Жизнь после смерти

      Первое, что поняла Талални, когда фон Кролок начал учить ее использовать силы вампира, это было то, что свиная кровь всего лишь насыщает. Настоящую же мощь вампиру дает именно человеческая кровь. Фон Кролок, как старый вампир, мог много времени обходиться без нее, используя свои силы вовсю, но она была новообращенной, ей человеческая кровь была необходима, ибо без нее у Талални почти ничего не получалось.       Она решила записывать свои наблюдения. Первым делом она записала объем свиной крови, необходимый для вампира ее пропорций. Лично ей хватало пол-литра в день. Теперь же перед ней стояла задача сложнее: как получить кровь от человека, при этом не убив его, и рассчитать дозу так, чтобы количества крови ей хватало вдоволь, но при этом не набрасываться каждый раз на графа, требуя от него интимных отношений.       Талални решила уговорить Иштвана стать ее донором. Она пришла к нему с деловым предложением.       — Послушай, Иштван, — сказала она. — Я сейчас кое-что тебе предложу, только ты не пугайся, это не смертельно, душу твою не погубит, и ты еще на этом заработаешь.       — Да что же вы от меня хотите, ваша милость? — Иштван слегка испугался. — Надеюсь ничего, что нарушило бы закон?       — Нет! Вовсе нет, — она выставила вперед руки. — Я предлагаю тебе одну золотую монету в месяц за то, чтобы ты позволил мне выпить своей крови. Мне много не нужно. Три глотка в неделю максимум, ты восстановишься после этого очень быстро. Ты получишь 12 золотых монет за свою кровь и еще две за беспокойство.       Иштван подумал. И решил, что от него не убудет, а деньги он сможет откладывать на черный день.       — А я точно не попаду за это в ад, ваша милость? Вдруг я после смерти стану вампиром? — с опаской уточнил он.       — Не станешь. Для этого я должна буду либо высосать тебя сразу до дна, либо напоить тебя своей кровью. Ни того, ни другого я делать не собираюсь.       Иштван еще подумал немного и решился.       — Согласен, — сказал он, и они ударили по рукам.       В первый раз Талални выпила два глотка. И поняла, что это был перебор.       Когда она вернулась в замок, то просто не смогла удержаться и домогалась до графа всю ночь. Они сделали это раз пять или шесть за ночь, граф был удивлен, но доволен, а Талални поняла, что ей как-то не хочется быть озабоченной нимфоманкой, к тому же это сильно мешало ей сосредоточиться на уроках.       Она остановилась на одном глотке в неделю. Еще она проверила одну гипотезу, которая вертелась в ее мозгу, правда, она не могла вспомнить, откуда она появилась в ее голове. Когда она через неделю еще раз укусила Иштвана, то наколола о клык свой палец и смазала своей кровью ранки Иштвана. Они тут же затянулись и исчезли, а Талални поняла, что кровь вампира обладает целебными свойствами и залечивает раны. Плюс она чувствовала, что происходит с ее донором, она знала, когда он ушиб руку или порезал себе палец и все в таком духе.       После того, как она выяснила, сколько ей нужно человеческой крови, дело с ее обучением пошло на лад. Граф учил ее обращаться со стихиями, управлять животными, превращаться в туман, читать чужие мысли. Когда он учил ее оборачиваться в животных, она вообще получила неимоверное удовольствие.       Очень скоро она научилась оборачиваться в летучую мышь. Еще фон Кролок пытался научить ее оборачиваться в волчицу, но с этим у нее не вышло совершенно ничего. Но зато в черную кошку она обратилась сразу, словно всю жизнь умела это делать.       — Вот она — вся твоя сущность, — с деланной печалью провозгласил Фридрих, взяв кошку на руки и почесывая ее за ушком. Она ответила ему громким урчанием, щуря свои глаза. Голос графа тем временем приобрел воркующие нотки, которыми обычно разговаривают люди с любимым домашним питомцем. — Ты у нас, оказывается, маленькая пушистая прелесть с острыми когтями.       Герберт смотрел на все это и хихикал. После того Бала они с Талални были не разлей вода, он ей был очень благодарен за то, что она помогла ему привести себя в порядок, что весьма радовало его отца.       За всеми этими делами год пролетел совершенно незаметно, и на горизонте опять замаячил ежегодный Бал, что привело вампиров в задумчивое состояние.       Потому что за весь год через их местность так и не прошло ни одного путника, и они напряженно думали о том, где бы им достать угощение для гостей.       Но никаких разумных мыслей на ум не приходило, пока в деревне не появились эти двое: профессор и его ученик.