Оборачивая время вспять

- Там должен был быть я! И вот что ответить Гилберту? Что-то в старом стиле "Флаг в руки и пинок под зад" однозначно не удовлетворило бы взбешённого Малфоя. Он там чуть от страха разрыв сердца не получил, а немцу лишь бы вляпаться в какое-то говно гиппогрифа! К счастью, австриец отвесил неугомонному Байльшмидту ощутимый подзатыльник, получив в ответ недоумевающее: "За что?", и строго отчитал за подобное безрассудство. Вернуться четверым нарушителям в свои постели удалось только под утро. Хагрид, справедливо опасаясь, оставил ребят у себя и подрядил их помогать ему с похоронами единорога. Нет, Драко было очень жаль животное, умершее от руки монстра, который стремился к бессмертию, но собственная могила - жирновато для жителя Запретного Леса. Нет, лесничий у них тоже отбитый. Определённо. Хотя Малфой, честно говоря, на самом деле ни за что бы не отдал никому свою роль в этом жутком ночном приключении. Он практически спас жизнь другу, а это дорогого стоило. Драко безмерно гордился собой, но вместе с тем его охватывала паника: Поттер в полнейшей заднице, а значит, все, кто его окружает, - тоже. И факт осознания этого воспринимался на удивление легко. Он знал, что с этим шрамоголовым просто не будет, и заранее согласился. Только вот опасность, грозящая им всем, оказалась чуточку серьёзней, чем он предполагал. Или не чуточку. Совсем не чуточку. Целый Волдеморт. Короткий, почти незаметный взмах палочки, - и серьёзно задумавшийся о чём-то Малфой уснул. Родерих лаконично кивнул на него Гилберту. Немец осторожно уложил друга в кровать и прикрыл одеялом. Артур, во время рассказа Драко молчавший, как партизан на допросе, тихо выдал: - Квиррела всю ночь не было в замке. Я повесил на его брюки следилку на прошлом уроке, и сегодня ночью я её абсолютно не ощущал. Такое бывает, например, если объект находится в Запретном Лесу, это - аномальная магическая зона. - Скорее всего, это связано, - проговорил Эдельштайн, просчитывая в уме иные варианты. - Тёмная магия, от которой пахнет кровью. Вполне возможно, именно кровью единорога. А ещё получается, что наш профессор - и не профессор вовсе. - Вы сейчас вдвоём обвиняете учителя Хогвартса на основании нелегально навешанного заклинания и смутных подозрений, - на удивление здраво рассудил Байльшмидт. - Что насчёт реальных доказательств? - Пока не знаю, - покачал головой австриец. - Но меня удивляет другое. Дамблдор лично проводит собеседования с учителями. Он должен был почувствовать силу Волдеморта. Думаете, просто не заметил? Имя сильнейшего тёмного волшебника эхом отразилось от стен комнаты. Родерих оставался спокойным, а вот Кёркланд зябко поёжился и сжался в комок. Даже немца немного передёрнуло, но скорее от отвращения. Спящий Малфой чуть съёжился. Иногда даже сила имени бывает слишком велика. - Такое не скрыть, - задумавшись, произнёс Гилберт. - Чем он думал, устраиваясь в школу? - Отлично. Что ещё можно внести в список странностей? - фыркнул Эдельштайн. - Франциск, - чуть громче, чем ранее, заявил Артур. Друзья обернулись к нему. - Он ведёт себя странно. Я молчу о той аморальной выходке, но ведь и в остальном его поведение сильно изменилось. Он никогда меня не боялся. Никогда. - Варианта два: оборотное зелье и Империус. Если, конечно, ему реально на голову ничего не падало. Ну, это всё, а? Нам тоже надо поспать, - немец погасил свет в комнате.

