы. Тусклые безжизненные светло-голубые глаза, которые будто кричат о том, сколько ужаса они повидали. Но, увидев Эсдес, глаза незнакомца широко распахнулись, а зрачки расширились. "Какой суровый ледяной взгляд...",- подумал старец, пересекшись с Эсдес взглядами. — Ты так на неё похожа...- почти шёпотом произнес он. — Так же прекрасна. — О ком вы говоритe?- поинтересовалась Эсдес, хотя что-то подсказывало ей, что она знает ответ. — О Хэле, - несколько удивленно ответил незнакомец. — Твоей матери. Дрожь пронеслась по всему телу девушки от услышанного имени. Как же давно это было... Это имя так долго никем не произносилось, что успело затеряться в потемках сознания снежной королевы. Так долго, что даже сама Эсдес успела забыть, как много оно для нее когда-то значило. — Вы знали мою мать? Кто вы?- продолжила осыпать его вопросами пребывающая в шоке девушка. — Что вы здесь делаете? — Я пришел повидаться с тобой,- невозмутимо ответил старец, подвинувшись. — Присядь, нам с тобой есть, о чем поговорить. "Повидаться со мной? Поговорить? Откуда он знал, что я прибуду сюда?"- размышляла Эсдес, присев на камень и сохраняя бдительность. — Меня зовут Алвис,- начал старик, достав повязку с символом клана Партас. — Ты, конечно же, меня не помнишь, но в прошлом мы с тобой были очень дружны. Ты всегда забегала ко мне, чтобы посмотреть на маленьких ящериц, которых я хранил у себя. Всегда копалась в моих вещах в поисках чего-то нового и интересного. Всегда искала мои склянки с разного вида порошками, которые ты тут же сыпала в огонь. Твоему любопытству не было предела. А как ты бегала! Ни один мальчишка не мог за тобой угнаться. — Я ничего из этого не помню...- промолвила Эсдес. — Все мои воспоминания из детства начинаются после смерти мамы. — Это неудивительно,- поникнув, ответил старец. — День, когда мы потеряли Хэлу, был самым черным в истории нашего клана. — Расскажите об этом дне. Что тогда случилось? Отец всегда говорил мне, что маму убили ящеры. Что она умерла, потому что была слаба. — Риг...- почти шёпотом произнес Алвис, опустив взор. — В тот день умерла не только Хэла. Умер и твой отец. Тот Риг, которого мы знали, ушел вместе с любимой женщиной. Старец замолчал. В воздухе повисла гробовая тишина, даже ветер стих. Сердце Эсдес замерло в ожидании. Сейчас девушка не могла проронить ни слова. — Твоя мать никогда не была слабой,- уверенно продолжил Алвис. — Она была сильнее, мудрее и добрее всех нас. Она была солнцем, согревшим и сплотившим всех нас. Была гордостью клана, его символом. Будучи лекарем, Хэла ценила каждую жизнь и, без преувеличения, вытаскивала людей с того света. Многих из нас, в том числе и меня, обучила врачеванию, чтобы мы также могли спасать жизни наших товарищей. И ты, Эсдес, была очень на нее похожа. Каждый раз, когда возвращались охотники, ты бежала им навстречу и осматривала каждого. Выясняла, нет ли раненых. И докладывала всё матери. С возрастом в тебе начали проявляться качества, присущие твоему отцу. Его стойкий нрав, воля к победе и страсть к охоте. Ты унаследовала от них всё самое лучшее. Каждый видел в тебе отважного лидера, который приведет наш клан к величию. Но тот день сломил всех нас... Заставил спуститься с небес на землю. Нет. Столкнул нас в пучину отчаяния и скорби. На глазах Алвиса начали поступать слезы. Ему было очень тяжело вспоминать о том роковом дне, решившем дальнейшую судьбу всего клана. — Хэла пожертвовала собой, спасая тебя, Эсдес,- продолжил старец, взглянув в кристальные глаза девушки. — Ты ослушалась родителей и отправилась за головой дракона в одиночку. Твоя мать смогла защитить тебя от его клыков, но не успела защитить от яда. — Недавно мне вспомнились эти события. Воспоминания обрываются на том моменте, когда я увидела бегущего к нам отца с