Мой парень - ангел.

POV Усуи. «Ну, что ж, начинаем наше грандиозное представление! Дамы и господа, позвольте вам представить «Операция «Э» или приключения Мисаки в больнице». В главной роли: ослепительная Мисаки Аюзава. Режиссёр-постановщик, сценарист, оператор, а также главный по спец. эффектам - неподражаемый, восхитительный, непревзойдённый, божественный, сногсшибательный, яркий и… в общем, самый-самый, Такуми Усуи! Итак, мы начинаем», - да, пожалуй, пора начинать. Аюзава только что зашла в лифт. Что ж, начну с банального: устрою короткое замыкание, тем самым, остановив кабину лифта на полпути. Хорошо, что хмурое (это ещё мягко сказано) выражение лица Мисаки буквально таки распугало… то есть я хотел сказать, напрочь отбило у других людей всякое желание прокатиться вместе с разозлённой девушкой на лифте до 7-ого этажа. Ну, мне это только на руку: во-первых, не будет мучить совесть, если вдруг кто-то кроме Мисы-тян окажется застрявшим между этажами, и, во-вторых, я совершенно не представляю, куда потом девать трупы тех невезучих бедняг, которые могут случайно оказаться в замкнутом пространстве вместе с этой прекрасной дьяволицей. Что ж, створки лифта закрылись, тем самым отгораживая меня от гневного пронзительного взгляда Мисаки. Ухмыльнувшись, мысленно пожелал себе удачи, ибо она мне ещё понадобится. Хотя, вряд ли что-то спасёт меня от праведного гнева моей Мисы-тян. Ну, разве что пуля в висок… - Ну что ж, полетели… * * * Что ж, первая сцена не скажу, что удалась - прошло уже 5 минут с момента заточения Аюзавы в кабине лифта, но ничего не произошло, даже более того - больница цела и невредима. Хотя, на данный момент от здания вообще мало, что должно было остаться, ибо сокрушительная сила великого урагана имени разъярённой Мисаки точно бы превратила всё вокруг в груду камней, а то и вовсе стерла бы в пыль и развеяла по свету. Но нужно отдать девушке должное - сколько бы я не прислушивался, ничего, кроме громких периодических ударов, направленных в порыве ярости на ни в чём неповинные стенки лифта, я не смог услышать. М-да, сначала я даже подумал, что Аюзава, как героиня какого-нибудь боевика, каблуком выломала пол в кабинке и, смачно плюнув, и заодно ударив кулаком в лицо опасности, спустилась по стальному канату в шахте лифта на первый этаж. Ага, Мисаки Крофт - расхитительница больниц! Так тихо было между 6-ым и 7-ым этажами, где, по «иронии судьбы» в моём лице, застряла Аюзава. Но потом мне даже пришлось установить звуконепроницаемую завесу, чтобы никто не услышал гулкие звуки мощнейших ударов вконец разозлённой девушки. Хм, 6 минут - думаю, этого вполне достаточно. Иначе Миса-тян ровно через 41 секунду, включив режим терминатора, устроит грандиозный бунт, который сравнится разве что с масштабами гражданской войны, ну, или небольшого такого нашествия инопланетных хомяков. В таком случае: «Да будет СВЕТ!». И лифт, раздражённо дзынькнув, продолжил свой путь, но только в обратную сторону. А что? Это так, всего лишь меры предосторожности и настойчивые мольбы моего инстинкта самосохранения. Ибо я не думаю, что моё бедное тело переживёт встречу с титановыми кулаками моей Мисаки-терминаторши. А рука-то у неё тяжёлая - проверено на собственном опыте… * * * - Муахаха! - мой злобный, и чуточку злорадный смех, эхом пронёсся по пространству служебной лестницы, по которой в данный момент самоотверженно взбирается перепуганная Аюзава, в чём я ещё сомневаюсь, но на что искренне надеюсь. Хм, девушка выбрала поистине отличное место для моего розыгрыша. Мне сегодня определённо везёт! Ведь что может быть страшнее, чем