***

Честно говоря, австриец полагал, что с Гарри его соседи поступят точно так же, как они с Драко, но во время завтрака он увидел донельзя виноватого, несчастного и сонного Поттера, которого немец донимал расспросами. Судя по всему, мальчишку с порога оглушили сонными заклятиями, а допрашивать начали утром. Хоть на капельку лучше Малфоя он не выглядел, скорее более уставшим: Людвиг с дотошностью истинного бюрократа допытывался, что же произошло ночью. По скучающему взгляду Ивана, сидящего рядом с ними за столом, делал он это уже в сотый раз. С каждым вопросом Гарри выглядел всё более подавленным. Также он кидал злые взгляды на другой конец стола, где сидели не рискнувшие подобраться ближе Рон и Гермиона. Надо было спасать человека, а то копыта откинет от такого количества стрессов в сутки. Или заставит откинуть их кого-то другого. - Драко, займёшь Поттера на весь день, иначе вечером он приложит Авадой весь гриффиндорский стол, - тихо скомандовал Родерих. Малфой, некоторое время поразмыслив над этим, кивнул: из-за недосыпа соображал он плохо. На всём первом курсе Слизерина в лидеры негласно выбился именно Драко. Эдельштайн, Байльшмидт и Кёркланд воспринимались, как его бессменная свита. Немцу было откровенно не до первенства на факультете, у него была масса других увлекательных занятий, да и имевшаяся репутация безрассудного чудика его полностью устраивала. Артуру было крайне не комфортно находиться в центре внимания, а потому он предпочитал общество книг чему бы то ни было, "захват власти" его не интересовал. А вот австриец уже сейчас обладал ярко выраженными навыками серого кардинала. Он зачастую давал иллюзию осознанного выбора, при этом незаметно направляя Малфоя к необходимому Родериху результату. Это был один из немногих случаев, когда он позволил себе чётко командовать. Видимо, ситуация действительно не ахти. Первой парой была история магии. Невыспавшиеся двое нарушителей, сидя за одной партой, активно нагоняли упущенное ночью под мерный бубнёж профессора-призрака. Младший Байльшмидт было порывался их будить, но Ивану постоянно приходилось его останавливать. К тому же он нашёл более приятное времяпрепровождение. - Вы не думаете, что стукачей надо наказать? - спросил он у немцев, озабоченно почёсывая кулаки. Грейнджер и Уизли на этот раз расселись в разных концах класса: обоих взяли в оборот слизеринцы. - Разве ты не заметил, что я уже подготовился? - Гилберт усмехнулся, кивая на Блейза, который умудрился буквально под пристальным взглядом Рона сунуть ему в сумку какой-то слабенький артефакт, предназначенный для порчи вещей. - Мелко, - лаконично заметил Людвиг, наблюдая, как Паркинсон накладывает на волосы Гермионы отсроченные чары. - Это только прелюдия, я так понимаю? - Разумеется. Следующая у нас Гербология. Кое-кому очень не повезёт. Выбирайте жертву, - фыркнул Иван.

***

Профессор Спраут была женщиной бесконечно доброй; увидев двух сонных и вялых учеников, она мгновенно направила их к мадам Помфри, опасаясь за их здоровье. Брагинскому и компании это было только на руку: их друзей никто не заподозрит. Грейнджер была сделана огромная скидка: девчонка, зубрила, что с неё взять? Помучается с волосами, и хватит с неё. А вот Уизела наказать надо так, чтоб было неповадно совать свой любопытный нос в их сторону. Правда, им даже делать ничего не пришлось: то ли карма, то ли природная невезучесть, но Рон умудрился где-то найти залежи драконьего навоза и хорошенько в нём измазаться. Смеялись и злорадствовали все, и слизеринцы, и гриффиндорцы, поскольку многим из них Уизли был не по душе. Однако это лишь значило, что месть откладывалась, но никак не отменялась. Ему и испорченных учебников пока хватит. Гарри и Драко тем временем направились к медиведьме. Малфой вначале порывался потащить Поттера к подземельям и скормить ему одно из тех бодрящих зелий, которые были в его личной аптечке, но гриффиндорец возразил: им нужно было где-то отдохнуть. На улице пока ещё холодно, общих гостиных нет, а чужака в своём Доме никто не потерпит. В Большом Зале было хоть и пусто, зато неудобно, оставалось больничное крыло. Однако мадам Помфри вместо бодрящих выдала ребятам совершенно другое зелье, не так давно изобретённое Снейпом и оставленное на нужды медпункта. Оно усыпляло всего на два часа, но за это время организм восстанавливался так, будто проспал необходимые восемь. Ночные дежурства, разумеется, были не в новинку для старшекурсников, но с ними ничего не случится за одну бессонную ночь в месяц-два. А вот младшеньким нарушение сна грозило нестабильностью в использовании магии. Так что мадам Помфри строго проследила, чтобы мальчишки выпили свои зелья. Она забыла предупредить, чтобы мальчишки расселись по разным кроватям, а когда они мгновенно уснули и завалились на ту, где сидели вдвоём, медиведьма, немного подумав, просто махнула рукой и занялась другими делами.