отрядом охотников. — Да, я был среди этих охотников. Я могу предвидеть будущее, которое является мне в качестве видений. Но в тот день оно явилось слишком поздно... Когда мы прибежали, ты лежала без сознания, а Хэла истекала кровью... *** — Хэла! Хэла! Низкий мужской голос разнесся по всей ледяной пустоши. — Что случилось? Вы в поря... Мужчина не смог закончить начатое. Его взору предстала ужасающая картина: его маленькая дочь лежит без сознания с двумя огромными, торчащими из голени шипами. А любимая женщина, истекая кровью, крепко держит её в своих объятиях. — Что с Эсдес? Она в порядке? Нужно остановить твое кровотечение!- панически кричал Риг, подбежав к жене. — Нет!- воскликнула Хэла! — Скорее дайте мне нож и приготовьте всё необходимое для сшивания раны! Мужчина был в шоке и недоумении. Не понимал, что она планирует делать. — Что ты пытаешься сделать!? Ты же истечешь кровью!- воскликнул он, приблизившись к жене вплотную. Риг решил силой оказать ей первую помощь. — Я пытаюсь спасти нашу дочь!- крикнула Хэла, оттолкнув мужа. — Алвис! Вождь впал в ступор. К нему пришло осознание того, что он может потерять самое дорогое, что у него есть. — На тебе ведь Черный Мерлин! Используй его, чтобы остановить кровотечение!- продолжал кричать Риг, заметив кольцо на пальце девушки. — У меня нет на это времени!- отрезала Хэла, продолжая стоять на своем. — Я сдерживала кровотечение столько, сколько могла, но я не смогу спасти Эсдес, если сейчас буду думать о себе! Возьми одного человека и приготовьтесь вытащить шипы, когда я скажу! Отчаявшись, мужчина наконец решил следовать приказам любимой. Одной рукой схватив шип, а другой удерживая ногу дочери, он, вместе с товарищем, пристально смотрели на то, что делает Хэла. В ожидании. — Когда я поверну нож, ты должен будешь держать его в таком же положении, ни на миллиметр не сдвигая,- обратилась девушка к Алвису. — Иначе ты можешь проткнуть артерию, и тогда Эсдес уже ничего не спасет. Ты всё понял? — Д-да,- волнительно ответил мужчина. — Риг, давай!- крикнула Хэла. Мужчина с своим напарников практически одновременно вытащили шипы из ноги Эсдес. Из ран тут же быстро начала вытекать темно-вишневая кровь. Девушка тут же принялась делать глубокий надрез над ключицей дочери. Из раны брызнула ярко-красная кровь и, проведя продольно еще два сантиметра, девушка повернула нож, оставив его поперек надреза, и велела Алвису держать его. В таком положении края надреза раскрывались, увеличивая площадь доступа в просвет артерии. — Хэла, неужели ты... — Да, Алвис,- спокойно ответила Хэла, не дав мужчине договорить. После этих слов девушка приложила правую руку к надрезу, остановив кровотечение из него, а левую- к ране на ноге Эсдес. Отведя левую руку в сторону, она начала быстрым потоком выводить кровь дочери из раны. Немного подождав и выпустив ее в достаточном объеме , Хэла поднесла правую руку к своей собственной ране и, впоследствии отведя ее в сторону, тонкой струей направила свою кровь к надрезу над ключицей, вводя её прямиком в артерию. Никто не был в силах сказать хоть что-то. Никто не был в силах сделать хоть что-то. Никто еще не понимал, что эти действия приведут к неминуемой гибели Хэлы. Никто, кроме Алвиса. Мужчина изо всех сил пытался держать нож в неподвижном состоянии, борясь с дрожью во всем теле. Слезы ручьём сыпались из его глаз, а на душе не было ничего, кроме смиренного отчаяния. — Возьми мою кровь, Хэла!