мрачная и устрашающая атмосфера длинной безлюдной лестницы с тишиной, до боли режущей слух? А если ещё прибавить гулкое эхо шагов, не только твоих, но и кого-то постороннего, осторожно следующего за тобой по пятам, то вообще получается полная жуть! Да и к тому же я использовал иллюзию, чтобы число ступенек на этой пугающей лестнице казалось бесконечным. А Мисаки ничего так, держится ещё. Просто невероятно! Любой другой на её месте давно бы уже умер от испуга, а она… Никаких визгов и криков, полных ужаса, будто ей и не страшно вовсе. Хотя, это же Аюзава! М-да, идея с устрашением девушки с самого начала была обречена на провал. Что ж, тогда хватит мучить Мисаки, и себя заодно (в этой кромешной темноте не видно ни черта, так что я пару раз чуть не навернулся с лестницы. Но несколько переломов - это ещё ничего. А вот если бы Аюзава вдруг услышала мою сдавленную ругань, то всё: «Прощай, моя столь любимая и дорогая жизнь!»), пора уже заканчивать с этой «лестницей страха». Итак, щелчок пальцами, еле слышимый мелодичный звон, и снятие иллюзорного заграждения. А там уже и «свет в конце тоннеля», в смысле, спасительный выход на 7-ой этаж. Но не спеши радоваться, Миса-тян - это ещё не конец… * * * И пока Аюзава отправилась в 728-ую палату, у меня есть время, чтобы подготовиться к следующему этапу… Аха-ха, не думал, что скажу это, но больница - самое подходящее место для розыгрышей. Всего-то и надо: нацепить докторский халат, пройтись по коридору и, мило улыбаясь, задавать каждому представителю мед. персонала вопрос: «А вы не видели тут девушку, невысокого роста, с чёрными, средней длины, волосами и янтарными глазами? Просто, она - моя пациентка, и сбежала как раз во время нашего сеанса. В общем-то, девушка не плохая, только буйная немного и эмоциональная. Кто знает, что может натворить. Поэтому, если увидите, постарайтесь задержать её, хорошо?». Да, всё бы ничего, если бы не бейджик, приколотый к карману халата, с надписью «Заведующий психиатрическим отделением». Хи-хи… М-да, даже представить себе не могу, что за балаган будет твориться в больнице следующие полчаса. Но скоро я это узнаю. Скажу только одно: этот бешеный марафон точно переплюнет гонки «Голодных игр», ибо будет в нём и кровь, и переломы костей в 63-х местах, и сотрясения мозгов… Надеюсь, всё обойдётся без жертв, хотя, ничего не могу обещать, так как в этом кровопролитном состязании будет участвовать сама Мисаки Аюзава! А в этом случае возможно всё… * * * «Чёрт! Я только лишь начал наслаждаться сим прекрасным зрелищем - погоней бешеных санитаров за не менее неадекватной брюнеткой, даже место успел занять, как говорится, в первом ряду, как появился этот… Что он тут вообще делает? Нужно разобраться», - так думал я, направляясь в палату, в которую недавно зашёл один человек - Игараси Тора. Хотя, его и человеком-то сложно назвать… - Что ты здесь забыл? - не церемонясь, сразу же, с порога, задал я свой вопрос. - Хм, как грубо с твоей стороны, Такуми Усуи, - ухмыльнулся блондин, стоящий около окна. - С тобой только так и надо, - злобно огрызнулся в ответ. Не люблю я находиться рядом с такими, как он, да и с ним, вообще. - Что ж, я бы тоже хотел спросить у тебя: что ты здесь, в этом мире, делаешь? - проигнорировав мой выпад, ответил собеседник. - Это не твоё дело, - я почувствовал, как начинаю буквально-таки закипать от гнева и ярости, хотя на лице в тот момент не отразилось не единой эмоции. - Что, таким, как ты, уже не место в Раю? - Замолчи! - на секунду потеряв самообладание, повысил голос из-за вспышки лютого гнева. - Хм, а мы бы могли подружиться. Ты ведь