***

Сегодняшний обед проходил без Гарри и Драко, как с удовлетворением заметил Артур. Обоим был нужен отдых, а за едой всегда можно обратиться к домовикам. Мальчик, хмурясь, следил за другом-третьекурсником, который уже продолжительное время вёл себя не так, как обычно. Далеко не так. Он улыбался, как красивая куколка, безлико и образцово. В то время как обычно каждый изгиб его губ нёс особый подтекст. Это могли быть гнев, зависть, радость, уважение и даже презрение. Сейчас даже вежливостью не пахнет. Жесты у Бонфуа были достаточно медленными, манерными, томными. Раньше. Теперь - идеально точными и ловкими. Это абсолютно не его стиль. Как и такие явные приставания. У Франциска был талант действовать в таких ситуациях тоньше и осторожней. И братец бы не сбежал от него, а обязательно бы воспользовался предложением. Топорное исполнение плана не в духе этого хаффлпаффца. Да и, откровенно говоря, у него не было причин так крупно подставлять Скотта. Он играл на их стороне, не так ли? А отстранение старшего Кёркланда выгодно только одному человеку, которого в Большом Зале, кстати, не видно. Где эта мразь? К мрази потом. Наиболее вероятный вариант - Империус. Но неужели Бонфуа так легко сдался непростительному заклинанию? Нонсенс. Тут всё очень подозрительно, это стоит обдумать. - Артур, - тихо позвал друга Эдельштайн. Похоже, он сегодня был на взводе: командные нотки в голосе проскальзывали всё более явственно. Почему он волнуется? - Нам нужно под люк с псом и как можно быстрее. - Нам? Шутишь? Ноги моей там не будет, - тихо прошипел в ответ Кёркланд и отвернулся. Он и сам собак боится, и Родерих об этом знает. Это чтобы ему в одиночку дрожать не так страшно было? Да вот прям побежал. Галопом. - Разумеется, я говорил образно. Нашей компании, - поправился австриец. - В неё однозначно войдёт Поттер, ему всё глубоко фиолетово. - Точно. Встретить Волдеморта в Лесу и даже не заорать... Бр-р-р, - содрогнулся Артур. - Он идёт однозначно. - Людвиг побежит сдавать нас учителям, увы, он не вариант. Иван... - задумался Эдельштайн. - Ему всё слишком фиолетово, чересчур, но это даже хорошо. Он прикроет Гарри. - Ты уверен? - вдруг заволновался Кёркланд и начал ёрзать. - Он же идиот без базового инстинкта самосохранения. Ему туда нельзя! - Ему туда нужно, - ледяным тоном отрезал Родерих. - Франциска мы не подпустим, Феличиано... Был бы неплохой вариант, если бы он хоть что-то умел. - Конечно, нет. На Джонсов я бы тоже не надеялся. Альфред мне как-то проболтался, что в экстренных ситуациях на него надеяться нельзя, он тормозит. Не думаю, что Мэттью как-то отличается от него в этом плане, скорее уж наоборот. - Разве? - немного растерянно спросил австриец. Видимо, он рассчитывал послать одного из близнецов. - Ну, что ж, хорошо. Остаётся Слизерин. Скотту нельзя подставляться, мы с тобой отпадаем по причине боязни собак... Гилберт тоже отпадает. - Это ещё почему? - запротестовал Артур. - Он такой же чокнутый, как Брагинский! - Да, но одного Брагинского в компании относительно адекватных людей ещё можно воспринимать как движущую силу, а с Байльшмидтом его занесёт не в те дебри. Им нельзя находиться в одном помещении, даже это грозит катастрофой, а ты хочешь их неуёмный энтузиазм направить в такое опасное русло, как добыча Философского Камня. А вот Драко в эту компанию впишется, как человек осторожный и предусмотрительный. - Поттер, Малфой и Брагинский? Думаешь, это хорошая идея? - с сомнением в голосе переспросил Кёркланд. - Именно. Они станут нашей, - Эдельштайн на секунду запнулся, - группой быстрого реагирования. - Очень быстрое. Месяцами реагирует, - немного ехидно заметил Артур. - Разведать обстановку, прежде чем туда соваться, было необходимо, - пожал плечами австриец. "Тоже мне, разведчик", - фыркнул про себя англичанин, но промолчал.