- воскликнул Риг, поняв, к чему всё это идет. Еще никогда он не чувствовал себя настолько жалким и беспомощным. Ответом ему послужила лишь красивая слабая улыбка, которой было достаточно для того, чтобы разрушить весь внутренний мир Рига, омываемый горькими слезами. Неожиданно Эсдес начала подергивать веками и постанывать от боли. — Эсдес... мой маленький храбрый охотник,- наклонившись, полушепотом с теплой улыбкой на лице произнесла Хэла. — Прости свою маму за то, что не уберегла тебя. Прости, что из-за меня тебе приходится страдать. Девушка наклонилась и поцеловала дочку в лоб, оставив на нем капли крови вперемешку со слезами, красиво стекающими по все больше бледнеющим с каждой минутой щекам. — Прости за такую эгоистичную просьбу, но, пожалуйста, помни всегда о том, что мама любит тебя больше всего на свете. — Хэла...- тихо проронил Риг. — Алвис,- словно проигнорировав мужа, произнесла девушка, параллельно остановив кровотечение из ран на ноге Эсдес. — Спаси мою дочь. Не дай ей умереть. Всё, что я делаю сейчас, лишь даст ей шанс на спасение. Поэтому, прошу тебя... — Я ни за что не дам ей умереть,- уверенно ответил Алвис. — Можешь не сомневаться ни во мне, ни в своей дочери. Эсдес такая же сильная, как и ее мать. Она никогда не сдастся. Она будет бороться и победит. Эти слова наполнили практически обескровленное материнское сердце Хэлы теплотой и надеждой, придав ей немного сил. — Прости, Риг... Обессиленная, девушка начала падать. Но муж тут же подхватил её, заключив в свои объятия. — Не говори Эсдес,- продолжила она. — Чувство вины будет съедать её изнутри. Поэтому, прошу, не говори ей. — Хорошо, дорогая, мы что-нибудь придумаем,- с дрожью ответил Риг. Его глаза были наполнены слезами, ведь "мы" больше не будет. — Я не справлюсь без тебя.... — Ей будет очень тяжело, Риг. Ты должен держаться. Должен присматривать за ней, следить за её здоровьем. Обещай, что случившееся не сломит её, что она будет сильной. — Обещаю. Сейчас вождю больше всего хотелось расплакаться и завопить от осознания неизбежности. Он не хотел вкушать боль утраты. Он не хотел верить в произошедшее. Но Риг был обязан найти в себе силы и смочь отпустить женщину, подарившую ему столько радости и счастья. — Da fing mein Leben an, als ich dich liebte*,- с прощальной улыбкой на лице произнес мужчина, приложив шершавую ладонь к нежной щеке любимой женщины. Услышав эти слова, тускнеющий взор Хэлы наполнился блеском. А синюшные губы растянулись в красивой улыбке, желая поделиться с мужем последними теплыми словами. — Eine Liebe...ein Schicksal...** *** — Это были последние слова твоей матери. На этом Алвис завершил свой рассказ и окинул взглядом Эсдес. Девушка сидела абсолютно неподвижно. Словно окоченела. Голова её была опущена. А длинные волосы и фуражка не позволяли старику разглядеть глаза снежной королевы. Что они сейчас передают? Горе? Отчаяние? Злость? Или, быть может, они заполнены слезами? — Почему...- полушепотом произнесла девушка, не поднимая головы . —Почему отец скрыл это от меня? Почему после всего случившегося он столько лет внушал мне, что люди умирают потому, что они слабы? — Потому что он сам в это поверил,- сурово ответил Алвис. — После утраты любимой, в нем практически не осталось человечности. Он настолько был ослеплен данным твоей матери обещанием, что не заметил, как погрузился во тьму. Тьму, в которой его дочь растет с мыслями о том, что ее мать была слабым человеком, не сумевшим даже защитить себя и ставшим кормом для рептилий. Эта тьма окутала его. И привела впоследствии к гибели всего нашего клана. — Как вам удалось выжить? — Спустя год после смерти Хэлы я покинул клан. Не мог смириться с тем, что с ним стало. Твой отец не слушал меня. Не слышал меня. Весь год я ухаживал за тобой и следил за твоим состоянием. Как и обещал твоей матери. После случившегося ты долгое время не просыпалась. Сказалось действие яда и потеря большого количества крови. Когда сознание все-таки вернулось к тебе, стало ясно, что ты не помнишь ничего из случившегося. Твой отец воспользовался сложившейся ситуацией и начал тренировать тебя так, чтобы ты всегда стремилась к