тоже ненавидишь этот мир, не так ли? - усмехнулся парень. Я не знал, что ответить. Как бы то ни было, но он отчасти был прав. Я, не то чтобы, ненавижу этот мир, но и не люблю его. Но… Мисаки… - Не думаю, что мы можем стать друзьями. Извини, но я предпочитаю держаться подальше от таких, как ты, - дерзко ответил я, вмиг вернув себе самообладание... М-да. Как говорится, только вспомни… В общем, в следующую секунду на пороге палаты появилась Аюзава собственной персоной, и, подбежав ко мне, начала яростно трясти из стороны в сторону моё бедное тельце, как безвольную тряпичную куклу. Ощущаю себя Кеном - игрушечным другом куклы Барби, в руках 10-летней девочки с садистскими наклонностями. - Усуи! Ты почему не в ожоговом отделении?! Я же сказала тебе взять интервью у пострадавшего! А ты тут развлекаешься! - Миса-тян? - мне, наконец, удалось остановить Аюзаву и её зверские действия по отношению к моей, чуть не оторвавшейся, головушке. - О-о, да это же Мисаки Аюзава - лучший корреспондент «Сейки»! Рад нашей встрече, госпожа Аюзава, - ой, не советовал бы ему сейчас подавать свой противный голосок в присутствии злой, как взбесившееся стадо гигантских доберманов, Аюзавы. - А я не рада Вас видеть, Игараси Тора - редактор газеты «Маябагока», - да она его сейчас на сотню, если не на тысячу, маленьких игарасиков разберёт одним лишь взглядом, аля «заткнись, холоп, не с тобой Царь светскую беседу ведёт!». - Госпожа Аюзава, похоже, Вы не очень-то меня жалуете, - а ты что, не знал, что каждый… м-м-м, первый человек в этом городе, по крайней мере, ненавидит тебя? Да ты, парень, либо рак-отшельник, безвылазно живущий в своём дорогущем особняке, либо реально тупой. Ага, поздравляю, Игараси, ты - баклан! - Как Вы угадали? - так, не нравится мне интонация Мисаки. Пора уходить, пока она чего-нибудь не сотворила. - Миса-тян, нам нужно идти, - твердо сказал я, хватая девушку за руку, и уводя подальше от этого Игараси. Мне просто не хочется, чтобы он сделал что-нибудь плохое моей Мисе-тян. Хотя, я точно не позволю ему это сделать… - Увидимся позже, Такуми, - хорошо, но только в следующий раз твоя нахальная рожа так просто не отделается от моего удара кулаком, нагло украденным мною же у сенсея Аюзавы. А что? Миса-тян вроде бы не устанавливала никаких авторских прав на свой знаменитый коронный удар «Великого Дьявола Сейки», свидетелем употребления которого я уже не раз становился. Невольно, конечно же. Погрузившись в свои мысли, я даже не заметил злобную ауру идущей рядом девушки. Такое ощущение, будто я что-то очень важное забыл, но что?.. - О-о, господин доктор, Вы уже нашли свою пациентку? Может, Вам помочь? Она и вправду слишком буйная - мы за ней целым отделением гонялись, - сказал санитар, подойдя ко мне, и с опаской взглянув на недоуменную Мисаки. «Ну, всё. Теперь я точно труп!», - пронеслась в голове отнюдь не радостная мысль. - «Что ж, возможно, это последние часы моей жизни, потому что не думаю, что Миса-тян оставит меня в живых после такого. Но, если честно, это того стоило - вы бы видели, какое лицо было у Аюзавы, когда она поднималась по лестнице, или когда удирала от санитаров. Эх, незабываемые моменты! Теперь хоть есть что вспомнить после смерти…». - Усуи… - сердце застыло в ожидании, дыхание сбилось. Мозг судорожно представлял порой абсурдные планы спасения, но, чувствую, ничего мне уже не поможет. - Что стоишь? Бегаешь быстро? Или в кармане у тебя имеется запасная челюсть вместе с комплектом сменных внутренних органов? - проговорила Мисаки, поднимая на меня свой, в буквальном смысле, убийственный взгляд. Ну всё… я попал…