силе. Так, что тебе был бы неведом страх. Так, чтоб ты не испытывала жалости к слабакам. Так, чтобы тебя не постигла участь матери. Я с ужасом наблюдал за тем, как всё то, что вложила в тебя Хэла, уходило в твоем сознании всё глубже и глубже, пока вовсе не затерялось и не было забыто. Та же тьма начала прорастать и в твоем сердце. — Что вы хотите этим сказать? — Я слышал о тебе,- продолжил старец. — Генерал Эсдес. Сильнейший воин одной из крупнейших империй на всем континенте. Бесстрашная и безжалостная повелительница льда, на чьих руках кровь сотен тысяч людей. Ты стала той, кем хотел видеть тебя твой отец. — Но не стала той, кем хотела видеть меня мать,- дополнила Эсдес, вскочив и подняв голову. — Это вы хотите сказать? Наконец, мужчине удалось взглянуть в глаза девушки. — Да. — Я благодарна вам за то, что поведали мне о моем прошлом,- промолвила Эсдес. — Поезжайте со мной в столицу. Я обеспечу вам хорошую жизнь. Это меньшее, что я могу предложить. — Хорошая жизнь в столице...- прошептал старец, рассмеявшись. — Я не могу сейчас дать ответ на интересующий вас вопрос,- добавила Эсдес, глядя на Алвиса. — Твои глаза сказали всё за тебя, Эсдес,- улыбнувшись, ответил мужчина. — Я посеял в тебе семя сомнения. И лишь тебе решать: взрастить его, приняв свое прошлое и изменив таким образом будущее. Или же уничтожить, оставив всё, как есть. —Я благодарен тебе за такое щедрое предложение,- продолжил старец. —Но, боюсь, вынужден от него отказаться. Мое время пришло. И в свои последние мгновения я хочу вдыхать этот ледяной воздух, обжигающий легкие. Хочу любоваться блестящим снежным покрывалом, навечно укутавшим наши родные земли. Хочу предаваться воспоминаниям, глядя на знакомые скалы. Эти слова потрясли Эсдес. Глядя на Алвиса, девушка понимала, насколько он любил свой народ, свои земли. И насколько он ненавидит себя за то, что не смог ничего сделать, чтобы предотвратить тот ужас, постигнувший его клан. Ужас, который и по сей день отражается в его давно потускневших безжизненных глазах. Девушка- в знак уважения- опустила голову и взялась правой рукой за козырек своей фуражки. Немного постояв в таком положении и затем развернувшись, она села на коня и, напоследок окинув взглядом мужчину, поскакала обратно. В тот самый город, в котором оставила ската. Алвис провожал Эсдес взглядом. "Теперь твои глаза словно талый лёд..." *** — Всё в порядке, я стану невидимым и проникну в город,- произнес Тацуми, активировав Инкурсио. — Будь осторожен,- предупредила его Акаме. —Просто посмотри, что там происходит. — Хорошо. Тацуми поспешил в столицу, параллельно осматривая местность. "Всюду следы крови, ведущие к городу. Если Челси была захвачена, то мы должны спасти её. Но она из тех, кто знает, что делает. Должно быть, уже вернулась к боссу, не пересекаясь с нами. Верно. Она не тот человек, который поступил бы безрассудно. Это вражеская кровь, я уве..." Но не успел парень закончить свою мысль, как его взору предстала настолько ужасающая картина, что образовавшийся в горле ком не давал ему не только говорить, но и дышать. Увиденное повергло Тацуми в шок, он упал на колени. Казалось, у него вот-вот остановится сердце. В самом центре главной площади столицы голова Челси демонстративно была насажена на высокий кол. Толпы людей окружили его и злостно смеялись, проклиная революционеров. В широко распахнутых глазах Тацуми иссяк всякий блеск. Они выглядели пустыми. Безжизненными. Та надежда, с которой он бежал в столицу, тот час заменилась скорбью. Злостью. И жаждой мести. Неожиданно внимание Тацуми привлекло нечто высоко в небе. Это был скат. Животное пролетало прямо над площадью, в сторону дворца. Не успел парень подумать о том, кто же прилетел на нем, как его глаза уловили голубые, развеваемые ветром локоны. — Эсдес?